Хорошо то, что хорошо кончается

Анна сидела за столом и задумчиво ковыряла в тарелке. Удивительно, но сегодня в штабной столовой она находилась в гордом одиночестве. За время, прошедшее со дня аварии в лаборатории, такое было впервые, чтобы поблизости не наблюдалось никого из «влюбленных», тем более Клинта и Стива, которые, где-где, а здесь всегда были рядом. Мелькнула мысль, что Анна так и не переговорила, как собиралась, с директором Фьюри о работе над сывороткой, хотя была такая прекрасная возможность сегодня, когда Ник возвращал ей ключи от подсобки. Продвинулись ли ее коллеги? Может, следует настоять на том, чтобы ее снова подключили к процессу? Особенно сейчас, когда после вчерашнего очень хотелось, чтобы как можно скорее все стало, как раньше. Правда, Анна прекрасно отдавала себе отчет, что как раньше уже не будет никогда. Даже когда вернется Тор, и его сводный брат навсегда исчезнет с ее горизонта. Локи вернется в Асгард. Вот о чем нужно было помнить с самого начала, а не привыкать к тому, что он всегда рядом, и не воображать, что он совсем не такой, как казалось поначалу. Не забывать, что даже со сдерживающими силу браслетами он — бог лжи и коварства, которому ничего не стоит, поддавшись сиюминутному порыву, соблазнить женщину, а наутро исчезнуть, предоставив ей возможность, проснувшись в одиночестве, как следует подумать над своим поведением. Анна и думала. То, что она думала, ей не очень-то нравилось. Неприятно осознавать, что тобой воспользовались. Что тебя обманули. Что ты — доверчивая дура. Даже дважды дура, потому что только такой после пробуждения может прийти в голову отправиться на поиски покинувшего ее любовника, чтобы задать ему глупый вопрос: после всего, что между нами было, зачем ты так со мной? Хорошо, что девушка все же смогла взять себя в руки и на корню задушить мысль о «разборках». С беспристрастностью и честностью истинного ученого Лойс нашла в себе силы признать: единственное, что было между нею и Локи, — это лично ее фантазии и ожидания. Для которых асгардец, собственно, не давал повода. Это она решила, что его отношение к ней изменилось в лучшую сторону, и сама стала относиться к нему лучше. Возможно, тем самым дав повод Локи сделать то, что он сделал. Что уж теперь? Потеряв голову, по отрезанным волосам не плачут. Поначалу будет тяжело, а потом… пройдет. Когда-нибудь она даже посмеется над своими нынешними переживаниями. — Доброе утро, Анна! Какая-то ты сегодня грустная… Девушка вздрогнула от неожиданности. За своими мыслями она не почувствовала, как рядом с ней за стол уселся Джаспер Ситвелл. — Да, нет. Все в порядке, — Анна пожала плечами. Совсем недавно она удивлялась отсутствию людей, а теперь, когда рядом кто-то объявился, вдруг поняла, что не хочет никого видеть. Вот только возвращаться к невеселым раздумьям ей тоже не хотелось, и только потому, да еще немного из вежливости, девушка спросила: — А ты как? Плечо не беспокоит? — Разве что чуть-чуть, — улыбнулся Ситвелл и подсел поближе. — И все-таки ты какая-то не такая… — Просто сосредоточенная, — ответила Лойс. — Мне сегодня предстоит завершить один сложный опыт. Вот и не получается думать ни о чем другом. Отодвинув тарелку, Анна встала. Джаспер встал следом. — Но ты же позволишь мне проводить тебя до лаборатории? Последние дни нам даже поговорить толком не удавалось, вечно возле тебя ошивался этот иноземный вольноотпущенник, которому самое место за решеткой. Анна, про себя отметила, что высказывание Ситвелла о Локи неприятно ее царапнуло, что было досадно вдвойне. Да, к «хорошему» быстро привыкаешь, а отвыкаешь тяжело, даже зная, насколько оно на самом деле «плохое». Но отвыкать надо, поэтому Лойс ответила: — Почему бы и нет? Действительно, почему бы и нет? Джаспер оказывал ей знаки внимания и до того, как случилась авария в лаборатории. Да и все эти дни, когда остальные пострадавшие не давали ей прохода, он не уподоблялся им и не надоедал, как другие, но его «подношения» были самыми милыми, да и способ пробраться к ней в палату он нашел, чем даже друзья не смогли похвастаться. Наконец, когда все закончится, рядом останется он, а не воспользовавшийся ее слабостью асгардец, которому удалось выглядеть достаточно убедительным, чтобы разыгралось женское воображение. Помимо всех мудрых мыслей, пришедших Анне на ум за одно утро, появилась еще одна: клин клином вышибают. Конечно, по отношению к Ситвеллу это непорядочно, но Лойс постарается сделать так, чтобы он никогда не узнал об истинных причинах, толкнувших ее в его объятия. Локи, чье выражение лица сделало бы честь самой страшной грозовой туче, лежал, для разнообразия, на своей кровати и рассматривал потолок. Отражения невеселых мыслей, кружащихся в голове, проскальзывали сполохами молний в зеленых глазах. Пожалуй, сейчас он, как и всегда мечтал, был похож на бога-громовержца больше, чем сам Тор. Как там сказала Анна: асгардский бог становится мидгардцем? Она даже не подозревает насколько права. А как по-другому можно назвать то, что произошло? То, что, наконец, признавшись самому себе, что он влюбился в Анну Лойс, когда представился шанс признаться в этом ей, наглядно доказавшей, что и она к нему неравнодушна, он струсил. Сбежал, воспользовавшись тем, что после столь жаркой ночи проснулся первым. Теперь Анна, к гадалке не ходи, думает, что бог лжи и коварства как раз таки с их помощью воспользовался ею. И как убедить ее в обратном? Какие слова подобрать, чтобы она поверила, что он честен, как никогда, именно сейчас, когда вернулся, а не тогда, когда ушел? Локи не знал. Пожалуй, впервые в жизни. Неожиданно в дверь постучали. Локи насторожился, потому что абсолютно не представлял, кто бы это мог быть. Точно не Анна. Вряд ли она вообще захочет его видеть. Стук повторился. Громче и настойчивей. Локи поднялся, подошел к двери и повернул ручку. На пороге стояли Стив Роджерс и Клинт Бартон. И их взгляды не предвещали ничего хорошего. — Никак за пендель пришел рассчитаться? А друга привел тылы прикрывать? — обращаясь к Соколиному Глазу, усмехнулся Локи и неожиданно для всех, прежде всего для самого себя, вполне гостеприимно отступил от двери, пропуская незваных гостей внутрь. — …А когда появился этот железный монстр, я первым делом поинтересовался у Колсона, а не привет ли это от Старка? И пока тот что-то мямлил в ответ, монстр шарахнул огнем… Только я и выжил… Убедившись, что Ситвелл ее не видит, Анна закатила глаза, не первый раз пожалев о своей неосмотрительности: заполучить Джаспера в провожатые оказалось не слишком удачной идеей. По пути он разговаривал исключительно о себе. Вникнуть, так успех всех операций за последние несколько лет — его заслуга. — …И что бы они делали, если бы я не оказался на авианосце во время того, как его атаковал Соколиный глаз? Только я сумел восстановить контроль над управлением, несмотря на серьезные повреждения… «А ведь раньше он, как и остальные, болтал только обо мне… — подумала Лойс. — Как-то это странно…» Насторожившись, инстинктивно девушка попыталась отстать, лихорадочно соображая, под каким бы благовидным предлогом она могла бы куда-нибудь свернуть и быстренько в одиночку удалиться. — Не отставай! — заметив ее маневр, Ситвелл обернулся. — Неужели тебе не хочется поскорее приступить к работе? Раньше ты в лабораторию как на крыльях летела. Наверняка, это Локи на тебя плохо повлиял. — А причем здесь Локи? — вывод Джаспера был столь неожиданным, что Анна даже на время забыла о плане побега. — В последнее время вы почти всегда вместе. И видела бы ты, какими влюбленными глазами на него смотришь… «Нет, кажется, все в порядке. Ревность налицо», — Анна только и успела подумать, что можно успокоиться, как Ситвелл продолжил: — Только зря ты с ним связалась. Этот неудачник оказался не только не способен Землю захватить, но и тессеракт удержать. Такую мощь профукал! Все, на что он способен, это провести остаток своей божественной жизни в тюрьме. Кстати, а ключи от подсобки тебе уже вернули? Хотел, как другие, на постой к тебе попроситься. Если речь Джаспера о Локи Анне просто не понравилась, то упоминание о подсобке ее просто сразило. — А откуда ты знаешь, что их у меня не было? — Анна остановилась, а когда Джаспер сделал шаг обратно к ней, попятилась. — Никто, кроме Ника, не знал, что их у меня нет… — Как видишь, я знал. Потому что в их поисках обыскал и твою комнату, и лабораторию, и даже тумбочку в палате, — Джаспер Ситвелл широко улыбнулся во все тридцать два зуба, отчего его улыбка вдруг напомнила Анне оскал. Желание бежать, немедленно и без объяснений, проснулось с новой силой. Вот только поздно. Едва Лойс дернулась прочь, Ситвелл резво подскочил к ней, одним движением вцепился в руку и вывернул ее так, что еще чуть-чуть, и она сломалась бы, а второй зажал рот, хотя кричать пораженная и испуганная до глубины души Анна не собиралась. — А ведь почти дошли… — жестко усмехнулся Джаспер, совсем не похожий на себя обычного. — На твоем месте, Лойс, я бы не дергался… — Я готов поверить, что ты ни при чем в том, что случилось в лаборатории, — буквально прошипел Бартон, — но мы видели, как ты выходил из комнаты Анны… А потом вышла она. И у нее было такое лицо, что если это из-за тебя, я тебя убью! Локи равнодушно смотрел на приятелей Анны Лойс, обвиняющих его в том, в чем он и сам себя винил, но признаваться в этом не собирался. Как и не собирался даже ради любопытства поинтересоваться, где Стив и Клинт могли это видеть. — Убьешь меня? — язвительно уточнил он. — Уж не из ревности ли? — Нет. Просто убью, — в свою очередь уточнил Бартон, а Роджерс добавил: — Мы приняли антидот. Сегодня утром. — Все? — Локи не смог сдержать облегченного вздоха. — Ната с Марией тоже, если тебя это волнует. Антидот приняли все, кроме Старка. Его нигде не могут найти. Но не съезжай с темы: чем ты обидел Анну? — Это касается только ее и меня. Поэтому, если знаете, просто скажите, где она. Мне очень нужно с ней поговорить, — процедил Локи. — А ей это нужно? — Стив с оценивающим прищуром посмотрел на асгардца. — Очень надеюсь, что да. Это очень важно. И я серьезен, как никогда. Клинт и Стив озадаченно переглянулись. — Тогда почему бы не пойти к ней всем вместе? — в конце концов, предложил Клинт. — А вам-то она зачем? Поздороваться? — Локи вполне искренне удивился. — Не только, — Кэп растерянно поскреб затылок, а Глаз смущенно прокашлялся. — Фьюри кое-что нам рассказал… Про сыворотку и оказанное ею воздействие… Мы, конечно, и сами многое помним, но не все. И кое за что из того, что мы помним, хотелось бы извиниться… Локи многозначительно кивнул. — Не мне вам советовать, — усмехнулся он, направляясь к выходу, — но, поверьте, лучшее, что вы можете сделать, это притвориться, что вы ничего не помните. Особенно ты, Бартон. Анны не было нигде: ни в комнате, ни в лаборатории, ни где бы то еще. Никто из тех, кого спрашивали, ее не видел. Лойс будто испарилась. — Кажется, мы везде побывали… — растерянно переглянулись агенты. — Нет, не везде, — Локи озарило. — Ее подсобка. Где все эти ящики… — Те, которые свалились на нее, и она попала в больницу? Почему ты раньше о ней не вспомнил? — Потому что Фьюри забрал себе ключи Анны. Без них внутрь не попасть. Но ведь он уже мог их ей вернуть, — бросил Локи и, не пытаясь убедиться, последовал ли кто-то за ним, направился в нужном направлении. — Какое счастье, что антидот, наконец, найден! — победно ухмыльнулся Ситвелл, окидывая взглядом Анну, в неудобной позе, со связанными за спиной руками сидящую на пластмассовом ящике, одновременно продолжая переставлять контейнеры, выбираемые им по одному ему понятному принципу. — Эта внезапная «любовь» спутала мне все карты. По большому счету, уже давно следовало прижать тебя к стенке, но действие сыворотки мешало тебе навредить. Лойс со страхом следила за передвижениями Джаспера, пытаясь освободиться от пут, но Ситвелл знал свое дело — сделать это было непросто. А он тем временем заливался соловьем: — Твой дружок очень кстати профукал тессеракт. Есть те, кто лучше него знает, как использовать его мощь. Например, «Г.И.Д.Р.А». О ней уже и думать забыли, а мы просто ждали подходящего момента. Фьюри сам прятал куб, после того, как его доставили в штаб. Никто не знал, где он. Чудом мне удалось узнать, что его секретный тайник здесь, в твоей подсобке. Что ж, это было мудрым решением. Дерево лучше прятать в лесу, а тут столько одинаковых ящиков с химикатами и прочим хламом, что не каждое оборудование сможет обнаружить нужный. Плюс кто подумает, что такая серьезная вещь просто лежит в занюханной кладовке какой-то химички, а не в специально оснащенном бункере с сигнализацией и охраной? — тут Ситвелл выпрямился и удовлетворенно улыбнулся, ткнув себя пальцем в грудь. — Только тот, кто изучил планы штаба, и знает, что попасть туда можно лишь через дверь. Сначала я попытался проникнуть сюда, как в любое другое место. Но замок… Его не откроешь ни отмычкой, ни каким-либо другим образом. Единственное упущение Фьюри, которое давно должно было бы натолкнуть меня на определенные мысли: попасть сюда можете только ты и он, что подозрительно. Либо директор очень тебе доверяет, с чем тебя и поздравляю, — Джаспер снова отвлекся от перестановки и хихикнул, — либо, дорогая Анна, у меня для тебя сюрприз, касающийся мнения Ника о твоих умственных способностях… Лично я уверен, что правильным будет второй вариант. Признайся, ты ни разу не задумалась, с чего бы под твои несколько ящиков тебе выделили такие площади? Во-о-о-от! — мужчина торжествующе погрозил пальцем растерянной девушке и вернулся к прерванной работе. — Заимствовать ключи у директора — голый номер. Но ты — совсем другое дело. Чтобы заполучить твои ключи, я решил устроить небольшой переполох в лаборатории и подменил коробку с каким-то веществом на твоем столе на похожее. Увы, я просчитался. После тут ошивалось слишком много агентов, попавших под воздействие сыворотки, не спускавших глаз ни с тебя, ни с любого, кто посмел бы к тебе приблизиться. Что поделаешь, ревность. Пришлось опять ждать. Когда вы с Локи устроили здесь свои посиделки, я решил, что мне представился еще один шанс. Но опять что-то пошло не так. Я решил, что асгардец пришел сюда за тем же, что и я — за тессерактом. Планировал временно вывести его из строя. Ты бы побежала за помощью, а я нашел то, что мне нужно. Первоначально я, кстати, собирался вырубить вас обоих, но тут-то и выяснилось, что причинить тебе вред я не могу. Что ж, вариант с асгардцем тоже был не так уж плох… Но ты отпихнула Локи и попала в больничное крыло, а тот, как назло, заметил меня. Я снова ушел ни с чем. Хорошо, что в твое отсутствие я смог спокойно обыскать твою комнату и лабораторию. Плохо, что ни там, ни там ключей не оказалось. Пришлось придумать, как обыскать твое место в палате. Бедный Уорд… — Ситвелл сокрушенно покачал головой, но особой жалости к названному, определенно, не испытывал. — Он был моим коллегой… Не только по «Щ.И.Т.у»… Жаль, что его смерть оказалась напрасной… Потом я, конечно же, понял, у кого твои ключи. Снова настало время ожидания, и возникла очередная проблема: как узнать, что они опять у тебя, когда ты забила на работу и все время проводила с богом коварства? Опыт перенимала? Похвально! Ему, по всему было видно, тоже нравилось знаниями делиться: ни у Романофф, ни у Хилл не получалось хоть на пару часов его от тебя оторвать… И вот сегодня, наконец, все козыри оказались в моей взятке: антидот больше не мешает мне получать нужную информацию любым желаемым способом, ключ снова у тебя, я видел, как Фьюри его возвращал, а асгардского неудачника нет. Поссорились? — Ситвелл начал шевелить ящики с удвоенной энергией. — Ты поможешь мне выбраться с базы вместе с кубом и будешь приятным бонусом к выполненному заданию. Все хорошо, что хорошо кончается. Верно, детка? В следующее мгновение, краем глаза уловив какое-то движение у входа, Джаспер резко обернулся. Машинально Анна сделала то же самое. Немая сцена, во время которой Лойс недоумевала и радовалась тому, что Ситвелл забыл запереть дверь подсобки, Джаспер недовольно-хищно разглядывал вломившихся, а Локи, Клинт и Стив пытались понять, что тут вообще происходит, длилась не дольше секунды. А потом Лойс завопила: — На помощь! Одновременно Ситвелл ринулся к ней. Как раз вовремя, чтобы увернуться от летящего в него ножа.