Мята и тёмный шоколад

POV Влад. Время течёт, как песок через мизерное отверстие, м-е-е-е-дленно – медленно ползёт со скоростью улитки-инвалида. Кажется, что оно измывается надо мной, намеренно замедляя свой ход, словно кот с мышкой играется. Секунды обращаются в минуты, минуты – в десятки часов, а часы, в свою очередь, – в вечность. Ожидание поначалу скручивается в животе приятным тугим комочком, щекочет сладостным чувством предвкушения. Но дальше оно разрастается до размеров какой-нибудь совсем не маленькой планеты или хотя бы собственного желудка, нестерпимо жжётся, выворачивает, выкручивает, и это до такой степени невыносимо, что хоть вешайся. Сейчас только три часа, и чем заняться, как убить время – в душе не ебу. Книг у меня здесь нет, работу свою я выполнил на целый месяц вперёд, все новости перечитаны, даже уборку не сделаешь – и так всё скрипит от чистоты. Остаётся только мучиться дальше и постараться не сдохнуть. В голове настоящая каша, мысли роятся надоедливыми мушками, не дают даже толком себя обдумать – сразу улетают, и это раздражает. Нравлюсь ли я ему? То, что моя внешность приходится ему по вкусу ведь ещё не значит, что это выльется в нечто большее. А вдруг я навязываюсь? Это ведь реальность, не какая-то там дешёвая книжонка с романтической историей, где всё идёт по заезженному, такому банальному и слащавому сценарию, что лицо непроизвольно кривится как от внезапной зубной боли, не то от отвращения, не то от зависти. Всё может повернуться ко мне задницей в любой момент. И от этого неприятно скребёт внутри, царапает, заставляет накручивать самого себя. У меня столько вопросов и ни одного ответа. Паршиво. Я мысленно даю себе затрещину, что, слава Богу, помогает остановиться, осознать, что от этого хорошего не будет ни грамма точно. Ничего ведь толком даже не произошло. Всё ещё впереди, а это лишь начало. Так что нет смысла размусоливать, только хуже станет. Я упал на диван и тяжело вздохнул. Как пацан влюблённый веду себя, ей Богу. Спустя примерно час меня из нервной дрёмы выдёргивает звонок, на который я ответил, толком не разглядев сквозь мутную пелену надпись на экране. И как только заснуть умудрился? — Да? — голос моментально приобретает стальные нотки, прямо как на работе (мало ли кто звонит), но меня, кажется, никто и не слышит. — Я, конечно, понимаю, что внезапный вызов – это неприятно, но не пиздить же твоего начальника за это. Остынь, мститель ты недоделанный.. ой.. Добрый вечер, Владислав Юрьевич.. — бодрый, но немного смущённый тон звонящего вызывает улыбку. — Добрый, — я пытаюсь вычислить время, пялясь на часы, но глаза до сих пор почти ничего не видят. — Дело в том, что.. я просто освободился раньше, чем планировал.. И-и-и я хотел сказать.. точнее спросить, — я прямо вижу, как на этом моменте он лупит себя по лицу за заторможенность, — можно я приду сейчас? — Приходи, конечно, я жду. Оказалось, сейчас всего половина пятого. Это я узнал, когда умылся, чуть не сломав себе нос о дверной косяк из-за неспособности видеть. А через 5 минут Савельев уже стоял на пороге моей квартиры, такой уверенный, казалось бы, но лёгкий румянец и бегающий, слегка нервный взгляд выдавали его с головой. Начало занятия проходит по плану вычисления его слабых мест наиболее точно, а дальше настаёт моё время говорить долго и нудно. Я стараюсь излагать материал максимально чётко и просто, потому что тема действительно сложная. Такое, как по мне, совсем не круто, даже скучно, но Саша сидит и слушает очень внимательно, не пропуская мимо ушей ни единого слова, конспектирует, делает какие-то пометки разноцветными ручками, грызёт их и периодически переспрашивает, если что-то непонятно. — Итак, чтобы двигаться дальше, нужно повторить Past Perfect Continuous.. — Всё, сдаюсь, больше я не способен запомнить ни одного слова, — он устало потирает глаза и зевает, и оторвать взгляд от этой умилительной картины становится непосильной задачей. — Два часа занятий превратили мой мозг в пюре, — с кошачьей грацией потягивается, и я опять залипаю безбожно. — Может, чаю хочешь? Или кушать? — в голос едва-едва уловимо просачивается нервозность, потому что в голове бегущей строкой сияет одна единственная мысль: «ХОТЬ БЫ ОН НЕ УШЁЛ». — Чаю да, было бы неплохо, — он оглядывается и отмечает радостно, — и плюшки у те.. у вас есть, — смущается из-за своей осечки. — Можно на "ты", — ему в ответ летит улыбка, — ещё сгущёнка есть, хочешь? — Да-да, а яблоки есть? — Яблоки со сгущёнкой? Или я чего-то не понял? — Я просто гастрономический извращенец, — он растягивает губы в улыбке, а в глазах загораются весёлые искорки. Находиться наедине вот так, не имея определённого занятия, которое требует сосредоточенности, довольно неловко. Поэтому вечерний перекус я готовлю молча, просто не представляя, что сказать. — Наслаждайся, — на столе появляется тарелка с нарезанным яблоком, пакеты с разными вкусностями, банка сгущёнки и пара чашек с дымящейся жидкостью. — Вот как так вышло, что ты свободно говоришь на английском? Это же ужас как сложно! — из-за набитого рта еле понятно, что он говорит. — Я учился заграницей, а там ежедневно приходилось говорить, слушать, читать и писать на нём, — я пожимаю плечами. — Спустя некоторое время я даже думать начал на английском. — Блять, — пока он отправлял себе в рот очередную порцию лакомства, с ломтика, щедро сдобренного сгущёнкой, слетело несколько капель, которые красуются теперь на его колене. — Хрюшка, — я протягиваю ему салфетку, в то время как он опять ляпает себе колено, после чего смеёмся мы над этим уже вместе. Ситуация разряжает обстановку, и, к моему великому облегчению, завязывается разговор. Сначала тухленький, но потом ощущение неловкости испаряется, словно его и не было никогда. Болтали мы без умолку, обсуждая каждую пришедшую на ум тему: любимые актёры и писатели, последний просмотренный фильм, книги, музыка, политика, сокровенные и немного глупые мечты, истории из жизни, наиболее удобные для сна позы, особенности характеров.. Не во всём точки зрения сходятся, конечно, но это совсем не кажется чем-то обидным или разочаровывающим. Сам факт того, что с ним вот так можно просто взять и поговорить обо всём на свете вызывает желание довольно замурчать, как обожравшийся до отвала котяра. Саша просто прекрасный собеседник, с ним так легко, что разница в возрасте почти в 9 лет не чувствуется вовсе. Оказывается, он подрабатывает парикмахером. Не в салоне: либо сам на дом ходит, либо приходят к нему. Саша хорошо известен своим мастерством в универе, поэтому выручка складывается нормальная, на жизнь хватает. Он часто экспериментирует со своими волосами, да и вообще с внешностью. На "Подстрижёшь меня как-нибудь" улыбается и согласно кивает. Так хорошо мне, кажется, ещё никогда не было. Это напоминает типичную посиделку двух закадычных друзей. Не хватает только пива с какой-нибудь закуской, может, очень вредной, и музыки тихой для фона. Я делюсь этими мыслями с ним, вызвав сначала удивление, а потом улыбку и тихое хихиканье. — Что такое? — Не думал, что ты пьёшь пиво. — Почему это? — Мне казалось, что ты как те крутые парни из фильмов хлещешь только дорогой виски из пузатого стакана на два пальца. — Ну, я ведь тоже человек, и пиво, к слову, люблю больше, чем виски, — пожимаю плечами и улыбаюсь ему в ответ. Музыку мы всё-таки организовали, Саша поставил незнакомую мне песню, и теперь горланил во всю, используя вместо микрофона чайную ложку. — This is what we call fate, it's something we can't deny.. — драмматичный вздох, прикрытые глаза и заломленные брови заканчивают песню, идеально вписываясь в предыдущее представление. Я неопределённо хмыкаю на последнюю строчку и допиваю свой чай, поставил после этого чашку на стол с тихим цоконьем от соприкосновения её дна со столешницей. — Это то, что мы называем судьбой, и это мы не можем отрицать, — он перевёл слова, а потом заглянул мне в глаза, спрашивая, — ты не веришь в судьбу? — Я считаю это глупостью. — А я вот верю, только она в меня, видимо, не очень, — он прикрывает глаза и как-то немного грустно улыбается, а потом продолжает спустя несколько долгих секунд. — Глупостью? Это смотря как истолковывать слово судьба, Влад, — он закидывает в рот плюшку и тщательно её пережёвывает. — Я не верю в судьбу по определению "Всё предрешено, вы ничего не сможете изменить – это судьба." Это и есть самая настоящая бредятина. Ведь всё в наших руках, и только. Мы сами вершители своих судеб. Судьба определяется выбором, который мы делаем, а не совпадением или каким-то написанным для нас сценарием, который не подлежит никаким правкам. Вот во что верю я. — В этом есть смысл. — Конечно есть, — он улыбается самодовольно, а потом вздыхает, — но мне уже пора домой, иначе я рискую проспать завтрашний зачёт, что сравнимо с самоубийством. — Очень жаль, — не скрывая своего разочарования, я встаю из-за стола и иду следом за ним в прихожую. — Теперь тебе моя помощь понадобится нескоро, — и это тоже печально, ведь репетиторство – повод для встречи, и совсем не лишний, между прочим. — Теперь приглашай меня на чай почаще, — он хитро прищуривается и выходит за дверь, оставляя меня наедине с разрастающимся чувством эйфории и очередной идиотской улыбкой счастья на лице.