Гроссмастер

      Рилот. Вторая планета в системе Рилот, сектора Гаулас. Родина всех твилеков галактики Небесная Река. Суровая скалистая планета, поверхность которой покрыта пустынями. Эта планета выделялась тем, что на ней не было смены дня и ночи, потому что планета постоянно была обращена к звезде одной стороной, в то время как другая находилась в темноте.       Однако, несмотря на это, планета была более чем заселена. Множество городов покрывали поверхность Тви’лек-прайма, как сами тви’леки называли свою планету. Правда, из-за вышеупомянутой особенности, большая часть этих городов находилось под землей, обеспечивая жителям вполне комфортные для них условия существования.       Официально, планетой, находящейся на самом краю Кореллианского сверхгипермаршрута, управлял Совет тви’лекских кланов, состоящий из пяти наиболее авторитетных вождей. Однако в последнее время на планете стала появляться новая сила. Двадцать легионов Рилотских стрелков, под командованием Джедая-дозорного сектора Гаулас, превратились в альтернативный политический центр, к которому тянулись многие тви’леки. Особенно те, которые не хотели становиться рабами. Ведь служба в легионах автоматически освобождала тви’леков от угрозы рабства.       Вот только взамен, рекрут, кем бы он ни был, полностью рвал все связи со своим кланом. Да, он имел право жениться, завести семью, но в прежнюю жизнь его путь был закрыт. В Уставе Рилотских стрелков об этом говорилось прямо и с единственным исключением. Посещение умирающего родственника.       На этом фоне между командованием Стрелков и Советом Кланов шло негласное противостояние. Не то чтобы командование было против рабства. Все-таки это давно уже превратилось в какой-то степени традицию. Причина этого была крайне прозаична. Тви’леки были крайне плодовитым народом на зависть многим гуманоидам, и редко в какой семье было меньше четырех или пяти детей. Работорговля была своеобразным способом избавиться от лишних ртов в условиях скудности ресурсов.       Кроме того, наряду с рилом и иными наркотическими средствами, рабы были основной статьей экспорта всего сектора Гаулас, и командованию Рилотских Стрелков приходилось пока еще мириться с подобной ситуацией. Впрочем, программа экономического развития системы давно уже была разработана и должна была несколько исправить положение, дав местным жителям банальную альтернативу вкалыванию в риловых шахтах. Вот только начало Войны Клонов несколько затормозило эти планы.       — Блокада планеты усилилась. Даже прожженные контрабандисты и те отказываются от полетов за бешеные деньги, что мы им предлагаем, — докладывал Чам Синдула, еще довольно молодой генерал, которого когда-то давно еще приметил рыцарь-джедай Фимор и поставил во главе 5-го полка Рилотских стрелков. В течении десяти лет восторженный юноша, кем был Чам, превратился в опытного военного, которому в данный момент подчинялась вся планетарная оборона, как старшему офицеру на планете.       — Все не так плохо, генерал Синдула, — успокаивал его рыцарь-джедай Айма Ган-Дай, направленный на Рилот в качестве джедая-дозорного, на замену Фимору, — благодаря хорошей ПКО и героизму Флота обороны Рилота, нам удалось избежать орбитальной бомбардировки. А значит у нас есть время для того, чтобы дождаться помощи от Ордена и Республики.       — Мы смогли отразить первый приступ, но если это продолжится, начнется голод, — резонно возразил ему Чам, — к тому же, вы знаете мое отношение к Республике, мастер Айма. Будь моя воля, я бы перестрелял весь Сенат. Но те, кто придут им на смену, будут еще хуже, — довольно экспрессивно выразил свое отношение к ситуации Чам, на что рыцарь Ган-Дай лишь вздохнул. Будучи представителем расы никто, точнее, подвида каджайн’са’никто, проживавший преимущественно в пустынных районах родной планеты Кинтан, ему было комфортно на Рилоте. Но больно проблемным она была миром. Рыцарь Фимор оставил ему хорошо подготовленную армию, состоящую из отчаянных сорвиголов, которые, вступив в Стрелки, получили путевку в жизнь взамен прозябания в бедности. В этом была сила Стрелков, но и в ней крылась сложность, с которой он столкнулся. Стрелки, особенно 5-й полк, который сейчас принимал участие в Блокаде Фоэроста, были хорошими солдатами, но ощутимая часть их были бывшими рабами и они никогда не забывали того, что именно из-за Совета Кланов они когда-то угодили в рабство.       — И тем не менее, не забывайте, друг мой, что Стрелки — часть Республиканской Армии, точно так же как и Армия Клонов, — напомнил он Синдуле, на что тот скривился. Он был предан Ордену и прекрасно сработался с тем же Фимором, который, в свое время, дал возможность ему наряду с многими соотечественниками пройти обучение в Корулагской академии. Да и к Ган-Даю Синдула испытывал вполне заслуженное уважение, но не мог с собой ничего поделать. Интересы своей планеты и Сектора Гаулас для него были превыше всего.       — Я и не забывал. Но… я все никак не могу понять логики нынешней войны. Все слишком… бессистемно, что ли, — не в первый раз Синдула завел старый разговор. Война шла уже почти год, и никто не брался за предположения о том, когда и чем она закончится. Отгремела Битва при Камино, Армией Клонов были заняты Муунлист и Кристофсис, а война из серии рейдовых операций относительно небольших мобильных соединений начала превращаться в тягучее позиционное противостояние, исход которого должны были решить в большей степени экономика, а не армии. Именно в этом и была загвоздка. Сепаратисты могли за несколько месяцев разбить Армию Республики, но главнокомандующая Армией Дроидов Сев’ранс Танн избрала тактику рейдовых операций, которые причинили много неудобств Республике, но не стали фатальными.       — Я разделяю вашу обеспокоенность, генерал. Но… у нас есть более актуальная проблема.       — Да, мастер, вы правы, — кивнул Синдулла. — В общем-то, я с вами согласен, что все не так плохо, как могло быть. Уот Тамбор недооценил нас, и сейчас его силы застряли на орбите, — сказал Синдулла, почесав подбородок и бросив взгляд на схему планетарной обороны. — Он хотел застолбить для себя перспективную кормушку, а теперь будет вынужден грызть нашу оборону как скорлупу орехов ввейлу, — усмехнулся Чам и посмотрел на джедая. — Мастер Айма. Что по поводу «того» вопроса? Вы связались с Храмом? — неожиданно спросил Чам, подчеркнув слово «того».       — Нет. Я считаю, что вы, генерал, слишком спешите, — ответил рыцарь, на что Синдулла покачал головой.       — Я по-прежнему настаиваю на том, чтобы на время боевых действий лишить Совет Кланов реальной власти. Они ненадежны. Крайне ненадежны, — говорил Синдулла, а Ган-Дай лишь про себя поморщился. Увы, но Совет Кланов хоть и состоял из пяти наиболее влиятельных вождей, но по сути был выразителем интересов всех клановых лидеров, которые, в свою очередь, являлись главными выгодополучателями от работорговли и наркоторговли. И портить отношение с ними в условиях блокады, которую установили КНС вокруг Рилота, было, мягко говоря, опасно.       — В условиях отсутствия шестнадцати легионов из двадцати, это видится мне несколько недальновидным решением, — заметил джедай, почесав подбородок. У Кланов были свои отряды. Большинство — всего лишь ополчение. Но войска самых влиятельных из них ненамного уступали Стрелкам и, даже, Армии Клонов. Это были вполне профессиональные части, способные дать отпор как захватчикам, так и конкурентам своих вождей. Сейчас, в условиях войны, большая часть легионеров покинула Рилот и сражалась в разных районах галактики в составе Секторальных армий, но ощутимая часть оставалась здесь, на Рилоте, чтобы не допустить нарушения статуса-кво.       — И тем не менее, мастер. Соперничество Кала’ууна и Лессу слишком затянулось. Нам нужен единый центр принятия решений, — говорит генерал, показывая рукой на карту планеты. Увы, но у Рилота фактически было сразу две столицы. Кала’уун, где дислоцировалось командование Рилотскими Стрелками, а раньше находилась резиденция королевской семьи, которая была свергнута очень давно, и Лессу, где заседал Совет тви’лекских кланов и которая была столицей по факту. При этом Кала’уун всегда был на порядок богаче и влиятельнее Лессу и фактически являлся городом-государством, подчиняющемся Совету лишь формально. После того, как появились Рилотские Стрелки, эта независимость лишь укрепилась.       — Думаю, после снятия осады я подниму этот вопрос перед Высшим Советом, — сказал рыцарь, понимая, что проблему надо решать. Прежний Глава Совета Примирения, Марк Турин, строго придерживался договоренностей с Советом Кланов. Но тогда на Рилоте был только один сильно раздутый по штатам, правда, очень хорошо подготовленный, полк, почти легион. 5-й полк, в отличии от остальных подразделений Сил Планетарной обороны, по факту бывших племенными ополчениями, был полноценной регулярной частью. Благодаря тому, что туда действительно брали лучших из лучших, солдаты полка очень быстро получили статус героев и, соответственно, народную поддержку.       Теперь же в распоряжении Ордена было двадцать легионов. Да, большая часть сейчас сражалась вдалеке от их родного мира. Но и шести легионов, почти ста тысяч хорошо подготовленных разумных было не мало. Плюс, оставалась проблема полукриминального характера доходов планетарного бюджета. Именно это делало позицию джедая-дозорного сектора Гаулас настолько сложной. Ведь посланцу Ордена было необходимо выдерживать давление со стороны законных, признанных властей планеты с одной стороны и многочисленных сторонников отмены рабства с другой. Рыцарь Айма надеялся, что мастер Оби-Ван Кеноби прислушается к нему. Особенно учитывая невнятные слухи о том, что в самом начале войны на Рилоте видели Пассела Ардженте, магистрата Корпоративного альянса, а это уже было не просто недовольством части правящей верхушки, а опасной ситуацией. Правда, на руках мастера Аймы не было реальных доказательств заговора, но люди Синдуллы и сам рыцарь Ган-Дай продолжали искать.       — Буду рад, — кивнул Чам и взглянул на своего начальника с благодарностью, — я… понимаю, что этот вопрос сложен, мастер Айма. Но поймите меня правильно. Мне тяжело видеть, до чего мы себя довели, — сказал он, пожав плечами. Мастер Айма знал, о чем говорил Синдулла. Увы, но даже в контролируемом Стрелками Кала’ууне работорговцы, среди которых наиболее известным был хатт Хунвар, чувствовали себя вполне вольготно. Правда в последние годы хатт стал крайне осмотрителен и старался не наглеть слишком сильно, но наличие его дома, получившего название Шпиль Хунвара, в городе было бельмом на глазу у Стрелков. А все из-за того, что Совет Кланов до сих пор продолжал вести с ним дела и своей властью запрещал его трогать. Более того, сенатор от сектора Гаулас Орн Фри Таа был членом Совета, окончательно заняв должность после того, как Орден арестовал его коллегу Конуса Трелла, известного наркоторговца и, по совместительству, главу Следственного комитета Сената Республики.       — Уверен, друг мой, все закончится наилучшим образом, — похлопав его по плечу, сказал рыцарь Айма. С Синдуллой, к которому Фимор посоветовал прислушиваться, они неплохо сдружились, чего нельзя было сказать о вождях тви’лекских кланов.       — Что же. На сегодня у меня все. Мне кажется, мы заслужили перерыв, мастер Айма. Приглашаю вас к себе домой. Тислера приготовила тушеное мясо рикрита с овощами. Да и дети будут рады услышать парочку новых историй, — сказал он, на что никто улыбнулся. Чак и Гера. Два шебутных и веселых ребенка, которые грезили космосом. Он получал колоссальное удовольствие от бесед с ними.       — С удовольствием, генерал, — кивнул рыцарь Ган-Дай и вышел за Чамом из его кабинета в пещере, где располагался штаб Стрелков. Шли молча, изредка перекидываясь репликами, что дало ему возможность немного подумать.       Он часто путешествовал по вверенному ему сектору, проверяя его готовность к защите. Кроме того, как и любой другой джедай-дозорный, он искал одаренных детей для Ордена, в связи с чем часто болтал с малышами, рассказывая им истории из своих странствий. Он хоть и был, формально, защитником, но очень неплохо находил язык с разумными, а здесь, на Рилоте, это было крайне, крайне важным качеством. Именно поэтому, когда мастер Турин направил его сюда, он был очень рад. Где как не здесь ему проверить свои силы? Тем более, он, как и многие джедаи в возрасте, но еще не обучившие ни одного ученика, претендовал на звание мастера и для этого должен был проявить себя с лучшей стороны.       Смерть мастера Марка Турина опечалила его. Да, они были знакомы шапочно, но он был хорошим руководителем, и Айма надеялся, что его наследник, Оби-Ван Кеноби, будет достоин своего учителя.       С этой мыслью он вошел в дом генерала Синдуллы, где уже пахло умопомрачительным обедом, сделанным его женой.

***

      — … в связи с успехами на ряде направлений, генеральный штаб предлагает провести несколько локальных наступательных операций, с целью укрепления наших позиций, — говорил начальник оперативного отдела Генерального штаба Армии Республики Реджинальд Цейс. Пока он перечислял планеты и системы, на которые по мнению штаба стоило бы обратить внимание, Оби-Ван размышлял. Подходил к концу первый год войны. В общем-то, все было не так уж и плохо. Они смогли худо-бедно отбиться от первых ударов сепаратистов и даже занять несколько ключевых планет, вроде Кристофсиса. Вот только цена…       — …разведкой получены сообщения об увеличении группировки войск КНС у Джеонозиса. Сейчас мы перепроверяем эти данные…       Много клонов из первых партий погибло из-за неразберихи, которая началась после того, как Орден вступил в войну. Они банально не знали, кому подчиняться: Комитету Безопасности Сената, Ордену Джедаев или Штабу Корпуса Юстиции? Впрочем, учитывая то, что он знал о клонах, их потеря не казалось Кеноби слишком тяжелой. А вот гибель многих бойцов, преданных ордену, была гораздо болезненнее.       — … кроме того, генеральный штаб предлагает обратить пристальное внимание на миры Конфедерации, где по прежнему сохраняется ощутимая поддержка Республики, таких как Джабиим, Ондерон…       Увы, но как только Орден вступил в войну, сепаратисты нанесли удары по лояльным мирам, особенно тем, которые находились далеко. Например, Пзоб. Гаммореанцы Пзоба были свирепыми воинами, вполне лояльными Ордену. Сильные бойцы-рукопашники, они были неоценимы при абордажных атаках, которые случались чаще чем хотелось, и высадках на планеты, так что орбитальная бомбардировка Пзоба оказалась неприятным сюрпризом. Многие погибли, часть продолжила служить на джедайских кораблях, но численность гаммореанцев упала до минимальных величин. И это только наименее болезненная из потерь. Что говорить о гибели Восьмого Легиона Антарских Рейнджеров в полном составе, кроме учебной роты. И то, это стало возможным только потому что она во время Инцидента на Ринго-Винде находилась на родной планете. Дебют Адмирала Тренча в Войне оказался максимально кровавым. Эскадра, вылетевшая к Ринго-Винде, крупному промышленному центру Внешнего Кольца, с целью захвата оказалась в ловушке и была уничтожена, а вместе с ней погиб и десант, состоящий из антарцев и легиона клонов. И таких случаев было, увы, больше чем хотелось.       — …так же, согласно докладу Сенатского Бюро Разведки, — кивок в сторону сидящего недалеко от Кеноби Арманда Айсарда, — в Совете Сепаратистов вновь началось обсуждение операции по захвату Камино. До полноценного наступления пока далеко, но нам стоит быть готовыми, в связи с чем предлагаем перебросить пятнадцатую эскадру к Камино…       Заседание, в котором Оби-Ван участвовал, было своеобразной сверкой часов. Здесь были он, Оппо Ранцизис, Арлиган Зей, как начальник армейской разведки, Арманд Айсард, директор СБР, маршал Айон Ча, которого с трудом, но удалось назначить начальником Генштаба, а так же несколько сенаторов, среди которых были Ранульф Таркин и Бейл Органа. Во многом демонстративное собрание, на котором, тем не менее, решалось будущее войны.       В течение нескольких месяцев удалось убрать неразбериху в командовании и создать более-менее действенную систему управления войсками. На основе Штаба Корпуса Юстиции был сформирован Генеральный штаб, который осуществлял непосредственное командование войсками. При этом Генштаб находился в двойном подчинении от Ордена Джедаев и офиса Канцлера Республики, что сильно бесило многих сенаторов. Более того, в негласном противостоянии между Офисом Канцлера и Орденом с явным отрывом вел Орден благодаря тому, что многие офицеры, такие как докладывающий сейчас Цейс, были их креатурами. В то же время, канцлер Палпатин продолжал контролировать СБР через Айсарда и имел ощутимое влияние на генштаб через уже своих людей.       Впрочем, это не мешало ведению боевых действий, тем более, Орден не особо вмешивался в непосредственное командование. Здесь и сейчас Орден Джедаев выполнял скорее контрольную функцию. Своеобразную защиту от дураков. Джедаи, прикомандированные в Генштаб, следили за тем, чтобы амбиции отдельных военных не становились причиной тактических или, тем более, стратегических провалов. Кроме того, Орден и его структуры активно проводили интеграцию своих соединений с Великой Армией Республики. Не все было гладко, однако, немало было и успехов. Все как когда-то предсказал учитель.       — Адмирал, я бы хотел уточнить нашу генеральную стратегию на кампанию следующего года, — сказал Оби-Ван, обращаясь к Цейсу, — вы предлагаете измотать сепаратистов?       — Не только, мастер Кеноби, — кивнул он Оби-Вану, — проблема состоит в том, что сепаратисты могут воевать сколько угодно. Это противник, которого просто опасно недооценивать. Но в то же время, мы не должны забывать, что ведущая сила КНС — галактические корпорации и монополии, которые несут огромные финансовые потери. Это делает войну все более непопулярной, хотя пропаганда и сглаживает ситуацию. Поэтому Генштаб разработал стратегию, в основе которой будет удар по самому мягкому месту сепаратистов — их кошельку, — улыбнулся он, — рейдовые группы оседлают основные гиперпространственные маршруты и будут заниматься каперством. Кроме того, уважаемый сенатор Таркин, — кивнул он в сторону пожилого представителя Сесвенны, — предложил выдавать каперские свидетельства гражданским экипажам, согласно республиканскому призовому праву. Генштаб считает, что данное начинание довольно перспективно.       — Его не применяли уже тысячу лет. Это же варварство, — в принципе, ожидаемо возразил Органа, вот только так, без огонька. Все уже было решено, и он возмущался больше чтобы хоть что-то сказать.       — Но мы и не воевали тысячу лет, Органа, — ответил Таркин, ухмыляясь. Старая вражда между Альдерааном и Сесвенной на почве разности взглядов была общеизвестна, из-за чего Оби-Ван поспешил вмешаться.       — Господа. Не думаю, что сейчас имеет смысл устраивать прения, — сказал он, из-за чего оба сенатора утихли, а адмирал продолжил доклад. Раньше, они бы вряд ли замолчали, разве что только, чтобы потом уже организовать какую-нибудь подлянку, но теперь… после отмены Руусанских соглашений Орден оказался вне компетенции Сената. И это для сенаторов стало ужасной головной болью, ведь очень быстро все поняли, что джедаи, не связанные договором, более не нуждаются в их мелочной опеке и контроле. Орден из инструмента Сената вновь превратился в гаранта Республики. В гаранта с широчайшими возможностями, особенно в сфере противодействия коррупции и казнокрадства. А учитывая то, что Совет Первого Знания провел колоссальную работу, на каждого из сенаторов теперь имелось пухленькое досье. И все об этом знали, из-за чего старались лишний раз не возникать.       — В целом, ситуация достаточно стабильна, — заметил Сейт Пестаж, который представлял здесь Палпатина, который не смог присутствовать. — Мастер Кеноби. Канцлер хотел уточнить, когда Орден сможет предоставить новых генералов, в замен убывших из-за смерти или ранения? — вопрос был задан хоть и доброжелательно, но Кеноби понимал, что все не так уж и просто. Больше тысячи рыцарей-джедаев, в основном, конечно, защитников, хотя немало было и консулов со стражами, действительно принимали участие в войне, но Кеноби и Высшему Совету удалось избежать повальной милитаризации. Более того, джедаи предпочитали командовать смешанными подразделениями, где были и обычные, и клонические части. Легионами и армиями, состоящими из клонов, как правило, командовали вполне обычные офицеры, хотя и тут случались исключения. Вот только даже такая ситуация не давала избегать потерь. Джедаи гибли. Поначалу из-за неосторожности и неопытности, но потом то тут, то там начинали появляться нанятые корпорациями охотники за головами и темные одаренные, целью которых было именно уничтожение джедаев. Наиболее опасными из них были Дурдж и Асажж Вентресс. Воистину, они были форменным наказанием Силы своим нерадивым последователям. Мало кто был способен справиться с ними. Самому Кеноби тоже пару раз пришлось столкнуться с ними, что чуть не закончилось его смертью.       — Мы обсуждаем этот вопрос. Как только мы определимся с кандидатами, Совет Примирения вышлет список для утверждения Верховным главнокомандующим, — сказал Кеноби, на что Пестаж поджал губы. Да, Палпатин был главнокомандующим. Да он протолкнул немало законов, которые укрепляли его власть, да и вообще способствовали централизации Республики, вот только и Орден теперь был не просто сборищем одаренных. Джедаи-генералы имели огромный авторитет в войсках, совмещая владение Силой и воинское искусство. Их авторитет и опыт позволял создавать уникальный сплав из эффективности клонов и солидного боевого опыта войск, некоторые из которых воевали уже больше двадцати лет. Сам он вежливо отказался от полагающегося ему генеральского звания (высший генерал), не желая попадать под пускай и формальное, но подчинение Палпатину, а вот Энакин, геройствующий сейчас в системе Чоммель вместе с 501-м легионом и приданными им в усиление батальоном Антарских Рейнджеров, с охотой принял его, с удовольствием отзываясь на звание генерала-джедая.       — Что же, господа. На сегодня наше заседание можно считать оконченным. Если, конечно, у присутствующих нет никаких вопросов, — полувопросительно сказал Цейс, на что последовал отрицательный гул голосов, — в таком случае, до свидания, господа. В случае необходимости с вами свяжутся, — сказал Цейс, после чего все присутствующие, попрощавшись, начали покидать конференц-зал. Впрочем, у Кеноби пока еще оставались вопросы, из-за чего он вместе с мастером Оппо и маршалом Ча решили задержаться.       — Адмирал, — кивнул Кеноби, когда Цейс подошел к ним.       — Мастер Кеноби. Мастер Ранцизис. Маршал Ча, — легкий кивок, — у вас возникли вопросы?       — Да. Есть один. Он касается ряда инцидентов, когда нижестоящие офицеры и солдаты, которые вышли не из «наших» миров, — Цейс, который сам был с Телоса IV, понимающе кивнул, — отказывались подчиняться вышестоящим джедаям. Дескать, Сила и все с ней связанное — фикция. Есть и обратные случаи. Вы как начальник Оперативного отдела Генерального штаба скорее всего в курсе ситуации, — Цейс вновь кивнул. Не то чтобы это было повальным явлением, но встречалось чаще, чем хотелось. Это было связанно с активным привлечением офицеров из Корпуса Юстиции и планетарных армий в регулярные части. — Маршал Ча. Что вы думаете по поводу того, как можно уменьшить подобные инциденты?       — У нас, среди Антарцев, мы проводили специальные политзанятия, чтобы офицеры и солдаты понимали, что есть Сила и что есть Орден Джедаев, — начал говорить пожилой панторанец, — благодаря этому, удавалось, да и удается избегать многих осложнений. Да, иногда случаются и эксцессы, но, как правило, их легко преодолевают, — говорит он, на что Оппо Ранцизис, с которым они работали очень давно, подтверждающе кивает, — я думаю распространить данную практику на всю армию и флот. Неловко признаться, но это оказалось довольно неожиданной для меня проблемой, — пожал плечами Айон Ча, который был давним другом и сторонником Ордена.       — Лично я не против, но сами понимаете, тут все упирается в Администрацию Канцлера и кучу сенатских комитетов, — пожал плечами адмирал, — многие хорошие начинания зарубаются на корню из-за того, что сенаторы жмотятся выделять дополнительные средства, — недовольно пробурчал Цейс.       — Понимаю. Это общая проблема. Но все же советую уделить этому вопросу внимание. Не хватало, чтобы и дальше офицеры саботировали приказы из-за непонимания природы Силы, — говорит Кеноби. — И еще кое-что. Магистр Пиэлл и мастер Зей сообщили, что сепаратисты разрабатывают сразу несколько видов биологического оружия.       — Да, я тоже читал отчеты разведки. О том же самом докладывает и ССБ, — кивнул Цейс, — особенно меня беспокоят сообщения о том, что сепаратисты завербовали Нуво Винди.       — Согласен. Есть предложение направить на поиски несколько смешанных групп. Мой бывший ученик, Энакин, уже находится в секторе Чоммель, прикрывая его от вероятного нападения. Так что он окажет вам там посильную поддержку. Кроме того, нужно ликвидировать угрозу от Оволот Куэйл Утан и Дженны Зан Арбор. Их тоже завербовали для разработки ОМП, — сказал Кеноби, вздохнув. — Мастер Зей, насколько я понял, уже готовит клонов коммандос. В ближайшее время магистр Пиэлл пришлет Теней, которые будут с ними действовать.       — Хорошо, мастер Кеноби. Мы подготовим операцию, — кивнул адмирал и, обговорив еще несколько менее существенных вопросов, они разошлись. Уже в спидере, осматривая пролетающий за окном Корусант, Кеноби размышлял о прошедшей встрече и о тех вопросах, которые он должен был решить.       На самом деле, проблема с офицерами-отказниками не была столь серьезной. Но тут дело было именно в восприятии Ордена разумными Республики. На проведении отдельных политзанятий настоял учитель, который считал, и небезосновательно, что многие не понимают джедаев и их роль в мире. И эти занятия среди офицерства должны были стать еще одним шагом к увеличению авторитета Ордена Джедаев среди разумных.       Учитель. Даже сейчас Кеноби чувствовал незримую его поддержку и действовал со спокойной душой. Он почти каждый день отчитывался перед своим мастером, и они вместе участвовали в планировании действий Ордена в непростой ситуации, в которой он оказался. Впрочем были и неприятные моменты. Особенно его удручало то, что приходилось недоговаривать, а порой и откровенно врать своим близким.       Это касалось того, что адмирал Сев’ранс Танн оказалась падаваном мастера Дуку и выступала на их стороне. Увы, но Танн не знала о личности старшего ситха, Дарта Сидиуса. Но зато прекрасно была осведомлена о наиболее опасных инициативах КНС. Именно она сообщила о биологической угрозе, и Орден готовился на нее реагировать.       Кроме того, им двоим на пару приходилось разыгрывать целые космические баталии, водя за нос всю галактику. Да, это было совершенно не по-джедайски. Да, это было очень трудно, учитывая то, что ни Оби-Ван, ни Сев’ранс не обладали единоличной властью. В спину той же Тан постоянно дышал адмирал Тренч и Темные Аколиты, главной среди которых она была. Не говоря уже о К’Баоте, который по прежнему возглавлял КНС.       Танн многое ему поведала и про «обработку» К’Баота Сидиусом, после которой тот стал абсолютно темным и про многих из Темных Аколитов. Но главное, она, на пару с учителем, рассказала о тайном убежище ситхов здесь, на Корусанте. Вот только учитель потребовал, чтобы Кеноби ни при каких обстоятельствах не предпринимал никаких действий. Он обещал все объяснить, но не раньше, чем вернется в их часть галактики, из-за чего сам Кеноби был связан рядом условностей и явно проводимой его мастером долгоиграющей политической игрой. И да… Кеноби эту ситуацию ненавидел. Но вот в чем парадокс. Сила не просто молчала. Кеноби со своими способностями к Объединяющей Силе и видения будущего отчетливо чувствовал, что так и надо поступать, от чего порой по телу пробегали мурашки.       Это было странно и страшно. Сама Тан в личной беседе призналась, что не испытывает никаких угрызений совести, поскольку это всего лишь тактика. То что она по факту была джедаем-стражем, с ее-то желтым клинком, объясняло столь гибкую мораль. Кеноби же давно перешагнул свой консульский ранг, так что так же был готов ко многому, пускай ему и было не по себе.       Еще одной неприятной ситуацией, с которой он должен был справиться, был Мандалор. Увы, но его любимая Сатин вела себя точно так, как и ожидалось. Возомнила себя миротворцем и полезла с мирными инициативами. И ладно, если бы у нее в секторе все было благополучно, но нет. Кланы были недовольны. И появились те, кто был готов этим воспользоваться. Недобитый Дозор Смерти вновь поднял голову и несмотря на то, что Арла Фетт убила наследника Тора Визслы, Пре Визслу, по прежнему представлял опасность. Кроме того, разведка доносила о готовящемся дворцовом перевороте, спонсируемом недовольной буржуазией Сандари. Надо было что-то делать, иначе мандалорцы грозили превратиться в огромную проблему.       Тем временем спидер влетел в ангар Храма, и Кеноби с удивлением заметил стоящую там Асоку. Он вздохнул. Вот же настырная, а!       — Как слетали, мастер Кеноби? — с милым выражением лица спросила она, вперившись взглядом в выходящего из спидера Оби-Вана.       — Плодотворно, Асока. Как твое занятие по тактике? — спросил Кеноби, который присматривал за Асокой, пока Энакин со своими бойцами был на миссии. Мастер Марк, да и он сам, были против того, чтобы отправлять на войну слишком молодых падаванов. К счастью, им удалось этого избежать. Условный возраст, когда можно было уже отправлять их на войну установили в шестнадцать лет, но, в зависимости от расы, он мог колебаться как вверх, так и вниз.       — Хорошо, мастер, — кивнула она и пошла за Кеноби, который шел в сторону Шпиля Совета Примирения.       — Даже не начинай, — со скучающим тоном сказал Оби-Ван, на что Асока закатила глаза.       — Ну Гроссмастер! А вдруг Скайрокеру понадобиться помощь?!       — Во-первых, больше уважения, падаван. Во-вторых, видимо в тебе слишком много энергии, раз уж ты ее тратишь на мое убеждение, — сказал он, из-за чего Асока скисла. Увы, но неугомонная тогрута страстно желала попасть на войну, из-за чего постоянно доставала как Энакина, так и Кеноби и, даже, мастера Марка, с которой ту познакомили, как только он оказался способен подолгу разговаривать. И все трое говорили ей свое твердое «нет»! Но Асока, несмотря на жестокие тренировки, которые устраивали мастера, продолжала упорствовать. Ей недавно исполнилось четырнадцать, и она была свято уверена в том, что ей пора на войну. Нет, многие молодые падаваны хотели на войну, но Асока переплюнула всех. Она пару раз даже сбегала из Храма, чтобы помочь Энакину и оба раза была поймана за шиворот и возвращена в храм. — Что же. Вперед, на тренировочную площадку, посмотрим на твои блоки, — сказал Оби-Ван с явной угрозой в голосе и с удовольствием заметил, как Асока встрепенулась. Если с Энакином, за счет связи и знания стиля она еще могла кое-как спарринговать, то Оби-Ван был для нее слишком сложным и непредсказуемым противником. Но не менее интересным.       Так что, когда они начали спарринг, Асока даже не восприняла это как наказание. Скорее усиленную тренировку. Бились тренировочными мечами, благодаря чему они оба совершенно себя не сдерживали. По ходу дела Оби-Ван про себя заметил, что Асока сильно выросла в мастерстве. Да, это был не идеал, все-таки с концентрацией у Шпильки, как ее называл Энакин, была беда, но и не тот ужас, что был раньше.       — Экзамен! — вдруг крикнул Оби-Ван, а Асока от неожиданности чуть не пропустила удар, но вовремя сгруппировалась и отпрыгнула. — Планеты Системы Кореллия, — спросил Кеноби, нанеся серию ударов.       — Кореллия, — нырок под меч, — Селония, — блок, — Дролл, — еще один блок, — Талус, — Асока отпрыгнула, — и Тралус, — крикнула она и с разбега прыгнула на Оби-Вана, который нырнул и пропустил ее удар над собой.       — Что такое Балансир? — задал он следующий вопрос, отбиваясь от быстрых, но слабых ударов Асоки.       — Космическая… станция, — пытаясь сохранить концентрацию, говорила Асока, стараясь использовать Центр Бытия, который освоила недавно.       — Кто любимая богиня кореллианцев? — крикнул Оби-Ван, сам начав наступление, нанося сильные удары, от которых у Асоки дрожали руки.       — Фортуна! — ответила она и вдруг, нырнув под меч Оби-Вана, нанесла удар ему в ногу, которого он избежал лишь отпрыгнув. Затем встряхнул головой и улыбнулся.       — Весьма недурно, Асока. Вижу, что ты наконец-то начала стараться, — поддел он ее, вспоминая, сколько им с Энакином пришлось мучиться, чтобы девочка наконец-то уделила внимание не только бою, но и другим наукам.       Асока же, уже привычно пропустив мимо ушей издевку, спросила, тяжело дыша:       — Вы почувствовали? — в ее вопросе явно чувствовалось торжество от того, что произошло только что.       — Да. Центр Бытия*. Ты молодец. Действительно молодец, — кивнул Оби-Ван, отключив меч, — я и не ожидал, что ты сможешь овладеть этой техникой так рано.       — У меня был стимул, мастер. Сами знаете какой! — отдышавшись, нахально заявила ему Асока, на что Оби-Ван вздохнул. Увы, ему хватило глупости обещать, что если Асока сама освоит Центр Бытия как полноценную силовую технику, первую ступень к боевой медитации, он отпустит ее к Энакину. Увы, он недооценил упертость Асоки и теперь смотрел на ухмыляющуюся про себя тогруту и был вынужден признать, что его кои-то веке переиграли.       — Ладно уж. Езжай к своему учителю, — не успел он закончить предложение, как зал тут же наполнился счастливым визгом Асоки. — Но смотри! Если он скажет, что ты мешаешь его миссии, сразу же вернешься домой! — но Асока, скороговоркой поблагодарив его, умчалась на выход из зала. Кеноби лишь покачал головой. Его единственным утешением в этой ситуации было то, что не она одна смогла уломать его. Многие падаваны не дожидались шестнадцати лет и сбегали на войну к своим мастерам. Как и многое в Ордене, данное ограничение было введено в качестве рекомендации, ведь каждый мастер сам решает, как воспитывать ученика, и руководство Ордена может лишь советовать, но ни в коем случае не указывать джедаям, как это делать.       — Что, тяжела доля мастера? — вдруг он услышал знакомый голос и посмотрел в сторону.       — Виктор? Я думал, ты вместе с Кили не вылезаешь из Невисека? — спросил он сына его учителя, ровесника Энакина. Он действительно не видел его уже пол года.       — Мастер Сайнубе отозвал меня. Сказал, мол, хватит тебе прохлаждаться, пора озаботиться учеником, — ухмыльнулся он и пожал Оби-Вану руку, — весело тебе.       — Ох и не говори. Девочка рвется в бой. Ничего не могу поделать.       — Ничего, дедуля, у Энакина не забалует, — усмехнулся рыцарь Турин, но вдруг посерьезнел, — надо поговорить.       — Надо так надо, — кивнул Оби-Ван, зная, что Виктор вместе с его учителем, мастером-джедаем Киливайн Реус, занимался расследованием, в том числе и влияния ситхов. По дороге в кабинет главы Совета Примирения, они беседовали ни о чем, раскланиваясь со знакомыми, пока наконец-то не добрались до места.       — Все хуже, чем мы думали, Оби-Ван, — с порога заявил Виктор, — у ситхов не просто хорошо налаженные связи в криминальной среде. Под их контролем находятся остатки Черного солнца.       — Что? Они же развалились! — удивленно воскликнул Оби-Ван. После убийства прошлого лидера организации, больше десяти лет назад, Черное Солнце распалась на воюющие между собой группировки, каждая из которых претендовала на главенство.       — Представь себе, но нет. Все что осталось от организации подмял под себя принц Фоллина, Ксизор.       — Тот который сбежал после захвата Фоллина сепаратистами и убийства их короля? — вспомнил Кеноби. Действительно, поражение у Фоллина стало серьезным ударом для них.       — Именно. Он подмял их и теперь ударными темпами восстанавливает организацию, — сказал Виктор, оперевшись о стол.       — Час от часу не легче! — Кеноби провел рукой по лицу, словно стирая усталость, — есть доказательства его связей с ситхами?       — Только лишь косвенные. Он пару раз встречался с эмиссаром К’баота. И то, я об этом узнал со слов информатора. Ему я верю, но доказательства нет. Учитель занимается этим делом, но не жди быстрого результата.       — Магистр Пиэлл в курсе? — спросил Кеноби, вздохнув. Увы, но К’баот не просто выжил. Его действия стали более логичными и понятными. От безумия и метаний начала войны не осталось и следа.       — Хотел пойти к нему после тебя, — пожал Виктор плечами.       — Идём вместе. Это слишком важно, — с этими словами, Оби-Ван встал со своего кресла и пошел вместе с Виктором на выход. У них было много работы.       У них было много работы.