Выбор

Зима выдалась достаточно суровой. Ирмир не любил снег и холод. Ранее он планировал перезимовать в своем приграничном южном имении. Из-за семейных проблем от поездки пришлось отказаться. Сейчас же столь сложная и дальняя дорога могла не лучшим образом сказаться на здоровье новорожденного Артура. А оставить ребенка одного в столице герцог не решался. Поэтому Ирмир застрял без возможности сменить обстановку или развеяться. А все происходящее весьма раздражало. Герцог не раз сталкивался со сложностями и обычно вполне успешно решал все проблемы, но теперь оказался в безвыходной ситуации. Только время могло расставить все по своим местам и залечить душевные раны. Ирмир привязался к Стефану, он не строил иллюзий на этот счет. Он полюбил мужа, позволил омеге занять значимое место в своем сердце. Весть, что в монастыре омегу чуть не убили, Ирмира сильно задела. Он почувствовал вину за это. По сути он отдал Стефана на растерзание, и, если бы не Эрик, все обернулось бы самым печальным образом. И хотя Стефан оказался предателем, Ирмир все еще нес ответственность за омегу, как за своего мужа. Он не хотел нарушать своих обещаний, данных Стефану, и не собирался прощать тех, кто его неправильно понял. В первую очередь досталось настоятелю, который так глупо оступился. Пожилой омега был вынужден оставить свой пост и поспешно покинуть столицу. Герцог выделил жалованье на содержание омеги, и оно было достаточно большим. Это и было своеобразным извинением перед Стефаном за то, что Ирмир облажался. Все-таки он обещал омеге безопасность. К тому же совет так и не расторгнул брак, поэтому герцог все еще имел обязательства перед своим младшим супругом. Почему Совет тянул, герцог не понимал. Сейчас высшая знать королевства была как никогда лояльна к королевской семье. Линар даже хотел воспользоваться ситуацией, чтобы пропихнуть в совет кандидатуру для своего грядущего супружества. Однако, с разводом все было совсем не радужно. Стефан только-только произвел на свет наследника для Ирмира, омега больше не находился в монастыре и воспользоваться подобной лазейкой было невозможно. Пояснить, почему вдруг возникла необходимость в расторжении брака, было непросто. То, что этого хотели все супруги, совет никак не волновало. Существовала вероятность, что совет так и не даст разрешения на расторжение брака. Конечно, Ирмиру и так было неплохо, ведь у него есть Эрик. Однако маркизу тоже нужен наследник, и лучше бы ему родиться в браке. Герцогу хватило той волны недовольства, которая поднялась, когда Линар представил совету своего бастарда. Отбиться от высшего дворянства было непросто. Герцог повторять подобного не желал. Неравный брак и так сильно ограничил права Ларуа, и Ирмир не хотел еще сильнее притеснять супруга в данной ситуации. Конечно, оставался Стефан, которого можно заставить выполнить обязательства, на которые он сам подписался. Омегу не обязательно возвращать в семью, чтобы он выносил и родил второго наследника. Таким образом, Эрик получил бы законнорожденного ребенка, и с советом больше не пришлось бы бодаться. Более того, следовало бы переговорить с Алистером Риором, чтобы понять действительно ли сейчас он полностью под властью короля. Хотелось определить, насколько опасен Стефан для семьи. С самим омегой разговаривать было бессмысленно. Подвергать пыткам супруга герцог не хотел, а добровольным словам его не верил. Наиболее разумно было решить все вопросы со своим главным врагом, которому омега подчиняется. Алистер Стефана не сдал, а значит планировал в будущем воспользоваться его услугами. Это вызывало определенные опасения. Потенциально опасного омегу было страшновато подпускать к Эрику даже на короткий период течки. Неожиданные вести принес очередной привычный уже визит к королю. Маленький пятилетний наследник короля носился по снегу за огромным псом, который с большим удовольствием играл с ребенком. Линар в сопровождении телохранителей наблюдал за сыном издалека. Кронпринц же заливался громким смехом и то и дело валился в мягкие сугробы. После этого он резко вскакивал, отряхивал снег с теплой шубки и продолжал бегать за псом. Увидев приближающегося брата, король улыбнулся. У Линара явно было хорошее настроение. Он обожал сына и потому получал удовольствие от каждой минуты, проведенной вместе с ребенком. Ирмир понимал брата лишь отчасти. Артур был еще слишком маленьким, и герцог чувствовал себя немного растерянным, когда брал на руки малыша. Он любил сына и был готов его баловать, вот только пока младенец еще не мог оценить всех стараний отца и часто начинал плакать, завидев альфу. Герцог догадывался, что он просто слишком мало времени проводит вместе с сыном, и ребенок его боится. Тем не менее уделять больше времени наследнику у герцога не выходило. Да и не альфье это дело — нянчить младенца. На что еще Ирмир нанял такую кучу прислуги? — Ваше Величество, — герцог поклонился. Это было лишь формальностью, и Линар не требовал от него подобных церемониальных действий. Но в присутствии прислуги и придворных, Ирмир не мог позволить себе пренебрегать правилами этикета. — Ирмир… — отозвался Линар. — Тоже решил насладиться чудесной погодой? Герцог погоду чудесной не считал. Было снежно и безветренно, но альфа не любил холод. — Мне передали, что вы хотели меня видеть… — отозвался герцог. — Да… — кивнул король. — Давай отойдем. Линар сделал жест охране, чтобы та не следовала за ним. Братья часто общались наедине, это уже вошло в привычку. Были вещи, которые они могли обсудить только друг с другом. Братья отошли ровно настолько, чтобы никто не мог расслышать, о чем они говорят. При этом маленький принц все еще оставался в поле их зрения. — Я не хотел лезть в дела твоей семьи… — произнес король. — К тому же Эрик мой друг, и сдавать его мне очень не хочется. Однако, все зашло слишком далеко. Как ты и просил, я как мог надавил на совет, чтобы тот разрешил расторжение твоего брака… Но внезапно наткнулся на противодействие. Кое-кто, обремененный большими связями, делает все, чтобы твой брак не был расторгнут. Ирмир почувствовал раздражение. — Алистер Риор? — спросил герцог, на что получил удивленный взгляд короля. — Я же говорил: насчет Риора можешь больше не волноваться, — ответил Линар. — Давление на совет оказывает Эрик. Понятия не имею, что там у вас происходит, но не могли бы вы договориться, не вмешивая в свои личные дела совет и меня лично? Неправильно использовать свою власть и связи для таких вот мелочей. От известия на несколько секунд Ирмир впал в ступор. Эрик ведь согласился с тем, что брак со Стефаном нужно разорвать. А за спиной Ирмира ведет какую-то свою игру? — Приношу свои извинения, — сквозь зубы выдавил Ирмир. На его лице играли желваки. Мало того, что Эрик обманул его, так еще и подставил перед королем. — Я поговорю с Эриком. Линар кивнул. — Только держи себя в руках, — произнес король. — Ты знаешь, Эрик умный мальчик. Во всяком случае выслушай его сначала… Не знаю, что там у вас произошло… Но обдумай все хорошенько перед тем, как принимать какие-либо решения. Не забывай, что и Эрик, и Стефан полностью от тебя зависимы. Стоит тебе злоупотребить властью, и ты потеряешь доверие. — Конечно, — произнес Ирмир. Однако он пропустил слова брата мимо ушей. Слишком сильно был зол на младшего супруга за его самоуправство. Дома Эрика не оказалось, и Ирмир понятия не имел, где носит его супруга. Об этом не знала и охрана, что еще сильнее разозлило герцога. Хотелось как можно быстрее получить разъяснения. Ирмир заглянул к сыну. Маленький Артур сладко спал. На головке младенца уже пробивались темные кучерявые волосы, прямо как у его папы-омеги. Вид мирно сопящего ребенка немного успокоил герцога. Ирмир не умел быть хорошим отцом, но он старался делать все от себя зависящее. Герцог аккуратно, чтобы не разбудить, взял на руки спящего сына. Малыш пока еще был совсем легким и очень хрупким. Кроха сонно завозился, но не проснулся. Альфа облегченно выдохнул. Ему не нравилось, когда сын начинал плакать на его руках. В такие моменты молодой отец сильно терялся. Пока еще сложно было определить статусную принадлежность ребенка. Конечно, герцогу хотелось бы, чтобы Артур оказался альфой, но и омеге он бы не сильно расстроился. Ирмир уткнулся носом в волосы ребенка, пытаясь ощутить его запах. Более или менее собственный запах формируется к году, хотя иногда это может произойти и раньше. Вполне ожидаемо, Артур пока пах молоком и медом. Вот только с запахом малыша переплетались очень знакомые нотки запаха Стефана. Это удивило Ирмира. Вначале он подумал, что ему просто показалось. Младенца отобрали у омеги слишком рано, и запах Стефана просто не мог прицепиться к Артуру. Даже если бы это произошло, запах уже развеялся бы. Даже запахи омег, которые занимались ребенком, не цеплялись к Артуру так сильно. Подобное возможно только, если малыш очень много времени провел на руках. Сначала Ирмир думал о том, что ему просто кажется, потому что он слишком много думает о Стефане. Но альфа вновь принюхался к ребенку. Возможно, у него просто разыгралась паранойя, но иного объяснения герцог не видел. Вернув младенца в колыбельку, герцог вернулся в кабинет и вызвал к себе начальника охраны имения. — Ваша Светлость, — поклонился явившийся альфа. — Вы меня звали? Ирмир кивнул. — У меня появились сомнения относительно безопасности моего наследника… — произнес герцог. — Было приказано не подпускать к нему никого, кого бы я лично не назначил, не так ли? Начальник охраны резко побледнел. Реакция оказалась довольно красноречивой, так что особой необходимости в дальнейшем разговоре не было. Но Ирмир не собирался так просто спускать с рук подобное. — Маркиз Ларуа приводил в имение гостя, — быстро протараторил альфа. — Он сказал, что вы дали личное разрешение на это. У меня не было причин не верить ему. Он ведь ваша правая рука… Я был уверен, что он все с вами согласовал. — Если ты был в этом уверен, почему так нервничаешь? На это альфа не нашел, что ответить. Вероятно, он понимал, что должен доложить о происходящем герцогу, но Ларуа и на него смог как-то надавить. — Уволен! — произнес Ирмир. — Убирайся и никогда больше не попадайся мне на глаза. Иначе так просто не отделаешься. Ты должен был заботиться о безопасности моего дома и моего сына… А в итоге скрыл визиты отравителя в мой дом! Альфе осталось лишь поклониться и поспешно собирать свои вещи. Ирмир никогда не хотел пользоваться теми полномочиями, которые давал ему брачный контракт. Однако, Эрик предал его. Привел в имение отравителя, устроил заговор за спиной. Доверять такому мужу? Давать ему свободу? Возможно, Стефан все-таки заморочил голову молодому и неопытному Ларуа, но это мало его оправдывало. А значит нужно принять срочные меры, иначе все окончательно будет разрушено. Эрик получил свободу действий, получил доверие, и вот как ими воспользовался. Значит всех свобод маркиз будет лишен. Как и предписано брачным контрактом, он станет бесправной вещью в руках своего старшего супруга.