Выстрел из прошлого

      — Мы в весьма щекотливой ситуации, неправда ли, мой друг? — нарушил молчание Вилхарт, выпрямляясь. Его лицо приняло хищного вида оскал, который не сулил ничего хорошего. Мне перспектива быть застреленным или очутиться за решеткой нравилась гораздо меньше, чем быть застреленным толпой полисменов в небольшой церквушке на окраине Лондона.       — Господа, господа! Прежде чем вы начнете рвать нам глотки, выслушайте! — Через стену полицейских, наставивших на нас винтовки, вперед пробился человек в форме военного мага.       — Мы пришли не для того, чтобы арестовать вас. Всплыли некоторые детали, которые вас заинтересуют, господин Дженкинс. Господин Вилке, вы можете поехать с нами.       Мне даже показалось, что мой друг расстроился, услышав такую новость, однако эта легко проскользнувшая эмоция почти моментально превратилась в обычное сдержанное лицо.       — Только сначала попрошу заехать на мою квартиру, если вам не составит трудности, — попросил я, уже выйдя на улицу и сев в полицейскую машину.       — Конечно, господин Дженкинс. — Боевой маг сел на переднее сидение, после чего шофер поколесил по медленно просыпающимся улицам Лондона. В машине стояла достаточно угнетающая тишина, нарушаемая тем, что Вилхарт от нечего делать водил пальцем по стеклу автомобиля.       Мы ехали по быстро заполняющимся улицам Лондона. Люди шли на работу, кто-то шел с ночной смены, однако даже количество людей не помешало нам достигнуть моего дома в считанные минуты. Оставив Вилхарта, незнакомого мага и полисмена в машине, я бегом взбежал по лестнице и вошел в свою квартиру, чтобы прямо на входе столкнуться с Эви.       — И где ты был? Ушел куда-то с утра пораньше и думал, что я после случившегося не буду думать о чем-то плохом? — голос ее звучал так, словно она готова порвать меня на части… Хотя она и готова, я в этом уверен.       — Каюсь, но мне не хотелось тревожить твой сон… Где был, объясню по дороге. К слову, есть вопрос: не желаете ли вы, барышня, стать моей ученицей? — я решил не откладывать это дело в долгий ящик и сразу спросить. Эвелинн такой вопрос явно ошарашил, хотя раздумывала она не столь долго, сколь я хотел, да и в ступоре она простояла не дольше секунды.       — Ах, Вильям, Вильям, что ты можешь знать обо мне, что делаешь такие предложения? Я ведь всего лишь бывшая служанка ныне покойного богача… — Я заметил несколько капелек пота на ее висках. Она нервничала, словно подозревала, что я что-то да знал о ней. О, наивное создание Страты, я знаю о тебе достаточно. Я широко улыбнулся и поднес левую руку к подбородку, чтобы выглядеть непринужденно задумчивым.       — Хм, с чего же мне начать, Эвелинн, даже не знаю… С того, что ты сукууб, причем весьма редкий и с хорошей маскировкой, или с того, что ты в меня влюблена, только я пока не знаю как: романтически ли, или это любовь ребенка к родителю… — Я увидел, как ее лицо медленно заполняется краской, а сама она пытается взглядом продырявить пол у меня под ногами, чтобы низвергнуть меня в Христианский Ад. Я воспользовался ступором девочки для того, чтобы вывести ее на улице к машине, прихватив при этом справочник, содержащий большинство богов и богинь, принадлежащих к вере Семерых, являющейся не только верой с действительно живыми богами, но и весьма сложной системой. Именно на нее и опиралась вся так называемая «Магия печати».       Погрузив Эви между собой и Вилхартом, маг с переднего кресла дал сигнал нашему водителю, который немного задремал, и мы поехали через Лондон к его пригородам, где располагался особняк Интелигентеркопфа.       На окраине города я заметил, что наш водитель что-то шепчет себе под нос. Я не придал этому значения, хотя буквально через секунды пожалел об этом…       Водитель достал из кобуры пистолет, и жизнь словно замедлилась в несколько сотен раз.       — Deus lo vult. Так хочет бог, — громко закончил он, после чего спустил курок. Пуля прошила насквозь голову мага, сидящего на переднем сидении, заставив его пораскинуть мозгами по всему салону. Вилхарт тут же одной рукой схватил сидящего перед ним так, чтобы тот не смог прицелиться в меня, а вторую он обернул вокруг шеи водителя и стал его душить. Эви, до этого момента мирно читавшая справочник, поняв, что нам грозит опасность, пыталась разжать пальцы полисмена, чтобы обезоружить его…       Он неловко дернул рукой, задев руль, отправил машину в неуправляемый занос. В какой-то момент приобретенный крен превысил возможности машины сохранять баланс, и она кубарем покатилась по мостовой. Мне показалось, что я на секунду потерял сознание, однако буквально через несколько секунд я обнаружил себя валяющимся на булыжниках мостовой, со схваченной в охапку Эвелинн. Машина, на своем пути встретившая столб, лежала на боку, беспомощно вращая колесами. Вилхарт лежал метрах в десяти дальше по дороге, распластавшись на холодных камнях и пустым взглядом изучая облака. Я чувствовал, что по моей руке что-то течет, скорее всего, когда машина начала терпеть крушение, ныне мертвый полисмен, со странными взглядами, успел выстрелить. Как он там сказал?             Deus lo vult. Этого хочет бог       Чертовски знакомые слова… «Огонь и прощение», глава двенадцать, страница триста девяносто пять, абзац четыре. Спасибо, абсолютная память.       Я слегка застонал, когда потихоньку стали возвращаться чувства, и мое тело стало медленно заполняться болью.       — Вильям? Вильям! — Эви наконец-то отошла от шока и явно волновалась из-за моего состояния. Я раскинул руки в стороны, чтобы она смогла встать. — Ты в порядке? Что с тобой?       Все великие боги и богини, примите мой контракт, возьмите часть моей души и примите своего верную слугу. Страта, ответственная за похоть; Хрона, ответственная за время; Эмилия, ответственная за смерть; Яста, ответственная за ясность ума, смекалку и знания; Спайен, ответственная за тень; Юстиция, ответственная за правосудие; Люже, ответственная за жизнь; Кинлервальх, ответственный за металлы и кузнечное ремесло.       Ее тело озарилось светом фиолетового цвета, когда божественная энергия стала наполнять ее. У каждого человека этот цвет был свой. Я не впервые видел этот ритуал и не впервые поражался его красотой.       — О, милостивая Люже, вечная мученица, сжалься над чадом своим, сохрани ты жизнь его. — Ангел-хранитель, заклинание с одной печатью, с пентаграммой в основе и пятью точками сопряжения. Я был немало удивлен, когда меня залил золотистый свет этого поистине сложного заклинания, которое не каждый-то старый маг сможет применить, а тут… Талантливая девочка, ничего не скажешь.       Между тем, нас уже стала окружать толпа зевак, привлеченных шумом аварии. Во время заклинания по толпе тут и там ползли шепотки.       — Ведьма…       — Ведьма, да…       — А этот рядом с ней, не тот ли, из газет? — Люди стали помимо шептаний тыкать пальцами, шепот перешел в гул.       — Да, тот самый. Монстр! И девка твоя поганая, тоже монстр! — Как только Эви закончила с заклинанием, я встал, подхватив ее на полпути к земле. Девочка явно действовала на эмоциях, на мои раны хватило бы и самого мизерного заклинания лечения.       — Я бы вас попросил, господа, — раздался позади толпы крик, вызвавший громкое «Ах!» из толпы. Вилхарт в своем репертуаре: буквально за секунду восстал из состояния человека со сломанной шеей до состояния вполне себе живого.       — Где-то я тебя видел, парень… — сказал было какой-то работяга, лет сорока на вид, как улыбка во все зубы, обнажившая клыки, освежила ему память. Вилхарт растолкал обомлевшую толпу, после чего я прошелся по образовавшемуся коридору с Эви на руках.       Дальнейшее наше путешествие происходило пешком. Фраза, сказанная напавшим на нас полицейским, всерьез озадачивала меня, ведь любая деятельность против магов или других полулюдей запрещена… Удивительно, как круто изменилась моя жизнь за последнюю неделю.       Пройдя почти весь Лондон, мы оказались перед особняком почившего Интелигентеркопфа, когда время было уже далеко за полдень. Офицеры полиции, охранявшие место потенциального преступления, при нашем прибытии отдали честь, и один скрылся в доме.       Вскоре оттуда вышел офицер в сопровождении еще одного элитного мага из армии. Видимо, полиция тоже подозревает, что в деле замешан Дутч, иначе они бы не привлекали к делу магов из армии.       — А где… — начал боевой маг, вопрошающе ведя поиск нашего сопровождения.       — Полицейский застрелил его, после чего пытался убить меня. Во время борьбы произошла авария, полисмен погиб.       — А это? — маг кивнул на Эвелинн и Вилхарта, вставших у меня за спиной.       — Моя ученица и мой коллега. Как вас величать, мистер?       — Альберт. Альберт Рознальд, господин Дженкинс. — Он сделал шаг в сторону, и мы прошли внутрь.       — Причина вызова? — Высоченные потолки, колонны, мраморный пол… Я почувствовал, как волей-неволей по моей коже пробежали мурашки. Все-таки, такие огромные и шикарные дворцы и особняки не для меня.       — Мы нашли еще одно помещение в подвале, оно было скрыто заклинанием. Штурмовая группа уже готова, по нашим предположениям помещение достаточно большое.       — Пусть прикрывают нас со входа. — Я направился к расположенной на кухне лестнице в подвал. Проходя через столовую, я на всякий случай взял наизготовку свой револьвер, Вилхарт еще в гостиной достал одну из своих серебряных шпаг, инкрустированных рубинами. Эви же словно растворилась в воздухе. Видимо, решила, что боец-невидимка будет хорош.       Я и Вилхарт прошли мимо штурмовой группы, находившейся у входа в таинственную секретную комнату, и проникли в низкое помещение, освещенное зеленоватым светом находящегося в ней устройства, напоминавшего генератор, работающий на мане. Принцип такого генератора был прост: сжиженную ману превращали в магическую энергию, а ту в электрическую. Почти сразу же нос уловил весьма заметный запах гниения. Видимо, проход так и нашли — по запаху.       — Помнишь, ты говорил про пропадающих девушек? — спросил я Вилхарта, держа револьвер наготове и зыркая глазами по углам.       — Так же как и ты, мой друг, я помню каждую мелочь до конца жизни. Хочешь сказать, мы нашли их? — Вилхарт, стоило нам войти в помещение, достал вторую шпагу.       — Возможно. Или хотя бы часть из них.       — Ритуал возрождения при помощи органов? — Готов поспорить, Вилхарт, говоря это, вопросительно поднял бровь.       Действительно, мы нашли около десятка женских тел, разного возраста, сложения и, судя по рваным одеждам, разных условий жизни, однако их всех объединяло одно — тела были крайне изувечены, и, извлекая из них разные органы, кто бы это ни делал, особо не церемонился.       — Я спускаюсь к вам, господа! — раздался сверху крик того элитного мага.       Почти сразу же после этого сверху послышался шум выстрелов, крики и удары. Я резко обернулся и знаком руки показал Вилхарту, чтобы тот не лез. Неизвестно, что там, но оно явно недружелюбно. На дальней от прохода стене я успел краем глаза заметить то, что выдавало, что этим местом пользовался Дутч: его личный знак, такой же, как он оставил тогда на той поляне, такой же, как тогда в банке. Часы, пробитые черной пулей. В голове быстро пронеслась мысль о том, что, возможно, он хотел, чтобы это место нашли…       В помещение, в котором мы находились, влетели два чуть ли не спрессованных в одного бойца штурмовой группы, разбрызгивая во все стороны кровь. Вилхарт, стоявший выше меня, ринулся вперед к проходу с яростным криком, делая стремительные выпады. Я поспешил следом, при этом шепотом произнося заклинания усиления.       — Как земля сильна, так и сделай же меня и друга моего сильнее, чтобы сразил я врагов твоих и своих. — Это было последнее из заклинаний, что я успел прочесть, прежде чем добрался до прохода, а свет в моих глазах погас…       — Этот лишний, убей его, — первым делом услышал я, очнувшись. Открыв глаза, я увидел высокий силуэт, около двух метров ростом, стоящий перед магом, который оставался наверху. Я сидел, привязанный к стулу, напротив меня сидел Вилхарт, точно в таком же положении, моей новоиспеченной ученицы нигде не наблюдалось. По правую руку стоял, прислонившись к стене, уже ставший слишком мне знакомым силуэт Дутча, крутящего на пальце мой револьвер. Шпаги Вилхарта лежали у него под ногами. Я услышал едва слышный скомканный крик ужаса, когда высокий силуэт занес руку и одним ударом пробил того бедолагу из элитных магов насквозь, в том месте, где у всех нас сердце.       Далее силуэт передвинулся к Вилхарту и резко запрокинул его голову, так, чтобы не сломать ему шею, но чтобы мой друг смотрел ему куда-то в район глаз.       — Л.В.В… Какой пошлый и незвучный псевдоним, но, несмотря на это, я хочу узнать, что же он значит. Все же вы докучали нам последнее время, отлавливая наших агентов в городе.       — Приверженцам старины, безумцам и маньякам не следует знать имя того, кто карает их своим праведным огнем, во имя своей госпожи. — То, как лорд вампир говорил, заставило дрогнуть оба силуэта, то ли от испуга, то ли от удивления. Высокий силуэт оставил моего друга, переместился ко мне своим грузным шагом. Серый плащ поверх серого костюма на голове, серый же цилиндр, по которому мне тут же захотелось ударить. К моему лицу приблизилась рука в белой перчатке и, взяв за подбородок, заставила смотреть в глаза своего обладателя… Холодные механические глаза, тихо жужжащие, настраивая фокус… Аугментик, причем, явно один из самых опасных вариантов, с почти полной аугментацией, сохранявшей лишь мозг.       — Не узнаешь меня, Глупец? — тяжело проговорил аугментик, явно еще не привыкший к своему новому тяжелому телу. Хотя, если бы Вилхарт сейчас не был привязан, то они скорее всего были бы одного роста, аугментик все равно был шире его в плечах и состоял из металла…       — Как смеешь ты, презренный пес, предавший дарованное богами тело, обращаться ко мне в столь неуважительной форме?! — Мне нужно тянуть время, если Эви не схватили, значит, есть шанс спастись. Стоило мне подумать об этом, я увидел небольшую рябь воздуха, в темном углу, за спиной неизвестного аугментика. Тот было занес руку для удара, но силуэт в углу покачал головой, и аугментик опустил свою руку, размером с хороший такой кирпич.       — Не хорошо так нападать на старых-то друзей…       — Довольно, Ганс Интелигентеркопф! Сегодня, Вильям. — Силуэт, стоявший у стены, подошел ко мне, доставая из-за пазухи один из своих револьверов-кастетов. — Я покончу с тобой, раз и навсегда. Ты проиграл, командир. — Сколько же презрения было в голосе Дутча. Но он боялся, даже уперев ствол своего револьвера мне в лоб, он боялся.       — Я бы не был так уверен, — с усмешкой сказал Вилхарт. Тот, кто был когда-то Гансом Интелигентеркопфом, лордом этого дома, вернулся к моему другу и повторил с ним операцию, что до этого проводил с нашим горе-сопровождающим. Вилхарт дернулся пару раз и затих, хотя я знал, что ненадолго…       Как только аугментик нанес удар, на Дутча сзади напрыгнула Эвелинн и стала драть ему лицо своими небольшими когтями. На голове ее красовалась пара крохотных синеватых рожек, одного тона с ее глазами.       Я воспользовался моментом и, произнеся заклинание разрушения, высвободился из пут… И оказался прямо перед Интелигентеркопфом, нависшим надо мной с угрожающим видом.