Грехи Габриэль Стигман

ОТ ЛИЦА ГАБРИЭЛЬ Когда Дастин захлопнул за собой дверь, мои руки вытянули из рюкзака колонку. Подключив его к телефону, я включила плей-лист с треками Гарика Погорелова. После приступила к распаковке чемоданов. Вещи заняли у меня достаточно много времени. Около полутра часа я разгребывала одежду, склянки и некие принадлежности для ванной процедуры. — Чего-то все равно не хватает. Так, поищем. — руки начали вытаскивать маленькие коробки, где лежали электронные приборы. — Блин, тут нет. Куда я ее засунула? Снова кинулась в поиск. На этот раз решила глянуть среди приборов для волос. Рука дернула шкаф, и мои вещи выпали на пол. — Черт! Почему вас так много? Я половину даже не ношу. — руки обвили талию. — Хорошо, поставлю вас на крайний шкаф. Но тот шкаф тоже был занят. Там было множество женской одежды, фотографий, книг и маленькая парфюмерная коробка. — Чьи это вещи? — на моих руках лежала старая фотография какой-то девушки в белом платье. У нее были темные волосы, собранные в хвост, большие глаза, окутанные длинными ресницами, средней пухлости губы, маленький носик и милая родинка на щеке. На обороте было написано «Лилия Миллер на день рождении Глории Бартер. Декабрь, 1998 год». — Мама Дастина? Боже. Она была и вправду очень красивой. Глаза Дастина явно от матери. Я положила фотографию на место и закрыла шкаф. — Думаю, Дастину не понравится, если он узнает, что я заглянула в этот шкаф. Наверное, забыл предупредить. — я перевела взгляд на стену. — Точно, гирлянда. Она должна быть в коробке. Еще раз посмотрю. Гирлянду я и вправду нашла. Чтобы не терять время зря, я сразу приступила к украшению комнаты. Развесив желтую сетку на пустую стену, мои ноги понесли меня в ванную комнату. Хотелось скорее умыться и лечь спать, но мои планы быстро обрушились. Я зашла в ванную комнату и включила воду. Горячая вода стекала по моему лицу, заставляя мою кипящую кровь забиться по разным частям тела. Приятная дрожь смешалась в танец с мелкими мурашками, вызывая тем самым море удовольствия. Волна спокойствия окутала меня, давая возможность отдохнуть от мыслей и проблем. Но не на долго. Я успела намылить голову, как услышала, что кто-то открыл дверь ванной. Мне не послышалось, дверь и вправду кто-то открыл. Мой инстинкт самосохранения и чуйка в таких случаях выработался с раннего детства. Я повернула голову и увидела, что кто-то дернул шторку. С криком я схватываюсь за штору и, поскользнувшись, падаю в воду. Перед глазами стоял мужчина, которому на вид лет сорок. У него были темные волосы, густые брови и щетина. Одет был в коричневую водолазку и темный костюм. Приятный парфюм бил в нос. Ошарашенные глаза глядели на меня, но в миг отвернулись. Он прикрыл свое лицо ладонью и обернулся. — Прошу прощения, я не хотел вас напугать. Дастина нет дома, но дверь была открыта. Я не знал, что он с девушкой. Я не знала что ответить. Я лежала в ванной, обернутая в шторку. На меня лилась вода, а волосы запутались на щеке. — Простите меня пожалуйста. Я вам все объясню. Дайте мне пару минут, чтобы одеться. — Да, да, конечно. Я подожду вас в гостиной. Мужчина покинул ванную комнату. Я мигом встала и промыла волосы. Обернув волосы в полотенце, руки смело накрыли верхнюю часть. Обыскав всю комнату, я нашла футболку с брюками. Не успев продумать, я быстро надела вещи на свое тело. Медленными шагами, я вышла из ванны и направилась в гостиную. Таинственный мужчина сидел на кресле возле зажжённого камина. Мой голос издал тихий кашель. Он обернулся ко мне. — Еще раз извините. Дайте возможность представится. Меня зовут Алан Миллер. Я отец Дастина. Я выпала. Пару минут назад отец Дастина видел меня практически голой. Не так я представляла первое знакомство с отцом моего первого друга мужского пола. Тем более Дастина Миллера. Черт! — Меня зовут Габриэль. Габриэль Стигман. Я одногруппница Дастина. Мы вместе учимся на одну специальность. — Рад знакомству, Габриэль. Может быть чаю? Дома достаточно прохладно, а вы после душа. — он привстал. Его глаза пристально смотрели в мои. — Да, можно. Заодно вам расскажу, как я тут оказалась. — Отлично, пройдемте на кухню. — его рука показала на дверь. Мы вышли с гостевой комнаты и прошли на кухню. Я уселась на стул, а Алан потянулся к чайнику. Пальцы схватили чашки с полки. — Вам помочь? Алан посмотрел на меня и тихо усмехнулся. — Нет, благодарю. Лучше скажи, какой чай предпочитаешь? Черный, Зеленый, крепкий? — Можно зеленый пожалуйста? — Отличный выбор. Он быстро сделал чай, поставил пару гостиниц на стол и уселся рядом. — Ну что ж, можно приступить к беседе. Ответь мне пожалуйста, давно ли ты встречаешься с моим сыном? — он поднес чашку чая к губам. — Ой, нет. Мы не встречаемся. Вы не подумайте ничего лишнего. У меня просто семейные проблемы, а Дастин предложил свою руку помощи. Поэтому я временно тут. — мои щеки снова начали гореть. Я хлебнула горячий чай, чтобы отвлечь себя от стыда. — Хорошо, я понял. Прости, если поставил тебя в неудобное положение. И за ситуацию в ванной тоже извиняюсь. Я правда не знал, что там девушка. Машины Дастина не было при входе, а свет горел. Всякие мысли полезли в голову. — Нет, не извиняйтесь. Любой человек на вашем месте подумал и поступил бы так же. Это вы меня простите за неудобство. — Спасибо за понимание, Габриэль. Ты нас никак не стесняешь. Если у тебя проблемы, то оставайся тут на столько, сколько тебе нужно. Давно в нашем доме не было так тепло и уютно. — Мне правда приятно это слышать. Я сильно благодарна Дастину, что он мне помог и продолжает помогать. Даже не знаю как и чем отблагодарить. — Просто будь рядом и пытайся его понять. Дастин человек не из легких. У него достаточно тяжелый характер. — Я соглашусь. Характер у него и вправду не из легких. Для меня он закрытый человек. Я сильно удивилась, когда он решил мне помочь. — А я не удивлен, что он протянул руку помощи. Я сильно горд за него. Он правда хороший мальчик, Габриэль. Дай ему чуть время, ему тяжело кому-либо доверится. — Я не стану спрашивать в чем дело, но я услышала вас, мистер Миллер. Большое спасибо за совет и ваши слова. Я их учту. Для меня это важно. Алан снова лишь усмехнулся. Я тоже улыбнулась в ответ. Он допил свой чай и поставил чашку на стол. Его взгляд снова уставился на меня. Он долго разглядывал меня. Рассматривал каждый сантиметр моего лица, каждый детский шрам, каждую осветленную веснушку на носу и щеках. Смотрел на мои губы, родинки на правой щеке. Пересчитывал каждую ресницу на глазах, мысленно касался моих волос, осматривал шею и ключицы. В конце спустился на мои пальцы, которые были обернуты тонкой кожей. Я тихо спрятала ладони под стол. — Всё хорошо? — я прервала дискуссию. Мне было дискомфортно от этого взгляда, но одновременно внутри сердце грелось теплом. Мне было непривычно хорошо. Будто сидишь рядом с отцом и получаешь солнечное тепло от молчания. — А? Да, да. Прощу прощения. Просто. просто вы так сильно похожи на Лилию. Я понимала о ком идет речь, но в то же время не понимала в чем я с ней похожа. — Лилия? Могу ли я узнать о ком идет речь? — Лилия — это моя жена. Её не стало, когда Дастину было четыре года. — Мне очень жаль, мистер Миллер. Что случилось? — Сердечный приступ. Прямо во время сна. Мы должны были отметить годовщину нашей свадьбы, собирались вечером на микроавтобусе поехать на маленькое путешествие, но в итоге Лили стало плохо, решила чуть отдохнуть, прийти в себя. Попросила полежать рядом с ней, поспать, но я так был занят со сборами на путешествие, что попросил Дастина побыть рядом с мамой. Он послушал меня. Они были вдвоем в обнимку, когда я зашел будить Лилию. Дастин тихо плакал, не отпускал свою мать из своих рук. Все время кричал «она не дышит, ее тело не двигается. Папа, она же просто спит, правда? Она же просто крепко спит?». Я не знал себе места в этот день. До сих пор вспоминаю этот для нас с Дастином ужасный день. — Это очень печальная история, Алан Миллер. Я не могу подобрать слов. Страшно представить через что вы прошли и какую боль несете в своем глубоком сердце. — я укрыла губы пальцами. — Я бы всё сделала, чтобы помочь вам, но, увы, не знаю чем. Он вновь посмотрел на меня своим взглядом. Но на этот раз в его взгляде родилась искра. Искра надежды. — Вообще-то можешь. О, Габриэль, я буду сильно благодарен, если ты выполнишь одну мою просьбу. — Ну, если вас это как-то успокоит и даст моральную помощь, то я готова. Улыбка потянулась по лицу мужчины.