Грехи Габриэль Стигман

ОТ ЛИЦА ДАСТИНА Стигман неохотно двинулась к машине, продолжая раздувать лицо от обиды, но не показывая этому вида. Её выдавал хмурый взгляд, который бегал по всему окружению, но никак не останавливался на мне. Губы сжались в тонкую линию, а щеки загорелись, словно засветился малиновый закат в середине летнего вечера. — Поторопись. — мой голос дал еще больше сбоя в настроении девушки. Но не смотря на это, она все же уселась на переднее сиденье и обмоталась ремнем. Её легкий взгляд вновь вернулся к стеклу машины. Я лишь мотнул головой и зажег автомобиль. По дороге домой строгачка тихо хныкала. Это был не просто какой-то хнык, а что-то похожее на дерганье своей горловины. Меня это тоже раздражало. Один и тот же звук преследовал меня долгое время по пути домой. Я вновь не сдержался. — Ты угомонишься сегодня или нет? — Что опять не так? — она повернула лицо на меня. — Что это за звук? Что ты там делаешь? — Я ничего не делаю, у меня просто нервы, и я пытаюсь себя так успокоить. — Какие еще нахрен нервы, Стигман? Это моя нервная клетка скоро сдаст последний круг и зажмет тебя моими же руками, если ты не успокоишься. — Так я еще и виновата? Да пошел ты в задницу, Миллер. Выкинул мои вещи в мусорный контейнер, а потом удивляешься почему у меня нервы. — Ты сейчас серьезно? Психуешь из-за какого-то куска тряпки? — Да, психую. Это постельное бельё подарила мне тетя три года назад на день рождение. Она привезла его из Испании, и для меня оно было очень ценным. Это был самый дорогой для меня подарок, а ты его просто выкинул. — Боже, Габриэль. Я куплю тебе новое белье, и даже дороже. Только успокойся. — Мне не надо другое белье. Мне нужен был именно этот. Оно было дорогое, потому что был сделан с любовью. Ты понимаешь значение слова «семейная ценность»? — Замолчи лучше. — я пытался держать себя в руках. Крик девушки вновь действовал мне на нервы. — Нет, не буду я молчать. Твоя выходка была последней каплей, чтобы долго хавать и глотать такое отношение к себе. Ты лучше ответь на мой вопрос. — Замолчи. — Не затыкай мне рот. Это можно было спокойно все решить, но ты же у нас всемирный пуп-звезда. Тебе все можно. Это не нормально, Дастин. Ты что, пытаешься так привлечь к себе внимание? — Последний раз говорю. Замолчи. — Значит я права. Больше не срывайся на мне. Нет моей вины в том, что тебе не дали любовь родители. — Закройся нахрен, Габриэль Стигман. Твои родители не лучше моих. — машина остановилась. Девушка мигом замолчала. Я мигом поймал её взгляд. — Ты нихуя не знаешь про мою жизнь, поэтому закрой свой гребанный рот и никогда не разговаривай со мной в таком тоне. Тем более на такую тему. Я заканчиваю диалог. Контакт глаз разорвался, и я мигом выхожу из машины. Блокируя двери машин, мое тело отходит в сторонку. Понимая, что сигарет больше нет — я направляюсь к заправке. В процессе покупки мои руки хватают бутылку воды для строгой особы и идут к кассе. — Пачку винстона пожалуйста. Девушка молча осмотрела меня и вытянула голубую коробку. — Оплата картой или наличными? — Картой. — Двести тридцать девять рублей. Прикладывайте. Расплатившись, я вернулся к машине. Открыв сразу пачку, я закурил. Глубокий вдох, и по телу бегут мурашки покоя. Я выдыхаю и вновь втягиваю в себя никотиновый эндорфин, который действует всего пару секунд. Так докурив всю палку, я разблокировал машину и уселся на своё место. — Держи. — мои руки вытянули бутылку воды собеседнице. Она медленно забрала бутылку и тихо произнесла «спасибо». Я провернул ключи, и мы тронулись с места. Чуть позже. — Будешь спать здесь. — я поставил четвертый чемодан к кровати. — Здесь есть все, что может тебе пригодится. Розетка возле кровати и возле столика, сам туалетный столик, шкаф, кресло, кровать. — на мой телефон пришло уведомление. « — У нас есть некая проблема. Подъезжай к базе, мы тут.» — Кровать. В остальном сама разберешься. — Здорово! Рада, что есть кровать. — девушка усмехнулась. — Спасибо большое, Дастин. — она с визгом кинулась обниматься. Я лишь холодно прождал эмоциональный всплеск голубоглазой. После объятий, мое тело чуть отстранилось. Голова медленно качнулась, показывая, что она может разбирать свои вещи. Габби мигом кинулась к своим чемоданам и радостно начала разбирать свои вещи. — Я отъеду, у меня дела. Еда в холодильнике, полотенце свое знаешь, поэтому. — Хорошо, папочка. Я покушаю, умоюсь и лягу ровно в двенадцать. — Не называй меня так. Она лишь хихикнула в ответ. — Я ушел. — мое тело развернулось и покинуло комнату.