Самум

Глава 30. Партия в шахматы на доске из засохших листьев I

      — Какие жестокие нравы в этой деревне, — качала головой Темари, лакомясь арахисом в меду. — Даже миленькие девочки издеваются над слабыми и убогими.       — Кто это убогий?! Я сей… Кха! Сакура-чан, за что?! — ныл глуповатого вида блондин в яркой оранжевой куртке, потирая голову в месте удара. — Они обзываются…       — Не кидайся на людей, Наруто-идиот! — рыкнула миленькая девочка-цветочек с розовыми волосами, одетая в розовое же платьице. Она немезидой нависала над группой детишек, потирая свои кулаки, которые в данный момент казались больше, нежели минутой ранее, — когда девочка еще гналась за малышней и их предводителем.       Темари улыбнулась, закинула в рот орешек и со звонким хрустом раскусила вкуснятину.       — Этот мальчик познает боль. Только познав боль, можно понять ценность жизни и смерти, — глубокомысленно протянул Гаара, раскуривая трубку. — Глуповатый мальчик, позволь свирепой девочке поучить тебя немного.       Канкуро покосился на брата.       — Сколько раз тебе повторять. В смерти нет ценности. Смерть — это смерть, конец всему… — глухой, искаженный голос Канкуро гулко разносился по округе.       Темари закатила глаза. Девушка отодвинулась от братьев на самый край скамейки, так что часть её бедра оказалась на весу, показав тем самым, что она не с ними, и после обратилась к девочке-цветочку.       — А чего ты их бьешь? Обидели тебя чем-то? — дружелюбно улыбнулась Темари. Девушка обладала харизмой и умела располагать к себе людей одной лишь улыбкой. Розоволосая слегка смутилась. Пробубнила себе что-то под нос так тихо, что расслышать ее слова могли лишь находящиеся рядом с ней побитые детишки.       — Да, так и есть! Девочки себя так не ведут! Варварка, дикарка, мальчик в юбке, злая мымра! — закричал на всю улицу мальчик лет десяти с колючими волосами. За что получил смачный подзатыльник от розоволосой. Та зыркнула в сторону пытавшихся сбежать детей и глуповатого подростка, которые на цыпочках отходили от разгневанной фурии и ее жертвы. Они застыли столбами, боясь пошевелиться.       — Сакура-чан, хе-хе-хе, ты не такая как он сказал, — заулыбался блондин, почесывая затылок.       — Не «хе-хе-хе» мне тут! — рявкнула девчонка, стукнув в очередной раз парнишку в оранжевой куртке. — Что ты им там рассказывал про меня, Наруто-бака? Я страшная уродина, мымра? Сейчас ты у меня получишь!       Канкуро не нравилось поведение девочки. Темари тоже была не в восторге от нее.       Дочь Кадзекаге была социально активным человеком: много общалась и имела кучу друзей. Она умела заводить беседу и могла наладить диалог с, казалось бы, полностью асоциальными людьми. Для нее было несложно вклиниться в чужой разговор так, что никто не замечал лишнего собеседника. Чем она и воспользовалась.       Канкуро подозревал, что сестра унаследовала свою невероятную харизму и социальную адаптивность от родственников по линии матери.       — Сакура-чан, верно? Ты не думаешь, что слегка перегибаешь палку? Мальчики вечно несут всякие глупости, но за это их не нужно избивать, — говоря это, Темари встала со скамейки и подошла к хныкающему от боли Конохомару. Помогла ему подняться, при этом добродушно улыбаясь. — Все хорошо мальчик. Тише, боль сейчас уйдет.       Сказав это, она погладила мальчика по голове светящейся зеленым светом ладонью. Тот притих и с восхищением посмотрел на Темари.       — Сестренка, ты такая классная! Не то, что эта уродина, — буркнул Конохомару.       Розоволосая бестия тут же прекратила экзекуцию над Наруто. Её расправленные плечи смущенно опустились. Вдруг Сакуру озарило: девушка, которая с ними общалась, ей незнакома! Более того, она носит протектор с символом другой деревни!       — Вы... вы ведь не отсюда, — медленно произнесла девочка. Она нахмурилась. — Вы из Деревни, Скрытой в Песках.       — Деревни, Скрытой в Песках? — вклинился блондин. — Что это? Что это?       — Это союзная деревня, но они не имеют права здесь находиться. По закону запрещено вольное посещение чужих государств!       — Расслабься девочка, у нас есть разрешение, — прервала её Темари. Достала из кармана свободной рукой визу и показала девочке. Другой рукой она продолжала поглаживать по голове млеющего Конохомару. Темари любила возиться с детишками. — Мы прибыли на экзамен на Чунина.       — Экзамен на чунина, что это? — туповатое лицо мальчика Наруто выдавало состояние его разума.       — Вы этого не знаете? Если так, то вам еще рано в нем участвовать. Когда придет время, ваш сенсей вам все расскажет, — мягко пояснила Темари. Подозвала остальных маленьких детей: девочку со смешной причёской и сопливого мальчика в очках, и стала обрабатывать их синяки и шишки дзюцу Мистической Руки.       В то время как Темари общалась с генинами Листа, всеми силами показывая, какие хорошие ребята — ниндзя Суны, Канкуро следил за прячущимся на дереве черноволосым парнем.       «Все сходится. Если я не ошибся, то это разрекламированный Конохой последний Учиха — Учиха Саске», — пришел к выводу Канкуро. — «Они говорят, что он очень силен. Но… так ли это? Особой тревоги этот парень у меня не вызывает».        Пережитые смертельные ситуации учат шиноби интуитивно определять опасность. От Учихи Саске Канкуро ее вообще не ощущал. Было такое чувство, что последний Учиха — полный слабак.       — От Какаши-сенсея дождешься, — фыркнул блондин. Заканючил. — Расскажи нам, крутая онэ-чан, расскажи!       Влезла Сакура и с умным видом принялась рассказывать блондину, что такое экзамен на чунина и кто такие чунины вообще. Канкуро заметил в глазах девочки ревность.       «Ого, кто-то не доволен, что блондин делает другим девочкам комплименты. Учитывая то, что она любит его колотить, по факту — любит его касаться… Можно сделать определенные выводы», — мимолетно подумал Канкуро. — «И как этот мальчик стал генином, если он даже не знает основ?»       — Ах-ха-ха! Я, Узумаки Наруто, будущий Хокаге, точно буду участвовать в этом экзамене! — заорал блондин.       «Детский сад», — припечатал Канкуро.       — Пойдемте, мы еще хотели осмотреть достопримечательности, — Канкуро надоело общаться с маленькими детьми.       «И таких генинов выращивает Коноха? Они же совсем никакие!» — думал он. Сразу вспомнились Йоме, Сен, Амеро и Шир, который фактически генином не был, но все понимали, что это временное недоразумение. На их фоне эти юные шиноби полностью терялись.       «Вот уж точно — Дети Мира», — вспомнил Канкуро фразу Цуны.       — Крутая онэ-чан, давай я тебе покажу Коноху! Я, Конохомару, лучше всех знаю где, что расположено, так ведь, Удон, Моэги? — предложил мальчик. Его глаза сияли от радостного ожидания.       Темари с улыбкой кивнула. Хорошее отношение сработало, и теперь у них есть проводник из местных.       «Доброе слово всегда сильнее жестокости», — учил их Баки. Сенсей, как всегда, оказался прав.       С ними пошли не только Конохомару и его друзья: увязались также Наруто, Сакура и Саске, причем последний активно прятался, наблюдая издалека. Так и хотелось подловить его.       Прятался парень неплохо, но недостаточно хорошо, чтобы избежать взгляда механических глаз Канкуро, дающих ему полный обзор окружающего пространства, огромную дальность и четкость зрения.       «Интересно, смогу я на него прицепить нить чакры?» — задался вопросом Канкуро. Обычно такой финт можно было провернуть с неопытными ниндзя, а с бывалыми — при достижении высшего мастерства в искусстве кукольника. Его Канкуро пока не достиг, поэтому рисковать не стал.       Коноха, как и ожидалось, оказалась богатой деревней, мирной и полной света. Но было еще кое-что важное. Чувствовалось, что деревня недостаточно хорошо охраняется изнутри.       Канкуро за весь день заметил лишь несколько патрулей, да и те не особо следили за округой, халатно относясь к своим обязанностям. И это притом, что сейчас в Коноху съезжается множество ниндзя из других деревень. Подобное легкомыслие дорого будет стоить.       Канкуро не горел желанием убивать своими минами множество ни в чем не повинных людей. Но он — солдат, и у него есть обязанности перед своей Родиной.       Сейчас идет скрытая война. Коноха, эта миролюбивая, на вид, деревня, полная добрых людей, всеми силами старается подмять под себя Суну. Хочет сделать ее своей марионеткой, чтобы позже бросать детей Суны вперед себя, на убой, как было с некогда сильной Травой.       «Когда придет время — я не дрогну», — приказал себе Канкуро. Он старался не смотреть на гуляющих по улицам детей, счастливых женщин и довольных мужчин. Вместо этого, Канкуро искал лучшие места для установки мин.       «Ставить бомбы в жилых кварталах неэффективно. В первую очередь нужно уничтожить корпуса ниндзя», — решил он.       Трудность была в том, что корпуса находятся под бдительным наблюдением. И оставить рядом с ними запечатанную марионетку будет невероятно сложно.       Однако у Канкуро было решение этой проблемы. Марионетка — верх его инженерного искусства. Нечто, что сделали впервые в Суне. Жаль, но никто и никогда не узнает имя её создателя. Как никто и никогда не узнает, кто сделал марионетки модели Радиант — мины огромного радиуса поражения.       Пока Канкуро осматривал округу, Темари занимала сопровождение: проводников — троицу детишек, соглядатаев — Сакуру и балбеса — Наруто. Она развлекала их рассказами о Суне, не забывая постоянно расспрашивать о Конохе.       Канкуро узнал от этих ребятишек информации о Конохе больше, чем почерпнул из архивов Суны. О культуре, о повседневной жизни ниндзя Листа, о том, чем они живут, чем предпочитают в свободное время заниматься, и о многом другом.       Особенно много сведений выдавал блондин. Парень готов был рассказать абсолютно все о себе и о том, как он живет. Он был голоден до общения, словно до этого никто и никогда не интересовался его жизнью. Возможно, так оно и было.       «Предположу, что он сирота, до которого нет дела ни одному человеку. Некому было его учить манерам, следить за ним и строго наказывать за проступки. Парень был никому не нужен и поэтому вырос в балбеса», — оценил Канкуро Наруто.       О Сакуре он думал, как о неуверенной в себе девочке, которая сама не знает, чего хочет. Об остальных у Канкуро также успело сформироваться определенное мнение.       — Эй, эй, а что ты шлем напялил? — обратился блондин к Канкуро. Тот мысленно усмехнулся.       — Наруто! Не будь груб с гостями! — тут же рявкнула Сакура, хрустнув кулаком. Мальчик стушевался. Однако было ясно, что скоро он опять задаст этот вопрос.       — Я получил серьезную травму лица на одной из миссий. Чтобы не пугать людей, я и надел этот шлем, — был отчасти честен Канкуро. Правда, сказал далеко не всю правду, но кто ему этот парень, чтобы перед ним откровенничать?       — Скажите, а это правда что у вас… — Темари вновь втянула детей в разговор.       Все это время Гаара в основном молчал, изредка бросая глубокомысленные высказывания, которыми вводил детей в ступор. Его явно посчитали очень странным.       В какой-то момент, Учихе надоело прятаться, и он решил показать — кто здесь главный.       — Сакура, ты слишком откровенна с этими ниндзя, — словно из ниоткуда донесся голос позера.       — Саске-кун… — пискнула она, её щеки зарумянились.       — Хей, теме, это наши друзья из Суны. Они крутые и классные! — эмоционально, но бестолково высказался Наруто. Парень был по полной заряжен положительными эмоциями.       — Добе, эти люди из другой деревни. Нельзя им доверять целиком и полностью. К тому же во время экзамена на чунина мы встретимся с ними в бою, — показал свою осведомленность Саске.       — И чего что с другой? Они классные! Темари-онэ-чан умеет лечить людей прикосновением, а Канкуро скрывает под зеркальным ведром крутые шрамы, Гаара-кун странный немного, но почему-то от его слов весело становится… — тараторил Наруто, яростно жестикулируя.       Учиха высокомерно проигнорировал Узумаки и обратился к Сакуре:       — Я собираюсь пойти к Какаши-сенсею, и узнать — записал он нас на экзамен или забыл.       «Какаши… Это Хатаке Шаринган Какаши?» — удивился Канкуро. Он довольно много знал об этом сильном ниндзя Конохи. Ходили слухи, что Какаши владеет тысячей дзюцу. И у подобного шиноби такие непутевые ученики? Канкуро по косвенным признакам успел понять, что как ниндзя они все довольно посредственны. Немного выделяется на фоне сокомандников Учиха, но и от него особой опасности Канкуро не чувствует, а значит парень еще не достиг уровня сил чунина.       Саске дал понять Сакуре, что хочет поговорить с ней в другом месте, без компании гостей и малышни, и она радостно, едва не виляя хвостом как собачонка, последовала за Учихой, забыв даже попрощаться. Наруто явно хотелось остаться с новыми друзьями, но верность старым победила. Помахав на прощание Темари и остальным, он пообещал, что они еще увидятся, и был таков.       Дальше прогулка проходила мирно. Конохомару провел группу по всей деревне и показал все известные ему достопримечательности, попутно рассказав обо всем, что творилось в Конохе в недалеком прошлом.       Ближе к вечеру они расстались с детьми и отправились домой. Необходимо было разобрать узнанное за сегодня по полочкам и хорошенько отдохнуть. Вскоре начнется экзамен. Подготовиться к нему нужно по максимуму. Команда Баки обязана пройти в финал полным составом.       — Знаете, эти генины Конохи довольно милые. Особенно блондинчик, так и хотелось его потискать и потрепать за щечку, — поделилась впечатлениями Темари, развалившись на диване.       — Они знают немного, видели мало, отчего слабы. У нас не возникнет с ними проблем в бою, — нараспев произнес Гаара. При этом он, не моргая, внимательно смотрел на засохшую рисовую лепешку, будто изучал ее. Что он там искал, — было загадкой для Канкуро. Может смысл жизни?       — Их учитель — Хатаке Какаши. Скорее всего — сын знаменитого Хатаке Сакумо, того самого, который лишил жизни Многоножку и Паука.       Многоножка и Паук были знаменитым тандемом ниндзя кукольников, которым пророчили великое будущее. Как их звали на самом деле, — сейчас значения не имеет, но важно помнить, что Паук был сыном бабули Чиё, а Многоножка её невесткой.       — Человек, который, как говорят, знает тысячу дзюцу… думаю, он не мог не обучить их как следует. Возможно, они просто расслабились у себя дома, — говорил и сам не верил своим словам Канкуро. — К тому же есть большая вероятность того, что наши новые знакомые в экзамене участвовать не будут.       На мгновение Темари потемнела лицом. Буквально на секунду она показала, что её что-то беспокоит. И Канкуро догадывался, что. Сестра, по сути, была добродушной девушкой, которая не хотела убивать такое огромное количество людей. Ей не нравилось, что совсем скоро многие умрут по её вине. Одно дело — убивать в сражении взрослых, совсем другое — подрывать в своих домах детей…       — Темари… Сестра, не переживай. Я сделаю все сам, — кратко бросил Канкуро. Да, именно он активизирует бомбы. Этот груз ляжет на его сердце.       — Карма — такая сука, — добавил Гаара, за что получил от Темари подзатыльник… Почему-то его идеальная защита не срабатывала в подобных ситуациях.

***

      Первый этап экзамена проходил в здании школы ниндзя, на втором этаже, в большой аудитории. К сожалению, бродить по учебному заведению запрещалось, и Канкуро не удалось посмотреть на классы и оборудование.       Претендентов на звание собралось довольно много: здесь присутствовали представители шести деревень, две из которых были Великими. По предварительной оценке Канкуро, в аудитории уже находилось более полусотни человек, а народ все прибывал и прибывал. Гостю из Суны даже стало интересно, — что будут делать организаторы, если места на всех не хватит.       — Смотри, наши знакомые прибыли, — прошептала Темари, кивая в сторону троицы учеников Хатаке Какаши.       Неудивительно, что они здесь. Было бы глупо, если после такого огромного количества рекламы, фигура последнего Учихи не появилась бы на «товарном лотке». Хотя, если вспомнить ту самую рекламу… нигде не говорилось, что Учиха вообще будет участвовать в этом экзамене. Скорее всего, это была в большей степени подготовка к вероятному прохождению гения на последний этап — бои на большой арене.       — В их команде нет кармического баланса. Им будет тяжело пройти дальше, — оценил Гаара команду Какаши. Он давал свою характеристику всем входящим в аудиторию. К слову, у большинства команд был этот самый дисбаланс, по его мнению.       — Мне не нравится, как ведут себя шиноби Звука, — Канкуро обратил внимание сестры и брата на команду из Ото. — Они держатся слишком вызывающе и дерзко.       «Они — слабое звено операции…» — добавил про себя Канкуро.       От парня ускользало понимание, — почему Орочимару настоял на участии этой странной троицы. Якобы у них будет особое задание на втором этапе.       Канкуро оценил команду. Два парня: один похож на уличного бандита, второй полностью забинтован. С ними — миловидная черноволосая и черноглазая девушка в шароварах, бледная от недостатка загара, с как будто приклеенной ухмылкой на лице.       Но проблема была не в их нарядах и даже не в отношении к окружающим. А в действиях. Забинтованный парень позволял себе рукоприкладство по отношению к другим участникам экзамена. Черноволосая девица довела одну из молодых куноичи до слез, а бандит стряс с какого-то неудачливого парня связку сюрикенов.       «Они вообще до второго этапа дойдут-то?» — сомневался Канкуро.       — Девять элитных генинов Конохи собрались вместе, — отвлекла Темари Канкуро от размышлений. Но он и сам это прекрасно видел благодаря подключению нити Инь* к искусственным глазам, скрытым в боевом костюме.       Канкуро запомнил каждого из девяти, чтобы во время второго этапа случайно не выбить их из экзамена. Согласно установке руководства, на данном этапе команда Баки не должна показать своих истинных сил и возможностей. Особенно это касалось Канкуро. Кадзекаге настоятельно рекомендовал ему до финала использовать лишь Сунабозу и скарабеев, и кроме того, запретил одновременно управлять тремя и более марионетками.       Иногда Канкуро поглядывал в сторону девочки с красными волосами из Травы, которая показалась ему интересной, но большую часть внимания уделял девятке Конохи. Вот к ним подошел пепельный блондин в очках. Они о чем-то зашептались, парень достал пачку карт и начал что-то доказывать подросткам.       — Фух, сколько можно ждать? Здесь становится душно, — проговорила Темари. — Давай…       Что она хотела сказать, — понять не получилось: громко заорал Наруто, затем последовал звуковой удар. Канкуро видел все в мельчайших подробностях. Бинтованный ниндзя из Отогакуре атаковал парня в очках. Это было именно нападение, причем с использованием дзюцу.       «Свойство Звука?» — удивился Канкуро.       Свойство Звука выделялось из стихии Ветра, но эта специализированная стихия не имела особой популярности у ниндзя: с её помощью было довольно тяжело нанести серьезные повреждения опытному шиноби. Звук чаще всего использовали некоторые кланы Страны Рисовых Полей для создания звуковых гендзюцу. Но для прямой атаки? Это редкость.       «Кто создал это оружие? Орочимару лично или кто-то из его новой деревни?» — Канкуро сразу заметил скрытый механизм, с помощью которого ниндзя и создал дзюцу. Непроизвольно в голове стали возникать различные идеи. Смог бы он повторить подобную технологию?       Буквально через секунду понял — смог бы. Причем в любых вариантах. Канкуро начал придумывать инструменты с использованием данной технологии, но его отвлекли.       Прибыли экзаменаторы. Их было довольно много, командовал ими сурового вида мужчина в шапке, от которого веяло скрытой угрозой. Он с ходу, не разглагольствуя, стал излагать порядок проведения экзамена. Остальные же заняли места у стен и окон и принялись наблюдать за генинами. Некоторые из них многозначительно усмехались.       Главный экзаменатор, Морино Ибики, быстро организовал всех генинов. После процедуры обмена заявок участников на таблички с номерами мест, как только претенденты расселись, начался письменный тест.       Вопросы для Канкуро были не особо сложными. Он мог как ответить сам, так и списать у подставных генинов. Канкуро выбрал второй вариант, посчитав его более правильным в данном случае. Используя механического скарабея с искусственным глазом, которого он выбросил еще при входе в аудиторию, Канкуро подсмотрел правильные ответы. Как он и ожидал, в ответах были якоря, по которым позже будет определенно, что претендент списывал. Хитро. Таким образом, они могут выделить тех генинов, которые сами ответили на вопросы. Даже здесь Коноха показала свое умение работать с молодыми кадрами, которое и предполагал увидеть Канкуро. Лист славился своей системой образования ниндзя…       «А ведь когда-то Суна в этом на голову их превосходила. Жаль, что те времена давно в прошлом», — думал Канкуро, записывая ответы. Закончив, он решил помочь брату и сестре, но те справились самостоятельно. Каждый по-своему.       Темари написала сама, засветив свои знания, но в этом не было ничего страшного. Гаара же воспользовался дзюцу Третьего Глаза, и из тени песчаным глазом рассмотрел лист с ответами.       Дальше оставалось только ждать. Канкуро отдыхал, придумывая новые механизмы, в которых активно использовалось бы свойство Звука стихии Ветра.       К сожалению, Намерение Убийства, которое излучал Ибики после начала своей игры с десятым вопросом, сбивало Канкуро творческий настрой. Благо, нашелся Наруто, посмевший накричать на сурового Морино и поломать ему игру.       « Иногда и от болванов бывает польза», — подумал Канкуро.       Канкуро оглянувшись, убедился, что несколько генинов покинуло экзамен. Он мог их немного понять. Все же Ибики сильно давил Сакки. Неопытному и слабовольному ниндзя тяжело такое выдержать.       Сам же Канкуро, конечно, не повелся на эту глупость с вечными генинами. «Что, я буду обладать силой десятка джонинов, но из-за старого решения какого-то экзаменатора так и буду оставаться генином?» — Бред полнейший. Но это он. Его брат обладает сильнейшим Сакки в Суне. И Канкуро часто испытывал Намерение Убийства Гаары на собственной шкуре. Что ему Сакки обычного шиноби, когда он имел дело с Намерением Убийства целого биджу… и привык к нему.       Как и следовало ожидать, первый этап был довольно легким, и его прошло большинство команд. Хорошо. Хорошо для Канкуро.       На второй этап прошли три команды Песка из двадцати, отправленных Суной. Остальные отправились на выход еще в начале экзамена, будучи пойманными на наглом списывании. Было забавно осознавать, что эти тупенькие на вид парни и девушки, трусливо пытающиеся списать у соседа, на самом деле — опытные молодые чунины, достояние деревни. Две команды, которые сдали первую часть экзамена вместе с Канкуро, Гаарой и Темари, были их страховкой и поддержкой на втором этапе. У команды же Баки была своя задача: обеспечить прохождение на третий этап как можно большего числа генинов. Сенсорам Песка нужно дать время на поиск хранилища в Конохе. Каждая минута будет для них в помощь.       «Если пройдет слишком много команд, Хокаге организует предварительные испытания. Таким образом, у Ловцов Ветра будет больше времени выполнить свое задание», — думал Канкуро. Между тем, пока Наруто оглушал всех в аудитории своими радостными криками, — парень, видимо, сам не ожидал, что пройдет, к зданию, где проводился экзамен, бежала как на пожар полуголая женщина, укрытая какой-то тканью…. Канкуро подумал было, что ему показалось. Но нет, полуголая женщина действительно приближалась к школе.       Позже оказалось, что она не совсем полуголая. Лишь на четверть. Или треть?       Митараши Анко — так звали эксцентричную молодую женщину в пальто, накинутом поверх легкой сетки, надетой, похоже, на голое тело. Женщина была эффектной особой… и довольно громкой.       Появилась она впечатляюще: разбив окно, влетела в аудиторию и ловким, слитным движением расправила флаг, на котором были выведены красивыми иероглифами её имя и должность на данном экзамене. Затем женщина вскинула кулак вверх и заорала, что есть мочи:       — Отлично! Все, следуйте за мной!       Но никто за ней не пошел. Генины смотрели на женщину пустыми глазами, застыв в прострации.       Канкуро подметил, что Темари что-то прошептала себе под нос. Как позже он узнал, это были слова: «Какая крутая!»

***

      Начало второго этапа экзамена было назначено на следующий день. Генинам сказали прибыть к школе ниндзя утром, к восьми. Канкуро еще подумал: «неужели устроят какое-то дополнительное испытание, нарушив тем самым традицию тестов на выживание?»       Оказалось — нет, никто традицию менять не собирался. От школы их довели до северной окраины деревни. Канкуро сразу же понял, что их ожидает, когда толпа генинов подошла к высокому сетчатому забору.       — Нам повезет увидеть знаменитый Лес Смерти, — сказал он Темари. — Возможно, мне даже удастся заполучить какие-нибудь экземпляры местной живности.       — Если тебе нужны мутанты, то сходи в Пустыню Смерти и поймай парочку изменённых чакрой биджу зверей, — огрызнулась Темари. Похоже, она была не в настроении — Я даже составлю тебе компанию… А сейчас давай просто выполним задание и отправимся дальше, ладно?       Канкуро мысленно похлопал в ладоши, отдавая должное талантам сестры. Она делала все правильно: говорила громко, старалась привлечь к ним внимание. После ответа Канкуро ни у кого не возникнет вопросов, отчего эти генины рыскают по Лесу Смерти и выручают попавших в беду ниндзя.       — Здешние звери иные. Мне нужны эти экземпляры, Темари, — пояснил Канкуро. — Пойди мне на встречу…       В их диалоге не было лжи. Канкуро и вправду хотел добыть пробы биоматериала, а Темари и в самом деле не нравилась идея несколько дней торчать во влажном безветренном лесу.       —О? Думаете, у вас будет время играть в охотников? — спросила привлеченная их громким разговором Митараши Анко.       — Это не игры. Это наука, — патетично возвестил Канкуро, подняв палец в картинном жесте. Как он себя в этот момент не любил за пафос… но чего только не сделаешь ради родной деревни!       Анко хмыкнула, ничего не ответив.       — Я бы на вашем месте не был так самоуверен, друзья из Скрытого Песка, — говорил, подходя к Канкуро, парень в очках, на которого во время первого этапа напал ниндзя Звука. — Лес Смерти — одно из опаснейших мест на земле, одна ошибка там, — легкий жест в сторону густого леса. — Будет стоить вам жизни.       — Спасибо за совет. Я Канкуро, будем знакомы, — представился марионеточник. Чем-то ему этот человек показался симпатичным, чем конкретно – не понять.       — Якуши Кабуто. Приятно с вами познакомиться, — изящным движением поправил очки Кабуто. — Я пробовал сдать этот экзамен несколько раз и всегда проигрывал именно на втором этапе. Очень сложно выполнить тест на выживание. И с каждым годом — все труднее. Лес Смерти — действительно опасное место.       «А ты разговорчив», — отметил Канкуро.       — Кабуто-кун, я слышала, что в Конохе экзамен на чунина проводится впервые за много лет. Значит, остальные твои попытки были в других деревнях? — влезла любопытная Темари, завязывая разговор.       Неожиданно Якуши оказался отличным собеседником. Он много знал и готов был своими знаниями делиться. Поведение, жесты и то, как он говорил — показывали Кабуто, как безобидного, дружелюбного человека. Через некоторое время он признался, что был ирьенином, и казалось, что эта профессия по-настоящему подходит ему.       В какой-то момент интересную беседу пришлось прервать: Анко начала излагать правила этапа.       Все было просто: им дадут половину свитка — часть неба или часть земли. Задача — собрать полный свиток и соединить его части, находясь у башни на севере Леса.       Возможно, команде Канкуро даже не придется ни с кем за свиток сражаться. Если поддержка получит нужную часть, то она просто отдаст её основной группе. Собственно, для подобного две дополнительные команды и прошли на второй этап.       Тем не менее, Канкуро на всякий случай решил подстраховаться.       — Гаара, мне нужно, чтобы ты использовал дзюцу Третьего Глаза и запомнил: какой команде, какая часть свитка достанется.       Тем временем Канкуро решил навесить на самых слабых генинов нити чакры, чтобы позже у него была возможность найти их команды и отобрать часть свитка, если будет такая необходимость. К сожалению, из-за приказа Каге он мог контролировать таким образом местоположение только двух человек.       «Думаю, эти генины подходят», — выбрал он пару подходящих ребят. Первоначально он хотел повесить нить на красноволосую девочку, которая его заинтересовала как возможная Узумаки, но позже передумал. Канкуро не отказался бы получить немного её генетического материала, не для себя, а в подарок бабуле Чиё. Но если девочка настоящая Узумаки, то в любой момент может заметить нить чакры и сбросить ее, последнее она могла сделать даже случайно. Узумаки славились своими неожиданными скачками силы. Не став рисковать, Канкуро отметил рослого парня из Конохи и девочку из Дождя.       Генины ничего не заметили, хотя, как известно, присоединение чужой нити чакры слегка влияет на общий ток чакры в теле.       — Наша очередь, — коснулась Темари плеча Канкуро. — Пойдем, я устала уже стоять тут и ничего не делать. Я хочу действия!       Сказано — сделано. Несколько минут спустя трое генинов Суны мчались через лес к его центру. По дороге Гаара создавал песчаные глаза и прятал их в листве. На данный момент джинчурики мог удерживать в рабочем режиме пять глаз одновременно, а раньше, когда биджу активно проявлял себя, — только один. После исчезновения давления разума и чакры Однохвостого, контроль Гаары над песком резко улучшился, при этом потеряв ту опасную демоническую составляющую, благодаря которой Гааре удавалось раньше давить джонинов как мух.       — Стоп. Рассредотачиваемся, — приказал Канкуро, когда они достигли глубокой чащи. Под ними, по земле брел мутант — огромный медведь с головой совы. Канкуро впервые такого видел.       — Темари, Гаара, мне нужна его голова, — взмах руки в сторону зверя.       Брат и сестра беспрекословно подчинились. Девушка достала будто из воздуха металлический боевой веер, а Гаара направил ладонь в сторону зверя. Сжал ладонь в кулак.       Маленькая песчаная удавка сжалась на шее мутанта. Животное открыло пасть для рыка, но серп стихии Ветра не дал ему издать и звука. Голова существа отделилась от тела. В небо ударил фонтан крови. Через двадцать секунд на месте убийства не было ни убийц, ни тела их жертвы. Лишь кровь на деревьях и пара срубленных кустов на земле могли рассказать о произошедшем.

***

      Трое суток. Именно столько времени дали кандидатам в чунины на прохождение второго этапа экзамена. Перед генинами ставились сложные задачи. Мало того, что все в этом лесу, так или иначе, пыталось тебя убить, так в округе еще было полным-полно конкурентов, некоторые из которых были особенно опасны в силу своей кровожадности.       «Стоит человеку получить толику власти, и у него сразу же возникает чувство вседозволенности и безнаказанности», — думал Канкуро. Прошлые сутки выдались богатыми на события. Они носились по Лесу Смерти, уничтожая особо опасную живность и помогая незадачливым командам спастись из природных ловушек. За прошлые сутки удалось выручить три команды. Правда, вызволенные из беды генины потом попытались побить своих спасителей, но быстро осознали, что «добро» в данном случае не слабо и обладает кулаками. На тот момент у Канкуро уже была вторая часть свитка, — поделились ребята из команды подстраховки, поэтому отбирать свитки у глупцов он не стал. Позволил Темари поиграть немного с неумехами, после чего повел свою команду вглубь леса.       В качестве сенсора у них выступал Гаара. Брат неплохо управлялся с песчаными глазами и легко находил ниндзя среди листвы. На самом деле, сенсором могла быть и Темари, изучающая наследие матери, которая была когда-то Ловцом Ветра, и Канкуро, приноровившийся использовать скарабеев с искусственными глазами для поиска и разведки. Однако Темари еще не слишком уверенно использовала дзюцу мамы, а Канкуро не мог показывать свои возможности из-за приказа отца. Пришлось Гааре, способности которого большим секретом не были, играть роль их глаз и ушей.       — Уф, еще двое суток этого ада и я сойду с ума, — бурчала Темари, сжимая и разжимая кулаки. — Ненавижу леса. Так бы и уничтожила тут все. Все эти деревья и кусты... Смотри, опять колючка в волосах. В пустыне такого не подцепишь. Всегда будешь чистый и свежий, правда немного иссушенный, но зато в песках нет мошкары и дышать легче.       — Надень полумаску и натри кожу мазью от насекомых, — пожал плечами Канкуро, рассматривая голову саблезубой белки-летяги, которая недавно то ли по глупости, то ли от голода, напала на Гаару.       У белки, помимо торчащих изо рта здоровенных зубов, был еще длинный тонкий рог и уши как у летучей мыши. Под шерстью скрывалось нечто, похожее на рыбью чешую, а языков во рту было два: обычный и раздвоенный змеиный…       Как природа могла сотворить это, — Канкуро затруднялся ответить. Сейчас, как никогда, он жалел, что практически не уделял времени ирьениндзюцу.       — Несколько гигантских змей напали на ниндзя Конохи…, — сонно произнес Гаара.       — Замечательно. Теперь еще и змеи, что дальше, бегемоты прямоходящие? Мы точно не в каком-то измерении звериных кланов? — продолжала ворчать Темари, вставая и отряхиваясь.       «Змеи?» — насторожился Канкуро.       — Гаара, покажи нам, — что там происходит, — приказал он. Канкуро знал, что для требуемого брату необходимо будет совместить все пять областей обзора песчаных глаз в одной плоскости. На это требовалось время.       — Еще одна ошибка в моей жизни, сколько их было, сколько будет? Не змеи нападают на генинов, шиноби странный на них напал, — печально вздохнул парень. — Сейчас посмотрите на эту неприглядную картину несправедливости судьбы.       Гаара сложил ладони в сложную печать. Перед ним сформировалось плоское поле из песка. Песчинки стали подниматься от этого поля, образовывая облака различной плотности. Вскоре стало понятно, что облака на самом деле — двигающиеся фигуры людей и змеи.       Канкуро стало неуютно, когда он увидел извивающегося долговязого ниндзя, который гонял двух знакомых генинов.       «Что он здесь делает? Разве Орочимару не должен сейчас находиться в ставке своих войск? Это точно он? Или просто ниндзя с похожим призывом? Он вроде призвал только что змею из нательной печати, а не из другого мира… но это гибкое тайдзюцу… Мне нужно больше информации» — решил Канкуро.       — Гаара, мне нужно переместить туда своего скарабея и посмотреть на происходящее своими глазами… Сделаем совместное дзюцу, — сделал небольшую запинку Канкуро. Снял перчатки. Для дзюцу Рокировки Песчаного Глаза требовался контакт кожи.       Гаара кивнул. Развеял дзюцу Песчаного Кинотеатра. Протянул ладонь к Канкуро. Пальцы братьев начали танец создания ручных печатей. Параллельно с этим Канкуро сконцентрировался на одном из своих скарабеев.       На месте, где недавно сидел скарабей, появился глаз из песка, а вдалеке, рядом со сражавшимися ниндзя, в тени возник маленький жук с глазом на панцире.       Это дзюцу Рокировки… Канкуро на самом деле не до конца понимал, как оно работает. Ведь переносился не просто скарабей сам по себе, переносилась марионетка, к которой была присоединена нить чакры. То есть каким-то образом нить чакры за бесконечно малый промежуток времени переходила сквозь пространство, чтобы вновь оказаться на скарабее… или же нить чакры перенеслась вместе с механизмом? Но ведь Канкуро ничего не почувствовал. Нить не исчезала ни на секунду. Она всегда была в этом мире… а вот скарабей пропадал…       Оставив эту загадку на потом, Канкуро сфокусировал свое внимание на марионетке. Вскоре монохромная картина боя Учихи Саске с долговязым ниндзя предстала перед Канкуро.       Первое время генин побеждал, но потом его противник закончил свои игры и в один укус одолел последнего Учиху Конохи.       «Нет никаких сомнений, — это Орочимару. Зачем он отравил Саске? Что означают его слова?» — задавался вопросами Канкуро.       Союзник явно затеял свою игру. Как бы это все не закончилось для Суны катастрофой.       «Сперва ты посылаешь неадекватных ниндзя на экзамен, затем лично приходишь в самое для тебя опасное место в мире, нападаешь на генинов Конохи… на последнего Учиху. Что ты затеял?»       Перед Канкуро встала дилемма: продолжить выполнять план по первому сценарию или отправиться к башне и связаться с Баки-сенсем. Рассказать ему об увиденном. В первом случае он, возможно, сможет выиграть для команды сенсоров немного времени, а во втором — уменьшит риск провала из-за недостатка информации у руководителей операции.       Из двух зол Канкуро выбрал меньшее.       Сложив печать концентрации целой рукой, он преобразил чакру внутри марионетки в стихийную. Скарабей рассыпался мелкими осколками. Теперь это был просто мусор.       — Уходим к Башне. Нужно как можно скорее завершить этот этап… — фразу Канкуро не закончил, но намек обозначил. Он, как обычно, перестраховывался. Разве кто-то будет здесь, в опасном Лесу Смерти, слушать болтовню каких-то генинов?       Канкуро думал, что раз такая вероятность есть — значит, подобное случится.       — Наконец-то! Жду не дождусь, когда смогу принять теплую ванну и смыть с себя эту болотную слизь, — передернула плечами Темари. — И как вообще эти коноховцы живут среди всех этих «красот»? Сумасшедшие люди.       «Сумасшедшие люди…» — Канкуро внезапно испугался, подумав об Орочимару. Тот тоже когда-то был ниндзя Конохи. — «Надеюсь, что нет. Очень сильно надеюсь».       Нет хуже врага, чем сумасшедший союзник!       Но ребята кое-что упустили. Никто из них в данный момент не следил за округой, и разглядеть приближающихся к ним ниндзя они не смогли. Досадная ошибка Канкуро. Невероятно глупая и опасная. Ранее он не допускал подобных просчетов. Но не стоит его винить: его разум был занят сейчас другим вопросом. Он пытался найти причину, подвигшую Орочимару появиться в Лесу Смерти. Ну не мог же он прийти сюда ради генина, пускай тот — хоть тысячу раз Учиха?!        Команда почти подошла к входу в башню, но буквально налетела на притаившихся в кустах ниндзя Конохи.       Это были трое генинов из элитной девятки: девочка Хьюга, мальчик Инузука и скрытный парень Абураме.       И ладно Канкуро, но каким образом эта троица из кланов сенсоров прозевала появление команды Баки — тот еще вопрос.       Возможно, причина крылась в скорости движения команды Канкуро, — ребята спешили, выдавая свой максимум. А может команда сенсоров просто отвлеклась? Или у них недавно был бой, или… существует множество «или», но в данный момент важно то, что две команды, не желающие сражаться, столкнулись нос к носу. Случилось это неожиданно для всех шестерых, и реакция была закономерной.       Песок Гаары волной ударил вперед, столкнувшись с роем черных жужжащих насекомых, Темари отправила в Хьюгу невероятно тонкое лезвие ветра, а Канкуро, мгновенно вызвав Сунабозу, бросил марионетку на Инузуку.       Кукла ударила кулаком, усиленным пружинным механизмом, в блок Инузука, и бедного парня буквально унесло в сторону дерева. Хьюга каким-то образом смогла уйти с линии поражения, но сделала это недостаточно быстро, заработав глубокий порез на спине. Что касается жуков Абураме, то их было слишком мало в сравнении с объемами песка Гаары. Вскоре все три генина Листа были обезврежены. Благо, что не убиты.       — Нехорошо получилось, — почесала затылок Темари.       «Определенно, нехорошо».       — К сожалению, они еще будут страдать, — грустно сказал Гаара.       Если перевести на язык обычных людей его фразу, то он сказал: — «Они живы».       Подлечив неудачливых генинов Конохи и убедившись, что они приходят в себя, команда Песка отправилась к Башне. На этот раз контролировать округу песчаными глазами Гаары они не забывали.       *Здесь имеется в виду нить кукольника, в которой объем стихии Инь сильно превышает объем обычной чакры.