Последний император

      3 года спустя. Столица Викторианского Королевства, город Меридиум.                     Небольшая группа воинов, сопровождающая молодых юношей и девушек, а также несколько открытых повозок медленно приближались к центральным воротам столицы. Стража города уже давно заметила отряд с символикой церкви на одежде, так что прибывших членов святого ордена уже ждал старший офицер смены. Группа остановилась, и к ожидавшему офицеру двинулся вербовщик ордена.              — День добрый, сэр Ульрих, — поприветствовал стражник подошедшего седовласого воина. — Жарковато сегодня, не правда ли?              — Добрый-добрый, — добродушно ответил Ульрих, улыбнувшись в пышные усы. — Действительно, погода в этом месяце на редкость неприятная. Ни единой тучки или прохладного ветерка, странствовать в таких условиях одна морока.              — Это точно, — согласно кивнул стражник, после чего покосился на ожидающую вербовщика группу. — Сэр Ульрих, вы опять по работе в наших краях? Смотрю, много желающих вступить в ваш орден набралось.              — Да нет, мы уже покидали королевство, — отмахнулся мужчина, открывая набедренную сумку, из которой аккуратно достал продолговатый темный мешочек, затянутый коротким шнурком. Развязав его, седовласый воин извлек небольшой свиток, — но поступил приказ посетить Меридиум и подобрать еще одно кандидата.              — Кто же он такой, что ради него уже готовую группу разворачивают, — хмыкнул офицер, разворачивая свиток, после чего удивленно присвистнул. — Серьезная бумага, аж самим архиепископом заверенная!              После того, как стражник пробежался по тексту, его брови удивленно поползли вверх.              — Эрнест? Наш принц Эрнест?              Собеседник согласно кивнул.              — Все согласовано, Его Величество дал свое добро. Не уверен, но кажется, что именно он предложил архиепископу кандидатуру. Посланник не был особо в курсе, так, слышал разговор…              — Понятно, — задумчиво почесал затылок офицер. — И часто к вам такие интересные новички в орден попадают?              Ульрих дружелюбно улыбнулся.              — Всякое бывает. Благородные часто отдают своих детей церкви. Ладно, сопроводишь нас до дворца?              — Конечно, сэр Ульрих, одну минуту, пожалуйста.              Пока офицер отдавал указания другим стражникам, седовласый воин подозвал троих товарищей. Немного побеседовав с ними, один из группы отделился и вернулся к остальным, которые стояли за воротами, в то время как двое оставшихся всем своим видом показывали свою готовность выдвигаться.              — Сэр Ульрих, если вы готовы, то мы можем отправляться.                            

***

             По словам товарища, в столице проходил осенний фестиваль урожая. Давид с восторгом крутил головой по сторонам, разглядывая толпы людей, торговые и развлекательные палатки, музыкантов, трюкачей и актеров, играющих на радость толпе зевак различные сценки. Запахи в воздухе стояли просто восхитительные. Печалило то, что они в городе с определенной целью, не подразумевающей задержек. Забрать принца и отправиться обратно в святую цитадель. Никакого праздника, даже если очень захочется.              Но в этом были и свои плюсы. Несколько лет назад Давид был обычным крестьянским мальчишкой без каких-либо ярких перспектив. Жизнь младшим сыном в фермерской семье юношу не устраивала, поэтому, когда через их деревню проезжал конвой инквизиторов церкви, он прибился к ним, видя в них шанс выбраться из серой и неинтересной деревни. Естественно, родители были против: рабочие руки на ферме всегда нужны, но у Давида было на это свое мнение. Мальчика взяли. Спустя годы Давид закончил общее обучение для вступивших новобранцев, и началась практическая часть.              Уже около года он путешествовал вместе с воинами ордена. Пока как помощник, но юношу это мало волновало: он увидел мир, посетил множество городов и стран, получил свое первое оружие. Это означало, что в случае боевого столкновения он будет участвовать в сражении, пускай и не на передовой, но тем не менее. Хотя, у отряда вербовки небоевые задачи, поэтому большую часть времени Давид откровенно скучал. После того, как он сопроводит группу, его отправят на следующее задание. Возможно, даже опасное.              «Такого не будет, да куда мне?» — усмехнулся юноша, двигаясь с товарищем за Ульрихом и стражником через толпу. — «На охоту отправляют лишь хорошо подготовленных воинов. Братом по оружию я стану в лучшем случае через год-другой, да и не факт, что даже тогда отправят… Если только для поддержки или прикрытия…»              У входа во дворец произошла небольшая заминка, пока стражник в паре с командиром докладывали гвардейцам цель визита. После предъявления грамоты архиепископа гвардеец коротко кивнул и приказал двигаться за ним. Уже в сопровождении гвардейца их группа вошла в замок.              «Интересно, а сэр Ульрих когда-нибудь участвовал в охоте?» — задумался Давид, разглядывая седовласого воина, о чем-то тихо переговаривающегося с гвардейцем. В течение года им никто не попался, юноша даже ни разу не извлекал своего меча. Так что блеск стали он видел лишь тогда, когда ухаживал за оружием во время привалов. Да, их миссия была совершенно мирной, но все же… Даже бандиты предпочитали игнорировать и обходить членов ордена. Хотя, наверное, они просто понимали, что брать с них было нечего.              Гвардеец что-то негромко сказал служанке, и та быстро удалилась. Замок поражал своим безмолвным величием. На улице пекло осеннее солнце, но внутри сохранялась прохлада. Столица Викторианского Королевства была большой, шумной, многообразной, в ней собралось множество самых разных личностей, город кипел жизнью, словно огромный муравейник, в то время как дворец представлял собой немого титана, гордо возвышающегося над городом. Просторные залы и коридоры, по которым бесшумно передвигались придворные и слуги, молчаливые гвардейцы, гордо несущие молчаливую службу на постах, и избыточная атмосфера серьезности.              Давид слышал от товарищей, что не так давно на короля было совершено покушение, которое приковало Его Величество к кровати. Монарх ослаб здоровьем и стал сдавать позиции. Юноше описывали Эдмунда как волевого и целенаправленного человека, который привел королевство к процветанию и стабильности. Похоже, что даже болезнь не смогла перебороть эти качества короля. Сказать точнее было сложно, так как Давид не очень много знал про местную политику, ведь сам был родом из другой страны. На уроках в церковных школах рассказывали о каждой стране и ее правителе, что-то юноша узнавал непосредственно от товарищей и братьев ордена в дороге, так что знания были неполные. Тем не менее в общих чертах он представлял себе, что это за королевство и кто им управляет.              Когда к ним в зал вышел мальчик лет десяти-двенадцати, Давид начал лихорадочно вспоминать, что знает об отношениях короля и его детей. Пусто. Ничего такого он не слышал.              — Это принц Эрнест, — шепнул ему товарищ, наблюдая, как вслед за мальчиком в зал вошла девочка. Судя по всему, это была его сестра. — Ему сейчас одиннадцать лет, представляешь?              Было чему удивиться. Аристократы не часто отправляют своих отпрысков в ряды ордена, хотя иногда такое случается и положительно сказывается на их репутации и отношениях. Но делается это немного иначе. В ордене обучают всем необходимым наукам и основам выживания. Церковь радеет за то, чтобы члены ордена были грамотны, умели читать и писать, знали основы торговли и земледелия, изучали медицину и прочие науки. В общем, делает все, чтобы развитие было разносторонним. Поэтому аристократы отдают в орден своих детей в шесть-семь лет, чтобы ребенок успел обучиться всем этим основам. Иные добровольцы довольствуются тем, что остается. К примеру, сам Давид попал в орден в возрасте девяти лет и, понятное дело, курс успел пройти не целиком. В пятнадцать лет вне зависимости от того, успел ты изучить весь материал или нет, ты покидаешь территорию школы и отправляешься в мир. Если же по какой-то причине благородные решаются на подобный шаг позже семи лет, обычно они оставляют детей дома, продолжая их обучение по старинке: с личными преподавателями и наставниками, а по достижении пятнадцати лет отдают их в орден, где те сразу же отправляются путешествовать по миру.              — Интересно получается, — согласно хмыкнул Давид, окинув взглядом парнишку. Худенькое тело, тонкие ручки. За спиной наплечная сумка средних размеров. Ничего особо запоминающегося — самый обычный ребенок благородных кровей, не знающий тревог и забот. Таким приходится сложнее всех, ведь они привыкли жить в роскоши и на всем готовом. К работе не приучены, тяготы жизни им не ведомы.              Еще кое-что сильно удивило юношу — отсутствие прощальных процессий, фанфар, никаких слуг с огромным количеством багажа. Провожала принца его сестра. Даже служанка не стала задерживаться и отправилась по своим делам.              «Неужели этот мальчишка чем-то не угодил королю?» — девочка суетилась вокруг брата, постоянно поправляя тому сумку, проверяя ее содержимое и расспрашивая мальчика на счет забытых вещей. Она все мельтешила и мельтешила, от чего ее светлые волосы весело прыгали из стороны в сторону. Взгляд зацепился за свисающий локон седых волос. — «Вот так вот избавляется от своего прямого наследника. Хотя какое мне дело?»              — Не забывай писать письма, хорошо? — девочка крепко заключила брата в объятья и долго не отпускала, видимо, стараясь сдержать слезы. — Будь сильным и никогда не сдавайся, понял? Я так горжусь тобой, Эрни…              — Береги себя, Люсита, — прозвучал спокойный голос мальчика. — Еще увидимся.              — Подожди, — девочка протянула ему запечатанный конверт. — Это от Ари. Она передает тебе привет, а еще попросила как-нибудь заехать к ней, если будет время и возможность. Еще Лелуш попросил за него попрощаться и передать тебе: «Будь решительным до конца, смело иди к своей мечте». Жаль, что он не успел вернуться…              — Ничего страшного, — Эрнест ласково улыбнулся своей сестре, погладив ее по голове. — Главное, что ты была все это время рядом. Спасибо тебе, большое спасибо.              Уголки губ девочки дернулись, а после она неуверенно улыбнулась. Ее голубые глаза влажно заблестели.              — Я не прощу тебя, если с тобой что-нибудь случится, понял?              — Все будет хорошо, мы обязательно с тобой еще встретимся.              — Ты пообещал, — заключила Люсита, вытерев рукавом платья мокрую дорожку на щеке.              Принц еще раз улыбнулся сестре, развернулся и подошел к ожидающей его группе. Сэр Ульрих кивнул гвардейцу:              — Что ж, нам пора. Мы возвращаемся в Сент-Хейвен, сэр. Благодарю за вашу помощь.              Спустя пару минут группа вышла с территории дворца и снова оказалась в шумном городе. Бывший принц ни разу не оглянулся на замок, решительно смотря прямо перед собой. Взгляд у мальчишки был тяжелый, ничуть не детский, так что Давид на секунду задумался: а не поспешил ли он с выводами?                            

***

                    Западная граница Викторианского Королевства, город Вальдес. Поздний вечер.              Лелуш с наслаждением отхлебнул горячего чая из серебряной чашки, вглядываясь в алые всполохи пламени над погрузившимся в сумерки городом. Невыносимая жара дня сменилась приятной прохладой ночи, и принц с удовольствием наблюдал со второго этажа постоялого двора за суетой людей, пытающихся потушить горящие склады. Вероятнее всего, часть товара получится спасти, но мальчика это не волновало. Главное, чтобы его намек поняли.              Уже более двух недель, как он находился в этой области. Естественно, официально он был в совершенно другом месте. Лелуш активно пользовался тем, что простой народ не знает принца в лицо, и путешествовал по королевству инкогнито. Статусом он не светил, одежду всегда подбирал неброскую, да и действовал через своих людей. Поджоги складов с товарами барона — это лишь очередной его намек упрямому аристократу.              — Что с торговцами? — спросил Лелуш, не оборачиваясь к собеседнику. За его спиной стоял ничем не примечательный мужчина в дорожном плаще. Среди своих подручных у принца нашлось несколько достаточно талантливых и беспринципных личностей, которых он смело прозвал «Стервятниками». Таких интересовал только доход, мораль им была чужда, и они всегда четко исполняли его указания, организовывали различные операции и следили за процессом их исполнения. Из-за предыдущего покушения на короля Лелушу пришлось надолго залечь на дно, ведь Эдмунд решил перевернуть королевство вверх дном, но найти заказчиков. Тогда-то и проявили себя Стервятники. Они были его глазами и ушами, а также очень грязными руками, которыми молодой наследник залез во многие тогда недоступные ему места. Да, иногда он терял их, но место было заманчивым, и всегда находилась замена утерянным. Вопрос был лишь в деньгах.              — Все исполнено в лучшем виде, — заверил принца наемник. — Купцам было сделано убедительное внушение, так что в течение недели город покинули многие. Также я уделил внимание слухам и распространил информацию о рэкете и бездействии людей барона, так что поток новых товаров в город значительно уменьшился, а большая часть торговцев предпочитает объезжать Вальдес. Многие недовольны бездействием, беспокойство людей растет.              — Хорошо, — довольно кивнул Лелуш, допивая чай. Вечер был сегодня просто отличный, все шло по плану. Но оставалось сделать еще один ход, после чего можно будет объявлять шах барону. — Собирай людей. До восхода атакуй северную заставу. Убивать много не надо. Уничтожьте пару построек, уведите лошадей, подожгите арсенал. Как только почувствуешь, что силы не равны — сразу отступай, — окинув взглядом полыхающие здания на другом конце улицы, принц не смог сдержать улыбку. — Не будем доставлять господину Бергу еще больших проблем… Пока что. Достаточно и того, чтобы он согласился рассмотреть наше щедрое предложение.              — Сделаю, — коротко ответил Стервятник, после чего удалился.              Лелуш решил еще немного задержаться на балкончике, наслаждаясь прохладой ночи. К утру дело будет сделано, его непосредственный контроль здесь не нужен. Принц сполна оценил свое детское тело. Как плюсы, так и минусы. Да, его никто не воспринимал всерьез, и первое время были некоторые трудности в работе с людьми, но после все утряслось. Многие из тех, с кем он работал, даже не подозревали, что над ним никто не стоит. В Лелуше видели смазливую на личико марионетку в чьих-то руках, и сам мальчик не спешил разубеждать их. Гордость было достаточно легко задавить простой логикой — если ты марионетка, то и копать будут под кукловода… Которым можно назначить кого угодно, выставив себя наивной жертвой.              Вернувшись в комнату, Лелуш забрался в уже расправленную Грейс постель и потушил лампу на прикроватной тумбочке. После покушения Эдмунд как с цепи сорвался, и в то нелегкое время полетело множество голов, виновных и не очень. Лелушу пришлось затаиться, отложить свои планы и действовать максимально скрытно и осторожно. Любой необдуманный шаг мог стать для него фатальным. Та же Грейс, приставленная королем служанка, начала активно следить за наследником, и Лелуш ничего не мог с этим поделать. Первое время он собирал всю доступную информацию о ней, наводил справки насчет семьи, дел вне дворца, старых историй — в общем, пытался узнать о ней все, что можно было бы использовать себе на руку и склонить надоедливую служанку на свою сторону. Тщетно. К ней было не подступиться, не на что было давить, и тогда Лелуш воспользовался гиассом.              Это было простым решением проблемы, очень простым. Подчинив себе служанку, Лелуш развязал себе руки, выбирая, какую информацию будет получать от нее Эдмунд. Но заигрываться Лелуш не стал. Он и так рисковал. В то время даже появилась дурная мысль «подчинить себе так весь дворец, чем сильно облегчить задачу», которая искушала молодого принца совершить дерзкий поступок, но он с легкостью от нее избавился. За три прошедших года Лелуш лишь несколько десятков раз использовал силу подчинения, извлекая из этого максимальную выгоду. Гиасс не вышел из-под контроля. Принц и дальше планировал обходиться лишь своими силами.              Это было не так уж и сложно. У него было множество преимуществ, таких как королевский статус, привилегии, ну и само детское тело. Король подозревал в покушении старших наследников, но и не обделял вниманием младших. Эдмунд не был дураком и прекрасно понимал, что младших наследников можно легко использовать против него, а потому и постоянно бдил, следил за ними, чем Лелуш и пользовался. В этом деле ему помогла Грейс. Если Лелушу кто-то сильно мешал, нарушая все его планы, он просто приказывал своей служанке доложить королю о том, что данная личность пыталась воздействовать на наследника. Естественно, когда в дом очередного аристократа прибывала королевская гвардия, все необходимые улики, которые бы указывали на его вину, уже были на месте. Руками Эдмунда Лелуш устранил достаточно помех на своем пути, сам при этом оставшись чистым. Старый король довольно потирал руки, радуясь очередному несостоявшемуся покушению, ну, а люди принца получали свободу действий.              Лелуш, словно паук, оплетал своей паутиной Викторианское Королевство, внедряя своих людей во все регионы, постепенно перебираясь в другие страны. Сеть информаторов и агентов снабжала принца драгоценной информацией и средствами, которые Лелуш пускал в оборот. К примеру, ему удалось с легкостью выйти на нанятых три года назад убийц. Они все оказались членами таинственной организации, носящей характерное название «Умбра». Выжившие в ту ночь убийцы не раскололись в пыточной короля, и их было решено казнить. Перед исполнением приговора Лелуш зашел к каждому. Пусть пытки и не смогли разговорить молчаливых ассасинов, но вот против гиасса они выстоять не смогли. Однако заказчик остался неизвестным. Приговоренные не знали, кто оплатил их услуги, они лишь следовали приказу. Найти в королевстве представителей организации оказалось не так уж сложно, но дальше след обрывался. Через кого именно был сделан заказ, узнать не удалось: представители Умбры не контактировали между собой, слежка за ними дала это понять. Их считали расходным материалом, и даже оплата их услуг проводилась не напрямую, поэтому Лелуш решил на время оставить организацию в покое. Но теперь у него была возможность связаться с членами этой организации... и даже воспользоваться ее услугами.                            Раннее утро встречало запахом гари и почерневшими зданиями складов, вокруг которых толпился народ. Пожар удалось локализовать, и пламя не перекинулось на другие постройки, лишь облизав те жаркими языками, но сами склады сгорели, оставив после себя перепачканные в саже каменные элементы и редкие уцелевшие деревянные конструкции. Прогуливаясь мимо скопления людей со своей камеристкой, Лелуш отметил, что товар удалось спасти, и сейчас он стоял недалеко от места пожара под охраной воинов барона. Народ активно обсуждал последствия пожара, кладовщики с ужасом пересчитывали потери, гремя счетами и шелестя бумагой под раздраженные крики торговцев. В толпе мальчик разглядел приближающегося к нему Стервятника.              — Как прошло? — спросил он наемника.              — По плану. Потерь среди наших людей нет, — бесстрастно отчитался мужчина.              Лелуш задумчиво поднял взгляд на городские башенные часы, прикидывая оставшееся время до отправления.              — Парламентер прибыл?              — Да, господин Реймон, она ожидает ваших указаний, — Стервятник указал кивком головы в сторону ожидающего на площади дилижанса с заспанным кучером, ухаживающим за лошадьми.              — Она? — удивился принц.              — Все верно. Не беспокойтесь, она отлично подходит для переговоров с бароном, у нее большой опыт в общении с аристократами.              — Вот значит как…              Не то чтобы Лелуш не доверял женской харизме и их умению убеждать, просто в данный промежуток времени девушки имели меньше власти и веса, нежели мужчины, и мало кто воспринимал их всерьез. Вполне возможно, что это не относилось к этому миру или же к этой стране. Лелуш нахмурился — данную тонкость он как-то обошел своим вниманием.              Прибывшая на дилижансе девушка приятно удивила наследника. Хитрый взгляд, яркая внешность и высокая образованность придавали ей вид уверенной в себе аристократки, которой она не являлась. Поправив длинные светлые волосы, девушка с легкой усмешкой рассказала, что раньше была участницей цирковой труппы, ну, а после применяла свои актерские навыки в других местах. Ей было за двадцать, но с помощью косметики она могла увеличить или уменьшить свой возраст визуально, с этим у нее проблем не было. Для Жаклин — так ее звали — проникнуться своей ролью вообще не составило труда. От нее требовалось предстать перед бароном поверенной другой персоны, от лица которой она и прибыла на переговоры. Девушка схватывала все на лету, быстро находилась при неожиданных вопросах Лелуша и прекрасно владела собой.              Большую часть информации Жаклин получила еще из письма Стервятника, так что принцу оставалось только объяснить детали и определить стиль общения с аристократом. Выдав ей аванс в половину от заявленной суммы, он отпустил девушку на встречу в сопровождении Стервятника. По дороге к поместью барона к ним присоединятся еще несколько человек из группы наемника, чтобы придать «весу» прибывшему парламентеру. Лелуш не переживал на счет того, как пройдут переговоры. Даже если Жаклин не справится, принц организует еще несколько акций агрессии, а после уже лично отправится к барону. Пускай он и покажет свое лицо, чего он так не желает, но это не критично. На крайний случай у него есть гиасс и наемники.                            Времени до отправления было еще достаточно, так что Лелуш решил прогуляться по Вальдесу. Все же город был довольно большим и оживленным, так что тут было на что посмотреть. Сам город располагался на торговых путях, так что всяких разных торговцев тут было огромное множество, даже с условием того, что мальчик и его наемники уже неделю создавали проблемы барону, отпугивая от города приезжих гостей и купцов. Примечательно было то, что основной товар здесь был по большей части импортом из Франского государства, рядом с границей которого и располагался Вальдес. Франки, как успел узнать Лелуш, славились своими кузнецами, мастерами по обработке камня, металлургами и ювелирами. Их земли были богаты полезными ископаемыми, а недавняя победа над Орлеем с захватом Астарийского полуострова значительно расширила территорию государства. Торговые дома и гильдии разрослись и открыли свои филиалы в других странах, куда и начали массово сбывать товар. Для нынешнего времени их ювелирная продукция выглядела бесподобно.              «Может, прикупить чего Люсите?» — мальчик вместе с молчаливой Грейс замер возле лавки торговца ювелирными украшениями.              — Чем-то заинтересовались, молодой господин? — поинтересовался сухого вида торговец, взглянув на мальчика поверх круглых очков. Вид у Лелуша сейчас был не шибко презентабельный, но и прогонять его явно не будут.              — Да, как раз думал, чем побаловать сестренку, может быть, вы подскажете? — добродушно улыбнулся принц.              — Конечно. Какие предпочтения у вашей сестры?                            Лелуш откровенно убивал время. Подобрав с ювелиром изящный браслет-цепочку, он разговорился с торговцем, интересуясь слухами и новостями. Как он и думал, многие сейчас озабочены повышением активности преступных группировок. Бандиты за стенами города так же активизировались, все чаще нападая на торговые караваны и простых путешественников. Стража города и люди барона просто не успевали реагировать на вспышки преступности. Слушая жалобы купца, Лелуш увидел сквозь витрину лавки большое одноэтажное здание, у входа в которое дежурила пара охранников.              — Это рынок рабов, — проследил за взглядом ювелир.              — Не самое приятное соседство, я полагаю, — усмехнулся мальчик.              Мужчина повел головой.              — Отнюдь. Посетители рынка — обеспеченные люди, и моя лавка находится как раз напротив. Ко мне часто захаживают, иногда скупая украшения для рабов. Никогда не понимал таких…              Но Лелуш уже не слушал. По докладам своих наемников он знал, что в городе имеется такой рынок, в этом нет ничего такого. Но рынок был необычный. Можно сказать, он почти в открытую торговал детьми, что не очень одобрялось в королевстве. Барон закрывал на это глаза, имея определенную выгоду. Участь детей-рабов была не лучше взрослых, если не хуже. Естественно, цены на такой товар были на порядок выше, но покупатели всегда находились, что не удивительно. Как-то неожиданно для себя принц вспомнил свое недолгое заточение в лагере. Пусть он и был там рабом исключительно образно, но вот другие дети были уже настоящими рабами, и, даже не пробыв там долгое время, Лелуш проникся той обстановкой безысходности и отчаяния.              Расплатившись за покупку, Лелуш покинул лавку и направился к рынку. Вблизи здания виднелись многочисленные повозки, около которых суетились слуги, помогая загружать и разгружать товар, в числе которого присутствовали и рабы. Когда мальчик подошел ко входу, ему перегородил путь широкоплечий мужчина с характерным шрамом на щеке. Грозно сверкнув взглядом тусклых глаз, он скорее утвердительно, чем вопросительно произнес:              — Мальчик, ты потерялся, — Лелуш спокойно посмотрел снизу вверх на охранника.              — Это ведь рынок рабов, разве я не прав? — прежде чем мужчина успел ответить, принц флегматично продолжил: — Какая цена за вход?              — Два серебряных, — на автомате ответил верзила, удивленно уставившись на Лелуша.              — Грейс, будь так добра…              Служанка молча подошла к охраннику и протянула две сверкающие монетки, скинув их в раскрытую ладонь мужчины. Винтики в голове верзилы вновь закрутились, и он отошел в сторону, открывая мальчику вход.              Рынок представлял собой просторное, хорошо освещенное помещение со стендами и ростовыми клетками, столбами с цепями и прочими средствами удержания невольных людей. Народу было много, шла бойкая торговля, была слышна грязная ругань и ожесточенные споры.              — Не самое лучшее место для человека вашего статуса, — послышался позади осуждающий женский голос. Лелуш обернулся. К Грейс вновь вернулось самосознание и ее глаза перестали светиться блекло-красным цветом.              — Статус — лишь иллюзия, за которой многие так любят прятаться, — спокойно ответил ей принц, продолжив идти вперед. — Представь на секунду, что статусы ничего не значат, и скажи мне, чем мы будем отличаться от них? — кивнул мальчик в сторону закованных в цепи рабов.              — Тем не менее, господин… Рэймон, статус определяет место человека в обществе. Отказываясь от статуса, вы противитесь общественному мнению, отрекаясь от общего порядка вещей.              — Мнение имеет свойство меняться, Грейс, как и порядки, — легко парировал Лелуш, разглядывая рабов, выставленных на продажу. Зрелище было не из приятных… Множество людей создавали неприятный ушам непрерывный гам. В здании рынка даже дышалось с трудом, запахи стояли на редкость отвратительные: тонкие шлейфы изысканных духов перемешивались между собой и сливались с запахами грязных тел рабов, создавая непередаваемый аромат, от которого слезились глаза и начинала болеть голова.              — Тем не менее вы не в силах изменить то, что было утверждено годами и поколениями, — неуверенно заключила служанка.              Мальчик весело усмехнулся.              — Если не я, то кто, скажи мне? — в голосе принца послышались ядовитые нотки. — Люди привыкли перекладывать ответственность на других, ожидая, что те сделают все за них. Но чем же другие отличаются от нас? Почему кто-то может изменить устройство общества, а я или ты нет?              

***

             Грейс в очередной раз промолчала, продолжая следовать за наследником. Даже при наличии сознания женщина была абсолютно беззащитна перед волей Лелуша. Сначала он казался ей шкодливым ребенком с огромной властью и такой же огромной безответственностью. Но это оказалось лишь маской, и поняла это Грейс слишком поздно. Принц обладал непонятной силой, которая не позволяла ослушаться его приказов. Как только с его уст срывался очередной приказ, служанка чувствовала, как воля покидает ее, а тело начинает двигаться самостоятельно. Ужаснее всего было то, что какое-то время она не помнила, какие приказы ей пришлось выполнять, пока принц не отдал очередной приказ. Теперь она запоминала все, что выполняла под проклятием своего господина.              Лелуш оказался настоящим демоном. Хитрым, подлым, продумывающим каждый свой шаг наперед, предсказывая последствия и играя в опасные игры с окружающими. Перед ней он больше не скрывал своего настоящего лица. В коварности это дитя могло соперничать со взрослыми аристократами, при этом конечной его цели Грейс понять не могла, а сам Лелуш рассказывать не спешил. Из общения с «новым» Лелушем она поняла одно: мальчик пренебрегал всеми нормами и правилами. Его собственный статус или чей-либо еще принца совершенно не волновал.              — Знаешь, ты ведь сейчас совершенно от них не отличаешься, — спокойным тоном произнес Лелуш, взглянув Грейс прямо в глаза. — Ты тоже лишена свободы. Я могу делать с тобой все, что захочу. И знаешь, даже не подчини я твою волю, ничего бы не изменилось — ты бы точно так же делала все то, что я скажу. Спасает ли тебя статус в этом случае?              Естественно, Грейс все это понимала. Отвечать на очередной риторический вопрос принца она не стала. Он часто задавал ей такие вопросы, заставляя служанку задумываться. Его взгляды были… дикими. Неуместными. Лелуш любил разводить полемику, совершая подмену понятий. Но как-то незаметно для самой себя Грейс даже начала в чем-то соглашаться с маленьким демоном. Было в его словах что-то новое, пускай и непривычное. Хотя больше было похоже на то, что он просто издевался над ее бедным представлением об этом мире, искушая сладкими речами.              — Однако, даже если ты и эти рабы в схожей ситуации, различия все же есть. Все дело в отношении. В моем отношении к тебе, в отношении работорговцев к своему товару, в отношении окружающих к происходящему. Для людей творящаяся здесь торговля является нормой, и они даже не задумываются, что вполне могли бы оказаться на месте этих рабов, сложись их жизнь немного иначе, — Лелуш прошелся вдоль клеток, ловя на себе затравленные взгляды заключенных в них людей. — Мы часто прячемся за своими статусами, предпочитая не задумываться над тем, что происходит вокруг. Принц должен сидеть во дворце и не посещать подобные места, жить, ни в чем себе не отказывая, чтобы потом встать во главе страны, ну или же продолжать жить так же, если корону получит кто-либо другой. Раб должен смириться со своей участью и положением в обществе, потому что так принято, а простые люди должны жить и делать вид, что все как должно быть, не задумываясь о том, что они сами могут оказаться на месте рабов.              Задержавшись возле одной из клеток, Лелуш задумчиво обвел глазами ее узника. Грейс проследила за его взглядом и поморщилась. Внутри была девочка, приблизительно одного с Лелушем возраста. Точнее сказать было сложно из-за ее состояния.              — Не подумай, я не какой-нибудь идеалист, верящий в утопию. Система устроена таким образом, что всегда будет кто-то страдать. Идеальный мир недостижим, и именно этим он прекрасен. Сколько бы хорошего ты ни сделал, всегда будет куда стремиться, всегда будет что улучшать и развивать. И делать это может каждый.              В этот момент к Лелушу с Грейс подошел владелец рабов, с которым принц перекинулся парой слов на счет заинтересовавшей его девочки. Цена оказалась больше, чем за взрослого раба, но Лелуша это не смутило. Когда девочку выпустили из клетки, женщина смогла ее хорошенько разглядеть. Слипшиеся длинные темные волосы, грязное лицо, впалые щеки, угловатые формы тела, потухший взгляд серых глаз. Было видно, что девчонке досталось. Опустив взгляд в пол, она безвольно следовала за работорговцем, не проявляя никакого интереса к происходящему. Послышался звон монет, и в руках мужчины скрылся увесистый мешочек. Снова ее господин совершил странный поступок. Она уже давно перестала его понимать.              

***

             — Да как вы смеете предлагать мне подобное?! — в очередной раз взорвался недовольством барон. Жаклин спокойно подождала, пока аристократ успокоится и немного придет в себя. В любом случае переговоры шли замечательно, и она почти расколола своего оппонента. — Неужели вы думаете, что у меня нет чести?!              — Господин Берг, мы здесь не для того, чтобы подвергать сомнению наличия у вас чести и гордости. Не сомневаюсь, что вы человек слова и как никто другой заинтересованы в благополучии своих владений и людей, живущих здесь. Мудрый правитель всегда заботится о своих подданных, — девушка встретилась глазами с бароном, — и всегда выбирает наилучший вариант развития. Давайте станем партнерами, господин Берг, и тогда мы гарантируем процветание ваших земель.              — И это после того, как вы сами начали мешать этому процветанию? — ехидно усмехнулся мужчина, на что Жаклин ответила доброжелательной улыбкой. Ей было это не сложно. За ее спиной стояли наемники того странного мальчишки, сделавшего такой необычный заказ на ее услуги. Она не переживала за свое здоровье, людей у заказчика оказалось достаточно, чтобы взять поместье барона штурмом при необходимости. Естественно, сам барон об этом был так же в курсе.              — Это было необходимо, чтобы привлечь ваше внимание, господин Берг, — закинув ногу на ногу, ответила девушка. — У вас не хватает сил и людей, чтобы удержать свои владения, мы же предлагаем помощь в этом. Бандиты покинут ваши владения, и путешествовать будет безопасно в любое время суток любому количеству человек. Все, что вам нужно, — это просто закрыть глаза на некоторые наши действия.              — И как же бандиты уйдут из моих земель, если они сейчас прямо передо мной?              — Видите ли, бандиты, в отличие от нас, переговоров не ведут и взамен ничего не предлагают. Поверьте, мы не собираемся заниматься ничем таким, что могло бы опорочить ваше имя или кинуть тень на ваши заслуги. Никто не заподозрит ваше благородие в связях с нами, наоборот, все будут думать, что вы успешный и достойный своего титула человек, прекрасно справляющийся со своими обязанностями. Мы проследим, чтобы иного мнения о вас у людей не появлялось.              Барон какое-то время задумчиво разглядывал Жаклин, оценивая ее предложение. Сделано оно было с позиции силы, и каждый в этой комнате понимал, что это самый обыкновенный шантаж, но Рэймон решил смягчить момент, предлагая иллюзорное «благополучие». По крайней мере, так думала Жаклин. Может быть, мальчишка действительно планировал оставить тут своих людей, чтобы обеспечить условия их договора. Девушка этого не знала и узнавать не собиралась. Совать свой нос в чужие дела было чревато проблемами, она это прекрасно понимала, а потому всегда делала то, что от нее требовалось, не задавая лишних вопросов. Хотя такая работенка у нее была впервые. Гораздо чаще она занималась шпионажем и совращением конкурентов своих заказчиков, но вот запугиванием, причем таким необычным, Жаклин занималась впервые, зато сумма за переговоры была приличная, отказываться было глупо.              Как и ожидалось, Берг сдался, дав свое согласие и начав заполнять необходимые бумаги, заверяя их своей печатью. Это был очень наглый способ добиться своего, и он сработал! Кто бы ни стоял за мальчиком, но голова на плечах у него точно была, раз он догадался провернуть такое. Теперь его люди могли беспрепятственно перемещаться по владениям барона и вести тут свои дела, которые будут активно игнорироваться местной властью и стражей. Удобно. Но непонятно, зачем это все… Но, опять же, Жаклин задавать вопросов не будет.              Аристократ выглядел подавленным. Улыбнувшись и пожелав удачи в будущих делах, Жаклин покинула вместе с наемниками поместье, неся в руках папку с бумагами барона. В условленном месте ее уже ждал малец со своей служанкой. Брови девушки удивленно поползли вверх, когда рядом с ними она увидела дурно выглядящую и так же пахнущую девчонку одного роста с ее заказчиком. По сковывающим ее цепям легко можно было догадаться, кто она и откуда.              «Интересно, зачем она ему понадобилась?» — судя по пустому взгляду, девчонка была слаба умом.              — Как прошло? — поинтересовался Рэймон, игнорируя любопытный взгляд Жаклин.              — Барон Берг согласился на сотрудничество, здесь все необходимые бумаги, — девушка передала папку. Пробежавшись глазами по содержимому документов, Рэймон довольно кивнул.              — Отличная работа, — мальчик достал увесистый мешочек и передал его в руки девушки. — Благодарю за старания.              — Надеюсь на нашу дальнейшую совместную работу, — сделав реверанс, с улыбкой ответила Жаклин.              Откуда-то сверху послышались хлопки крыльев, и на выставленную руку одного из наемников мальчишки спикировал гордого вида черный ворон. Сняв с лапки птицы бумажный сверток, наемник передал его Рэймону.              — Следовало ожидать, — хмыкнул мальчик через какое-то время, после чего перевел взгляд на наемника. — Собери подходящих людей и отправь их к Блуду. Придется немного поспешить с планом. Проследи за всем.              — Как прикажете, господин Рэймон, — кивнул мужчина, и группа наемников растворилась в толпе горожан.              — Если вы позволите, тогда и я пойду, — учтиво поклонилась Жаклин.              — Конечно, — улыбнулся мальчик, немного наклонив голову. — Мы с вами еще обязательно свяжемся, ваша услуга была неоценима.              Уже уходя, Жаклин расслышала обрывок фразы мальчика, который, по всей видимости, обсуждал содержимое записки с сопровождающей его женщиной.              —… отец при смерти и собирает всех своих наследников. Придется вернуться домой раньше времени…