Глава 50
12 сентября 2022 г., 23:54
Прошли дни, и порез на руке Кларк исчез, а вместе с ним исчез и гнев. Хотя напряжение между ними еще никуда не делось, но им снова стало комфортно вместе. Кларк чувствует себя в безопасности, зная, что Лекса понимает ее чувства, и не боится расстраиваться из-за таких мелочей, как новости о деле, как и не стесняется паниковать по поводу возможных исходов.
Громоздкий судебный процесс явно затянется, и, по словам Индры, пройдет еще пара месяцев, прежде чем им придется снова о нем думать. Конечно, от них потребовалось предоставить некоторые документы, такие как финансовые отчеты и тому подобное, но в целом дело не требует особых усилий или размышлений.
Лекса вернулась на работу, а Кларк начала ее искать — даже зная, что зарплата ее жены сможет поддержать их в случае необходимости, она тоже хочет вносить свой вклад, если до этого дойдет. Она искала работу уже несколько месяцев, но не слишком активно, а теперь она делает это целеустремленно, не опуская руки после каждого полученного отказа.
Быстро приближалась годовщина их свадьбы, так что Кларк отчаянно пыталась придумать, что подарить Лексе — это должно быть что-то значимое, что-то красивое, продуманное и идеальное, но ей еще предстояло выяснить, что же она ей подарит.
За три дня до дня святого Валентина она усаживает Лексу, чтобы поговорить.
— В общем, скоро день святого Валентина.
Лекса улыбается и кивает.
— Да.
— И наша годовщина.
— Да.
— И твой день рождения.
— Да.
— Слишком много праздников за неделю.
— Мы могли бы просто объединить нашу годовщину и день святого Валентина, так как я не вижу никакого смысла выкладываться по полной в праздники, между которыми разница всего в пять дней... а ты? Или мы могли бы устроить праздничный завтрак на день святого Валентина. Индра не будет беспокоить нас этим утром.
— Звучит заманчиво, — соглашается Кларк. — Просто приятное, утреннее свидание в день святого Валентина, а потом мы выложимся по полной на нашу годовщину. Это ведь разумное решение?
Лекса ухмыляется.
— До тех пор, пока я смогу снять с тебя одежду в оба праздника, я буду счастлива.
Кларк закатывает глаза.
— А ты очень прямолинейна, да?
— Просто озвучиваю свои ожидания, — бормочет Лекса, наклоняясь для поцелуя. — Потому что было бы обидно, если бы мы не занялись сексом в нашу годовщину. По сути, это ведь негласное правило брака, нет?
Кларк смеется и целует ее, обнимая рукой за шею и притягивая поближе.
— Конечно, мы займемся сексом. Сколько захочешь.
— В твоих устах это звучит так романтично.
— А то, — ухмыляется Кларк. Но затем ее улыбка исчезает, и она смотрит на Лексу с обеспокоенным выражением лица. — Черт. Скоро день святого Валентина.
Лекса хмурится.
— Ты только что это сказала.
— Нет, в смысле... Рэйвен, она будет одна. В день святого Валентина.
— Дерьмово.
— Знаю, — вздыхает Кларк. — Аня приготовит ей какой-нибудь подарок, ты не знаешь?
— Конечно, нет.
— Ну, не знаю, она могла бы...
Лекса снова ее целует, прерывая ход ее мыслей.
— Я просто пошутила. У Ани есть план.
— Правда?
— Вообще, я хотела задать тебе вопрос по этому поводу.
— Какой же?
— Какое у Рэйвен любимое пиво?
— Аня попросила тебя купить Рэйвен пиво на день святого Валентина?
Лекса гримасничает.
— А что, это такая плохая идея?
Кларк смеется.
— Нет, не плохая. Это мило. Но почему она сама не знает, какое у нее любимое пиво?
— По ее словам, Рэйвен пьет «любую мочу, которая хоть отдаленно напоминает пиво, и, похоже, нравится она ей одинаково».
— Это правда. Но, кажется, я знаю парочку ее любимых сортов.
Лекса замолкает на некоторое время.
— Знаешь, а это странно. У Ани никогда никого не было на день святого Валентина. Она не из тех, кто вступает в длительные отношения.
— Как и Рэйвен.
— Две влюбленные идиотки.
Кларк снова смеется.
— Да, это уж точно.
— Знаешь, что мы должны сделать, как только Аня вернется?
— Двойное свидание?
— Да.
— Ты же помнишь, что через две недели у нас двойное свидание с Октавией и Линкольном?
— Да, и я очень его жду, но я хочу увидеть, как Рэйвен и Аня взаимодействуют друг с другом в романтической обстановке.
— Ах ты любопытная засранка, — усмехается Кларк.
— А что? Аня обычно не заводит отношения, если они включают в себя что-то, кроме секса, и вот она отправляет меня купить подарок для ее девушки на день святого Валентина, потому что она на другом конце света, тоскует по ней, как какая-то влюбленная идиотка.
— Ты забываешь, что и мы были влюбленными идиотками, — напоминает ей Кларк. — Боже, мы, наверное, всех раздражали.
— Но мы же не так ничего не понимали, да?
Кларк пожимает плечами.
— Наверное.
— Уверена?
— Вполне.
***
И вот, наконец, наступил день святого Валентина. Лекса встает пораньше, чтобы приготовить Кларк блинчики с черникой — она вылезает из постели, не желая будить Кларк, пока завтрак не будет готов, и тихонько проскальзывает на кухню. Там, на кухонном столе, она обнаруживает сюрприз от Кларк — посреди стола стоит ваза с красивым, огромным букетом цветов, рядом с ней стоит коробка конфет в форме сердца, а еще по всему столу, как будто в неорганизованном беспорядке, разбросаны открыточки, которые обычно дарят на день святого Валентина. Лекса усмехается, когда прочитывает их — они безумно банальные, такие как: «Ты случайно не в болоте живешь? Потому что меня к тебе так и тянет» и «Может, я и не войду в историю, но я точно войду в тебя». Она прочитывает все и тихонько посмеивается, находя восхитительным, что Кларк даже потрудилась подписать каждую открыточку по отдельности, и не только своим именем, но и такими подписями, как «твоя любящая жена» и «та горячая блондинка из бара» — шутка, придуманная Рэйвен, ссылающаяся на тот факт, что они буквально познакомились в баре и поженились в тот же день. Кларк — горячая блондинка из бара. Лекса — загадочная женщина в красном платье. Лекса не может перестать улыбаться, пока собирает все открыточки и кладет их на коробку конфет, а затем и принимается готовить завтрак. Она слышит, как на втором этаже включается душ, и поэтому не стесняется включить музыку — тихие фортепианные композиции легко разносятся по квартире, пока она печет блины и накрывает на стол на двоих. На мгновение она задумывается, а не поставить ли в шутку свечу на стол, но передумывает, потому что это было бы странно, учитывая яркий солнечный свет, проникающий через почти каждое окно в их квартире. Кларк спускается на кухню, одетая только в шорты и футболку и пахнущая свежим мылом с ароматом жасмина, и приобнимает Лексу за талию, пока та пытается сосредоточиться на переворачивании блинчиков. Кларк целует ее в щеку и улыбается, а затем, наконец, говорит: — С днем святого Валентина, детка. Лекса мычит и откидывает голову на плечо Кларк, попутно переворачивая блинчик. — С днем святого Валентина. — Тебе понравился сюрприз? — Да, понравился. Я думала, мы договорились не выкладываться по полной. — Я и не выкладывалась. Я просто купила тебе цветы и шоколад и распечатала несколько открыток. — Кстати, они забавные. — Ну, разумеется. У меня отменное чувство юмора. — Конечно. Кларк мычит и отстраняется от Лексы. Она решает ненадолго выйти на балкон. Уже чуть больше восьми утра, но Лексе не нужно идти на работу до двенадцати. Индра устроила неполный рабочий день, потому что у них с женой традиция устраивать долгий бранч в день святого Валентина. По ее же словам, «нет ничего настолько важного, что нельзя было бы отложить на несколько часов, чтобы провести время со своими близкими». Кларк очень благодарна ей за это. Лекса была очень занята на протяжении всей недели — она уходила из дома к восьми и редко возвращалась раньше пяти, оставляя своей жене слишком много свободного времени. Кларк активно пыталась найти себе занятия, но это было не так-то просто. — Завтрак готов! — кричит Лекса. Кларк улыбается себе под нос и возвращается в квартиру, закрывая за собой балконную дверь, потому что на улице все еще относительно холодно. Когда она садится напротив Лексы, она обнаруживает, что рядом с ее тарелкой стоит свежесваренная чашка ее любимого кофе, а также букет лилий и маленький плюшевый мишка с сердечком в лапках, на котором вышит вопрос «будешь моим Валентином?» Кларк мягко посмеивается, когда видит медведя, и берет его в руку, не в силах устоять перед искушением попытаться изобразить его очаровательную улыбочку. Это, в свою очередь, вызывает смех у Лексы, и некоторое время они вообще не разговаривают. — Какая же ты романтичная идиотка, — наконец комментирует Кларк. — Плюшевый мишка? Серьезно? — А что? Он же милый. Кларк откладывает медведя в сторону, чтобы положить себе на тарелку несколько блинчиков. — Пусть он и милый, но это не отменяет того факта, что это самый банальный подарок на день святого Валентина, который мне дарили. — Да ну? Так у тебя есть опыт с подарками на день святого Валентина? — дразнит Лекса. Кларк показывает ей язык. — Не ревнуй. Я ведь на них не женилась. — В точку. — И мне только в средних классах дарили подарки на день святого Валентина. И в старших. — Это ты так намекаешь, что подарки на день святого Валентина — то еще ребячество? — Ну, ты ведь подарила мне плюшевого медведя, так что... — указывает Кларк. Лекса театрально обиженно вздыхает, и Кларк смеется. — Да ладно тебе. Мне он нравится. И цветы, они великолепны. — Не такие великолепные, как ты. — Боже, это еще банальнее, чем любая из строк в моих открытках. — Заткнись. Кларк перегибается через стол и ухмыляется. — А ты меня заткни.***
Они позавтракали без всякой спешки, и он прошел просто восхитительно — несмотря на это, то, что последовало за завтраком, было бесконечно вкуснее и приятнее. Кларк отвела Лексу наверх, в их спальню, и сняла с себя шорты и майку, чтобы продемонстрировать совершенно новый комплект нижнего белья, который выглядит просто потрясающе и тут же подкашивает ноги Лексы. — Блять, Кларк, — бормочет она, тяня блондинку к себе на кровать. — Подумать только, что я сидела напротив тебя почти час и даже не знала, что ты скрываешь... Кларк ухмыляется и завлекает ее в глубокий поцелуй, проводя рукой по ее животу, чтобы обхватить грудь. — Хороший ведь сюрприз? — Да, черт возьми. Кларк мычит и проводит линию поцелуев вниз по подбородку Лексы, и Лекса дрожит от ее прикосновений — Кларк ведет себя уверенно, как никогда, одной рукой обхватывая ее грудь, а другой пробираясь вниз по животу к тому месту, где Лекса хочет почувствовать ее больше всего. Но Кларк не спешит. Она продолжает дразнить шатенку, оставляя на ее теле бездыханные поцелуи и продолжительные касания, слегка прижимаясь кончиками пальцев к влаге, собирающейся между ее бедер. Когда Лекса практически начинает хныкать даже от малейшего прикосновения, Кларк, наконец, уступает и опускается вниз, чтобы стянуть с нее спортивные штаны и прижаться ртом к влажному лону своей жены. Лекса ахает и откидывает голову, медленно сжимая в кулаках простыню, пока язык блондинки разгуливает по ее самым чувствительным местам, посылая по всему телу волны удовольствия. Она полностью отдается Кларк, и помимо удовольствия ее переполняет любовь к блондинке, на плечи которой она опирает свои ноги. Кульминация проходит мягко и нежно, и все же полностью ее поглощает — все тело окутывает тепло и расслабление. Но это длится всего секунду, потому что уже в следующее мгновение Лекса сажает Кларк себе на колени, впиваясь в ее губы своими, и скользит рукой под гладкий шелк ее нового нижнего белья. — Мне он очень нравится, — бормочет она. — Этот комплект. Он прекрасен. Кларк улыбается и тихо вздыхает, когда в нее проскальзывают два пальца. — Я купила его, думая о тебе. Рука Лексы обвивается вокруг ее талии и притягивает ближе, а ее пальцы медленно, но уверенно входят и выходят из Кларк. — Вот бы ты носила его каждый день. Кларк слегка перемещается и прижимается бедрами к пальцам Лексы, слегка приоткрывая губы, когда они изгибаются внутри нее и задевают чувствительную точку, отчего нарастающее тепло и удовольствие бесконечно усиливаются. Лекса ухмыляется и надавливает большим пальцем на клитор Кларк, удивляя ее и вызывая тихий вздох. Достаточно скоро они входят в ритм: Кларк медленно скачет на пальцах Лексы, а Лекса подстраивается под нее и добавляет удовольствие, оставляя поцелуи там, где только может — на ее челюсти, губах, шеи, груди. Через некоторое время блондинка начинает всхлипывать все увереннее. Лекса ухмыляется, когда чувствует, что та приближается к оргазму, и, чтобы помочь ей его достигнуть, она принимается посасывать точку пульса на ее шее, проводя языком по нежной коже, продолжая уже не двумя, а тремя пальцами неуклонно ее трахать. Слегка отстранившись, чтобы снова завладеть губами Кларк, она замечает красный засос на ее бледной коже, и ее распирает от гордости. Ей нравится оставлять отметины на Кларк, как записки, говорящие об ее любви и намекающими на тот факт, что Кларк принадлежит ей и только ей. А еще она знает, что эти засосы нравятся и самой Кларк. Лекса целует ее, проскальзывая языком ей в рот, когда всхлипы блондинки становятся еще более агрессивными, а затем раздается стон, и Кларк напрягается и крепче сжимает плечи Лексы, пока тело вновь не успокоится. Кларк изматывается, но на ее губах застывает счастливая улыбка, и когда Лекса укладывает ее на кровать, она лениво обвивает руками ее шею и притягивает к себе для поцелуя. — Сказала же, что у нас будет секс, — бормочет она. — Много секса. — Много секса? — спрашивает Лекса, намереваясь слегка подразнить Кларк. — Ну, было не так уж и много... Кларк снова ее целует, прежде чем ответить. — Думаешь, мы закончили?
