Любовь в письмах

Январские снежинки танцевали еще с декабрьским ветром, создавая грустную симфонию. Эту эпопею дополняли мысли белокурой Синди. Она привела себя в порядок после сна, позавтракав и собравшись с разумом, вышла из дома. У девушки была мечта: стать переводчицей, для этого она и приехала в Англию. Идя к автобусной остановке, Синди увидела в мимо проезжающей машине знакомое лицо. «Мне показалось» - думала она. Автомобиль остановился, из него вышел тот, о ком она не могла перестать думать – Дилан. - Ну вот, опоздал, - невзначай сказал он, - хотел довести тебя до университета. - Как ты узнал, где я живу? - Я тебе звонил, а ты мобильный не брала. - Значит это ты... А телефон, откуда узнал? - Можно это будет мой маленький секрет? - Нет, такое ощущение, что ты шпионил за мной. - Что ты, и в мыслях такого не было, - он неловко улыбнулся, - ты же простишь такого очаровашку, как я? - Ммм... Нет, - она снова покраснела, как и в тот раз. - Не хочешь провести этот день только со мной? Ты и я? - Мне нужно в универ. Это нужно для исполнения моей мечты. - Быть переводчиком – это круто, я так считаю. - Ты и это тоже? Что еще ты знаешь? – недоумевала она. - Язык мой – враг мой. Так проведем день вместе? - Нет. - Ну же, - его улыбка сияла ярче зимнего солнца, - один день прогуляешь, ничего страшного не случиться. - Ладно, - нехотя согласилась блондинка. - Я проведу тебе экскурсию по городу, как по дневному, так и по ночному. - Ты же сказал, что только день?! - Ночью город намного красивее, он как будто оживает. Дома горят всеми цветами радуги, а луна как путеводитель для странников, указывает им дорогу. Фонари – это мотыльки в каменных джунглях. Заинтриговал? - Да, впечатляет... Но мне надо быть дома не позднее одиннадцати вечера. - У тебя здесь есть подруги? - Да, только одна. - Этого достаточно, скажи, что переночуешь у нее, а ее просто предупреди. - Но... - Ты ведь хочешь провести со мной время, тогда сделай, как я сказал, и все будет не забываемо, я обещаю, - Дилан нежно улыбнулся ей. - А ты не будешь ко мне приставать? - Не буду, если ты этого хочешь. По глазам Синди было видно, что ей становится не по себе. В ее голове начала появляться тень сомнения. Хочет она вообще этой поездки или нет. - Не буду, не буду, - сказав, он слегка толкнул ее в плечо. - Расскажи немного о себе, - предложила девушка, - но если не хочешь, можешь не говорить. - Почему же, могу. Я вырос в Петербурге. Мне двадцать четыре. Место работы – секрет. В семье я один ребенок. Девушки нет. Живу один. Приехал в Англию с другом, что бы решить некоторые рабочие вопросы. Это, я думаю, все. Теперь твоя очередь?! - Семья... - Чего такое? - Нет, ничего. Я тоже выросла в Питере. Мне недавно исполнился двадцать один год. Сам знаешь, что я еще учусь, а семья... Я сирота, живу с тетей и дядей. А двоюродный брат остался в России. - Извини, я не знал. За разговором они проехали по центральному лондонскому мосту. - Сейчас мы с тобой проехали лондонский мост. Это первый мост, которым появился в Лондоне и долгое время он оставался единственным. - Я даже не знала. - Он был построен римлянами, но он постоянно рушился из-за каких нибудь происшествий, как военного характера, так и от самой Матушки-природы. В свое время тут располагались жилые дома и небольшой рынок. Днем он не так красив, как ночью. В темное время суток он горит ярками красками, завлекая к себе гостей. А еще тут можно увидеть дух утонувшей девушки от не разделенной любви. - Откуда ты столько знаешь, даже страшно становиться? - Англия стала для меня вторым домом, наверно потому что я здесь учился на протяжении пяти лет, получал высшее образование. И тебе это тоже предстоит. Они объехали каждый уголок Лондона. Тем временем на часах уже было около одиннадцати часов вечера. На улице уже стемнело, и Синди нервничала, сидя поздним вечером с парнем в одной машине. Они повернули в обратном направлении, что бы увидеть ночной мост. - В столице ведь тридцать мостов, почему ты выбрал именно этот? - Пускай этот мост станет символом нашей любви. Синди только открыла рот, что бы возразить, как Дилан преподнес указательный палец правой руки к ее гудам, дав понять, что сказанное дальше будет лишним. Голова парня начала медленно опускаться к ней. Горячие дыхание Дилана обдало ее персиковые губы. Они слились в поцелуе. Касания губ. Ночной мост. Эта новелла длилась пару мгновений. Чувства, которые Синди спрятала глубоко в недрах своей души, вырвались наружу фейерверком. Оторвавшись от девушки, ненасытный парень спросил: - Заедем поужинать? - Я не против, куда поедем? – смущение вылилось на ее щеки ярко алым цветом. - В ресторан «Antique», тут неподалеку. Ты кстати не замерзла, а то вся красная? - Нет-нет, со мной все в порядке, но на улице похолодало. Ни разу не слышала о таком. - Он недавно открылся. Там отменно кормят. Вот, - и он накинул на ее плечи пиджак. Подъехав к месту назначения и припарковав машину, молодые люди зашли в холл здания. Все помещения были сделаны во французском стиле девятнадцатого века. Девушка была поражена, насколько точно подобран интерьер и мебель. От каждой детали исходила романтическая аура. Освещение было слегка затемненным, что окончательно завершало картину сего. - Здравствуйте, мистер Купер! Вам, как обычно девятый столик? - Да, пожалуйста. У тебя нет аллергии на какие-либо продукты? – поинтересовался парень. - А тебя тут знают... Никогда не замечала за собой. - Вот и славно. Пара заказала устриц в белом вине, пасту с грибами и бутылку вина «Шардане», и завершающей ноткой было терамиру с вишней. - Это же очень дорого, - сказала шепотом Синди. - Не беспокойся, мне для такой красавицы ничего не жалко, я угощаю. - Но все же... - Кушай, а то остынет, будет не вкусно, - он опять улыбнулся. «Еще одна его улыбка, и я точно по уши в него влюблюсь, хотя я и так его уже люблю» - думала между тем она. - Кстати, хотела спросить, а где я буду на самом деле ночевать? - Со мной, - ровный и спокойный голос лился из его уст. - Как? Надеюсь у тебя две кровати? - Кристиан сказал, что сегодня меня не пустит, так что нам придется снять номер в отеле. Извини, но там только одна кровать. - Я не поеду. - Ты меня вот так бросишь? - Я не буду с тобой спать в одной кровати. - Я постелю себе на полу, хорошо? Синди промолчала, тем самым согласившись. Примерно через полтора часа они были у парадной двери отеля. - Один номер, пожалуйста. - Одиннадцатый этаж, комната 276, вот ключ. Спасибо, что выбрали наш отель. Они на лифте поднялись на нужный этаж. Из него первый вышел Дилан, за ним тянулся широкий шлейф мужских сладких, но освежающий духов. Девушка шла за запахом словно одурманенная. Ключ повернулся в замочной скважине, послышался щелчок, и дверь открылась. Молодой человек заметив, что его пассия нервничает, предложил по бокалу красного вина «Бэль Арш». Дилан снял с себя рубашку телесного цвета, чем смутив девушку, и направился в душ. Все это время она нервничала. Выйдя из ванной комнаты, он произнес: - Ванная свободна. Девушка собиралась сделать то же самое, что и ее возлюбленный. Поднявшись с кресла, она направилась в душ. Но Дилан внезапно подошел к ней сзади и обнял за талию. Его губы коснулись ее шеи. Перевернув к себе, он взял ее на руки и понес к кровати. Голова Синди была у изголовья, губы парня были на расстоянии нескольких миллиметров. Он смотрел в ее голубые сияющие глаза, как будто спрашивая, хочет она его? После молчаливого одобрения череда страстных поцелуев осыпали ее тело. Девушка испугалась своей реакции, она никогда не испытывала таких чувств сильных и волнующих. Из ее уст послышался сладкий стон. Тело жаждало этого. Дилан был ее первым, и Синди хотелось, что бы он был единственным. Он вошел в нее, ритмичными движениями доводя до экстаза. Несколько минут и произошел «взрыв». В сладострастном состоянии они легли рядом, положив голову ему на грудь, она тот час же уснула. Полпятого утра. - Надо собирать свои манатки, пока она не проснулась, - подумал Дилан. Он быстро собрал вещи, не оставив ничего напоминающего о себе, даже записки с объяснениями. Оставил только деньги за номер, и сим-карту с которой звонил Синди. Шесть утра. Девушка проснулась с болью внизу живота, и приняла таблетку, что бы хоть как-нибудь унять эту ноющую боль. - Он ушел...