My great past future. Мое великое прошлое будущее.

Мороз по коже пробивал меня аж до костей. - А ты что здесь делаешь, Сакура? - нахмурил лоб Мадара, а потом, пройдя немного вперёд и увидя бездыханное тело, продолжил: - Черт побери, что это все значит?! - Я... Убила его, Мадара, - сглотнула я, смело смотря в глаза мужчины, что с каждым моим словом становился все более и более злым. Морщинки под глазами только возросли в количестве, а в зрачках начал проявляться Шаринган. - Что ты сделала? - Убила Обито Учиху. В кабинете опять повисла тишина, еще более пугающая, чем раньше. Я видела, как Мадара с каждой секундой теряет контроль над своим самообладанием, Тобирама решительно сжимает за спиной кунай, готовясь отразить атаку врага в любой момент, а Хаширама все так же мрачно сидит за своим письменным столом, в упор сверля глазами своего старого друга. На секунду мне показалось, что Мито и вовсе исчезла из кабинета ввиду своей слишком большой незначительности и молчаливости в данной ситуации. Я решила взять все в свои руки, независимо от того, усугублю я ситуацию или же наоборот. - Я готова понести ответственность за содеянное. - В самом деле?! - вспылил черноволосый, нервно раскидывая руки. - Готова понести всю ответственность перед кланом Учиха и Сенджу, вытерпеть все допросы и пытки, а потом быть... Ты даже понятия не имеешь, с чем столкнулась. И тут уже все зависит не от меня или же идиота за столом, - старший брат Сенджу недовольно подмял рукой щеку, - а от старейшин. И это я в расчет не взял то, что ты каким-то боком связана с Сенджу, но сейчас уже даже это роли не играет! В любом случае, - потер переносицу красноглазый и перевел красноречивый взгляд на главу Сенджу, - мы сделаем суд. Конечно. Конечно, они сделают суд: убили члена их клана (хоть и бастард и вообще, мало как с ними связан, но Учиха), да и к тому же с кланом противника связана. - Сделаем, - кивнул тот. - А правило последнего желания в силе? - подняла руку я. - Это только перед казнью. - Да ну, меня и так порешат. Сейчас надо. - Чего ты желаешь? - спросил Тобирама. - Пятнадцать минут пребывания в комнате, которую ты мне выделил, - тот лишь кивнул и приказал страже сопроводить меня до покоев. Выходя из комнаты, я словила его тревожный и очень взволнованный взгляд, который он пытался всеми силами замаскировать под суровым сдвигом бровей и позой, которая выражала полное неодобрение данной ситуации. Я улыбнулась ему: насколько была способна. - Брат, - встрепенулся он, - позволь мне лично выполнить ее желание, - Хаширама долгим взглядом одарил своего сородича, но потом, улыбнувшись, кивнул. Стража меня отпустила, но зато я попалась в еще более крепкий захват будущего Второго Хокаге. Да уж, синяки точно останутся. Мы вышли из кабинета. Тобирама ослабил хватку и, в конце концов, отпустил мои руки. Я лишь благодарно кивнула. - Сакура. Какого черта ты творишь, маленькая дурная девочка? - Делаю твою жизнь более красочной и нервозной, мой господин, - шутливо показав ему язык, я приоткрыла дверь своей комнаты. - Подожди меня здесь, я никуда оттуда не денусь. Уединившись, я достала из шкафчика большой лист бумаги и разорвала его на четыре части. Слава богу, чернила тут оказались. Хотя, этим я займусь немного позже. Подойдя к полкам, я отодвинула несколько книг и вновь "раскопала" свою заначку с сюрикенами, кунаями, несколькими заточками и сильными медицинскими препаратами. Вполне возможно, что оказание первой помощи себе родненькой будет не самым бесполезным делом сегодня. Заправив в набедренную сумку все необходимое, закинув через плечо свиток, я села за рабочий стол. Слова выводились сами собой, без лишней мысли. Хотя, признаться честно, раньше я писем никому не писала, не открывала занавесу своих намерений и тайну характера другим людям так, просто через бумагу. И, уж на что я точно не рассчитывала, так это на красоту написанного и на то, что меня поймут. Наверное, этот странный позыв прихоти - простое отчаяние, снятие стресса. Не знаю, такие странные чувства я испытывала впервые в жизни. Отчего-то вспомнился Наруто, его пронзительно-голубые глаза. Он стоял будто бы передо мною, ободряюще улыбался и спрашивал:"Ну что, готова, даттебайо?!". Да, наверное, готова. Его образ в моей голове протянул мне руку. Да уж... Весь его стан, поза, улыбка и сама вечная манера поведения, все будто бы говорило, что все будет хорошо. Что я на правильном пути. И я верила. Верила этому эфемерному и такому живому плоду моего воображения, смешанного с обрывками воспоминаний. Свернув письма, я сложила их на стол и подписала, кому именно они адресованы. Надеюсь, это безмолвное прощание будет лучше всех слов. И вновь вышла к Сенджу. Он стоял, опершись об стенку и, сложив на груди руки, с каким-то напряженным терпением выжидал меня. Его красивое бледное лицо, искусанные в порыве гнева губы и красные, жесткие глаза. Растрепанные волосы, подтянутое, но вовсе не перекачанное с придатками худощавости тело. Мне это все нравилось. До ужаса, до пульсации в висках и прилива крови к щекам. Я была по-настоящему, серьезно... Влюбилась. И это прекрасно. Прекрасно, что с этим удивительным чувство в грудной клетке, что теплом разливается по всему телу, я умру. Умру с безмерной любовью к человеку. - Тобирама, - начала я, немного улыбнувшись и закрыв за собой дверь. Он лишь бодро поднял голову и воззрился на меня внимательным взглядом. - Я хочу тебе кое-что сказать. - Да? - Я люблю тебя, - мое признание вылетело так же неожиданно, как обычно бывает в самых неловких ситуациях. Мне даже пришлось смущенно опустить взгляд в пол, но в следующую секунду большие холодные руки обняли меня за талию и притянули ближе. Я резко вскинула голову и столкнулась носами с парнем. Наши губы были в миллиметре друг от друга, и я чувствовала его холодное дыхание. Его глубокие алые глаза, в которых можно было теперь разглядеть узор, смотрели прямо в мои. Морщинки на веках указывали на усталость и нервный стресс. Поцелуй был грубым, страстным и долгим. Мне казалось, я просто растворилась в его прикосновениях, в его губах и пронзительных красных, как кровь, глазах. Его руки блуждали по моей спине, пробирались под свитер, опаляли кожу своими холодными прикосновениями. Мне нравилось. Нравилось все. И, черт его побери, как же тяжело было осознавать то, что любимые прикосновения были первыми и последними в твоей жизни. - Я люблю тебя, Сакура, - в глазах Сенджу читалась непомерная боль и предвкушение тяжелой, ужасно ранящей утраты. - Я буду только твоим, навсегда. Я лишь слабо улыбнулась, вспоминая, что Второй Хокаге и вправду был холост и бездетен. И все же, ему будет больно. Стук часов будто бы застыл у меня в голове, посекундно отсчитывая пятнадцать минут, которые были последними безмятежными минутами в моей жизни. Дальше - резкий откос и падения на дно самой глубокой впадины. Туда, где не выживает никто. - Пора, Тобирама, - с комом в горле сказала я. - Время истекло. Повисло напряженное, тяжелое молчание. А мы все стояли у закрытых седзи, и парень, по всей видимости, даже не думал о том, что мое последнее желание затянулось. Вдруг он сосредоточенно посмотрел на меня и будто бы взъерепенился, напрягаясь всем телом. - Если будет хоть малейшая возможность сбежать, - начал он, - беги. Если я ее увижу, то дам тебе сигнал. - Не смей! Хоть себя под удар не ставь, хорошо? Я еще с самой нашей первой встречи пропала, но ты должен жить. Хотя бы ради того, что сделаешь в будущем. Так что не смей так сильно рисковать и делать что-то ради меня. Мне не помочь, а ты - тот, кто когда-то поможет всем. Так что живи и не оглядывайся назад. Считай, что я уже стала частью твоего прошлого, - прочитала ему лекцию я. Похоже, он просто сделал вид, что меня послушал, а на деле сделает все по-своему. Схватив меня за руку, альбинос направился назад, туда, где меня ждал суд. В кабинете Хаширамы по прежнему пребывали все те, кто и был, за исключением присоединившихся Изуны Учихи и нескольких стражников из обоих кланов. Младший брат Мадары окинул меня странным взглядом: казалось бы, негодующим и злым, но почему-то пропитанным уважением к моей персоне. Никогда бы не подумала, что он умеет играть своими чувствами на два фронта. Мито услужливо стояла позади своего мужа, немного склонив голову и грустно оглядывая половицы татами. Мадара курил кисэру, неспешно составляя какой-то документ, а Хаширама сидел напротив него, с каким-то остервенелым напряжением гипнотизируя лист перед ним. - Мы вернулись. - Вас не было дольше, чем запрошено, - сухо кинул глава Учих, даже не отрываясь от трубки и листа. - Мне потребовалось немного больше времени, извините, - оправдалась я. Тобирама держал мои руки скученными, так что запястья ныли от боли. Я немного шелохнула руками, и он тут же ослабил хватку, но не выпустил. - В любом случае, нам с главой клан Сенджу еще нужно несколько часов на составление соответствующих... предъявлений к тебе, так что стража на протяжении всего этого времени будет присматривать за тобой. Или, - об безразлично повернул ко мне голову. - Тобирама Сенджу лично возьмет на себя ответственность в присмотре за тобой? В моих глазах промелькнула тень надежды. - Я возьму ее под личный присмотр, - ответил беловолосый и от чего-то мне показалось, что его уверенный и спокойный тон, серьезный взгляд придал мне сил. Все же, от него излучалась аура настоящего бойца и лидера, что может вселить своим людям уверенность в завтрашнем дне. А мне бы ее иметь хотя бы в сегодняшнем... - Отлично! - хлопнул в ладоши Хаширама. - А теперь, прошу всех вас выйти и оставить меня с главой клана Учиха наедине. Нам нужно кое-что обсудить, - все покорно поклонились обоим представителям кланов и удалились. Изуна, почтительно кивнув мне, вместе со стражами покинул здание и вышел на улицу, Мито погладила меня, как ребенка по голове и тоже удалилась прочь. Мы с младшим из братьев Сенджу зашли в мои покои, где он отпустил мои запястья. Да уж, это светлое и безмятежное помещение было будто бы желанным оазисом посреди пустыни жестокости и боли. Место, где можно абстрагироваться от ужаса и безысходности вокруг. - Что они обсуждают? - Скорее всего, твой поступок и последствия, - ответил альбинос, садясь около седзи и закуривая кисэру. - Хоть мой брат и думает об участи клана в первую очередь, но и тебя он считает своей семьей, как бы там ни было. Так что он постарается хоть как-то улучшить ситуацию. - Даже он не в праве вмешиваться во внутренние разбирательства другого рода, - покачала головой я. Поступи так Хаширама, дело бы обернулось полнейшей несуразицей для всех Сенджу. - Даже если учитывать, что он вполне ладит с Мадарой... - Я не сказал, что в силах этой дубины полностью тебя оправдать. Но хоть какую-то поправку в их рассмотрения внести он может. Через Мадару, ведь, по сути, они очень схожи, - лениво выпустил дым парень. - Меня интересует то, как ты связана с Учиха? Будь то какой посторонний, глава их клана не рвал бы на себе так отчаянно волосы. - В моих изначальных планах была... Поимка этого убитого бастарда, - начала сочинять я так, чтобы эта версия была максимально удобной для дальнейшего использования и правдоподобной. - Я с самого начала знала, что он из их клана, так что решила вмешаться и разобраться своими силами. Можно сказать, что я преднамеренно познакомилась с главными представителями клана Учиха. И, так уж получилось, что мы начали неплохо ладить, но они обо всем не догадывались - я им не говорила. Это бы только мне помешало, сам понимаешь. А теперь эта неразбериха, и я, кажись, окончательно запуталась во всем этом... - Говоришь, хорошо ладишь с ними, да? - рассуждал вслух он. - Тогда вполне возможно, что эти братья постараются оправдать тебя. Мадара, на самом деле, может и не справиться с этой задачей, так как он по большей мере представитель интересов Учиха, а вот Изуна... Хоть я его и недолюбливаю, но он - единственный, кто сейчас больше всего склонен к помощи тебе. - С чего ты взял? - Я видел, как он смотрел на тебя. - И как же он смотрел? - раздраженно спросила я. Мне сейчас не до чувств окружающих, честное слово. - Как-то по-детски привязано. И немного влюбленно. Я думаю, ты ему как младшая сестра. Он в детстве всегда хотел быть похожим на своего старшего брата, и ему не хватало того, о ком можно заботиться и кому можно покровительствовать. Говорили, он всегда хотел иметь младшую сестру, - повел бровями Тобирама, продолжая курить и поглядывать на меня. - Не знаю, так ли он тебя воспринимает, но... Не нужно даже напрягаться, чтобы понять - он по-своему дорожит тобой. И именно это можешь использовать в свою пользу. - Как грязно! - я фыркнула. Не думала, что такой честный человек, как Второй Хокаге, может использовать чувства людей на собственную выгоду. - Это неправильно. - С этим можно разобраться тогда, когда ты спасешь свою шкуру от смерти. А пока... Не легче ли забыть о хорошем мамином воспитании и постараться выжить, не изменяя своим принципам? - Если бы я не изменяла своим принципам, то умерла бы еще в первый месяц становления шиноби, - раздался мой смешок. - Именно по этой причине у меня нет принципов. - Скорее всего, это - самое привлекательное в тебе. Твоя честность - это ложь, а ложь - честность. Странно, нелогично и очень... интересно. - Что, думал, что все женщины ангелочки в парандже? Я не из таких. - А из каких тогда? - Из дьяволиц в намордниках! - рассмеялась я. Похоже, меня забавила сама тема нашего разговора. Если не учитывать Дамоклова меча, что висит на надорванной нитке прямо над моей головой, то я вполне довольна жизнью. - Ты... Сбеги, как только будет возможность. Я тебе уже говорил, что я дам сигнал, как только ее увижу. Беги через лес и реку, к границе со страной Травы. Есть там деревня, не пересекая границы. Там очень спокойно в последнее время, мятежи наш клан присек. Найдешь дом, стоящий в стороне от всех, там живет девушка, которая тебе поможет. Просто скажешь, что ты от Тобирамы Сенджу. Пересидишь там, поняла? - Это что, твоя любовница?! - ревность больно уколола. Не хотелось этого признавать, но это именно так. - А ты ревнивица, - рассмеялся тот. - Нет, она вдова одного моего хорошего приятеля. Так как мы крепко дружили, то я ее давно знаю. И уверен, что на нее можно положиться. - Раз так, то ладно... - я надула губы, изображая свое негодования и небольшую обиду. - Но все же, я знаю план получше. - Например? - Сейчас, пока есть время, я составлю отчет своему правительству. Потом, когда дашь сигнал, я покину страну. Меня не успеют догнать, а на границе у них возникнут проблемы, и дальше они не пройдут. - Ты уверена? - в его глазах читалось беспокойство и какое-то внутреннее волнение. - Вполне, - махнула рукой я. - Хоть задание выполню, раз уж нормально уйти не получится... - А что потом? Куда дальше планируешь? - Пока там останусь. На месяц. А дальше... Не знаю. Никогда не имею четких планов, но всегда имею работенку. Звучит фатально. - Звучит нормально. Большинство людей никогда не имеет четкого плана действий и просто ловит волну. Хотя, в твоем случае все гораздо интереснее: ты не плывешь по течению, но и не противишься ему в полной мере. Скажем так, ты повернулась не на сто восемьдесят градусов, а лишь на девяносто - боком к течению реки. Странная и весьма неудачная, но довольно занимательная и и интересная позиция. В твоем стиле. Я бы назвал это дерзостью, вот так-то. Мой стиль? Ну, если в глазах окружающих он именно такой, то в душе я ликую - именно такой эскиз моего внутреннего "я" был идеалом для меня на протяжении многих лет. Вот только самой себя, настоящей и в полной мере искренней, я не знаю. Это было самым обидным пунктом всех моих промахов. Да и идеал - это простая ширма, которой прикрываются те, кто не хочет выставлять свое настоящее "я" напоказ. А ширмы подобны правилам: ты или их всю жизнь сносишь и оголяешься перед сотнями других, или же следуешь их лабиринту, и все, что видят окружающие тебя - лишь тень от свечи. Нечеткая, темная тень. Лишь очертания фигуры и ничего конкретного. - Это не я, не та, которой родилась, - выдохнула я, затачивая кунаи. Они мне, очевидно, в скором времени понадобятся. - И теперь у меня есть примерное представление о том, что я хочу делать дальше: найти себя настоящую. Пойду путешествовать в полном одиночестве туда, где и людского духа не было. Буду эдакой отшельницей, странствующей по миру. Было бы очень недурно. На самом деле, очень. Если бы я успешно вернулась в будущее, то непременно бы спросила разрешения на такое путешествие у Цунаде. В этих моих мыслях настораживало только одно: то, что я практически полностью повторяю жизненный путь и судьбу Пятой Хокаге. А уж она, хоть и пример для подражания многим шиноби и ирьенинам, но уж точно не эталон правильного в глазах общества ритма жизни. Хотя, если все время оборачиваться на общество, то вряд ли из тебя получится что-то толковое. А вот стоять боком, как заметил Тобирама, - самое то для золотой середины мнений и внутреннего баланса. - Мы никогда не знаем, какой дорогой мы идем, - изрек парень, откладывая в сторону кисэру. - Но только перед смертью мы можем понять, кто мы на самом деле. Когда придет этот момент - тогда ты получишь несколько секунд внутреннего спокойствия и гармонии. Их хватает сполна для какой-то там ничтожной человеческой жизни, которая не играет роли по сравнению с созвездиями, галактиками и вселенной. Один человек ничего не значит - как капля в море. Так что не стоит углубляться в понятие самого себя. Следуй своим правилам, принципам и интуиции - вот и вся золотая формула для счастливой жизни. Я посмотрела на его расслабленное лицо. О том, как ничтожен человек по сравнению со всем миром говорил еще старик Третий. Мое лицо озарила улыбка: значит, всем тем премудростям его обучил сэнсей-Второй Хокаге. Так прошло несколько часов. Мы сидели, разговаривали, курили и пили чай. Было очень спокойно в стенах этой маленькой комнаты. И это придавало мне сил. А вот и снова постучали в закрытые седзи, прося провести меня на двор. Я бросила уставший и виноватый взгляд на Тобираму и уже сама протянула ему руки, для того, чтобы он их больно заломил и подталкивая в спину, вывел из здания. Во дворе были все: по обе стороны от главных ворот расположились главы кланов, охрана, "важные шишки" и прочие. За территорией клана столпились зеваки, чьи головы с интересом высовывались сверху от закрытой брамы. Старики, что присутствовали и в Сенджу, и в Учиха посмотрели на меня гневными порицательными взглядами. Не хватало еще только картинных вздохов, взмахов указательным пальцем и такого угнетающего "ай-ай-ай!". На самом деле, они мне больше напоминали старушек на лавочке, которые совершенно не стесняясь обсуждали мимопроходящих людей, развешивая на них клейма, вроде "шлюха", "наркоман", "бабник", "пьяница" и тэ-дэ. Похоже, у младшего из братьев Сенджу они вызывали что-то очень похожее, так как раздалось сзади раздраженное фырканье и откровенное презрение во взгляде. - Держи голову прямо и смотри только на глав кланов, - шепнул мне на ухо Тобирама, как только мы начали спускаться по ступеням во двор. - Эти старые пердуны - не самая приятная аудитория для наказания. Мы прошли вперёд к Хашираме и Мадаре, которые стояли по разные стороны от входа вместе с дюжиной охраны и рядовых шиноби. Мито, похоже, решила не участвовать в этом всем и наблюдала за происходящим из сада, ловко притворившись, будто она собирает вместе с работниками яблоки. Мадара кинул на меня суровый и в глубине обеспокоенный взгляд. Глава Сенджу постарался рассмеяться и приободрил меня дружеским хлопком в спину. Черноволосый лишь фыркнул. - Хоть это и запрещено делать, но все же мы с Мадарой решили тебе рассказать, - заговорчески подмигнул мне будущий Первый Хокаге и притянул ближе, наклонившись и нашептывая на ухо. Слава богам, что те старые маразматики не видели его самоуправления. - Лист с твоим "послужным" списком... Если в кратце, то тебе придется отвечать за убийство одного из клана Учиха. Хоть это серьезно, но мы убрали из приговора слово "умышленное". Свидетелей нет, так что твоя фантазия может разыграться в сочинительстве истории. Единственным был Мадара, так что он просто повторит все то, что ты сказала. Договорились? Я слабо кивнула и, закусив губу, подняла непонимающий взгляд на Мадару. - Почему? - от этого вопроса черты его лица разгладились, и оно стало расслабленным и немного уставшим. - За все, что ты мне дала. Что, что я ему дала? Не думаю, что весь этот план из-за того, что мы один раз перепихнулись. И явно не из-за чего-то возвышенного, как любовь. Может, потому что так надо, а может, потому что он не тот, кем был поначалу. Изменился. Я покорно приняла его ответ, рассуждая, что сейчас не время и не место для задушевных разговоров. Сенджу отошёл для разговора с братом, Мадара приказал младшему брату отвести меня в поместье Учиха и присоединился к ним, а его младший брат тем временем подошёл ко мне. - Как найдется шанс, используй его правильно, - сказал он мне прямо в губы, прожигая меня ярко-красными глазами. - Ты поняла меня? - Да. - Отлично. Я знаю, что младший идиот Сенджу тоже будет тебя выручать. Так что я стану полезным дополнением к вашему дуэту самоубийц, - решительно кивнул он. - Но твой брат... Ты пойдешь против его воли? Не грузи хотя бы себя, Изуна... - Он тоже этого хочет. - Что?! - Мы с ним решили сделать все правдоподобно: он приходит сюда, выставляет тебе обвинения и забирает в поместье клана Учиха для суда. По дороге что-то случается (он не сказал, что именно) и я, белобрысый идиот и ты сбегаем, оставляя свои клоны. Доведём тебя до деревни на границе и оставим там, пока все не затихнет. Каждый день тебя будет проведывать мой клон, чтобы удостовериться, что все нормально. - Не стоит... так стараться ради какой-то девчонки, - сглотнула я, опустив глаза. Вдруг мне стало совершенно неудобно за все эти проблемы, что я принесла обоим кланам. У них и без этого хватало дел по горло: обоюдная ненависть и кровная вражда, покорность как самим себе, так и императору Страны Огня, работа на другие страны, что нанимали их на войны. Я - явно не то, чем стоит заниматься - лучше просто забыть. В любом случае, я и так уйду, исчезну из их мира как последний снег. Так ради чего же все это? - Лучше о себе позаботьтесь, займитесь чем-то более значительным. В конце концов... - Ты приносишь одни проблемы, - резко цыкнул Изуна, выпрямившись, как струна. Он был выше меня чуть ли не на голову, так что я лишь неловко испепеляла взглядом эмблему клана на его темной кофте. - Так что потрудись послушаться и этим самым помочь нам всем разгрести это дерьмо, Сакура. Раз не хочешь воспринимать наше деяние как награду, то смирись с тем, что тебе придется повиноваться нам ради нашей же выгоды. - И какая же выгода в том, чтобы отпускать преступницу? - Бумажной и дипломатической работы меньше, - фыркнул тот и, развернувшись на пятках, присоединился к главам кланов. Я осталась стоять одна. Хотя, подождите, когда отлучился последний мой союзник, то скурпулезная охрана не преминула сразу же подойти ко мне и, заломав руки за спину, поставить на колени. Еще "лучше": теперь я была чуть ли не носом в земле и могла вдыхать дивный запах пыли, грязи и чего-то более натурального, чем все на свете. Хорошо, что хотя бы свиток за спиной не забрали. - Ладно, начинаем, - объявил Мадара, а глава клана Сенджу только кивнул, и все его подчиненные отошли в сторону, предоставляя дорогу Учихам для пути. Охранники взяли меня и подвязали мои руки за две длинные перекрестные палки, которые, по всей видимости, служили им ручками. А я, как жалкая сопля, болталась посередине. Правда, сначала они просто отошли, оставив данную конструкцию на мне, но потом, взобравшись на своих коней, резко подняли палки. Теперь я точно болталась. - Мой младший брат проводит вас к вашему поместью, с разрешения, - сказал Хаширама, а будущий Второй Хокаге лишь кивнул, взбираясь на своего коня. - Конечно, - ответил глава Учих. Тобирама подъехал ближе ко мне и кивнул. С другой стороны приблизился Изуна. Вот и все. Конец. Одно из последних воспоминаний, что останутся у меня об этом месте. Времени Воюющих Провинций. Великих основателей Первой Скрытой Деревни и одних из самых могущественных шиноби всех времен в истории. Великий Хаширама Сенджу - Первый Хокаге и Бог Шиноби. Тобирама Сенджу - Второй Хокаге и гений, что придумал одни из самых удивительных техник. Мадара Учиха - сильнейший представитель клана Учиха и тот, кто способен уничтожить все и всех, только щелкнув пальцами. Это было удивительно. На самом деле. Мы начали свой путь. Поместье Сенджу и Учиха находились по разные стороны от деревни, но если срезать через огромный ров... Не так уж и много времени и шансов смотаться. Дорога была неровной, особенно там, где начинались ущелины и отвесы, так что меня мотало из стороны в сторону каждый раз, когда копыта коней напарывались на очередной булыжник. Запястья пекло от тугого узла веревки, а пальцы начинали понемногу неметь от плохой циркуляции крови. Я чувствовала, насколько напряженным был Тобирама, и как сильно был возбужден Изуны, предвкушая наш без пяти минут побег. Да уж... Весь экипаж вдруг резко затормозил и начал нервно перешептываться: впереди упало несколько деревьев, перекрывая дорогу. Охранники пошли оттаскивать их, оставив меня на присмотре моих спасителей. Мои глаза впились в лицо Сенджу, пытаясь найти хоть какой-то намек на то, что можно действовать. Он обернулся на меня и слегка кивнул. Заметив это, Изуна достал из рукава два сюрикена и запустил так, что я наконец упала на землю, отцепившись от этих балок. Мы трое создали своих клонов и скрылись в гуще леса, пока ни о чем не подозревающие ниндзя не обнаружили подмену. Напоследок я обернулась: "Тобирама" и "Изуна" обратно подвешивали "Сакуру". Все гладко. - Иди быстрее, - буркнул Тобирама, дергая меня за руку. Мы оказались в чаще. Хоть от дороги было пока не очень далеко, но деревья были настолько высокими, будто бы мы находимся в самом центре леса. Царила темнота: большие листья верхушек не пропускали к земле никакого света. В глазах запестрило всеми оттенками зеленого, весна, наконец, проснулась. Как и животные. Мне показалось, будто бы я видела лося. Хотя, сейчас было явно не до любования природой. Наша троица начала набирать разгон и через несколько минут мы на полной скорости пробежали чуть ли не половину всей лесной территории. - Слушайте сюда, тупицы, - обратился Изуна, разрывая неловкую тишину. - За считанные минуты за нами будет имитированная погоня во главе с моим братом. Постарайтесь играть реалистично, - хохотнул он. - Ведь из всей погони только Мадара знает, что это постановка. Другими словами, мы были в опасности. Если глава Учиха изображает, то остальные вполне подходят к делу серьезно и могут нас прикончить. Я вздохнула: не так хотелось уйти, совсем не так. Через несколько секунд вдалеке начала виднеться маленькая деревушка посреди степи. Деревья начали редеть и, в конце концов, расступились с нашего пути. Солнце ослепило глаза и начало слишком нагревать кожу. От его лучей я почувствовала усталость, разливающуюся по моим жилам вместе с кровью. Если бы не отчаянное желание избавиться от всего этого дерьма, я бы легла посреди дороги и не шевельнулась - и пусть, что меня рано или поздно переедут. И сразу же я почувствовала чакру посторонних. Одна из них отчетливо принадлежала Мадаре, а другие - охранникам-шиноби. - Насколько они близко? - спросила я, стараясь не терять темп и бежать в ногу со слишком быстрым Тобирамой. Он с удивительной скоростью дотронулся до земли, не споткнувшись. - Двести метров, десять человек. - Если вычесть брата, то девять. Девять шиноби, что идут к нам для того, чтобы устранить тебя, - он показал на меня, - и арестовать нас за неповиновение. Дамы и господа, дела - говно. Мы только переглянулись, ничего не отвечая. Ведь тут он был слишком прав, чтобы что-то добавить. Деревня все приближалась, преследователи все приближались. - Мы не успеем, - сказала я. - Пора обороняться, - мимо меня как раз в эту секунду пролетел ядовитый кунай. Я удачливо увернулась и, размахнувшись, запустила в них сюрикены. Сильно, правда, шиноби не пострадали: одному задело плечо, а другому -ухо. - Дура. Теперь тебе припишут сопротивление. - Они первые начали! Охрана начала нападение, сразу же сконцентрировав все силы на наследниках кланов. Меня же они попытались изолировать от них, полагая, что я легкая добыча. Бух! Вжух! Одним ударом земля под всеми нами раскололась. Бух! Вжух! Вторым же образовался довольно глубокий кратер. Бух! Вжух! Третьим одного из ниндзя я отправила в далекий полет в чащу. Неплохое начало. Точного плана у них не было: одни то действовали слаженно, то по одному, пытаясь меня зацепить насмерть. Однако, пока что получилось навредить лишь несколькими царапинами. Теперь меня опекали двое. Один атаковал спереди, другой - сзади. И пока я отвлекалась на одного, то у второго были полностью развязаны руки в действиях. По скуле прошелся сильный удар. Я почувствовала, как моя челюсть, больно скрипнув, сместилась. Блядь. От неожиданности я упала на землю, но, быстро вправив челюсть, попыталась быстро встать. Попыталась: шиноби ловко закрутил мне руки и ткнул носом в землю. Я перекрутилась и подмяла его под себя, пытаясь нанести кунаем удар в шею. Перехватив мою руку, он остановил мой замах и второю рукой толкнул так, что я опять оказалась под ним. Шиноби сжал пальцы на моей шее, но я со всей силы ударила его в пах ногой и он отлетел. Я медленно встала на колени, стараясь отдышаться. Мадара делал вид, что опекает Изуну, а Тобирама расправлялся с остальными шиноби. - Сакура! - я услышала вскрик младшего Учихи и обернулась назад. Шиноби уже успел замахнуться прямо мне в голову катаной, я бы не успела уклониться. Рефлекторно мои глаза закрылись, а голова приняла мысль о скорой смерти. Послышался хруст пробитой плоти. Я расширила глаза от боли в районе сердца, но... Передо мной стоял Мадара, старался прикрыть. Раздалось его кряхтение: его бок был насквозь пробит и конец катаны через него попал мне в грудь. Во рту почувствовался вкус металлической неприятной крови, а сердце заболело так, будто оно бьется последние разы. Так и было: потихоньку, оно останавливалось. - Сакура! - Брат! Оба, отбрыкнувшись от охранников, поспешили к нам. - Зачем..? - еле слышно спросила я. Голова кружилась, а боль заполнила все мое тело. - Потому что ты моя, - услышала я в ответ. Ну что за придурок. - Ты идиот. Тобирама обнял меня за плечи, снимая с катаны, а Изуна попытался вытянуть катану из бока брата. - - Ох, слава Богам, ании, в этом месте нет смертельного риска, будешь жить. Я улыбнулась, услышав это. Он будет жить. Руки Тобирамы приложили пальцы к моей ране. - Ты... Сакура, излечи себя! - Не могу, - прокряхтела я. Я почувствовала приход Смерти. Я не смотрела на него или на Учих. Только на голубое небо. Наруто. Передо мной явно было видно его фигуру и эти выраженные глаза. Он улыбался. Так ярко. Искренне. Показалось, что Узумаки тут, рядом. Моя рука потянулась к небу, ближе к нему, еще ближе. - Мадара... - тихо прошептала я, смотря на него. - Ты - не монстр, не дай погубить себя... Резкая боль пронзила все тело. Глаза предательски закрылись.

***

В поместье Сенджу было на редкость тихо, хоть сейчас там пребывали Мадара и Изуна Учихи. Хаширама сидел за своим столом, чуть опустив голову. Тобирама оперся на стену и безжизненным взглядом прожигал в книжных полках дыру. Мадара стоял возле товарища, разглядывая свою перевязку. До сих пор не верилось, что это... Произошло. Изуна же сидел на полу, уткнувшись лицом в колени. Мать, отец, а теперь и она... Та, кого он считал своей сестрой. Седзи хрустнули и распахнулись. Вошла красноволосая красивая женщина. В ее дрожащих руках лежали несколько завернутых бумаг. - Я была в ее комнате, - Мито подошла ближе к мужу и положила на стол аккуратно свернутые письма. - Это все, что она оставила. - Вот как... - выдохнул глава Учих. Почему-то от этих слов стало легче.