Гроссмастер

- …Таким образом, трофеями по результатам военной кампании в секторе Чоммел взято: корабль типа «Барышник» - одна штука, истребителей типа «Стервятник» - триста сорок восемь единиц, различной наземной техники - десять тысяч единиц и боевых дроидов - один миллион двести тысяч голов. Переговоры с правительством Набу и командованием флота Корпуса Юстиции о разделе трофейного имущества в процессе. Оккупационная администрация арестована и содержится в городской тюрьме Тида. На этом, уважаемый совет, у меня всё, - закончил я, гася голопроектор и следя за реакцией магистров. Буквально вчера ночью я получил сообщение от Оби-Вана с информацией о текущем положении вещей, и теперь я отчитывался перед магистрами в зале Высшего Совета. А на душе скребли кошки: сначала Энакин убежал, затем эта история с ситхом и тяжелое ранение Квай-Гона. Медики не знают, выживет ли он или умрет, и лишь то, что Оби-Ван был обучен серьезным целительским техникам, позволило Квай-Гону оказаться в руках медиков в живом и оперируемом виде. Одно радует: с ситхом, наконец, покончено. — Понятно нам все, мастер Турин, - сказал Йода, опираясь на свою клюку и с грустью рассматривая меня. Ему сейчас тяжело: пусть Квай-Гон и был бунтарем каких поискать, он всё ещё был гранд-падаваном Йоды, в воспитании которого тот принимал очень активное участие. — Мастер Турин, вы уже предоставили отчет исполняющему обязанности Канцлера? - спросил меня Мика Джиит, который только недавно оправился от тяжелых ранений, нанесенных ему полгода назад на Йинчорре. — Да, исполняющий обязанности уже ознакомился с отчетом и выразил свое удовлетворение проделанной работой. - ответил ему я. — Это радует, - сказал Мейс и, подавшись вперед, добавил: - Марк, через несколько часов мы вылетаем на Набу. Нужно разобраться с трупом ситха, да и Квай-Гона стоило бы проведать. Было бы неплохо, - добавил он после короткой паузы, - если бы и ты с нами съездил. — Не вижу проблем, - пожал я плечами, - мне тоже надо во многом разобраться. К тому же, было бы неплохо поговорить с командированными туда Орденом офицерами. Капитан Цейс хорошо проявил себя во время операции, как, впрочем, и спецназ. - сказал я, вспоминая, сколько времени мы с Мейсом и мастером Ранцизисом подбирали нужного нам разумного. Капитан Цейс из Сил Обороны Телоса был представителем первого выпуска местной Академии, открытой десять лет назад. Умен, в меру честолюбив, исполнителен, обладает прекрасными способностями стратега, а главное, верен Ордену и Республике почти до фанатизма. Идейник. Даже свой флагманский «Дредноут», на котором ему было разрешено прибыть к эскадре республиканских кораблей, он назвал в честь одного из величайших республиканских полководцев, уроженца его родной планеты Телос IV, Карта Онаси. На этого молодого капитана у меня, как и на многих других перспективных офицеров, были свои планы. — Что же, ясно нам все теперь. К полету долгому готовится надо. - вставил Йода и, запрыгнув, на свою гравиплатформу, на которой часто перемещался по храму, покинул зал. Мы последовали его примеру: нужно было собрать вещи и кое-какие бумаги. Но мне перед тем стоило провести один очень важный разговор.       Я шел по коридорам храма, когда случайно наткнулся на Зул. Она сидела, прислонившись к стене, обхватив ножки руками и прижавшись губами к коленям. Через связь доносились приглушенные эмоции. Грусть, страх, легкая паника: страдает от той головомойки, что я устроил ей и Виктору за то, что они помогли Энакину пробраться на корабль Амидалы. Подхожу к ней, она, вздрагивая, смотрит на меня испуганно и вскакивает с места. — Мастер, я…я… — Ты почему не на уроках? -С нейтральной интонацией спрашиваю у нее. — У меня окно, мастер. Через час занятия по телекинезу. -Сказала Зул и внимательно посмотрела на меня, словно чего-то ожидая. — Хорошо, Зул. Отдыхай. Тебя ждет тяжелый день. - сказал я и продолжил свой путь. Девочка от столь явного игнорирования своей персоны оказалась в легком ступоре, затем, сбросив с себя оцепенение, побежала за мной и стала идти рядом, будто бы провоцируя разговор. Я встал у одного из окон, а затем уселся на скамью, закрыл глаза и стал ждать. Зул, слегка побаиваясь, подошла и села рядом. Так мы сидели пару минут, пока девочка наконец-то не заговорила. — Мастер, - пристыженно начала она. - Я виновата. Это я убедила Виктора, что Энакину нужно помочь. Накажите меня, а не мальчиков. Я… я даже на Агрокорпус согласна.       Дети, которые обычно прибегают к данному приему, пытаются надавить на жалость взрослых, чтобы избежать наказания, но Зул, напротив, говорила вполне искренне и вполне осознавала, что после вчерашнего разноса и нарушения доброго десятка правил она заслуживает соответствующее - в её детском понимании - наказание. Ведь какими бы развитыми и умными не были юнлинги, да и вообще маленькие одаренные, они остаются детьми, которые и представить себе не могут, что лишиться возможности найти учителя - это не самое страшное, что может случиться. — Не важно, Зул, кто кого убедил. Я конечно очень рад, что у Виктора и Энакина есть такая подруга, как ты, которая готова прикрыть друзей. Но ты должна понимать, почему я так разозлился. Ты ведь понимаешь? - спросил я и, дождавшись ее кивка, продолжил. - И из-за чего же?       Зул слегка опустила голову и тихо, еле слышно сказала. — На его месте мог оказаться любой из нас. И он мог быть не таким везучим, как Энакин. — Именно. Энакину чертовски повезло, что в него не попал шальной заряд из бластера или его не сбили на орбите. Но могло и не повезти ведь? И то же самое касается вас двоих. Поэтому, когда разумный что-то делает, он сначала думает о последствиях своего решения. Порывистость и решения, принятые спонтанно, могут иногда быть самыми правильными, но в большинстве случаев приводят лишь к печальным последствиям. - сказал я, посылая через связь кое-какие воспоминания о наших с Оби-Ваном заданиях. Вот она видит, как я оскорбляю какого-то твилека, из-за чего начинается перестрелка. Вот она видит, как Оби срывается мне на помощь, но, не уследив за целящимися в него бандитами, получает заряд в плечо. А вот видит мой срыв на флагмане нашей эскадры, когда мы искали пропавших падаванов и Оби-Вана, то как я потемнел и чуть было не пал на темную сторону. Картинки гаснут, и я открываю глаза и смотрю на Зул. Девочка стойко перенесла этот урок. Пусть многого я не показал, пусть кровавых сцен она не увидела, пусть и все остальное было как бы замазано, этого было достаточно, чтобы девочка прониклась. С Виктором я имел такой же разговор: пришел ночью в его комнату и показал воспоминания. Он тоже понял свою ошибку и пообещал, что отныне будет думать о последствиях своих авантюр. — Зул, не бойся совершать ошибки. На них и только на них мы учимся жить. Но иногда, когда делаешь что-то особенно опасное, лучше все-таки заранее подумать. - сказал я и встал с лавки. - Пойдем, провожу тебя в твой класс.       Мы шли по коридорам, думая каждый о своем. Девочка молчала, обдумывая мои слова и воспоминания, я же размышлял, какое наказание придумать этой троице, чтобы хоть немного отбить желание ввязываться в авантюры, ведь Зул с Виктором не первый раз оказываются в подобном положении. Буквально за день до прилета Энакина на Корусант эти двое умудрились пролезть в вентиляцию Храма и спуститься к подземным катакомбам. Хорошо, что глава Совета Назначения, который отвечал за, в том числе, управление храмовым хозяйством, настоял на оборудовании катакомб инфракрасными камерами: мало ли кто решит пробраться в Храм через эти ходы. А то, я боюсь представить, что было бы с этими двумя там.       Мы шли рядом, учитель и ученик, кивая знакомым и наслаждаясь светлой Силой, пронизывающей Храм. Когда мы дошли до классной комнаты, я кивнул девочке и, развернувшись, хотел было уйти, но остановился. Она держала меня за плащ и смотрела на мое лицо с каким-то несвойственным ей решительным взглядом. — Учитель, я буду стараться, чтобы вы мною гордились. - сказала она и посмотрела в глаза. Я опустился перед ней на корточки и, взглянув в ее зеленые глазки, слегка улыбнулся и сказал. — Я уже тобой горжусь, и я рад, что именно ты будешь моим падаваном. После моих слов девочка наконец-то не выдержала и обняла меня. Так мы и стояли, обнявшись, пока преподаватель не позвал ее на урок.

***

      Над великим городом, над Корусантом, расстилалась тьма. Свет тысяч звезд конкурировал с уличным освещением планеты, которая никогда не спит. Не спал и Палпатин: слишком многое случилось и слишком много всего свалилось на него за эти несколько дней. Провал за провалом преследовали его.       Провал в Сенате, из-за которого пришлось предпринимать экстренные меры, затем вынужденное решение об отправке кораблей на Набу: эта акция, неожиданно для самого Палпатина, сильно укрепила позиции не его, как спасителя, которого призвали во время кризиса, а Сената, который, в глазах избирателей, несмотря на кризис управления, показал себя достаточно дееспособным органом управления для принятия быстрых решений в условиях кризиса. Многие Корусантские и не только СМИ открыто восхваляли Сенат и сенаторов, при этом выставляя Палпатина лишь одним из героев дня, притом далеко не главным. Сенат показал себя дееспособным органом управления в глазах избирателей, а этого ни за что нельзя было допускать, ведь если укрепляются позиции Сената, то так же укрепляются позиции Республики как наиболее оптимальной формы государственности. И плевать, что сами сенаторы с радостью поддержали Палпатина как спасителя: в глазах граждан именно Сенат, а не Палпатин стал оплотом законности. Ну что же, неприятно, но не смертельно. Сенаторы очень скоро потеряют столь неожиданно попавший в их руки политический капитал, уж он-то об этом позаботиться.       Еще одним провалом стала столь несвоевременная смерть Дарта Мола от рук какого-то мальчишки. Это было ударом в первую очередь по самолюбию Сидиуса, ведь он вполне искренне считал забрака чуть ли не ровней великим владыкам древности. Тем не менее его буквально за пару минут разделал под орех вчерашний падаван, пусть этот конкретный падаван был Оби-Ваном Кеноби, одним из, в перспективе, сильнейших джедаев современности, к тому же, имеющим достаточно нестандартный взгляд на многие вопросы, оставаясь притом абсолютно светлым.       Сидиус был взбешен. Он снова и снова просматривал запись поединка Мола и Кеноби и читал досье на молодого рыцаря, лихорадочно соображая, как бы избавиться от потенциальной головной боли.       Вишенкой на торте была смерть учителя, опять же несвоевременная: потеря поддержки в лице Хего Дамаска серьезно подкосила Владыку Ситхов. Последние дни своей жизни Дарт Плэгас работал на износ: все время что-то писал, раздавал указания, пытаясь успеть. Успеть сделать все дела перед смертью. На столе у Палпатина лежала папка с указаниями: единственное, что успел сделать его учитель, перед тем, как ушел в Силу. Смерть Плэгаса была неожиданной, и теперь Сидиус, сидя в своем кабинете, не знал, как реагировать. Он хотел лично, сам расправиться со смертельно надоевшим ему учителем, однако гениальный муун вновь обставил его: он ушел, оставив ему, Сидиусу, детальный план по захвату власти, оставил ему все свои связи и деньги, а так же Солнечную гвардию. Безусловно, все эти инструменты Сидиус собирался использовать по назначению, но иногда, когда он засиживался за делами, ему то и дело мерещилось, что из-за его спины кто-то пакостливо посмеивается над ним. В такие моменты Палапатин резко оборачивался, но видел лишь пустоту, и каждый раз Сидиус убеждал себя, что это всего лишь усталость, потому что Хего Дамаск никогда не позволял себе подобного хихиканья.       Из положительных результатов последних нескольких недель можно было отметить, что отныне руководство Торговой Федерации накрепко уяснит, что с Корусантом им не по-пути, ведь закон о налогообложении торговых путей так и не отменили. А это значит одно: убытки! Колоссальные убытки не только для Федерации, но и остальных галактических монополий.       Будущее движение сепаратистов уже почти оформилось, но в полный рост встал вопрос о лидере. Намеченный ещё Плэгасом лидер, мастер-джедай Дуку вовсе не горел желанием покидать Орден и искать альтернативные способы решения кризиса. Да, в Республике он был разочарован, но не в Ордене. Было такое впечатление, что кто-то старательно усиливает Орден, делая его прибежищем для всех верных республиканским идеалам разумных. Именно это обстоятельство не давало покоя Дарту Сидиусу последние несколько лет.       В сухом остатке выходило, что дарт Сидиус добился своего. Однако, пусть он и стал Канцлером, он не чувствовал триумфа, лишь осознание того, что в игру вмешалась третья сила. Кто-то умный и чересчур активный, тот, кто мало того что интригует в Сенате, который Палпатин с некоторых пор стал считать своей безраздельной вотчиной, так еще и мешает его планам вне его. Третья сила, из-за которой изначальные планы придётся очень сильно корректировать.       Оставалась только одна серьезная проблема: юный ситх’ари. Попади он к любому другому джедаю-догматику, и его падение во тьму было бы уже решенным делом, однако, судя по материалам, что лежали у него на столе, юный Скайуокер уже попал в цепкие лапы неправильного джедая Кеноби. А где Кеноби, там и Марк Турин, тоже крайне нетипичный джедай, пусть, с точки зрения догматиков, и ведущий себя почти безупречно. Почти - потому что явно подыгрывает своим протеже внутри и вне Ордена: чего стоит только капитан Цейс, командовавший флотом при Набу. Вряд ли в иных обстоятельствах этому бравому офицеру дали бы больше одного дредноута, здесь же, тем не менее, в его руках оказалась целая эскадра.       Тем не менее, удивляться не приходится, учитывая личность, под чьим руководством Марк работал долгие годы. Мастер-джедай Гирани был тем ещё фруктом: на словах - догматик и ретроград, на деле же - один из самых опасных для планов Палпатина разумных: прирожденный администратор и руководитель, и преемника подобрал себе под стать. Надо такому случиться, чтобы кто-то из Ордена не выполнил указ канцлера направить в зону боевых действий рыцарей. Палпатин узнавал школу мастера Гирани: Орден превыше всего, и его ученик вряд ли отойдет от этого принципа. Следовательно, нужно увеличить усилия по дискредитации Ордена, особенно во Внешнем кольце. И решать проблему с Оби-Ваном Кеноби.       Владыка Ситхов Дарт Сидиус встал из-за стола и направился к панорамному окну. Ночной Корусант всегда казался ему особенно прекрасным. И теперь на губах исполняющего обязанности Канцлера играла легкая улыбка: всё можно исправить и направить по нужному ему, Сидиусу, пути. А джедаи пусть празднуют свою маленькую победу.

***

      В центральной городской больнице Тида уже третий день боролись за жизнь мастера-джедая Квай-Гон Джина. Не случись вмешательства Оби-Вана и Квай-Гон уже ушел бы в Силу. Но нет, он все еще был жив, несмотря на то, что находился в коме. Впрочем, комой это было лишь для обычных врачей, в реальности же Оби-Ван применил технику введения организма в целебный транс. Техника сложная и большинству рыцарей незнакомая. Когда-то его учитель, мастер Марк, настоял на обучении его ряду техник, как он выразился, «первой необходимости». Обычно падаваны обучались лишь простейшим целительским приемам. Оби-Вана же обучили нескольким крайне занятным целительским техникам средней сложности. Но больше всего сил и нервов у него ушло на освоение Целебного транса, единственной воистину сложной техники. Эта техника позволяла сохранить жизнь тяжелораненому человеку столько времени, сколько понадобится для доставки его в руки медиков. Кеноби, конечно, от знания этих техник не стал целителем, ведь истинные целители, например Вокара Че, были в состоянии прикрепить оторванную руку к туловищу и, даже, восстанавливать нервные окончания, чего Кеноби при всем своем желании сделать не мог. Но теперь он был рад, что смог удержать жизнь в теле Квай-Гона и мысленно сделал пометку в памяти обучить этой технике Энакина, ведь мало ли кого он сможет спасти в будущем благодаря этому знанию.       Сейчас он стоял у панорамного окна палаты и смотрел на лежавшего в беспамятстве Квай-Гона. На скамье у соседней стены сидел Энакин и держал в воздухе с помощью телекинеза большой кирпич. Контроль над Силой у него уже неплохо получался, однако пока Оби-Ван не учил его чему-то новому. Вообще, по хорошему, Энакина надо было побить розгами, за его выходку с угоном истребителя. Но Оби-Ван вовремя взял себя в руки и придумал совершенно другое наказание. Теперь малыш Эни был вынужден каждый день, по нескольку часов медитировать, пока остальные занимались, в его представлении, «важными делами». Энакин не обижался, потому как понимал, что он еще легко отделался. Впрочем, Оби-Ван скоро смилостивился и позволил Энакину проводить время с пилотами эскадрильи Браво, пока он готовил отчет для мастера Марка и следил за состоянием Квай-Гона.       Еще одной проблемой, с которой столкнулся Оби-Ван, был ситхский воин, которого он прикончил в плазмодобывающем комплексе. Удар Шиак в сердце забрака убил его сразу, он даже не понял, что произошло. Оби-Ван в какой-то степени был разочарован. Он предполагал, что первый за последнее тысячелетие попавшийся джедаям ситх должен был быть сложным противником. В принципе, он именно таким и был, но под конец боя, когда был ранен Квай-Гон, ситх потерял концентрацию и недооценил своего противника. Что стало для него фатальным. Оби-Вану нужно было лишь сконцентрироваться и нанести удар в правильное время, в правильном месте.       В укромном тайнике, недалеко от Тида, был обнаружен истребитель этого ситха. Первичный осмотр не выявил ничего подозрительного. Такое впечатление, что все информационные носители были срочно отформатированы. Даже после более глубокого осмотра никакой сколь-либо важной информации Оби-Вану так и не удалось найти. Но сам истребитель был самой настоящей находкой. Легкий транспорт типа «Звездный курьер» производства Флотских систем Сиенара, переделанный под нужды ситха с уникальной установкой невидимости. Главный техник храма Каздан Паратус и магистр Сэси Тийн душу бы продали, чтобы разобрать его по винтикам. Оби-Ван был уверен, что как минимум Сэси Тийн примчится на Набу именно ради этого корабля. — Учитель.- Услышал Оби-Ван голос Энакина. Он обернулся и посмотрел на мальчика. Энакин, видимо устав от телекинеза, с вопросительным взглядом смотрел на Кеноби. «Чем бы сейчас заняться»: читался в его глазах вопрос. И в правду, чем? — Не знаешь чем заняться? -Спросил Оби-Ван словно в пустоту. Энакин кивнул. Кеноби постоял несколько секунд, почесал подбородок и, придя к какому-то выводу, сам себе кивнул. — Пойдем, кое-что покажу.       Уже через пол часа они оказались в одном из ангаров, где стоял корабль ситха. Как только Энакин увидел его, в его глазах загорелись опасные огоньки увлеченного исследователя и техноманьяка. Впрочем, он быстро взял себя в руки и, дождавшись кивка Оби-Вана, степенно подошел к кораблю. Трап был открыт и мальчик уже хотел войти внутрь как вдруг его что-то остановило. Энакин отряхнул голову и вопросительно посмотрел на учителя. — Мастер, это…это ведь корабль того ситха…да? -Голосом полной сомнений и потаенного страха спросил Энакин. — Да, Энакин. Это корабль того ситха. Как ты это понял? -Задал Оби Ван вполне очевидный вопрос. — Холод. Учитель, я чувствую холод. Холод как тогда… на Татуине. И злость. Нет…ярость. Да ярость. Это…это Темная сторона, да? -Теперь Энакин задал вопрос немного увереннее. Оби-Ван кивнул и, подойдя к Энакину, прикрыл его своей Силой. Энакину сразу же стало словно легче дышать и он удивленно посмотрел на учителя. — Я подумал, что было бы неплохо, если ты будешь знать, что из себя представляет Темная сторона Силы.- Оби-Ван сделал паузу и усилил ментальные щиты на себе и Энакине, ведь эманации Темной стороны давили на сознание все сильнее.- Что ты почувствовал кроме холода и ярости? — Я…я слышал голоса. Они говорили мне войти в корабль, что он…мой. И… только мой.- Теперь Энакин говорил со страхом в голосе. Оби-Ван положил руку на его плечо и слегка сжал его, оказывая мальчику поддержку. Мальчик ощутимо успокоился. — Не бойся Темной Стороны, Энакин.- Сказав это мальчику, Кеноби встал на колено перед ним и заглянул в его глаза.- Тьма не может существовать без света, а свет, не может существовать без тьмы. Их противоположность и вечная борьба, двигают нас вперед, позволяя расти над собой. Эмоции, которые ты испытал рядом с этим кораблем, есть во всех нас. В тебе, мне, мастере Джине, Падме… — Падме? -Удивленно переспросил Энакин. — Да, даже в Падме они есть. Они свойственны всем разумным. В той или иной степени. Поэтому ты должен запомнить раз и навсегда. Не дави их и не игнорируй. Ни к чему хорошему это не приведет. Но и не опирайся на них. Эмоции —плохой советчик, когда ты принимаешь важные решения. Особенно такие эмоции как ярость и злоба.- Завершил свою речь Оби-Ван и встал с колена. Он взял Энакина за руку и отошел от корабля. Они направились к ожидавшему их спидеру, чтобы вернуться в больницу. — Мастер, но почему ситхи используют Темную Сторону, если эмоции плохой советчик. Я, например, люблю маму, значит и я…ситх? -Недоуменно спросил мальчик Оби-Вана, когда они уже подлетали к больнице. Кеноби лишь улыбнулся, словно ожидая этого вопроса. — Любовь- не Темная сторона, Энакин. И ты не ситх. Ты для этого слишком светлый. Поверь, уж я то знаю.- Ответил Кеноби, а мальчик сильно приободрился. Идя по коридорам центральной больницы Тида, Энакин спросил Оби-Вана. — А, все же, учитель. Почему ситхи используют Темную сторону? — Все просто, Эни. Темная Сторона гораздо легче. Разозлись и станешь в два раза сильней. Испытывай ярость и стань в десять раз сильней. Возненавидь весь мир и сможешь гасить звезды с помощью Темной стороны.-Пауза- Но те, кто идут этой дорогой, часто забывают, что у всего есть цена. Они перестают быть теми, кем были до падения. Для них становится неважным абсолютно все, кроме власти и силы.- Сказал Оби-Ван и выжидательно посмотрел на Энакина. Они стояли в одном из многочисленных коридоров больницы. Учитель и ученик. И на лице Энакина была написана лихорадочная мыслительная деятельность. — Значит, если я паду на Темную Сторону, никто не будет для меня важен? А Виктор и Зул? -Оби-Ван кивнул.- А мама? -Совсем поникшим голосом спросил Энакин, а Оби-Ван снова кивнул. Он смотрел на Энакина и думал о том, какое же решение для себя примет Энакин. После минуты ожидания, Энакин решительно посмотрел на Оби-Вана и уверенным тоном сказал. — Я обещаю, Оби-Ван, что ты будешь мною гордиться.-Сказал он почему-то, и посмотрел в его глаза. Оби-Ван был доволен. Он добился того, чего хотел. Он опустился перед ним на корточки, взглянул в его голубые глаза, слегка улыбнулся и сказал. — Я уже тобой горжусь. И я рад, что именно ты будешь моим падаваном. -Сказал Кеноби и обнял паренька.

***

      Мастер-джедай Дуку был безутешен. Квай-Гон Джин, один из немногих родных ему людей, его бывший ученик и близкий друг находился при смерти. Несмотря на заверения Марка о целебном трансе, в который ввел его Оби-Ван, Дуку не испытывал иллюзий. С такими ранами не живут. Как только его выведут из состояния транса, Квай-Гон тот час же уйдет в Силу. И теперь мастер Дуку столкнулся с дилеммой. Он уже давно испытывал сомнения по отношению к Республике. Но Орден в его глазах, несмотря на совершенные ошибки, оставался верным защитником тех идеалов, в которые он верил. Особенно в последние лет двадцать. Но Орден был под контролем Сената, а значит априори не мог иметь более серьезного влияния, чем имел сейчас. Нужно было искать альтернативу. Альтернативу сложившейся ситуации. Его размышление прервал дверной звонок. Дуку посмотрел на экран домофона и открыл дверь. На пороге стоял мастер-джедай Марк Турин, глава Совета Примирения и один из немногих разумных, кого он мог назвать другом. — Здравствуй Ян, можно войти? -Спросил он и, дождавшись кивка, вошел в комнату Дуку.- Тут такое дело. Мы летим на Набу. Хотел позвать тебя с собой. Думаю, Квай-Гон будет рад видеть тебя. — Если выживет.- Угрюмо ответил Дуку, закрывая дверь. — Не если выживет, а когда выздоровеет.- Поправил Марк Дуку и, немного насмешливо, спросил.- Ян, с чего такая постная мина? Все будет нормально, вот увидишь. — Не знаю, Марк. Не знаю. Я теперь ничего не знаю.- Раздраженно сказал Дуку и стал нервно расхаживать по комнате.- Чиновники не таясь берут взятки. Сенаторы крышуют пиратов и наркоторговцев. Сенатские комитеты возглавляют наркобароны и работорговцы. Во Внешнем и Среднем кольцах пираты безнаказанно грабят и убивают, а местным военным хоть бы что. Ситх! А мы не можем этому ничего противопоставить. Сила Великая! Зачем она наделила нас безграничной мощью, которой мы не можем воспользоваться. Все из-за сенаторов, этого стада плешивых бант.- Почти прорычав последнюю фразу, Дуку рухнул на кресло и схватился за голову. Марк, ничего не говоря, подошел к небольшому шкафчику и достал оттуда бутылку с корелианским виски. Налил два бокала и протянул один Дуку. Ян не глядя опрокинул в себя содержимое стакана и попросил еще. Второй и третий стакан так же отправились в пищевод. Он бы выпили и четвертый, но Марк уже убрал бутылку и уселся перед ним. — Ян, а если я скажу, что выход есть? -Спросил как бы между делом Марк, краем глаза наблюдая за преображением своего друга. Вот Дуку поднимает голову и смотрит на него. Сначала непонимающе, затем с сомнением, а в конце со слабой надеждой. — Какой выход? -Хрипло спросил Ян. — Для джедаев. Для Ордена.- Как ни в чем не бывало ответил мастер Турин и, видя непонимание на лице его друга, решил уточнить.- Грядет война, Ян. Война такого размаха, что ни один из ныне живущих не может представить. Десять лет. Максимум десять лет и галактика взорвется. Война центра против окраин. Гражданская война. В ней нам придется выбирать сторону. И скорее всего, многие погибнут. Поэтому мы подумали и решили, что надо бы создать базу в Неизведанных регионах, на всякий случай, где, если что, джедаи смогут пережить грядущее лихолетье. Нужен надежный человек, кто возглавит этот проект. И я спрашиваю тебя, мастер-джедай Ян Дуку, готов ли ты взяться за его осуществление? -Сказал Марк и стал ждать ответа, от пришибленного свалившимися на него новостями Дуку. Правильно ли он поступил, раскрыв перед Дуку абсолютно секретный проект, который курировал еще мастер Гирани и который достался ему в наследство. Сложно сказать. Если Ян не согласится, то не стоит волноваться, он надежный друг и товарищ, вряд ли об этом разговоре узнает посторонний. А если согласится… Оооооо, тогда вероятность успеха этой авантюры станет хотя бы на несколько процентов больше.       С политической точки зрения план мастера Гирани был прост как пробка. Позволить ситхам придти к власти, дать им совершить реформу централизации власти, а затем, когда недовольные слишком жестким правлением поднимут восстание и попытаются сбросить ситхов, не дать бунтующему народу развалить созданную ситхами государственную систему. Лишь исправить неизбежные перекосы, которые обязательно будут. Такова уж суть ситхов возводящих все в абсолют. Абсолютная власть и абсолютный контроль, что, конечно же, не всем будет по душе.        Когда-то, еще в молодости, мастер Гирани предположил, что спасти Республику возможно лишь проведя тотальные структурные реформы. Нужно было поменять саму суть Республики. Из сборища систем, фактически конфедерации, вернуть Республике статус федерации с едиными, обязательными к выполнению законами, правами и обязанностями. То есть вернуться к ситуации до Ситхских войн и до Руусана. В то же время он понимал, что политиков, способных пробить эти реформы почти не осталось, а джедаев, сделай они такую попытку, просто обвинят в попытке государственного переворота. Именно поэтому Гирани сделал ставку на самоустранение Ордена. Исторический прецедент был, поэтому он не испытывал мук совести, когда подписывал соответствующую директиву.       Экономический аспект проекта состоял в следующем. За оставшееся время до большой войны, которую предсказывали все кому не лень, занять несколько планет в Неизведанных регионах и создать там Анклавы Ордена, где джедаи могли бы найти убежище, если дела пойдут совсем плохо. Кроме того, Гирани планировал создать на этих планетах производственные центры, в том числе и военные. Он догадывался, что Орден запросто может попасть под раздачу в грядущей гражданской войне и поэтому в последние годы своей жизни тайно провел разведку нескольких перспективных систем и послал туда первые пробные партии колонистов. Его смерть затормозила осуществление проекта, но не остановила. А теперь этими вопросами занимался Марк, как полноценный Глава Совета Примирения. Мейс Винду хоть и занимал эту должность, однако не сумел вскрыть голокрон главы совета и поэтому ничего не узнал о проекте.       Марк, в свою очередь, решил несколько подправить изначальный проект. Речь шла о масштабе. Если ранее планировалось перебросить в осваиваемые системы несколько сотен тысяч колонистов, которые подготовили бы место, куда отступили бы джедаи, то теперь речь шла как минимум о 10-20 миллионах тех, кто до конца сохранит верность Ордену и Республике. В первую очередь их число увеличивалось за счет солдат, подчиненных Ордену и их семей. Во-вторых мастер Марк уже провел необходимые переговоры с кое-какими кораблестроителями и дал тайный заказ надежным конструкторам на создание космических верфей для крупных кораблей. В общем, дел было невпроворот и Дуку мог сильно облегчить его задачу. Знать про ситхов ему пока не обязательно. Всему свое время. — Да, Ян. Если ты согласишься, то должен будешь официально исчезнуть из пространства Республики. Твое добровольное изгнание может продлиться всю твою оставшуюся жизнь.- Счел нужным предупредить его Марк. Ян уже достаточно успокоился, кивнул каким-то своим мыслям и спросил. — Неужели все настолько плохо, что мы спасаемся бегством? -Спросил он пустоту и повернул голову к Марку.- Ты же не трус, Марк. Я это знаю точно.- Как-то обреченно проговорил Дуку. — Да, Ян. Я не трус. Но ситуация схожа с той, что произошла когда к власти пришел Контиспекс Первый. Ты слышал о культе Пиус Деа? — Спросил Марк и, получив кивок, продолжил.- Так вот. Как я уже сказал, ситуация в некотором роде схожа. Либо мы покинем пространство Республики на некоторое время, либо окончательно превратимся в рабов Сената. На переворот у нас просто не хватит сил, а проводить реформы госаппарата нам, как ты знаешь, никто не даст.       Установилась тишина. Теперь Марк отчетливо видел, что Ян обдумывает его предложение. В конце-концов Дуку выпрямился в своем кресле и посмотрел на своего друга. — Марк. Я, конечно, рад, что ты мне так доверяешь, но я пока не могу дать тебе ответ. Пойми, это…слишком важный шаг. Все-таки, оставить Орден, Республику сейчас… Я пока еще не готов.- Сказал Дуку, немного виновато посматривая на Марка. Мастер Турин видел внутреннюю борьбу в Яне, но решил не давить. — Понимаю, Ян. Поэтому я тебя не тороплю. Подумай хорошенько, рассчитай все за и против и приходи. А пока, ответь мне на один вопрос, ты полетишь с нами на Набу? — Да, я полечу. Спасибо, что предупредил.       Марк кивнул и направился к двери. Когда он уже хотел закрыть за собой дверь, его, неожиданно, окликнул Дуку. — Марк, спасибо.- Сказал он интонацией смертельно уставшего человека. — Пока не за что, Ян.- Ответил Марк и закрыл дверь. — Есть за что, друг. Есть за что.- Пробормотал мастер-джедай Дуку и уставился в одну точку.

***

      Вечером того дня, когда на Набу прибыли врио канцлера Палпатин и делегация Ордена Джедаев во главе с самим Йодой, было решено провести масштабное погребение погибших в боях за планету защитников-людей. Для этих целей была выделена поляна в нескольких километрах от Тида, куда свозили всех опознанных и неопознанных защитников планеты. Тела же гунганов уже покоились в их родных болотах.       Солнце уже зашло за далекие горы на западе, окрашивая горизонт в розово-красный цвет. Солдаты гвардии и бывшие партизаны один за другим спускали в могилы своих боевых товарищей. Картина была жуткой. В свете зажженных факелов это действие напоминало собравшимся старые легенды о проводниках, что вот так, с помощью факелов провожают погибших воинов в лучший мир.       В центре тех, кто пришел отдать последнюю дань уважения погибшим героям, собрались высокие гости и руководство планеты. Среди них почти все прибывшие на планету джедаи. Двое лучших лекарей сейчас занимались лечением Квай-Гон Джина, а мастер Дуку неотступно находился рядом с его палатой.       Среди собравшихся выделялась небольшая группка джедаев. Мастер-джедай Марк Турин, его бывший падаван Оби-Ван Кеноби и юнлинг Энакин Скайуокер. Три джедая, три поколения одной линии. Три сильных одаренных. Мальчик, которого почти без проблем приняли в орден, несмотря на возраст. Его будущий учитель, победивший ситха и спасший жизнь Квай-Гону. И бывший учитель, гордо стоящий за спиною Оби-Вана. *— Оби-Ван будет ему хорошим учителем. -Сказал Мэйс Винду словно в пустоту.- Марк воспитал хорошего джедая. Юноша стал настоящим рыцарем. — Он стал одним из лучших воинов.- Прошелестел Йода и посмотрел на Винду.- А готов ли он к тому, чтобы учить мальчика? Может, нет? — Победить ситха в схватке — достаточное испытание. -Убежденно сказал председатель Высшего Совета. Он не сводил глаз с Оби-Вана и Энакина и продолжал поддерживать своего друга Марка, хотя его душу словно скребли кошки. -И нет сомнений: тот, кто подверг испытанию этого рыцаря, был ситхом.       Йода качнул головой. Гранд-магистр слишком хорошо понимал, что это далеко не конец и им еще предстоит хлебнуть лиха. — И, как всегда, двое их. Не больше и не меньше. Учитель и ученик. Винду невесело, усмехнулся: — Но кто же был повержен? Учитель? Или ученик?       В то же время Сенатор Палпатин, стоя в двух шагах от джедаев, честно отрабатывал свой политический долг перед погибшими героями. Взгляд его был отрешен. Казалось, он смотрел и не видел как один за другим скрывались в земле защитники планеты.

***

*      Ночью следующего дня Дарт Сидиус стоял на балконе, нависшем над городом. Ночь озарялась множеством праздничных огней. Где-то гремел салют. По всем каналам вещания транслировался праздничный дневной парад, переходящий в неуправляемый ночной карнавал.       Много лет жизни ушло, чтобы создать из Дарта Мола настоящего ситха. Но мальчик не выдержал испытания. Что ж, слабому лучше уйти сразу и не подвергать опасности дело всей жизни мастера… Трудно было предположить, что многие воины-джедаи окажутся настолько слабы. Что-то грызет изнутри армию бесстрашных Рыцарей, разрушает их Силу. Что? Понимание-суть победы. Что ж, мальчик погиб не зря: он нащупал путь. Значит, есть путь, на котором неопытный юнец может победить одного из лучших Мастеров Меча… Каков он, этот путь? Чем определен? Всепобеждающие молодость и глупость или изъян кодекса, порождающий преступление и разъедающий мысли?       Дарт Сидиус приподнял ладонь. Синий ветвистый разряд скользнул по запястью и с треском ушел в металлический узор, тянущийся вдоль каменных перил. Ситх усмехнулся. Права старая поговорка: сила Тьмы — в бессилии Света…       Похоже, время приютских мальчиков, обожающих ритуалы древних насекомых, прошло. Новый ученик должен стать средоточием Силы, он должен стать настоящим Мастером Меча, и испытать его в смертельном поединке должен истинный Рыцарь-джедай. Для этого новый ученик должен будет знать все повадки Света, а значит, первую часть своего обучения он пройдет на Светлой стороне Силы…       Ну, а он, Дарт Сидиус, — ситх снова усмехнулся, — когда-нибудь, потом, так и быть, подарит ему эту Галактику…*