Echo of the past

Когда Евген сообщил мне о своём уходе из школы… я расстроился. Да, мы не имели ничего общего и не было никаких «нас». Да, мы имитировали и делали вид, что хорошие друзья. Притворялись. Но не более. Я даже начал общаться с его одноклассником, который, вроде как, тоже проявлял ко мне интерес. Мы вместе проводили перемены, время от времени обнимаясь в библиотеке. Но, скорее, я это делал, чтобы позлить Евгена. Показать, что он не один в моих интересах. Пытаясь вызвать ревность. *** — Почему? — Решил, что не хочу идти в одиннадцатый. Просто не вижу смысла. Да и ЕГЭ не потяну, походу. Зря только проебал год, — он пожимает плечами, мол, вот и всё. — Нашёл несколько учебных заведений, куда можно подать документы, а там уже и разберёмся. — А. Понятно. И куда? Я оставался до одиннадцатого класса. По большей части потому, что ещё не определился со своим выбором. — Секрет, — он загадочно улыбается. — На самом деле просто не хочу сглазить, извини. Об этом знает только маман и близкие люди. Что-то предательски кольнуло в сердце. «Близкие люди». — Окей. *** Мы не прощались. Мы вообще не обсуждали эту тему больше. Его уход я принял как должное, ровно как и переезд. Благо, что просто в другую часть города. Иначе бы я лез на стены. Я не помню, как провёл лето. Просто не помню. Единственное, чем можно гордиться: я начал учить немецкий язык. Через года так два я сказал себе прежнему за это огромное спасибо, потому что это дало мне шанс выбраться в другие страны. *** В течение моего десятого класса я видел Евгена два раза осенью и зимой. В первый раз он приходил в школу за документами. Во второй — просто со всеми поздороваться. Я помню, как прогулял ради него урок. Пытался, если быть точнее. — Го покурим, — я уже тянулся к своей пачке. — Я за! — наш общий друг, человек весьма энергичный, на год младше меня. Но он был слишком наивным и глупым. Евген кивнул головой, мол, пошли. Снег, холод. На мне по итогу оказалось чужая куртка, которая была мала в плечах. И в придачу была ебаного коричневого цвета, от которого меня воротило. Но это было лучше, чем мёрзнуть. Протягиваю бывшему парню пачку сигарет, на что он отрицательно качает голову. Ловит мой вопросительный взгляд. — Я не курю. Чисто за компанию постою. — А. — Пассивное курение — тоже курение, — изрекает он с улыбкой. Ещё с улицы я услышал звонок на урок. Наш друг убежал, что-то прокричав, но из-за капюшона я не услышал. Да и не важно это было. — Ты тут ещё долго засядешь? Не то чтобы мне было прям любопытно, но. — Нет, этот урок еще посижу и домой пойду. Пары отменили, вот и заскочил ненадолго. — Тогда я посижу с тобой, — это был совсем не вопрос. Утверждение. — Не-а, — его голос вмиг становится серьёзным. Не терпящим возражений. — Пиздуй на урок. — Но… он не важный. Мы там пинаем, — я начинаю оправдываться, потому что дико не хочу идти в класс. — Всё равно. Не зарабатывай лишние проблемы. — Но. — Иди. Я тебя подожду. Встретимся на следующей перемене. Парень, ободряюще помахав рукой, скрылся за стеной, уходя вглубь коридоров. Пошёл в класс музыки, наверное. Это было его любимым местом в школе. С плохо скрываемым раздражением я вваливаюсь в свой кабинет. Одаряю класс презрительным взглядом и шумно сажусь за парту. Утыкаюсь лицом в сложенные руки и лежу на парте. И закрываю глаза в попытках найти успокоение. Я был порядком зол. Скорее на себя. Потому что СНОВА глупо навязывался ему. А он так легко смог избавиться от меня. Снова. *** Тот день был последним, когда я видел своего бывшего. Минуло лето. Оно было продуктивным для меня, на самом-то деле. Я редко выходил на улицу и много занимался дома. В спорте нашёл лучшего товарища. Взахлёб читал книги и смотрел кино. Саморазвивался, в общем, на полную катушку. Десятый класс пролетел слишком быстро, если оглянуться назад. По осени начал засиживаться в тематических группах знакомств, пытался найти новых людей. И этот пункт был выполнен на «ура». Этот период подарил мне трёх человек, но сейчас ни один из них не появится в моей компании. Первый человек, с которым я вышел в свет и покинул свою хикканскую берлогу: Рина. Девушка была старше меня на три года, высокая. С чёрными волосами и милыми веснушками на лице, которые гармонично контрастили вместе. Мы гуляли несколько раз. И с ней у меня случился первый поцелуй. Вспоминая сейчас об этом моменте, я не смогу отозваться о нём конкретно. Пятьдесят на пятьдесят. Хотя, скорее, двадцать на восемьдесят. Угадайте, в какую сторону перевес. Это была наша вторая встреча. Мы гуляли весь день, она даже притащила алкоголь, но я не сильно прикладывался к нему. Хотя в итоге под конец опустошил половину бутылки. Рина проводила меня до подъезда, прямо внутрь, на мой этаж. Хотя всё должно быть совсем наоборот. Крепкие объятия. Слишком тесные. Жаркие. Она взяла мой подбородок в пальцы. И поцеловала. Медленно. С языком. Сука. Я сейчас вспоминаю этот момент и мне действительно мерзко о нём писать. Я не испытывал к этой девушке ровно ничего. Помню, как после закрытия лифта сразу же забежал в квартиру и покраснел. Настолько густо, что аж температура поднялась. Разволновался, как девчонка. Вторым человеком была Яна. Мы провели вместе около месяца, не больше. Встречались несколько раз в неделю и все эти разы она приезжала ко мне сама. Не знаю, как дошло до такого, но мы официально впрягли себя в «свободные отношения». Она заливала, что я ей нравлюсь. Что она не хочет делать мне больно. Не хочет показать себя настоящую в моменты ссоры. Просто хочет со мной близости. И всё. Каждый чёртов раз мы сидели в моём подъезде и целовались. Раздевались. Снимали верхнюю одежду: куртки, кофты. Жадно цеплялись друг за друга, не в силах сделать чего-то большего. И я согласился на ещё одну встречу. А потом испугался. Или просто не хотел больше видеть этого человека рядом с собой. Больше я не контактировал с Яной. *** Следующим — третьим — человеком был Кристиан. И нашёл я его всё на тех же сайтах, на которых находил бывших спутниц. Общение завязалось довольно быстро и непринуждённо, однако всё-таки он мне приглянулся явно больше, чем я ему. Чёрные, как смоль, волосы с удлинённой чёлкой, которая падала на глаза во время его монологов, подчёркивались столь же тёмной одеждой. Я сразу заметил, что Кристиан явно из тех людей, который жаждят внимания. Ему было семнадцать лет, на год старше меня. В первый же день знакомства мы пошли гулять. И нам повезло, потому что мы жили через дорогу. И имели слишком много общих знакомых, о чём узнали лишь в процессе болтовни. — Ну, и кто ты? Давай, пошути, — я давлю ухмылку. — Ты ждёшь шутку про пидора? — недоверчиво спрашивает парень, приподнимая бровь. — В точку. — Ну тогда считай, что ты её дождался. Вот так моё окружение и пополнилось человеком с нетрадиционной ориентацией. И мне стало не так одиноко. Я даже успел надумать сказку, связывающую нас. И тогда я даже не догадывался, насколько был прав в своих желаниях. Эта встреча была второй по счёту и оказалась последний в том году. *** Следующий раз свёл меня с Крисом совсем спонтанно. Школьный, будничный и нуднейший день — среда. Я ищу спутника для поездки в центр города. Появилось немного лишних денег, которые я наконец мог потратить на себя. И незамедлительно решил потратить их на книги. Со мной обещал поехать Лекс, друг, тот самый, который помогал выбрать подарок на праздник для Евгена. Но он меня продинамил. И тогда-то я решил написать Кристиану. Я знал благодаря публикациям в его соц. сетях, что он часто зависал в нужном мне месте. Он быстро согласился, и, встретившись после школы, мы сразу поехали в центр. Эта поездка сильно отличалась от прошлых моих гулянок. Тогда я впервые выпил с Крисом. Совсем немного, но мне было достаточно и этого. Я никогда прежде не пил алкоголь ради того, чтобы напиться. Просто это никогда не интересовало меня в серьёзном ключе. Я познакомился с его друзьями, которые поначалу мне вообще не понравились. Я еле сдерживал себя, чтобы не приспустить домой после того, как сделал все свои дела. Заявив, что я поехал домой, Кристиан и его подружка скорчили грустные мины, однако вторая всё-таки хоть попыталась меня удержать. На следующий день Крис снова позвал меня потусить с его друзьями, а я согласился. Не знаю, на кой чёрт меня дёрнул, но я не ожидал того, что произошло. С этой самой девчонкой, которая просила днём раннее меня остаться, я целовался по пьяни в этот же день. А через несколько дней она свалила в Москву. Я смутно помню, как её прозвали «легендой центра», потому что в своих кругах та была довольно-таки популярной и чрезмерно общительной. Я начал различать в своём арсенале чувств одно из новых — злорадство. Эта девчонка и правда так низко пала, изменив своему парню со мной. По пьяни. На диване магазина «Икеа». Под собственной курткой. В этот период своей жизни я начал пить. Реально пить. Бухать по-чёрному. Кристиан, человек, который втянул меня в этот мир. Я не знаю, как он смог оказать на меня такое влияние. И как я вообще позволил. Я начал много курить. По пачке, а то и по две в день. Просаживать деньги на проезд, алкоголь и сигареты. Я напивался в ноль ежедневно, еле таща своё тело вечером домой. Однако ни разу меня не приводил кто-то. Всё всегда сам. Мне нравилось. Боже, мне так нравилось. Я жил ради этого. Каждое утро я просыпался со светлыми мыслями, которые не омрачали даже похмелье. Я думал, как классно будет: быстренько отучиться и поехать тусить. Спустя полтора месяца я и сам стал легендой того места. Но с Кристианом у меня не сложилось во всех смыслах. В очередной день нашей бухаловки мы сидели в кафе, удобно расположившись на диванах. Знаете, когда ты пьян, реально пьян в ноль, тебе уже всё равно, где и на чём лежать. Но для нас эти диваны оказались истинным спасением и верхом удобства. Мы даже научились скрываться от охранников и притворяться трезвыми в нужные ситуации. — Ты такой классный, — еле шевеля языком, говорит Крис. — Я знаю, — давлю ухмылку. И радуюсь чему-то. Вероятно, мне просто градус в голову ударил. — А давай?.. — А погнали, — незамедлительно отвечает парень. Молчание. И мы целуемся. Прямо на диванчике перед людьми. Слегка постанывая от головной боли, возникшей при перемене положения головы. Пьяные и однозначно желающие большего, чем мимолётных поцелуев в общественном месте. Но просто в состоянии нестояния. — Пошли покурим, — прерываю я, чувствуя, как мне реально требуется эта сигарета. Крис молча кивает, перелезает через стол, чуть не свалив его к чертям. И даже не попросил меня подвинуться. Упёртый баран, скачущий напролом. Несколько минут на свежем воздухе немного проясняют мысли. Парень подкуривает сигарету, протягивая зажигалку мне. Но я просто тянусь к нему, отбираю его сигарету и на место нынешней вставляю свою, незажженную. — Говнюк, — фырчит он. А я давлю усмешку. Она плавит мои губы. И сладко растекается по ним. В курилке мы далеко не одни, но плевать. Совершенно. Я, на еле передвигающихся ногах, подхожу к нему. И целую сразу же, как он втягивает табачный дым. От неожиданности он замирает с сигаретой в руках у лица и перестает дышать. А потом медленно передаёт дым рот в рот. Моя рука притягивает его ещё ближе ко мне за шею. Слегка сжимает кадык. И парень стонет. Так сладко, блядь. Признаюсь, впервые в жизни я не контролировал свои физиологические потребности. Несколько томных секунд, после чего я отстраняюсь, глубоко затягиваясь сигаретой. Выдыхаю и нагло смотрю на Криса, который прерывисто дышит и с каплей раздражения среди моря удовольствия буравит меня взглядом. — Говнюк, — повторяет он нарочито недовольно и дрожащими руками подкуривает сигарету. *** Я могу рассказать, как мы повеселились в мужском туалете того же торгового комплекса в центре. В начале ничего интересного: просто пошли справить нужду. Вместе. В одну кабинку. После этого подцепили друг друга взглядом. Поцелуи. Слишком сладкие и разбавленные алкоголем. Кристиан был значительно ниже меня, за что я любил его подъёбывать. Поэтому снизу, на туалете с закрытой крышкой, оказался он. Сначала. Ничего, кроме поцелуев и лёгких прелюдий. — Блять, — я отстраняюсь от его губ и очень недовольно морщусь, распрямляясь. — Спина затекла. Поднимайся и меняемся. Эта идея не слишком понравилась парню, но под моим взглядом он всё же поднял свою задницу. И я лёгким движением переместился на толчок. Схватил его за подколенные участки ног и посадил на себя. Даю пари, что он чуть не взвизгнул от удивления. Мы снова целовались на протяжении получаса. Просто не понимали, что может сделать что-то большее. Пока нас не прервали. Кабинки, блядские российские кабинки, которые от любого стука открываются. Кто-то слишком сильно захлопнул дверь и та заставила дрожать всю конструкцию. Наша дверь попросту приоткрылась. И к нам зашёл мужик, посчитав уголок свободным. — Ох, блять, — он сразу же ебанул дверцей обратно. И мы засмеялись. Громко. Слишком, слишком громко. Закрыли дверь. Снова. *** Хотите сюрприз? Мы не встречались и недели, как расстались. Позже оказалось, что мы тупо недопоняли друг друга и даже не удосужились обговорить конфликт. Просто перестали общаться, звонить и писать друг другу. Вообще не искали выхода из сложившегося положения. Пустили под откос всё, что пытались построить на горстке пепла. Хотя я не сказал бы, что мой парень был легкомысленный. Прошло две недели, по истечению которых нас снова свело в этом злоебучем центре. Мы снова пили. Выясняли отношения. Громко кричали. И снова начали встречаться. Не сразу, конечно. Крис ссылался на семейные проблемы и вылившийся из этого стресс. Просил время: несколько дней. Может, неделю. Кто, как не я, знает о семейных проблемах. Окей, я дал ему время, но сказал это сквозь зубы. Друзья, с которыми мы пили, узнали о нас только со второй попытки наших отношений. И, на удивление, большинство из них просто верещали от удивления. И нам повезло, что окружающие меня знакомые оказались адекватными, не лишёнными толерантности людьми. *** Кристиан — конфликтный человек, будем честны. Не понимаю, почему, но он любил отрываться на мне. Быть может потому, что я никогда не гнал на него. Не орал. И никогда не был куском говна, каким он себя показал. Он написал, что ему хреново. Что его всё бесит. А я… я пытался его подбодрить. Однако это не тот человек, который нуждается в подбадривании. Позже я узнал, что страдать нужно с ним вместе. Ответил ему стикером с пометкой «это ты». На изображении был кот, который злится на весь мир. И Крис взорвался. Написал, что я достал его подъёбывать. Что мои шутки его достали. И я тоже. «Не смешно. Заебали.» «а че лучше? проигнорить? лучше не станет, если я напишу о своем хуевом состоянии, ибо сравнение дерьма еще хуже. нехуй тогда так писать и агриться на свои же слова с однозначными ответами получить которые не хочешь.» «Нахуй меня подстебывать, зная, что мне и так хуево? Свои психи кому-нибудь другому показывай. Мне не надо.» «я тебя не подстёбывал. схуяли я должен хавать эти посылы неоднократные?» «Да поебать, хочешь — хавай, хочешь — нет. Не нравится — не держу.» «вылил грязь и выставил меня виноватым. че я, блять, тебе сделал?» «НАХУЯ ПРЯМО СЕЙЧАС ВЫЯСНЯТЬ ОТНОШЕНИЯ? Отвали, пожалуйста, пока я тебе чего хуже не сказал.» И я оставил сообщение Криса без ответа. Целый день пролежал в тупой прострации. Мне было как-то грустно, потому что я не считал себя виноватым. Я не думал, что был виновником этого конфликта, имеющего последствия. Максимум — ссора с приятным примирением. Просто ссора. И уж точно не мог подумать, что мы разошлись. Снова.