Двое в одной лодке, или Город тысячи дверей

Они легли спать в метре друг от друга. Каждый свернулся калачиком и повернулся к другому спиной. Гаррет не хотел говорить. Ему по-прежнему было противно от всего, что произошло. Он перестал понимать, зачем нанёс удар, зачем так старался спасти Николаса, когда меньше всех разбирался в этой игре. Николас винил себя. Он не знал, что мог изменить, но был уверен, что сделал что-то не так. Так, в тишине и молчаливом одиночестве прошла ночь. Гаррет спал плохо. Николас изо всех сил старался заставить себя уснуть, но тоже не мог. Наконец, едва над морем забрезжил рассвет, Гаррет сел и принялся ворошить притухшие угли. — Как ты? — спросил он, будто не сомневался, что Николас не спит. Несколько минут тот раздумывал, отвечать или нет, а потом сел и кивнул. — Я справлюсь… — он помешкал и добавил: — Рет. Гаррет поморщился, но ничего не сказал. — По крайней мере я скорее вынесу перестрелку, чем ещё два дня рядом с тобой в тишине, — продолжил Николас. И снова Гаррет не ответил ничего. Он встал и принялся собирать снаряжение — те его части, которые ещё могли пригодиться. Побросал всё в антиграв и сел на место водителя. Николас за это время поплескал себе в лицо морской водой, чтобы проснуться окончательно. Гаррет не мог не отметить, что такой, всклокоченный спросонья и даже немножко небритый, Николас притягивает ещё сильней, чем идеальный лощёный пижон, каким Гаррет встретил его. Такой Николас был живым. Коснуться его хотелось нестерпимо, но эти порывы лишь усиливали коловшую сердце боль. «Ты предал меня», — думал Гаррет, глядя, как худощавая и подтянутая фигура, всё ещё обнажённая выше пояса, двигается по направлению к нему. В правом соске виднелось злосчастное колечко. Сейчас Гаррет хотел бы вырвать его, чтобы навсегда стереть из памяти тот момент, когда поверил, что Николас предназначен для него. Гаррет молчал до тех пор, пока Николас не устроился на пассажирском сиденье. Тот тоже ничего не говорил, и Гаррет никак не мог разобрать — напряжён Николас или нет? Что он вообще думает обо всём, что недавно произошло? Устав гадать, Гаррет отвернулся и, активировав приборную панель, принялся изучать карту местности и радар. — У нас два автомата, — тихо сказал он. — Но я очень надеюсь, что нам вообще не придётся стрелять. По крайней мере в людей. Николас молчал. — Думаю, тебе лучше притаиться где-то в стороне. Скажем, в камнях. Не лезь на рожон. Я дам очередь с другой стороны. Вот отсюда, — Гаррет ткнул в то место, где из горной гряды к Вратам подбегал овраг. — Отвлеку их, и, как только они покинут пост, ты идёшь к Вратам. Активируешь их. Вводишь координаты… — Что, если отсюда всё же нельзя попасть на Перекрёсток? — Вводи хоть какие-то. Даже с Тарекара нам будет проще уйти, чем выбраться отсюда. — Я открою Врата, а что потом? Как ты прорвёшься к ним? Гаррет долго молчал. — Прорвусь как-нибудь, — наконец сказал он и, по-прежнему не глядя на Николаса, стал поднимать в воздух антиграв. — Рет! — Николас положил ладонь ему на плечо. — Только не глупи. Сейчас тебе в голову может лезть всякая ерунда. Например, что ты можешь выжить здесь один… — Я так просто не сдамся, — перебил его Гаррет. — Я хочу узнать до конца, какого чёрта здесь произошло. Так что я собираюсь заглянуть к Джонсону на ковёр и вытрясти из него мозги. Ну, а пока… — он заложил крутой вираж, так что Николаса вдавило в спинку кресла больной спиной, — пока рассказывай ты. Николас поджал на мгновение губы, но, поколебавшись всего секунду, сдался. — Хорошо, — сказал он, — но тут не о чем особо рассказывать… Колина завербовали во время миссии в один отсталый мир. Кажется, он назывался Танагус. Гаррет кивнул. Он точно не помнил всех миров, где Колин успел побывать, но этот не забыл — именно потому, что они отправились туда не вдвоём. У Гаррета было индивидуальное поручение на два месяца, а Колина отправили в Танагус. — Там очень жёсткое кастовое деление общества. Мир тяжёлый. И я бы тоже не хотел, чтобы он «двигался своим путём». — Ты бы вообще не хотел, чтобы какие-то миры «двигались своим путём». — Это к делу не относится, — мягко ответил Николас, который вовсе не собирался накалять обстановку. — Я просто поясняю, почему Колин сделал такой выбор. Всё было добровольно. Наш агент убедил его пообщаться с представителями Управления, и… Гаррет кивнул. — Переходи к сути. — Суть… суть в том, что четыре года назад, когда его отправили в экспедицию на скандально известную подводную станцию, мы получили сведения, что туда готовится нанести удар «Орден Вечных Звёзд». На базе проводились исследования… и некоторые результаты «Монолит» не мог позволить получить посторонним лицам. А «Орден», разумеется, не хотел, чтобы их заполучили мы. — Поэтому вы так быстро нанесли удар. — И поэтому «Инициативу» настоятельно просили не вмешиваться. Уверен, ты обращался к ним. Гаррет стиснул зубы и промолчал. Его так и подмывало напомнить о том, как в похожей ситуации оказался сам Николас, но он понимал, что это совсем другое. — И вы решили его внедрить, — закончил он за Николаса. — Да. Он должен был передать нам данные об организации, внутренней структуре «Ордена» и расположении его баз, но на связь так и не вышел. «Монолит» уже списал его со счетов — когда обнаружился этот след. Николас перевел дух. — Я тебе не лгал. Я в самом деле знал немногим больше тебя. Только то, что это может быть Донован — а может быть и его двойник, или вообще подсадной. — И ты решил, что он клюнет на меня. Николас умоляюще посмотрел на него. — У меня не укладывается в голове... — продолжил Гаррет. — Я понимаю… — Вряд ли. Ты когда-нибудь чувствовал, что всё, чем ты привык гордиться, не значит ничего? Всё, что от тебя нужно, это просто… Тело. Ты просто кукла, и не более того. — Я понимаю, Гаррет, — перебил Николас и крепче стиснул его плечо. — И я чувствовал то, о чём ты сказал. Я чувствую это… — он запнулся, — каждый день, — потом глубоко вдохнул и тихо закончил: — Я делал то, что должен. Рука его на плече Гаррета ослабла, и, обернувшись, тот увидел, что Николас опустил голову, ссутулился и смотрит на собственные колени. — Нельзя служить двум господам, Ник. Если ты хотел быть со мной — если ты убеждал меня, что принадлежишь мне, — то должен был отказаться от них. Заканчиваем, — Гаррет тронул его за плечо и указал вниз. Там, за горной грядой, виднелся металлический обод кольца. Двое автоматчиков стояли перед ним. — Знаешь, что я думаю… — сказал Гаррет, опуская транспорт ниже, так чтобы его было не разглядеть за кустарником. — Нет. Гаррет открыл дверцу. Выпрыгнул на каменистую почву, подхватил с заднего сиденья автомат и, на ходу снимая его с предохранителя, сказал: — На хрен план. Николас едва успел подхватить своё оружие и броситься следом за ним, а вот выстрелить не успел ни разу. Ещё не миновав линию кустов, Гаррет нажал на спуск. Он медленно провёл автоматом по горизонтали, и очередь прошила противников насквозь. Коротко вскрикнув, они рухнули на землю, и Николас, понимая, что здесь его помощь не нужна, бросился к порталу. Он судорожно вводил координаты, пока Гаррет стоял спиной к нему и контролировал подходы к Вратам. — Есть, — сказал Николас и, потянув Гаррета за локоть, втолкнул в мерцающий радужными всплесками водоворот. А сам нырнул следом за ним.