underfeelings

      У Юнги банально нет сил спорить с другом. Он почти не сопротивляется, позволяя тому себя намыть, и даже с трудом, но таки впихивает в себя плотный завтрак. А потом вырубается, как только голова касается подушки.       Омега спит почти двенадцать часов. Не так много, с одной стороны, а с другой он подскакивает на постели, в страхе, что он проспал что-нибудь важное.       Мин спешит, натягивая на себя брюки, бежит по коридорам, застегивая на ходу рубашку и кивая прислуге, которые улыбаются, глядя на бодрого паренька, что последнюю неделю и правда напоминает только своё приведение. Когда мальчик с ноги распахивает кабинет, тяжело дыша после забега, то на него смотрят сразу две пары глаз.       — О, вот теперь ты похож на того Мина Юнги, которого я знаю.       Джин легко встаёт с кресла, хватает юношу за руку и тащит за собой.       — Но сначала — ужин. А потом нас ждёт серьёзный разговор.       В этот раз Сокджин спорит с брюнетом минут двадцать. Минут двадцать они орут друг на друга на весь замок, а потом Мин, насупившись, таки съедает целую тарелку риса и запивает всё чаем. Ким, ужасно довольный собой, тоже выпивает чашечку чая. Он всегда был настойчивым.       Потом Джин тащит его обратно в кабинет, усаживает в кресло и начинает мерять шагами комнату.       — А теперь рассказывай.       — Что?       — Что ты там надумал? У тебя было такое лицо, как будто ты в мыслях спасаешь планету от инопланетян, как минимум.       Юнги только тяжело вздыхает и качает головой.       — Ничего. Я в тупике.       Мин трёт переносицу, а потом начинает говорить.       Он говорит, Ким хмурится, а Хосок продолжает удивляться, насколько этот паренёк умный и догадливый.       Несмотря на то, что Намджун отослал Джина с отговоркой на то, что в замке опасно, сам он так не считает. Границы защищены со всех сторон, чтобы никто не проник, а обороной заведует Тэхён, который в замке не появляется, поэтому сам король даже не волнуется по этому поводу, уверенный в своей победе.       Самое интересное, что уверен-то он не зря. Такими темпами Чон и правда падут, просто сломленные силой армии Джуна.       Всё бы стало проще, заяви они, что Сокджин жив? Да ни черта подобного. Люди бы не поверили, начались разборки, не держат ли его силой, плюс Намджун бы еще что-нибудь выкинул, желая забрать своего «любимого» брата себе, и ведь имеет полное право.       Хосок на этих словах поморщился, неосознанно положив руку на бедро мальчика и сжимая его. Омега смущенно опустил глаза, а Юнги сделал вид, что ничего не заметил.       Джина они, конечно, отдавать не будут. Для этого они его что ли из «плена» спасали? Итак, тупиковая ветвь, думаете? Они не могут остановить людей Ким, ибо те мстят за любимого принца, ни силой, ни хитростью. А значит… Им нужно заканчивать эту войну.       — Как?       Мин много думал об этом. Когда считается оконченной война? Когда один из королей противоборствующих сторон мёртв, что нам не подходит, или когда добровольно признает выигрыш другого. Это и есть план, над которым Юнги так много работал. Им нужно проникнуть на территорию королевства, прямиком в замок, и вывести Намджуна из равновесия.       И вот это — тупиковая ветвь. Вывести-то можно, а вот проникнуть — никак.       Брюнет вздыхает.       — Я знаю один идеальный ход туда, но у него есть один огромный недостаток. Его показал мне в свою очередь Тэхён.       — И?       — Помните, он так и не появился на фронте? Я уверен, он караулит его самолично, может ещё с десятком своих людей. Мы, конечно, можем взять их силой. Но это будет не то. Не будет эффекта неожиданности, Намджун будет нас ждать, а так ничего не выйдет. Я мучаюсь этим вопросом почти с самого начала этой войны, но так и ничего не придумал. А если не поспешить, то будет поздно.       В кабинете на время воцарилась тишина. Джин задумчиво кусал губу, массируя виски, уже даже не обращая внимания на руку Чона на своём колене, и, кажется, теперь он спасал в мыслях Землю. Сам мужчина же на автомате поглаживал ногу мальчика, нахмурившись, и тоже стараясь что-то придумать. Да, Юн в самом начале ещё рассказал альфе свой план. Он базировался на проникновении в замок Ким. Там они должны были воспользоваться эффектом неожиданности, повзрывать немного лже-бомб, чтобы распугать народ, и подержать охрану. На Мине же самое сложное. Он должен был справиться с Намджуном не только физически, направив на него пистолет, но и морально сломать его, проплясать на взошедших ростках интереса и желания, и, в конце, выстрелить в плечо или вообще в стену, сказав, что сегодня он проиграл. Дальше дело за Хосоком. Все эти официальные документы, отзывание армии…       Шатко? Не то слово, но другого варианта у них не было. Они просто все надеялись, что связь соулмейтов сыграет свою роль, что Судьба поймёт свою ошибку со вторым шансом и будет на их стороне.       Да, Юнги ещё тогда рассказал Хосоку свой план, описав его в деталях. Но король совсем забыл про него, растворившись в самой, непосредственно, войне, даже не замечая, что омега разрывает себя на три части: народу, войне и этой самой стратегии.       И сейчас Чону было стыдно перед этим ребёнком, что всё это время тащил эту ношу на себе молча, стойко, и продолжал бы это делать, если бы не Джин…       Что связывает этих двоих настолько сильно, мужчина, к слову, так и не понял.       — А что насчет королевства Пак? Оно же соседствует с Ким, и у них хорошие взаимоотношения. Плюс вы, кажется, с Чимином знакомы.       Юнги вздыхает и откровенен с брюнетом во всём. Ну, почти.       — Да. Чимин двоюродный брат Джина и мой лучший друг.       Хосок давится воздухом.       — Вот только Тэхён не дурак. Он нашу дружбу с Чимином пронюхал и наверняка сторожит их границу ещё тщательнее, чем все остальные, на которые он, насколько я знаю, тоже поставил своих людей.       Хочется побиться о стену. Причём это желание возникает у Мина и Чона одновременно. Юнги подпирает голову кулаком. Будто бы и не спал, а мозг опять начинает болеть, будто его кто изнутри сверлит. Мужчина же понимает, что он конкретно налажал, не занявшись этим вопросом раньше, а теперь выходов он просто не видел.       Наконец, Сокджин закончил с инопланетянами.       — Короче, я всё придумал, и это обязано сработать. А другого варианта, как я понял, у нас просто нет.