Выбор

Стефан провел пальцем по зеркалу, стирая тонкий слой пыли. Он оставил подарок бывшего покровителя в своей квартире, когда переезжал. И уж точно не думал, что подарок вновь вернется к нему. — Куда мне это положить? Стефан обернулся. Держа в руках огромный сверток, Итан вопросительно смотрел на омегу. — На кровать, — отозвался Стефан. Слуга послушно положил сверток и отправился за остальными вещами. Стефан еще раз окинул взглядом знакомое помещение. Он вернулся в место, в котором прожил много лет, но ощущение дома так и не появилось. Наоборот, Стефан чувствовал себя здесь чужим. Хотя все лучше, чем в храме. Простуда уже практически прошла, а вот спина побаливала от резких движений. Омега был рад, что он наконец покинул имение Ларуа. Там омега хотя и был окружен заботой слуг, но чувствовал себя слишком неловко. Эрик с момента их разговора так и не появился. Стефан принял это как знак того, что маркиз окончательно отказался от него. Было больно. Так больно, что хотелось забиться в угол и реветь, не прекращая. Но Стефан сдерживал эти бессмысленные порывы. Он получил по заслугам и не имел права жаловаться. Но опустошение от этого никуда не делось. Он потерял всех, кто был дорог, и теперь не понимал, что делать дальше. Все его мечты рассыпались пеплом. Сейчас нужно было распаковывать и расставлять вещи, но у омеги не было на это сил. Сквозь пыльную пелену на Стефана смотрел побитый жизнью омега. Он сильно похудел, под глазами залегли круги, волосы были взлохмачены. Хотя Стефи и пытался уделить внимание своему наряду, но одежда оказалась помятой и выглядела неопрятно. И это даже не печалило. Для Стефана, который всегда был повернут на своей внешности, это означало крайнюю степень эмоционального истощения. Итан занес еще один сверток. Омега равнодушно наблюдал за слугой. Он был удивлен, что Эрик оставил ему этого слугу. Но Стефан был даже благодарен. Он привык к Итану и чувствовал себя рядом с ним расслабленно. Омега отправился на небольшую кухоньку. Следовало купить еды. Вроде как мужья решили сжалиться над ним и обеспечить его существование. Ранее омега только порадовался бы. Он раньше жил за счет альф и не видел в этом ничего плохого. Но сейчас стало немного мерзко. Хотя в шкатулке у Стефи было много дорогих драгоценностей. За их счет он мог жить безбедно до конца жизни. Омега раскрыл окно. В квартирке и так было прохладно, но захотелось вдохнуть свежего воздуха. Тут же закашлялся, опомнился и закрыл створки. Нужно будет разжечь камин, чтобы отопить хотя бы спальню. Омега решил вернуться в гостиную. Он открыл дверь и вступил в помещение. Неожиданно взгляд его наткнулся на высокую фигуру, стоящую посреди комнаты. — Прошу прощения, что явился без предупреждения, — произнес Эрик. Он окинул омегу изучающим взглядом. Увиденное ему не слишком сильно понравилось: Стефан выглядел нездорово. — Мне передали, что ты решил покинуть имение… — Да, — кивнул омега. — Что же, твое право, — ответил маркиз. — Но я здесь не просто так… Ты не хочешь прогуляться со мной? Стефан был удивлен, но отказываться не было причины. Он был рад Эрику. Он уже думал, что никогда больше не увидит своих бывших мужей. А если и встретит их вновь, то получит лишь презрение. Омега накинул свою зимнюю шубу, надел на руки перчатки. Эрик дожидался его на улице у экипажа. Он помог омеге взобраться в карету, а после расположился рядом. Стефан чувствовал себя взволнованным. Он понятия не имел куда едет, но ничего плохого не ждал. Несмотря ни на что, Стефан все еще доверял Эрику. С удивлением омега узнавал знакомый маршрут. — Куда мы едем? — взволнованно спросил он у маркиза. — В имение герцога Мидонского, — ответил альфа. — Не подумай ничего лишнего… Это просто недолгий визит, о котором никто не должен знать. Стефан почувствовал, как быстро забилось сердце в груди. Неужели?.. Всю оставшуюся дорогу омега был как на иголках. Дело было даже не в том, что имение стало для Стефана домом. Там был его ребенок. Эрик молча провел Стефана в детскую. Он уже предупредил слуг. Если все сделать правильно, Ирмир даже не узнает об этом визите. Стефан поспешно подошел к колыбели. Маленький Артур сладко спал. Омега впился пальцами в спинку кроватки. Он не мог отвести взгляда от своего маленького чуда. Конечно, малыш немного подрос, он округлился. Стал еще милее. Омега протянул руку и погладил пальцами теплую щечку. Стефан хотел бы взять ребенка на руки, но только не знал, как это правильно сделать. Ребенок казался таким маленьким, что было страшно навредить ему. — Ния, помогите Стефану взять ребенка… Стефи обернулся. Он даже не заметил, что Эрик тоже стоял неподалеку от него и внимательно наблюдал за омегой. Слуга, который присматривал за малышом, послушался. Он взял малыша на руки и осторожно передал его отцу-омеге. Артур даже не проснулся, только немного завозился и прижался к омеге. Стефан чувствовал, как по щекам текут слезы. Сейчас он ощущал себя счастливым. Наконец, его сын рядом. Целый, невредимый, здоровый. Они провели так много времени вместе. Стефан с таким нетерпением ждал появления на свет этого маленького чуда. Как же было пусто без сына, и как спокойно стало сейчас. Стефан опустился в кресло. Он не мог выпустить ребенка из рук, а потому бережно прижимал его к себе. Вскоре малыш огорошил омегу плачем. Ния тут же принес разогретое молоко. Стефан впервые кормил своего сына. Ребенок спокойно сосал соску, с интересом глядя на незнакомого взрослого, держащего его на руках. Утолив голод, малыш вновь уснул. Стефан не знал, сколько прошло времени. Ему ни за что на свете не хотелось отпускать свое чудо. Только рядом с сыном он чувствовал себя по-настоящему живым. — Пора, — безжалостно произнес Эрик, уничтожая идиллию. — Если Ирмир нас раскроет, он может разозлиться. Потом я снова привезу тебя сюда… Опуская сына в колыбель, Стефан едва сдерживал слезы. Но он вынужден был вновь покинуть своего ребенка. Герцог мог разозлиться, если бы узнал об этом визите. Тогда возможно дорога к сыну для Стефана закрылась бы навсегда. Стефан обреченно следовал за Эриком. И все же ему стало чуть легче. Он своими глазами убедился, что с малышом все хорошо. Эрик проводил его до самой квартиры. — Спасибо! — искренне произнес Стефан, когда Эрик уже собирался уходить. — Ты даже представить не можешь, что сделал для меня… — Думаю, представляю, — легко улыбнувшись, произнес маркиз. — Возможно, Ирмир тоже поймет, насколько вы с Артуром нужны друг другу, но на это нужно время. Он повернулся к двери, чтобы уйти, но Стефан схватил его за рукав. — Ты не ненавидишь меня? — спросил омега. — Я думал, ты больше никогда даже не взглянешь на меня… Ведь я предатель. Эрик повернулся к Стефану лицом. — Я не могу тебя ненавидеть, Стефан, — ответил Эрик. — Конечно, мне было не очень приятно узнать, что все это время ты был не до конца со мной честен. Но у тебя были на то свои причины. Теперь ты свободен и можешь жить так, как сам хочешь. Тебе больше не придется ломать себя из-за нас с Ирмиром. Стефан почувствовал недоумение от этих слов. Но он ведь сам рассказал Эрику о том, как пытался сбежать из брака. Возможно, альфа слишком серьезно отнесся к бредням больного омеги. — Нет, — поспешно произнес Стефан. — Это правда, что мне было сложно сначала. Я никогда не знал ничего хорошего от альф. Но быть любимым оказалось не так уж неприятно. Я понимаю, что не имею права на это… И все же вы с Ирмиром важны для меня. Я люблю тебя. Эрик замешкался. Он не ожидал этого признания. И все же появилось семя сомнения, что его обманывают. — Ты же говоришь это не потому, что хочешь, чтобы я помог тебе быть рядом с сыном? — спросил Эрик. — Если только из-за этого… не стоит. Я и так сделаю все, что от меня зависит. Стефан замотал головой. — Все это время я скучал не только по сыну. Пока тебя не было рядом, чего я только не напридумывал. Я думал, ты меня ненавидишь. От этого было больно. Знаю, после всего ты не можешь мне доверять. Но я говорю правду. Раньше я хотел быть самодостаточным и ни от кого независящим. Наверное, я ненавидел альф. Не мог простить за все, что мне пришлось пережить. К тебе с Ирмиром я относился как к очередным покровителям, которым нужно давать свое тело в обмен на деньги и титул. Но позже я внезапно стал частью семьи. Впервые в жизни ощутил искреннюю заботу и любовь. И вот чужие прикосновения приносили уже не только раздражение. Больно, что по собственной глупости я вас потерял. Я такой дурак… А ведь вы могли пострадать из-за меня. Эрик потянулся и обнял омегу. Он погладил Стефана по волосам. — Все наладится, — произнес Эрик. — Не переживай. Ситуация у нас непростая, но мы все исправим. Омега уткнулся носом в камзол маркиза. Ощущать запах альфы было приятно. Нежные поглаживания и прикосновения успокаивали. Стефан поднял голову, потянулся и легко поцеловал маркиза в губы. Эрик ответил на поцелуй, сильнее прижимая к себе омегу. Наверное, Эрик слишком сильно соскучился по Стефану. Он не прикасался к омеге, пока тот был беременным. А после и вовсе был уверен, что больше никогда не коснется любимого тела. Так что его немного занесло. Он принялся стаскивать с омеги одежду. Стефан не сопротивлялся и даже льнул к альфе. Они оказались на постели. Лежащие на ней вещи были сброшены на пол. Стефан развел колени в стороны, подпуская Эрика к себе. Он ощущал не страсть, а желание стать как можно ближе. Вероятно, он впервые в жизни хотел стать единым целым с другим человеком. Резкое проникновение вызвало непривычную боль. Но останавливаться не хотелось. Стефан ощущал дикий жар там, где соприкасались их тела. Его затянули эти эмоции. Он был рад, что все еще желанен. Все закончилось быстро: слишком сильно они соскучились друг по другу. Эрик осторожно погладил длинные синяки на спине омеги, которые до сих пор не сошли до конца. — Больно? — спросил он обеспокоенно. Маркиз даже пожалел о своей несдержанности. Стефан еще не оправился до конца от болезни. — Ничего, — тихо ответил омега. — Все заживет… И следа не останется. — Говоришь так, будто ранее уже проходил через такое… — произнес альфа и тут же пожалел о своих словах. В такой момент меньше всего хотелось вспоминать о неприятном прошлом. — Было и такое, — задумчиво ответил Стефан. — Это Алистер сделал? — спросил Ларуа. — Нет, — резко ответил омега. — Меня Алистер не наказывал. Хотя другим от него сильно доставалось. Это произошло до него… Эрик поцеловал синяк на коже Стефана. Никогда больше он не позволит никому и пальцем прикоснуться к своему омеге. Зря вообще позволил Стефану уехать в храм. Еще тогда должен был докопаться до правды, а ведь мог потерять навсегда. Но теперь все иначе. Вот только Ирмир очень негативно настроен к омеге. Может он и испытывал к супругу симпатию ранее, но сейчас Ирмир опасается Стефана. Герцогу сложно довериться подосланному врагом омеге. Как с этим разобраться, Эрик пока не понимал. Но он был уверен, что супругу-альфе вскоре надоест роль тирана. Тогда все определенно наладится.