Я — вершитель своей судьбы?

⠀ Семья Холливелов вновь расположилась в гостиной, но особое внимание было оказано замершему офицеру, лежавшему на диване подобно манекену. — Вайет, ты уверен, что... сможешь всё нормально ему объяснить? — спросила Пайпер, стоя рядом с ним. Тот в свою очередь, вдоволь наглядевшись на мужика, что совсем недавно готовился расстрелять его родных, сжал кулаки и... выдохнул. Как бы сильно ему сейчас не хотелось испепелить придурка, он совладал с эмоциями. — Не волнуйся, мама, всё будет хорошо, — заверил её ведьмак. — Я умею говорить с такими как он. — Правда? — влез в разговор Крис. — С каких пор? — Ну да, — поддакнул ему Джер. — Обычно ты умел только морды бить, кости крошить, да хребты разламывать. Искоса взглянув на них обоих, Вайет спокойно произнёс: — Я пересмотрел свои приоритеты. — Сынок... — вмешался Лео, напирая на мягкий уговаривающий тон. — Я понимаю, что ты хочешь, как лучше, но, может всё-таки с ним поговорит кто-то из нас? А то вдруг... Утомившись от их недоверия, Вай помолчал, и после короткой заминки сдержанно проговорил: — Вся эта кутерьма случилась из-за Кайдемуса, что бросил вызов мне и Ричарду в прямом эфире. Считаю, будет справедливо, если кто-то из нас двоих эту проблему и решит. По крайней мере здесь, — обвёл он пальцем дом. — Вы ведь не против, что это буду я? — обратился он напрямую к бывшему учителю. — Ничуть, — ответил тот, одобрительно улыбнувшись. Все прочие, особенно Лео с Пайпер, немного растерялись, но Терриан всё же поспешил всех успокоить. — Пожалуйста, доверьтесь Вайету. Уверен, он знает, что делает. Избранный благодарно кивнул, вернул вдумчивый взгляд к лежащему на диване замершему телу, и сказал: — Оставьте нас, если не возражаете. — Чего это? — не поняла Бьянка сей просьбы. — Потому что человеку будет явно некомфортно вести диалог с кем-то, когда на него зырят сразу с десяток глаз, — объяснил ведьмак. — Прошу, это не займёт много времени. Лучше покопайтесь ещё в Книге Таинств, может найдёте подходящее заклинание, чтобы выйти на глобальный уровень по стиранию памяти. Все собравшиеся переглянулись и молча кивнули. — Хорошо, Вайет, мы поищем, — сказала Пайпер. — Продуктивного тебе диалога. После этого каждый по очереди вышел из гостиной, отправившись в оранжерею — единственное второе достаточно просторное место в доме, способное уместить десять человек. Но, разумеется, стоило им выйти, как те сразу выстроились в линию за порогом гостиной, подслушивая то, о чём будет говорить Вайет с этим чёртовым воякой. Сам Холливел, меж тем, догадывался, что родичи всё слышат, но, его это не волновало. Главное, остаться с гостем с глазу на глаз. Сев на тот же диван, где тот лежал, но с обратной стороны, Вай поднял ладонь и лёгким жестом снял иммобилизационные чары. -... ение! — из рта офицера вырвался обрывок последней фразы, которую он кричал за мгновение до заморозки. — Что? — ну а теперь, в полной прострации и ошеломлении, он оглянулся по сторонам, пытаясь понять, что происходит, и как здесь очутился. — Добрый вечер, сэр, — учтиво промолвил Вайет, сложив руки домиком. — Хотели поговорить?.. Ну что, поговорим? Военный встрепенулся, резко отскочил с дивана, выхватил из кобуры пистолет и... прежде чем нажать на курок, понял, что его руки опустели. — Это ищите? — спросил ведьмак, держа за скобу на вытянутом пальце оружие командира. Уяснив, что с этим "колдуном" он в разных весовых категориях, мужчина усмирил пыл, став куда более кротким. — Позволите забрать? Вайет кинул пистолет офицеру, тот поймал его и аккуратно спрятал в кобуру. — Полагаю, вы настроены дипломатично? — спросил последний. — Очевидно, — ответил Холливел. Кашлянув в кулак, офицер наконец представился: — Майор Бридж, — и, вялым движением руки отдал воинское приветствие, после чего сел с обратной стороны дивана. — Итак... — продолжил он говорить. — Как вы, наверное, поняли, мистер Холливел, правительство дало мне чёткое указание разобраться в произошедшем. Узнать кто вы, или точнее — что вы, и какую представляете угрозу национальной безопасности. Сидя на диване, Вайет изогнул бровь и сморозил: — Глобальную, — и не забыл хмыкнуть. — Могу устроить ядерный взрыв, если хорошенько скоплю магии. Бридж вылупил глаза и напрягся. — Шутка, — тут же успокоил того маг. — Вернее, я, конечно, мог бы такое провернуть, если бы захотел, но, стирать миллионы людей с лица земли я не планирую. Я — хороший парень. — Прямо-таки "хороший"? — к его заявлению, офицер отнёсся скептически. — Получше некоторых, — метко обозначил парень. — Уж вы-то, должны это понимать, коль сидите на поводке у власть имущих корольков. — Я — военный, мистер Холливел, и исполнять приказы — моя работа, — уточнил Бридж с некой досадой в голосе. — Я понимаю, — кивнул Вайет. — Но я, в отличие от вас, не перед кем не отчитываюсь и никому не служу. Я живу по принципам морали, которую мне привили родители. — И что же это за принципы? — Самые простые — сохранять человечность и не быть злобным мудаком, — тон Холливела оставался ровен и невозмутим. — Я конечно, давно вырос из наивной присказки, что добро всегда побеждает зло, однако, постараюсь воплотить это детское убеждение в жизнь. Офицер немного помялся, видимо размышляя о сказанном, и наконец перешёл к сути их сегодняшней встречи: — Так кто же вы такой? И не только вы. Вся ваша семья! Вы и впрямь волшебники? Магия существует? — Да, существует, — прямо сказал Вайет. — Мы светлые маги и ведьмы. Боремся со злом в лице демонов, злых колдунов, монстров, и других адептов тьмы. — Демонов? Монстров? И что, они часто напада... стоп! — и тут его осенило. Память о происходящем в городе за последний месяц, больно его ужалило. — Получается, все те случаи, когда полиция находила трупы людей с ужасными ранами, неподдающимися анализу, это было... — Да! — подтвердил Холливел. — Вернее, это исключение из правил. Подавляющее число демонов разумно, они не оставляют улик, когда убивает невинных, чаще всего испепеляют тело, а вот всякие звероподобные монстры охотятся по принципу обычных хищников, оставляя недоеденные останки. — Получается... — нахмурился Бридж. — То жуткий тип с когтями и щупальцами, что устроил мясорубку на концерте, он тоже дем... — Да, но он уже мёртв, — отрезал Вайет. — С ним покончено. — Очень этому рад, — выдохнул офицер, а затем, взвешенно продолжил: — Что ж, получается вы своего рода защитники человечества от сверхъестественных угрозы, но всё это время держались в тени? Вы как... Люди в чёрном, да? Только вместо инопланетян, демоны? Тихо усмехнувшись при упоминании данного фильма, ведьмак всё разложил по полочкам: — Сравнивать можно с чего угодно, только ключевое различие в том, что моя семья и я, не работаем ни на какую организованную структуру. Точнее, работали раньше, если можно так выразиться, но, исключительно из чувства долга. Но потом, Старейшины — начальство всех сил света, уж слишком развонялись, и стали нагло что-то требовать от моей семьи, будто мы их покорные слуги, за что и получили от меня по жбану. С тех пор мы в контрах. Поэтому, теперь мы полностью независимы, и, если и защищаем невинных, то исключительно из соображений собственной морали, а не потому, что кто-то наверху нам это приказал. Всё больше поражаясь тому, насколько сидящий перед ним парень — непреклонен и непоколебим, Бридж решил на всякий случай уточнить: — И ты это сделал один? В смысле... дал этим Старейшинам в жбан? — Ну да, а что такого? — удивился Вайет. — А это, разве, так легко? — резонно отметил майор. — Ну, если Старейшины — начальники всего, что связанно со светлой магией, то они должно быть могущественные существа. Не думаю, что кто-то ещё из подчинённых, вдруг явится к ним, чтобы бросить вызов. Это то же самое, как если бы я пошёл в одиночку против всего министерства обороны. — Всё верно, но, я, немного в другой весовой категории, — пояснил Холливел. — Я отличаюсь от обычных магов, столь же, сколькоони контрастируют с вами — простыми смертными. Потому-то меня и боятся, — и, откинувшись на спинку дивана, добавил: — Для Старейшин, я — сила, которую они не могут обуздать и контролировать. — Это я уже понял, — сказал офицер, наблюдая за расслабленной позой собеседника. — Думаю и для нас... в смысле, для любой власти, как магической, так и человеческой, ты был бы врагом. — Не спорю, — изрёк Холливел, поднял руку и, без какого либо предупреждения, материализовал в голубой вспышке откупоренную бутылку пива. Узрев проявление магии, Бридж изумлённо вылупил глаза. — Э-э-э, вы можете сотворить из воздуха что угодно? — Ну, практически да, — ответил Вайет, сделав глоток — Если говорить о твёрдых объектах, не жидких или газообразных, то да. — И почему тогда с такими силами, вы... — Что? — Ну, я не знаю... — замялся мужчина, говоря первое, что пришло на ум, — не живёте в каком-нибудь огромном роскошном замке посреди личного острова в багамском архипелаге? Обдумав сей вопрос, Вайет отпил ещё пивка, и чуть позже ясно выразился: — Потому что мне эта хрень не нужна. Оставь богатство и роскошь для избалованных мажоров. А если сам тащишься по такому, вот... — взмах руки, и на пол, вблизи ног офицера, с тяжёлым стуком упала полурасстёгнутая сумка, доверху набитая золотом и брильянтами. — Здесь неподалёку есть ломбард, сдавай и обогащайся. Вконец опешив от такого поворота, офицер отстранился и, с оттиснувшей челюстью, пробормотал: — Я... я не знаю, что сказать. — Ничего не говори, — посоветовал ему ведьмак. — Просто бери сумку и иди. Будучи не настолько грамотным в юридических и правовых вопросах, Бридж сразу бы схватил сокровища и пошёл их продавать, но, опасность того, что за этим последует, остерегала его. — Что-то мне подсказывает, что после этого у полиции ко мне появиться несколько неудобных вопросов. — Ну да, а ты, чего хотел? — в лёгком тоне обмолвился Холливел, допивая пиво и откладывая бутылку на стол. — Конечно появятся, но, ты вроде не маленький мальчик, и сможешь разрулить проблему. Всё же не последний человек в госструктуре. Поделишься с некоторыми чинушами, и всё, вопрос исчерпан, — и в конце подмигнул. Ощущая ещё большую опасность, или даже страх перед чем-то мистическим, Бридж решил не искушать судьбу попыткой лёгкого обогащения. — Извините, но вынужден отказаться, — сказал он. — Я понимаю, насколько это заманчиво — получить разом неимоверное богатство, но, меня от этой идеи что-то остерегает. — Как хочешь, — не став спорить, Вайет двинул пальцем, и сумка с сокровищами исчезла в лазурных огоньках, будто её и не было. Сдержав на этом паузу, чтобы плавно перейти к следующей теме, офицер направил на собеседника изучающий взгляд и, как на духу, высказался: — Знаете, мистер Холливел, вы производите впечатление разумного человека, и, будь моя воля, я бы конечно ушёл и не мешал бы вам защищать мир от демонов и прочих сил зла. Однако... — Что, однако? — покосился Холливел. — Правительство ваши слова не убедят, — донёс майор очевидную истину. — Как я ранее говорил — любая власть не может терпеть того, что не в силе контролировать. Если я разверну всех своих ребят, с меня спросят за это, а потом пришлют других, причём намного больше. Подключат национальную гвардию и всю армию целиком, если понадобиться. Главное чего они хотят — взять тебя и обезвредить. Мысленно представив эту картину, ведьмак ответил: — Будет интересно посмотреть, как у них это получится. — Пойдёшь против всей армии США и всех силовых структур? — Если понадобиться, но, не думаю, что до этого дойдёт, — заверил Вайет. — Как только я закончу говорить с тобой, то вернусь к семье, и мы займёмся решением текущей мировой проблемы. — То есть, не понял? — заинтригованно спросил Бридж. Без какой-либо утайки, Избранный раскрыл намерения: — Будем думать, как стереть вам память. Всем людям на планете, кто узнал о существовании магии, включая тебя. Глубоко растерявшись и от такой новости, мужчина ощутил скованность и слабость. Причём неясно — физическую и психологическую, связанную с ощущением своей ничтожности на фоне сидящего рядом с ним человека... если его конечно можно так назвать. — Кхе... — кашлянул он. — Ну да, куда же без этого, — и иронично улыбнулся. — Типичные «Люди в чёрном». — Но тут его голову посетила мысль, и он поспешил её озвучить: — Так, стоп, а как до этого вы справлялись с подобными случаями? Я не думаю, что за всю истории человечества, мы первые, кто просёк о магии. — Конечно не первые, — признался Вайет. — Просто раньше, когда общественность каким-то образом узнавала о сверхъестественных происшествиях, то Трибунал — высший суд в мире магии, сразу же подчищал это из памяти людей. Но с недавних пор Трибунал сыграл в ящик, а без него, мы не можем разом стереть воспоминания всем людям на планете, только локально. Например, я могу прямо сейчас навести амнезию на тебя и на всех, кто собрался вокруг дома. Однако влезть в головы всем остальным миллионам, я не способен. — Понятно, — кивнул офицер. — Но, раз так, то как ты намереваешься решать текущую проблему? Правительство терпеть и ждать не будет. Если я не дам начальству чёткого отчёта в ближайшие пятнадцать минут, сюда прикатит столько военной техники, что снесёт весь район. — Тогда тебе придётся постараться их притормозить, — настоятельно рекомендовал Вайет, нахмурив брови. — Потому что, если мне и моим родным будет угрожать опасность, я отвечу в десятикратном размере. Всецело ощущая на себе тяжесть слов этого парня, который явно не шутит, Бридж порылся в мыслях, чтобы найти хоть какой-то маломальский выход из сложившейся ситуации. — Я... я тогда сообщу им, что ты согласен на наши требования, и пойдёшь со мной под конвоем, но просишь выделить час времени на подготовку, — предложил он такую стратегию. — Надеюсь, это блеф прокатит. — Я тоже, — кивнул ведьмак, но на том не закончил: — Тоже надеюсь, за этот час мы разыщем способ всё исправить и вернуть мир к исходному состоянию. Иначе дальнейшие события приобретут худший оборот. Трезво оценив последствия того, что может произойти, Бридж ещё раз обмозговал всё пережитое за последний день и дал тому комментарий: — Знаешь, хотя это довольно интересно осознавать, что магия и волшебство реально существует, но, ты прав, нам лучше оставаться вне этой магической войны, — вздохнул мужчина. — Как говориться — меньше знаешь, крепче спишь, да? — Великая мудрость, — согласился Вайет. — Но, прежде чем я уйду, могу кое-что сказать напоследок? Вроде бы и обыкновенная просьба, но серьёзный тон его слов, вызвал у мага интерес. Он кивнул в знак согласия. Сам Бридж, морально приготовившись, выложил всю подноготную: — Вайет, всё это... — обвёл он взглядом окружение, — вне моего человеческого понимания. Но, то, что я вижу — я вижу по-своему. И думаю, со мной многие согласиться, — чуть притихнув, мужчина наконец поделился своим видением: — Ты именно тот, в ком человечество нуждалось на протяжении всей истории. Я не знаю в точности величину твоих способностей, но, обладая хотя бы десятой их частью, я бы на месте не сидел. Я бы использовал их так, чтобы раз и навсегда исправить наш говёный мир. Покончить с несправедливостью и произволом. В памяти Избранного разом вспыхнули мрачные воспоминания о том, как когда-то он думал о примерно том же, и, более того, пытался это воплотить в жизнь. Но, ожидаемо, всё пошло под откос. — Однажды я уже играл роль божественного судьи, карая всех матёрых уголовников нашего города, но, это не помогло, — поведал он ему. — Стоило мне с этим завязать, как преступность вновь проснулась. За считанные дни. В результате я ничего не исправил, а только умножил смерть и жесткость. — Ну так, конечно, не исправил! — порывисто утвердил Бридж, словно стараясь что-то доказать. — Причём тут уголовники? Они лишь следствие проблемы, а не их первоисточник. Тебе надо было целиться не на них, а разить саму систему. Собрать всех лидеров воюющих стран, включая нашу, притащить их за шкирку в ООН, и потребовать немедленно заключить мир. Ты ведь можешь это сделать, верно? Почему же не делаешь? — протянул он в конце полушёпотом. Вайет напрягся. Внутри него всё накалилось до предела. Даже руки дрогнули. Возросший конфликт бил в самые болезненные точки. И лишь чёткое осознание того, что к чему ведут подобные "благие намерения", не давали магу повторять ошибок прошлого. В итоге, остудив эмоции, он дал короткий, но рассудительный ответ: — Потому что я не Бог этого мира. Но и это не стало для Бриджа достойным обоснованием. — Но ты ведь защитник, верно?! — повысил он голос. — Я же не прошу, чтобы ты сел на трон и объявил себя Императором! Просто... — немного сбавив импульсивный тон, мужчина продолжил: — Представь, скольких ты спасёшь, если решишь не ограничиваться одним Сан-Франциско. Что если займёшься не здешними преступниками, а политиками высшего эшелона. Известно тебе или нет, но сейчас в мире много заварушек. Война в Иране, на Украине, в Афганистане, Палестине, Израиле, Сирии... и каждом из них наш след. Я конечно не знаток, но что-то мне подсказывает, что там людей гибнет ничуть не меньше, чем от лап твоих демонов. И за что они умирают? За шкурные интересы алчных политиков, что наживают влияние, власть и капитал, прикрываясь ложью о защите государства. И этому нет конца и края... Политики жрут, а наши сыновья гибнут. Давление нарастало. Становилось по-настоящему тяжело. "Да, я мог бы... действительно мог бы, — мелькнувшая мысль, казалось сладкой в своей опасности. Разум Вайета искал оправдания, цеплялся за идею: если он вмешается на таком уровне, то сможет спасти тысячи, миллионы. Лёгкий зуд желания на мгновение опьянил его. Жажда переломать хребет текущей мировой системе. Сделай всё быстро и неотвратимо — как и подобает спасителю. Но, к счастью, эти мысли ушли так же быстро, как и пришли. Ведьмак сжал руки в кулаки, чувствуя дрожь, что предательски выдавала его внутреннюю борьбу. Сколько раз он уже видел, как его благородные цели превращались в кровавые смертоубийства? И если он уступит этой жажде сейчас — кто знает, чем это обернётся потом. Каждый импульс к действию, каждая искренняя мысль о спасении множества жизней оборачиваются ядом: великая власть слишком опасна для одного человека, каким бы сильным он ни был. Глубоко вздохнув, Вайет привстал с дивана, и с максимальной серьёзностью проговорил: — Я согласен со всем, что ты сказал, но, я так не могу. Если я пойду на столь радикальные меры, то, назад дороги не будет. Однажды власть уже захлестнула меня, когда я решил подмять по себя Подземный мир. Я чуть не превратился в чудовище, против которых боролся всю сознательную жизнь. Искушение слишком велико... Бридж молчал. Не спешил ничего говорить. Только неотрывно смотрел в глаза собеседнику, а тот отвечал взаимностью. Спустя же энное время, офицер тоже поднялся с дивана и произнёс: — Понимаю... — было очевидно, что решение мага его разочаровало, но, не настолько, чтобы уйти без слов. — Как и мы и договаривались, я сейчас пойду к своим ребятам и сообщу начальству по рации, что ты готов идти со мной, но только через час. Пожалуйста, успей за это время исправить всё, что хотел. — Непременно, — с ноткой отстранённости сказал Холливел. Командир кивнул, ещё раз прислонил руку к виску, отдавая честь, и только после этого развернулся и ушёл из гостиной в сторону выхода из дома. Там, дойдя до двери, он мельком оглянулся, взглянув туда, где стоял Вайет. Глаза Бриджа странно блеснули, а уголки губ растянулись в ухмылку. После, открыв дверь, он вышел на улицу и стал спускаться по ступеням крыльца, навстречу своим людям. Но из-за ночной темноты, никто даже не заметил, как из его тела выплыла непонятная тень и тотчас исчезла, слившись с окружающим мраком.

***

Оранжерея по-прежнему была залита мягким рассеянным светом. Но не благодаря лучам солнца, что пробивались сюда днём сквозь стёкла широких окон, а из-за включённых ночных светильников. Растения, аккуратно расставленные вдоль стен, казались сейчас неуместно спокойными на фоне того, что творилось снаружи. За большим столом, усыпанным раскрытыми страницами Книги Таинств, склонились Пайпер, Пейдж и Фиби, едва ли не утыкаясь носами в выцветшие листы. Там же, в глубине оранжереи, почти вне поля зрения, стоял крио-саркофаг. Все три ведьмы держались. Особенно старшая. Пайпер было больно дышать. Больно думать. Листая толстенный фолиант, она вглядывалась в строки, пыталась читать, но перед глазами раз за разом вставало лицо Мелинды. Буквы расплывались. Смысл ускользал. И всё же она не отрывалась от книги. Потому что остановиться — значило позволить этому накрыть её целиком. Сёстры рядом тоже не отставали. Они переговаривались, цеплялись за каждую зацепку и любую строчку, которые могли помочь. Работа держала их на поверхности. Остальные члены семьи и гости располагались неподалёку, наблюдая, и иногда что-то подсказывая. И почти никто не смотрел в сторону саркофага, дабы лишний раз себя не мучить. — Если здесь где-то и есть решение, — пробормотала Фиби, проводя пальцем по строчке, — то оно наверняка спрятано между "никогда этим не пользоваться" и "это точно плохая идея". — Мы уже минут десять листаем одно и то же, — устало выдохнула Пейдж, переворачивая страницу. — Такое ощущение, что книга специально издевается. — А разве вы её за двадцать с лишним лет не до конца изучили? — не удержался Крис, прислонившись к одной из стенок. Пайпер выдохнула носом, даже не подняв головы, и вполголоса ответила: — Этот срок как раз нужен, чтобы сначала всё выучить, а потом благополучно забыть, — и перелистнула очередную страницу. — Особенно когда у тебя семья, демоны и апокалипсисы по расписанию. Где-то рядом тихо фыркнул Лео, но предпочёл не вмешиваться. — Вот! — внезапно оживилась Фиби, ткнув пальцем в страницу. — «Заклинание забвения для множества разумов», звучит многообещающе. Пейдж тут же подалась ближе. — Дай посмотреть... — пробежав глазами текст, она нахмурилась. — Да, формулировка правильная и структура заклинания тоже... но масштаб... Пайпер наконец оторвалась от книги и внимательно перечитала вслух несколько строк, словно пробуя их на вкус. — Это рассчитано максимум на город, — заключила она. — Ну, явно не на весь мир. — То есть мы можем стереть память всем в Сан-Франциско, — подвёл итог Генри. — Но... оставить всё остальное человечество в курсе? — Именно, — мрачно кивнула Фиби. — Отличный план, — обронила Бьянка. — Полумеры — наше всё. В этот момент дверь приоткрылась, и в оранжерею вошёл Вайет. Он на секунду задержался у порога, окинув взглядом собравшихся; их сосредоточенные лица, раскрытую книгу, и почти физически ощутил, насколько мало у них времени. — Ну? — коротко спросил он, подходя ближе. Фиби подняла на него взгляд и сказала: — Мы нашли заклинание. Но оно не тянет на глобальный уровень. Вайет сжал губы, явно ожидая чего-то подобного. — Ясно... Он уже собирался что-то добавить, как вдруг воздух в центре оранжереи едва заметно дрогнул. Сначала это было похоже на лёгкую рябь, но затем раздался чистый, звенящий звук, словно кто-то провёл пальцем по краю хрустального бокала. Все разом обернулись и узрели голубое свечение, что мягко разлилось в пространстве, сгущаясь в одну точку и формируя силуэт женщины. Весьма привлекательной, со светлыми прямыми волосами, струящимися по плечам, безмятежным лицом, серо-голубыми глазами и белой хламидой надетой поверх золотой рясы. Первые секунды никто не двигался. Даже дыхание будто стало тише. Все озадачено смотрели на незваную гостью и ждали, что будет дальше. Вайет же, вопреки остальным, сразу же нахмурился. Нежданный визит Старейшины его не обрадовал. — Добрый вечер, — поприветствовала всех сия светлейшая персона. — Я — Лорейн. Извиняюсь за столь внезапный визит, но, происходящее по ту сторону стен требует немедленных действий. Сразу вспомнив о том, что произошло при его последней встрече с небожителями на суде Трибунала, Вайет не мог устоять, чтобы не дерзнуть: — О, а ваш шеф, стало быть, побоялся притащить сюда свою старую жопу, и велел вам шестерить за него? Пайпер уже хотела пожурить сына за подобный тон, но, посчитала, что сейчас не лучшее время. Да и не к чему уже. Поздно. Его не перевоспитать. — Нет, — спокойно ответила Старейшина, будучи готовой к таком приёму. — Я сама вызвалась сюда прийти. Потому что верю, что любые распри и междоусобицы не должны мешать восстановлению порядка в мире. — Но другие, походу, так не считают... — точно отметил Вайет. — К сожалению, — подтвердила Лорейн. — Вражда с вашей семьёй, и чего уж там говорить, банальная гордость, не позволяет им заявиться сюда. — Что-то это совсем не похоже на мудрость, святость и добродетель, — дала оценку Фиби. — Не спорю, — согласилась небожительница. — Старейшины полностью прекратили попытки наладить с кем-либо контакт, полагаясь только на себя и свой ближайший круг в лице хранителей. С остальными они намерены общаться с позиции силы, особенно с теми, кого считают врагами. — Само собой, — влез в разговор Генри, встав около своей подруги Эйприл. — То, во что они превратили Школу Магии, не иначе как военно-религиозный лагерь не назовёшь. — Да, это так, — с ноткой подавленности вымолвила Лорейн. — Я была против таких радикальных перемен, но мой голос оказался в меньшинстве. Большинство проголосовало за внедрение строгой дисциплины для поддержания порядка, а также новой священной догме бесстрастия и аскезы. — Ну да, я видела это бесстрастие, — на сей раз встряла сама Эйприл. — Когда за мной и Генри гонялись, словно гончие за дичью, дабы "наказать"! — За это, кстати, они ещё передо мной лично ответят, — напористо заявила Пейдж, заботливо положив ладонь на плечо сына. Ощущая себя мишенью для всех собравшихся, Старейшина выставила руки вперёд и постаралась защититься. — Я всё понимаю, но, поверьте, моей вины в этом нет, — вздохнула она. — Я не знаю, что случилось со Старейшинами, в частности с Ионной, но, они стали другими. Не похожими на себя. Будто... их сущность что-то исказило. Зачарованные, а вместе с ними Вайет и другие сразу же призадумались. Сначала хотели отчеканить что-то несерьёзное, мол, просто их гнильцо наконец пролезло на свет. Но... за такими изменениями в поведении верховных сущностей, олицетворяющих светлую магию, действительно могло что-то стоять. Что-то незримое, но могущественное. И в первую очередь об этом помыслил Терриан. Уж ему-то было что вспомнить, и кого заподозрить. — Впрочем, ладно, оставим это на потом, — возгласила Лорейн, после полуминутной паузы. — Согласен, — проявил солидарность Вайет. — Давайте уже переходить к делу, а то по словам того вояки, у нас один час, чтобы вернуть мир к нормальному состоянию, иначе сюда припрётся вся армия США. А убивать всех их я не хочу. Места на лужайке не хватит, чтобы похоронить там каждого. Все бросили на него осуждающие взгляды, от чего Избранный понял, что перестарался. — Остыньте, это была шутка, чёрный юмор, извините, нервы на пределе, — и провёл рукой по лицу. Забыв о данном инциденте, Лорейн собралась, и приступила к цели своего визита: — Итак, вы до чего-то додумались? — Мы нашли одно заклинание, но радиус его распространения не так обширен, — сказала Пайпер. — Максимум один город. Весь белый свет явно не затронет. И тут комментарий пришёл оттуда, откуда не ждали. — Мда, интернет конечно великое изобретение, но, именно из-за него всё это и случилось, — влез в разговор не кто иной, как Грегори, что до сей поры стоял рядом с отцом и предпочитал молчать и не светиться. — Не будь инета, за пределы города та резня, что устроил Кайдемус, не просочилась бы. Ну, видимо такова цена прогресса, что поделать. Не став разбираться, к месту это было или нет, Лорейн вернулась к первостепенной теме: — Главное, что заклинание есть, но проблему с масштабом можно откорректировать. Просто прибегнуть к ультимативному варианту. — Это как? — поинтересовался Крис. Приподняв руку, Лорейн повёл её вперёд и объяснила: — Просто. У нас есть Сила Трёх, — указала она на Зачарованных. — Есть Избранный, — ткнула в Вайета. — Есть Старейшина, — коснулась себя. — Ну и все остальные, — и обвела рукой прочих, кто был в комнате. — Нам нужно объединить силы, и прочесть заклинание. Думаю, этого будет достаточно. Идея была в принципе логичная и правдоподобная, в чём сошлись все. Ну, почти... — Уверены, что сработает? — на всякий случай спросила Бьянка. — Всё же речь идёт о целой планете. — А у тебя есть другие варианты? — включился Генри в беседу. Бьянка хотела было ему ответить, но Вайет их опередил своими комментариями: — Знаете, ещё хотя бы пара-тройка Старейшин, и заклинание гарантированно бы сработало, но, даже в такой, казалось бы важный для всех живущих на земле магических существ, эти пенсионеры предпочитают отсидеться дома и всю ответственность свалить на вас одну. Спорить с таким доводом Лорейн не могла, да и не хотела. — Я уже говорила, что Старейшины не те, что раньше. Повторяться не хочу. Пайпер же, видя, что разговоры опять затянулись, взяла ситуацию в свои руки. — Давайте все неразрешённые моменты обсудим потом, а сейчас пора заканчивать этот балаган, — и, поманив сестёр к себе, сказала: — Значит так, мы с Фиби и Пейдж читаем заклинание, Вайет с Лорейн кладут ладони нам на плечи, а вторые руки дают стоящим за ними, и так по цепочки, понятно? Тогда наша магия сольётся в единый поток, и, её мощи будет достаточно для всемирного эффекта... я надеюсь. Узнав план действий, все выстроились за сёстрами, в ожидании, когда те дотронутся до Книги Таинств, и начнут читать заклинание. Вот только никто не мог и предвидеть, что в их, и так переполненном доме, найдётся место для ещё одних непрошенных гостей. То ли дело было в том, что, уходя, майор Бридж не до конца прикрыл входную дверь, то ли у них нашлась отмычка, но факт оставался фактом — в доме появились лишние люди. Сначала послышался торопливый топот в гостиной. Затем — возбуждённые голоса. И уже через пару секунд в проёме оранжереи возникли двое: мужчина с камерой и женщина с микрофоном, чьи глаза были полны горящего азарта, а намерения абсолютно лишены чувства такта. — Есть контакт! — радостно выпалил парень, наводя камеру на собравшихся, и щёлкая кнопкой записи. — Мы внутри! — Это же они, да? Те самые! — вторила ему напарница, вытягивая руку с микрофоном вперёд. — Боже, мы сейчас заснимем настоящих магов и ведьм! Реакция в комнате была мгновенной и предельно разной. Фиби резко выпрямилась, сжав губы. Пейдж инстинктивно шагнула вперёд, заслоняя собой Эйприл и Генри. Лео удивлённо изогнул брови, наряду с Ричардом. Вайет ожидаемо нахмурился, Крис тихо выругался себе под нос, ну а Бьянка закатила глаза так, словно мир окончательно сошёл с ума. Пайпер же замерла. Её взгляд на секунду метнулся к саркофагу... и обратно. Лицо стало каменным. — Вы... серьёзно сейчас? — медленно произнесла она. Но журналисты уже были в своём мире. — Мисс, вы — одна из ведьм, верно? — быстро заговорил мужчина, направляя камеру то на неё, то на книгу. — Это колдовской фолиант, да? Настоящий? Все натужно молчали, не зная, какую в этой абсурдной ситуации лучше показать реакцию. Но, долго думать им не пришлось. — О, как любопытно! — женщина-журналист резко развернулась к Лорейн, подскакивая к ней почти впритык и чуть ли не тыкая микрофоном в лицо. — Вы, я так понимаю, главная среди них? Типа, из светлых магов? У вас такая... — она на секунду замялась, подбирая слово, — белоснежно-золотая одежда. Это обязательная форма? Вам по должности положено так выглядеть? Старейшина на мгновение растерялась, явно не ожидая подобного... формата общения. — Я... — начала она спокойно, но договорить не успела. — А вы можете летать? — перебил её другой журналист с камерой. — А как у вас меняется картинка перед глазами в момент телепортации? А демоны — они все жуткие монстры, как тот Кайдемус, или они могут принимать человеческий облик? А магию вообще можно изучить? Есть какие-то школы? Курсы? — А может прямо сейчас на камеру покажите что-то эффектное? — добавила женщина. — Небольшую демонстрацию? Что-нибудь безопасное. — Лучше опасное! — пылко воскликнул напарник. — Для рейтингов самое то! Вопросы сыпались один за другим, не давая никому вставить ни слова. Но с последним, она решила не церемониться, и посягнули на самую острую тему: — Если есть магия, то, наверное, есть и загробная жизнь, верно? — логично предположила женщина. — Расскажите наконец человечеству правду, есть ли Бог, и какая религия наиболее правдива! Когда же семья Холливел всё это доконало, первым, кто решил положить сему конец, был конечно же Вайет. — Хватит! — рявкнул он. Но его не услышали. Или не хотели слышать. — Ой, а это что? — вдруг произнесла женщина, поворачивая камеру в глубину оранжереи. Все как по команде обернулись туда и поняли, куда в эту минуту наведёт объектив камеры... на крио-саркофаг. — Должно быть какая-то крио-камера? — с неподдельным интересом спросил парень. — Типа... волшебная спячка? Кто там? Это часть какого-то ритуала? — Вы там людей замораживаете? — подхватил второй, даже шагнув ближе. — Это безопасно? Можно взглянуть? Тишина ударила по ушам. Фиби и Пейдж резко втянули воздух. Пайпер же побледнела, а Лео своевременно сделал шаг вперёд, положив руки на плечи жены. — Я сказал... хватит! На этот раз голос Вайета прозвучал иначе. Не столь резко, а скорее холодно и пронизывающе, как вой сквозного ветра. Журналисты обернулись к нему... и не успели даже открыть рот. Лёгкое движение кисти мага, вспышка лазурного света, и в следующую секунду, на полу, прямо на месте, где они стояли, теперь сидели две ошарашенные пучеглазые жабы, а рядом упавшая видеокамера с микрофоном. В комнате повисла гробовая тишина. Все конечно были удовлетворены тем наказанием, которое навлёк Вайет на этих наглецов, но, всё равно, умом понимали, что так делать не стоит. — Вайет! — осторожно произнёс Лео. — Они это заслужили, не спорю, но, верни их обратно, — добавила Пейдж, пусть и без особого энтузиазма. Избранный сильнее свёл брови. — Они сами напросились, — и сухо выплюнул, даже не глядя на амфибий. — Ну, это лучше, чем, если бы он превратил их в пепел, — подметил Джер, чуть улыбнувшись. — Или в навозных мух! — ледяно выцедил Вайет, подхватив слова старого друга. Но Пайпер решила взять ситуацию в свои руки. — Сынок, пожалуйста... — попросила она. И именно этот мягкий и печальный тон матери убедил парня выполнить её просьбу. Он закрыл глаза на долю секунды, явно сдерживая раздражение, после чего резко взмахнул рукой. Жабы снова вспыхнули мягким голубым светом — и через мгновение на их месте опять стояли те же самые журналисты. Только теперь — бледные, дрожащие и абсолютно дезориентированные. — Вон. Одно негромкое слово. И следом — новый взмах. Невидимая сила телекинеза подхватила обоих (вместе с их оборудованием), словно они ничего не весили, и, не дав беспардонным нарушителям спокойствия даже опомниться, буквально вышвырнула прочь из оранжереи, заставив лететь через гостиную к входной двери. Грохнувшись за крыльцо дома, прямо к ногам других коллег-корреспондентов, они стали с болью кряхтеть и что-то негодующе роптать, но это уже было совершенно неважно. Входная дверь в особняк с силой захлопнулась и заперлась на ключ сама собой. В доме снова стало тихо. Но то было давящее и неуютное безмолвие, что будто бы само норовило поскорее окончиться. — Давайте вернёмся к тому, где нас прервали, хорошо? — здраво посоветовал Вайет спустя самую малость, решив проигнорировать события последних пары минут. — Да, — с глубокой усталостью согласилась Пайпер, снова приблизившись к Книге Таинств. — Пора уже провести генеральную уборку. Пейдж первой сделала шаг к старшей сестре. Она мягко коснулась её плеча — осторожно, почти боясь спугнуть. Фиби тут же повторила движение с другой стороны. На мгновение Пайпер застыла между ними, не поднимая взгляда... но затем медленно выдохнула и приготовилась. Пейдж и Фиби переглянулись. Без лишних слов они протянули свободные руки назад. Пальцы Пейдж нашли пятерню Вайета. Фиби — руку Лорейн. Те приняли контакт без колебаний и вытянули вторые руки другим, кто стоял позади. Цепочка начала собираться сама собой. Ладонь к ладони. Пальцы переплелись. Круг замкнулся. Стало слишком тихо. Пайпер закрыла глаза. Когда же она заговорила, её голос был тихим... но в нём звучала та самая сила, от которой воздух будто становился плотнее. Фиби и Пейдж подхватили её слова, и их голоса слились в унисон:

«Что открыто было — пусть сокроется вновь,

Пусть уйдёт это знанье, как зыбкая кровь.

Не для смертных сей дар, не для глаз и умов —

Пусть исчезнет из памяти тысячи слов.

Круг замкнётся опять, как велит древний ход,

И реальность к истоку спокойно придёт.

Что увидено было — забудется пусть,

И вернётся в сердца повседневная суть.»

Сначала ничего не происходило. А затем... пол едва заметно дрогнул. Кто-то из присутствующих сильнее напрягся, крепче сжал пальцы и твёрже вкопался подошвами ног в пол. Секунда — и дрожь усилилась. Панели широких окон оранжереи жалобно зазвенели, по металлу пробежала вибрация. Где-то в доме глухо хлопнула дверь. Земля уже не просто дрожала, а тряслась. А вместе с этим, из неоткуда возник ветер. Не снаружи — внутри. Он рванулся сквозь пространство, закручиваясь спиралью, подхватывая волосы, одежду, и даже страницы Книги Таинств. Листы взметнулись, точно живые, но не переворачивались — держались на нужной странице, как прикованные. Далее сквозь кожу собравшихся в круге начал проступать мистический свет. Сначала — у сестёр. Золотое сияние, мягкое, но ослепительно чистое, разлилось от их ладоней вверх по рукам, плечам, лицу, окутывая всё тело ровным, тёплым свечением. Следом откликнулся Вайет. Его свет был иным — насыщенным, лазурно-синим, как сдерживаемая до предела энергия, что готовилась в любой момент вырваться наружу. И почти сразу же цепочка замкнулась полностью. Лорейн вспыхнула небесно-голубым светом, Лео — похожим, но более светлым, с мягким аквамариновым оттенком. Чуть поодаль Терриан загорелся густым янтарным свечением, рядом с ним Грегори — глубоким фиолетовым. Бьянка отозвалась тёплым бронзовым блеском, Крис — пастельно-васильковым, Генри — морозно-голубым, Эйприл — чистым серебром, а Джер — неровным рыжеватым огоньком. Каждый, кто стоял в круге, светился по-своему. И все эти цвета — как похожие, так и чуждые друг другу — начали переплетаться, сливаться в единый поток, пульсирующий, живой. По воздуху пошла рябь. Напряжение росло с каждой секундой, становясь почти осязаемым — как будто сам мир натянули до предела. Пайпер резко открыла глаза и исторгла: — Сейчас! И только тогда, три сестры, не разрывая круга, произнесли заклинание снова — теми же словами, но теперь громче, мощнее, с силой, которую уже невозможно сдержать:

«Что открыто было — пусть сокроется вновь,

Пусть уйдёт это знанье, как зыбкая кровь.

Не для смертных сей дар, не для глаз и умов —

Пусть исчезнет из памяти тысячи слов.

Круг замкнётся опять, как велит древний ход,

И реальность к истоку спокойно придёт.

Что увидено было — забудется пусть,

И вернётся в сердца повседневная суть.»

В тот же миг всё взорвалось светом. Не разрушением — выбросом! Из центра круга рванула колоссальная энергетическая волна — ослепительно яркая, чистая, звенящая как тысяча колоколов. Она разошлась кольцом, проходя сквозь стены, через улицы и дома, не встречая преград. Она росла. Расширялась. Поглощала квартал за кварталом. Город... страна... континенты... Волна света прокатилась по всей планете. И каждый, кого она коснулась — на мгновение замер. Кто-то остановился посреди шага. Кто-то оборвал фразу на полуслове. Кто-то моргнул, будто проснувшись. Секунда потерянности. Лёгкое, неуловимое ощущение, что что-то такое и было... но исчезло. Забылось. И всё разом кончилось. Люди выдыхали. Оглядывались. И продолжали заниматься своими делами, не задавая вопросов, на которые у них больше не было ответов. Тем часом, эпицентр всплеска энергетической волны стал утихать, и свет гаснуть. Но не сразу. Медленно, словно неохотно отпуская тех, через кого только что прошёл. Золотое сияние сестёр поблекло первым, за ним потускнел лазурный свет Вайета, и так далее. Воздух ещё мгновение дрожал, как после сильного удара, но вскоре и это исчезло. Наступила долгожданная тишина, но не натянутая, как раньше, а настоящая. Полная покоя. Пальцы собравшихся разомкнулись. Кто-то едва удержался на ногах, кто-то сделал шаг назад, глубоко вдыхая. Столь непомерный выброс магии неслабо отозвался на жизненной энергии всех участников, вызвав сильную усталость. Первым пришёл в себя конечно же Вайет. Проведя рукой по лицу, он коротко оглядел всех — и, не говоря ни слова, развернулся к выходу. — Я проверю, — бросил он через плечо. Никто не стал его останавливать. Избранный прошёл по гостинной, открыл дверь и вышел на крыльцо. Картина снаружи... изменилась. Толпа всё ещё была там — журналисты, операторы, военные, полицейские, техника. Но теперь это была уже не организованная осада. Люди стояли растерянно, переглядывались, кто-то опускал камеру, кто-то чесал затылок, а кто-то просто смотрел по сторонам, пытаясь понять, как вообще сюда попал. Майор Бридж стоял чуть впереди остальных, хмурясь и глядя на дом. — Так... — произнёс он, оборачиваясь к своим. — А что здесь вообще происходит? Никто не ответил. Вайет же, осознав, что заклинание сработало, со спокойной душой спустился на одну ступеньку вниз. — Хотел бы я знать, — и сказал так, как бы между прочим. Бридж перевёл на него взгляд. — Вы... здесь живёте? — Да, — пожал плечами Холливел. — Услышал какой-то шум, решил выйти посмотреть. А тут вы все, — он оглядел толпу, пытаясь найти объяснение их присутствию. — Может, мероприятие какое-то? Съёмки? — добавил он, чуть изогнув брови. Несколько журналистов переглянулись. — Мы... — начал один, но осёкся. — Чёрт... я не помню. — Фигня какая-то... — пробормотал кто-то ещё. Вайет чуть развёл руками. — В любом случае, уже ночь, — спокойно продолжил он. — Не стоит шуметь. Люди спят. Эта простая мысль, как ни странно, зашла. — Да... точно... — кивнул кто-то из полицейских. — Ладно, сворачиваемся, — отдал команду Бридж, всё ещё выглядя озадаченным. — Всем разойтись. Быстро. Началось движение. Камеры опускались, микрофоны убирались, люди расходились, машины одна за другой заводились и уезжали. Оцепление растворялось так же быстро, как и появилось, оставляя после себя только пустую ночную улицу и лёгкое ощущение недосказанности. Вайет постоял ещё пару секунд, наблюдая за этим. Затем развернулся и вернулся в дом. Дверь за его спиной тихо закрылась. Когда он вошёл в оранжерею, все взгляды тут же обратились к нему. Крис уже стоял в стороне, уткнувшись в телефон, быстро пролистывая что-то на экране. — Ну? — коротко спросила Пейдж у старшего племянника. Вайет с облегчением выдохнул. — Они ничего не помнят, — сказал он. — Вообще. Стояли и не понимали, зачем сюда пришли. Крис в этот момент поднял взгляд от телефона. — Это ещё не всё, — добавил он. — Я проверил сеть, — и показал экран. — Ни одного упоминания. Ни новостей, ни видео, ни обсуждений. Как будто этого никогда и не было. Фиби удовлетворено улыбнулась. — Даже интернет подчистило! — Похоже на то, — кивнул Генри. И только тогда напряжение, державшее всех всё это время, окончательно отпустило. В оранжерее наконец воцарилась почти домашняя и относительно уютная атмосфера, несмотря на произошедшее. Кто-то опустился на ближайший стул. Кто-то просто закрыл глаза. Послышался едва уловимый общий выдох. Удостоверившись, что они справились, Лорейн сделала шаг назад, оглядывая всех участников совершенного ранее магического ритуала. — Полагаю, на этом моя задача выполнена, — мирно произнесла она. — Мне пора возвращаться. Её силуэт уже чуть замерцал голубым свечением, когда Лео её притормозил: — Подожди! Та остановилась, и мерцание погасло. — Это может повториться, — поднял мужчина важную тему. — Любой демон, любая вспышка магии на публике и под прицелами камер — и всё снова выйдет из-под контроля. Лорейн нахмурилась. — Ты предлагаешь... — Старейшинам нужно придумать хоть какой-то эквивалент Трибуналу, — твёрдо сказал Лео. — Что-то, что сможет быстро и регулярно устранять такие последствия. Иначе... — он коротко оглядел всех, — нам придётся собираться вот так каждый день. Пайпер устало прикрыла глаза, подтверждая слова мужа одним только своим состоянием. Остальные тоже выглядели не ахти. Даже Вайет казался измотанным. Он стоял, слегка опустив плечи, и больше не напоминал человека, обладающего неизмеримой мощью. Лорейн некоторое время молчала, обдумывая предложение. — Я поняла, — сказала она. — Этот вопрос нужно обсудить на Совете как можно скорее, — небожительница перевела взгляд на Зачарованных, затем на Вайета и, со всей серьёзностью, прояснила ситуацию: — Знайте вот что, лично я не ищу вражды с вами. Я всё ещё верю в идеалы мира и диалога. Однако... — и, сдержав паузу, лаконично выразилась: — За остальных Старейшин ручаться не могу. Времена нынче... действительно другие. Голубое свечение вокруг неё снова закружилось, и из уст вылетело прощание: — Берегите себя. В следующую секунду силуэт женщины рассыпался на искры света — такие же, в которых она появилась, после чего она исчезла. В оранжерее снова стало тихо. Кто-то устало опустился на стул, а кто-то просто стоял, не находя в себе сил ни говорить, ни двигаться. Казалось, всё уже было сказано, и теперь оставалось только разойтись — молча, унося с собой остатки пережитого. Однако, прежде чем позволить всем это сделать, Пайпер горько вдохнула, собираясь с мыслями, и тихо, но чётко произнесла: — Завтра... состоятся похороны Мелинды. Слова повисли в воздухе, тяжёлые и окончательные. — Я позвоню кому надо и всё оперативно организую, — продолжила несчастная мать, стараясь держать голос ровным. — Хочу всё провести быстро. Потому что... — она на мгновение запнулась, — мы и так с этим слишком затянули. Её взгляд на секунду ушёл в сторону, туда, где в углу оранжереи стоял саркофаг. — Не предавать её тело земле... так долго, — добавила она тише. — Это какое-то кощунство. По отношению к ней. Никто не стал спорить. Лишь тихие, почти незаметные кивки прошли по кругу. Джер опустил виноватый взгляд, ведь слова о "кощунстве" над телом Мелинды ударили по нему сильнее остальных. Но и другие выглядели не лучше. Даже Грегори, стоявший рядом с отцом. Он никогда не видел эту девочку, не говорил с ней, не смеялся вместе с ней — но сама мысль о том, что та погибла, отзывалась где-то глубоко внутри, вызывая тихую, непривычную тяжесть. Вайет некоторое время молчал, переваривая услышанное, затем коротко кивнул. — Где? — спросил он. — В церкви Святой Надежды, — ответила Пайпер. — В девять утра. Он снова качнул головой и сказал: — Я приду, — в его голосе не было ни тени сомнения, только меланхоличная уверенность. Затем Вайет сделал шаг вперёд и, не говоря ни слова, обнял мать. Крепко, но осторожно, не желая случайно причинить ей ещё больше боли. Пайпер приняла его объятья. Молча и тепло. После, ведьмак повернулся к Лео, и обнял его тоже. — Держитесь, — тихо сказал он. Отец положил руку на плечо сына, и, как в случае с Пайпер, одного этого жеста и взгляда было более чем достаточно для выражения чувств. Затем Вай подошёл к Крису. Вместо объятий — крепкое рукопожатие. — Завтра увидимся, — сказал он. — Обязательно, — ответил полухранитель. По итогу, Вайет окинул всех коротким взглядом — как будто хотел что-то добавить, но, передумал. Сказанного и так уже было в избытке. Развернувшись, он неторопливо пошагал к выходу и потянулся к дверной ручке. Дверь открылась, впустив в дом прохладный ночной воздух, и через секунду тихо закрылась за его спиной. Несколько секунд никто не двигался. Все невольно смотрели вслед ушедшему парню, не зная, что говорить или обсуждать. И только тогда, словно очнувшись, Терриан резко поднял голову, вспомнив что-то важное. — Чёрт... — тихо выдохнул он и быстро оглянулся на остальных. — Я скоро вернусь. Не дожидаясь ответа, старый маг почти бегом направился к выходу, провожаемый вопросительными взглядами всех собравшихся.

***

Тем временем, бродя по улице, Вайет отошёл от особняка на незначительное расстояние. Ночь вокруг была странно тихой — как будто сам город выдохся вместе с ними. Лёгкий ветер едва шевелил листву, и в этом почти мёртвом покое каждый звук становился особенно отчётливым. За спиной вдруг раздались быстрые шаги. — Вайет! Он замер и обернулся. Терриан нагнал его, на секунду остановившись, чтобы перевести дыхание. В его взгляде было что-то напряжённое, собранное до предела — совсем не то спокойствие, к которому Вайет привык за годы обучения. — Мне нужно кое-что тебе рассказать, — произнёс он, не сводя с него глаз. — Пока ещё не слишком поздно. Вайет слегка насупился. Усталость после ритуала накатывала волнами, делая любые новые "важные разговоры" почти невыносимыми. — О чём же? На мгновение Терриан хотел предложить возвратиться в дом, но быстро передумал. Его взгляд скользнул в сторону особняка — и тут же вернулся обратно. — Я откладывал это, когда мы шли драться с Кайдемусом, чтобы не отвлекаться. И потом, пока шла суматоха с раскрытием тайны магии. Но теперь ничто не должно нам помешать, — он сделал паузу, собираясь с силами. — Вайет, пожалуйста. К тому, что я сейчас скажу, отнесись максимально серьёзно. Но, разумеется, чем больше тот нагнетал, тем сильнее у Вайета поднималось раздражённое недоверие. Всё тело ныло от усталости, а голова гудела. — Мистер Терриан, говорите уже быстрее, я и так... — Вайет! — внезапно осёк его Ричард. Брови старшего мага сошлись, взгляд стал колючим, а голос прозвучал жёстко, почти командно. — Это не шутки! Здесь и сейчас ты будешь внемлить тому, что я тебе скажу, понял? Тон, которым он это сказал, мгновенно сбил весь скепсис. Заинтригованный Вайет выпрямился, автоматически возвращаясь в те времена, когда ребёнком стоял перед учителем. — Ладно... — сказал он, расправляя плечи. — Я слушаю. Терриан кивнул, но напряжение с него не сошло. — Вайет, всему тому, что происходит... есть причина. Корень всех зол. Долгое время всё списывали на обобщённое зло, что извечно борется с добром, и переодически приходит дисбаланс, когда зло перевешивает. Но это лишь от незнания. Источник зла — не абстрактное понятие, у него есть имя. Вайет прищурился. Слова наставника показались ему странными. — Э-э-э-э... вы имеете в виду Источник зла, что вселяется в демона и тот становится Хозяином — правителем Подземного мира? Это как бы давно не секрет. — Нет! — отрицательно покачал головой Терриан. — Речь не о Хозяине. Он — просто ширма. Подставное лицо. Кукла которой сверху управляет более глобальная рука. И этот "Источник", что в него вселялся, лишь тень. Отголосок настоящего повелителя зла. Вайет сжал челюсть и нахмурился. — Хватит страшилок, говорите прямо! И Терриан это сделал — будто переступив внутреннюю черту. — Люцифер. Речь о Люцифере. На секунду повисла тишина. Где-то вдали проехала машина, свет фар скользнул по асфальту и исчез. — О ком? — переспросил Вайет. — О Люцифере! — повторил Ричард. — О падшем ангеле! Слышал о таком? Вайет невольно усмехнулся, но в этой усмешке не было уверенности. — Библейский Дьявол? Он существует? — Да, — твёрдо ответил Терриан. — Он — истинный источник зла. И сейчас сильнее, чем когда-либо, — мужчина говорил тихо, но каждое слово ложилось тяжёлым грузом. — Именно поэтому тьма выросла до таких масштабов, что это сказалось даже на Старейшинах. Их святость исказилась, обернувшись гордыней. Всё ещё не полностью веря в это, Холливел спросил: — Хочешь сказать, он стоит за этим? — Он стоит за всем! — саданул Терриан, не сбавляя серьёзности. — Я не знаю всех деталей, но уверен: всё, что произошло за последние месяцы, не обошлось без него. Вайет отвёл взгляд в сторону, пытаясь уложить это в голове. — Погоди, а как ты вообще об этом узнал? — смятенный дух парня требовал доказательств. — Почему никто другой никогда не упоминал о Люцифере, как о верховном зле, ссылаясь только на Хозяев? Может ты под старость просто в религию ударился? Терриан на секунду прикрыл глаза. — Вайет, то, как я об этом узнал, слишком долго и сложность объяснять. Если ты мне доверяешь, просто поверь, — тихо проговорило он, выдыхая носом. — А другие молчат, потому что, эта истина банально потерялась в веках. Скорее даже в тысячелетиях. Её забыли — все, включая самих демонов. Для них Люцифер — просто древний миф о высшем зле, основанный на вере смертных, — и, задумчиво хмыкнув, прибавил: — Какая ирония, что миф оказался правдой. Слова повисли между ними. Но для Вайета они отозвались эхом из прошлого. Чем-то, что показалось ему знакомым. — Ты сказал... правда затерялась в веках? — Ну да, а что? Что-то во взгляде Избранного изменилось. Появился настороженный блеск и чувство опасности. — Скажи... — неуверенно обронил он. — Ты в курсе кто такой Праотец? Терриан смутился, не ожидав такого встречного вопроса. Он, конечно, напряг память, пытаясь вспомнить это имя или титул, но, не вышло. — Нет, ни о каком Праотце я не слышал, извини. Отведя взгляд в сторону, Вайет негромко выдохнул: — А я слышал... — а в его голове, словно эхом, прозвучало продолжение: — "И даже встречался с ним лицом к лицу." На секунду его пробрала холодная мысль. "А что, если... это одно и то же?" Он сжал губы, отгоняя её, но она уже пустила корни. Ощутив, что поднятая тема не оставила бывшего ученика равнодушием, Терриан приступил к самому важному: — Может это как-то взаимосвязанно, не знаю, но, я говорю о другом, — он снова посмотрел Вайету в глаза и сказал: — Величайшее зло пробудилось именно сейчас, в наше время. Почему же? Да потому что в нём родился ты! — слова прозвучали почти приговором. — Понимаешь? Ему нужен ты! Ты ключ ко всему. Объятый холодящим кровь страхом, если не паникой, Вайет медленно поднял взгляд и сцедил: — К чему именно? — К его победе, — ответил Ричард. — К погибели для всего доброго и хорошего. К торжеству зла. Ветер усилился, зашуршали листья. Ночь будто стала холоднее. — Вайет... — голос Терриана стал тише, но тяжелее. — Я знаю, как тебе пришлось трудно. Столько страданий выдержит далеко не каждый. Но, чтобы и дальше не случилось, какие бы тяготы и испытания не легли на твою душу... — он сделал шаг ближе, — обещай, что не позволишь ему себя сломать и поработить. Вайет расправил плечи и выпрямился, стараясь сохранить лицо, но даже издалека было заметно его шаткость. — Я никогда ни перед кем не вставал на колени, и не собираюсь, — выдавил он, скорее инстинктивно, чем разумно. Ричард снова покачал головой и размеренно промолвил: — Вайет, я говорю не о буквальном рабстве, а духовном. О твоей душе... — поднял он взгляд к небу. — Старейшины тоже думают, что служат добру, как и прежде, а на деле поглощены своими страстями. Ведь именно так это и работает. Дьявол играет на человеческих слабостях, на их желаниях, стремлениях, на их эго. Он не давит, а искушает — медленно и незаметно. Потому опасность так трудно разглядеть, даже если она перед глазами. Слова учителя сильно потрепали Вайета. Угодили в самую суть. Более того, заставили его задуматься о чём-то, что не раз мелькало в его разуме, но почему-то быстро улетучивалось. — Я понимаю... — тихо произнёс он. Желая убедиться, что парень и впрямь принял к сведению всё без исключения, Терриан положил обе руки ему на плечи и проникновенно изрёк: — Оставайся хорошим человеком, Вайет. Не дай ему отнять у себя это. Иначе... — голос мага опустился в полушёпот. — Нашему миру конец. Они замолчали. Несколько секунд стояли в полной тишине, слушая только ветер и далёкий гул города. Затем, когда слов не осталось, Терриан перешёл к заключению: — До завтра, — и сказал он это уже спокойнее. — Буду ждать тебя утром у церкви вместе с твоей семьёй. Не опаздывай. Развернувшись, он пошёл обратно к особняку, оставив Вайета одного. Тот простоял на месте ещё некоторое время, а затем, пошагал домой в сторону Пасифик-Хайтс, мысленно уже пребывая в завтрашнем дне и готовясь к нему.

***

Добравшись до крыльца, Терриан начал подниматься по ступеням, пытаясь отогнать от себя всё, что тянуло вниз. Нужно было хоть немного отдышаться и перевести дух, хотя бы ради своего новообретённого сына. — Неплохая попытка, Ричард... Пробирающий до костей голос прорезал тишину, будто острый нож. Терриан замер на последней ступени и резко обернулся. Ночь вокруг стала до странного тихой — слишком тихой. Невыносимо пустой и безжизненной. Казалось, сам город задержал дыхание. Ни шелеста листвы, ни далёкого гула машин — пустота, плотная и давящая. Ощущая опасность всеми фибрами души, маг ещё раз бдительно осмотрелся, затем вернул взгляд в сторону двери и, не успел и опомниться, как перед глазами предстал... он. Его враг. Высокая облачённая в чёрную рясу фигура с длинными рукавами и бездной мрака под широким накинутым на голову капюшоном. Она стояла прямо у порога дома, сложив вместе бледные длинные пальцы с острыми ногтями. И та холодная тьма, что из неё исходила, давила на сознание, заставляя сердце сжиматься. — Ты очень доходчиво всё расписал Вайету, — прозвучал голос из зияющей пустоты капюшона — ледяной и тихий. — Жаль, что бесполезно. Предназначение Избранного неизменно. Всё идёт своим чередом, и твои откровения ничуть этому не помешают. Для этого уже слишком поздно. Желая поначалу броситься в бой, Терриан довольно быстро понял, что не может пошевелиться и даже свободно дыхнуть. Одно присутствие немыслимого чудовища окутывало мага, заставляя цепенеть. — Нет... — глухо прошептал он, глядя в его бездонный лик. — Не поздно... Пока Вайет жив, у него есть... выбор. — Да, есть... — протянул повелитель тьмы. — И этот выбор он сделает уже завтра. Когда у него не останется ничего, за что можно держаться в этом мире, — зловещая фигура немного отплыла назад, а её голос прошёлся волной стужи по ступеням: — Отчитывай минуты, Ричард. А лучше, поговори с сыном и узнай его поближе. Другого шанса может и не быть. Гнев, ярость и великий страх разом вспыхнули в Терриане, придавая ему необходимые силы, чтобы сбросить паралич. Не медля ни секунды, он призвал Исстал, рванулся вперёд, и со свистом нанёс размашистый удар... по двери. От фигуры в чёрной рясе не осталось и следа. Только лёгкий ночной шум вернулся к улицам. С бешено колотящимся сердцем, Ричард вытащил катану из рассечённой двери, и одним движением пальцев восстановил её. Стекловатый взгляд ещё долго блуждал по крыльцу, а затем маг медленно вошёл внутрь. Ноги вели его туда, куда велел посеянный в нём страх — к сыну, к тому, что важно. Хоронить весь мир ещё рано, но, если и так, то, хотя бы эту последнюю ночь, он проведёт рядом с Грегори.