Необычайные приключения спиногрызов.

      Штаб поприветствовал меня нездоровым оживлением. Мимо проносились офицеры, сжимающие в руках папки, стоящий на входе часовой отдал мне честь, хотя всегда просто жал руку, один майор судорожно поправлял воротник кителя. Единственным, кто выбивался из этой общей картины суматохи, был полковник Комарицкий, спокойно сидевший на месте дежурного офицера, положив скрещенные ноги на стол.       - Что случилось-то, Александр Витальевич? - Спросил я у Герцога, присаживаясь рядом. - Неужто японцы нападают?       - Нет. - Лениво ответил Герцог. - Генерал-майор скоро прибудет.       Я усмехнулся. Мне, как капитану разведгруппы, много раз ходившей в рейды, бояться нечего. Только если не перебросят куда-нибудь в Сирию или Египет. Генерал-майор - это же хорошо! Это же решение многих проблем! Палатки девчонкам отдельные выделят наконец-то! Сейчас бы многие сказали, что свой шанс упускаю. А я не сказал бы... Я бы сначала этому уроду в морду врезал, а потом по его дизельной хотелке берцом заехал бы. Берцы у меня хорошие, тяжёлые, на раз и яйца, и тазобедренную кость раздробят. Ибо нехрен пользоваться спящими девушками. Неправильно это...       - Кстати, а как там новенький? - Хитро прищурился Герцог.       Я попал. Про новенького мы как-то забыли.       - Э-э... Александр Витальевич, понимаете...       - Понимаю. Ты списал новичка в разведку морпехов, а сам укатил на задание. - Заговорщицки продолжил Герцог. - Но вот беда! Отзывы о нём хорошие-то. Рома, бери его в команду, нормальный пацан. Может даже, навсегда в спецназе останется.       - Хорошо бы. - Я задумался. Если морпехи нормально о нём отзываются, то можно его взять. К тому же, чтобы попасть в спецназ, надо очешуеть какую подготовку пройти. Если его порекомендовали к нам в спецназ, значит, с подготовкой у него нормально. Ну что ж, берём.       - Беги давай. - Приказал мне Герцог. - С генералом я как-нибудь сам.       - Про палаток для девчонок не забудьте!       Угадайте, чем меня встретили палатки? Неужто гитарой? А вот и не угадали! Первое, что я заметил - это был тот самый новичок, которому Ольха перебинтовывал голову.       - Что случилось? - Спросил я у Ольхи, присаживаясь рядом.       - Не поверишь. - Ответил Ольха. - В лучших традициях комедий с тегом "Восемнадцать плюс! Возможна голая грудь в кадре." Короче, этот пацан зашёл в твою палатку, я так полагаю, познакомиться. И застал там Эрику в слегка голом виде. Результат - налицо. Вернее - на череп.       Чесно говоря, я не знал, что мне делать - смеяться или плакать. С одной стороны - ситуация комичнее некуда. С другой - никто не лезет в палатку, не оповестив тамошних обитателей. Этот закон работает с тех пор, как женщины стали служить в армии в качестве солдат, а не связисток и медсестёр. Всем солдатам известно, что рука у "сисястого воина" не легче, чем у тебя самого. Такой "сисястый воин" отвешивает не пощёчины, а ощутимые звездюли. Знаю, сам прошёл через такое же... Не, в палатку не лез. Просто решил проверить подозрительно зашуршавшие кусты и наткнулся на представителя противоположного пола в чине сержанта и с пластырем на носу. Естессно, представитель противоположного пола решила, что я за ней подглядывал. Нокаут прилетел раньше, чем я успел открыть рот... Потом всей ротой вспоминали этот "несчастный случай".       - А-ай-й-й. - Прошипел новенький. - Да кто же она такая?       - Апостол Барона Смерть. - Ответил я. - Не удивляйся, и не такое здесь увидишь.       - Уже увидел. - Усмехнулся новичок. Блин, а как его зовут-то? - Никогда не подумал бы, что драконы существуют.       - Везунчик. - Ольха закончил бинтовать голову. - Нам драконы не попадались, только великаны.       - Тебя как зовут-то? - Задал я волновавший меня вопрос.       - Вадим Пташенчук.       - Ваше диктаторское величество, его морпехи Холодом прозвали. - Влез Ольха. - Говорят, мастер на ножах махаться.       - Ну что ж, Холод. - Я поднялся. - Добро пожаловать в абзац-отряд имени А. В. Комарицкого. Боевое крещение ты уже прошёл, с Эрикой познакомился, значит, ты уже почти наш. Отношения с другими членами отряда не порть, и всё будет нормально.       - Угу. - Холод кивнул головой. - Познакомился, блин. Да кто ж так знакомится?       - Ты ещё не знаешь, как она с командармом познакомилась! - Хохотнул Ольха.       - Вообще-то об этом уже вся база знает.       - ФИКУС!!! ГДЕ ТЫ ЕСТЬ, ТВАРЬ?!!!       В общем-то, Холод оказался нормальным парнем, что довольно редко встречается среди представителей папенькиных сынков. Никаких заносов, давления своим происхождением и прочей херни. В коллектив влился хоть и не полностью, но довольно быстро. Самое главное - сделал вид, что конфуза с Эрикой и вовсе не было, а бинт списал на неаккуратность. Не поверили. Если у нас в отряде кто-то что-то знает, то это знают все! Но поступок одобряю...       Сейчас мы опять сидели вокруг костра с морпехами. Оказывается, во время штурма захватили родовой дом Ван Даваров, и Алма с отцом со следующим конвоем отправятся туда. Сейчас Андум отбивался от морпехов, пытавшихся впарить ему ПМ (и где только достали?). Алма сидела на коленях попа Димитрия, увлечённо жуя сунутый ей в руки пряник. Я с удивлением заметил, что попа Карла нет среди морпехов. Странно. Обычно эта боевая парочка священников неразлучна точно так же, как неразлучны сиамские близнецы. А, ясно. Второй поп вынырнул из-за края палатки с двумя бутылками водки. А правда, куда же ещё он может пропасть?       В центре внимания оказался, как ни странно, Холод. Он, оказывается, хорошо играет на гитаре. Холод тренькнул, пробуя гитару, задумался и вдруг вдарил по струнам, извлекая беспокойные и агрессивные звуки.       - Безумство схватки у чёрных скал, Твой лик ужасен, как тьмы оскал. Горячка боя дурманит кровь, Один на сотню ты рвёшься вновь. - Запел неизвестную мне песню Холод. Морпехи дружно подхватили ритм, подпевая, притопывая и прихлопывая. Ну что ж, они-то знают эту песню. А мы пока послушаем.       Утро нового дня повстречало нас на сырой от росы броне конвоя. Меня выселили обратно на БМПшку, а на танке место занял Холод со своим АК-12. Ну да, его машинка подальнобойнее моей будет. Да к тому же, на его "калаше" стоит четырёхкратный прицел. А, ладно. Эрика снова умудрилась заснуть на моём плече, поэтому танковое веселье меня не интересовало. Чёрт, побриться надо, а то я уже зарос, из-за щетины ничего не чувствую. Блин, хорошо Фикусу с его лысой головой. Каждый день бреет и подбородок, и череп. И выглядит как урка. Но вот прозвище Фикус он получил не из-за сходства с блатным, а потому что на спор в пьяном состоянии умял фикус. Да мы вообще почти все получили прозвища из-за пьянства! Поляк вон на чистом польском заговорил, когда перебухал (в трезвом состоянии он так и не смог связать даже двух слов); Компас потерял ориентацию в ближайшем лесу и ориентировался по часам, которые спьяну принял за компас; Тунгус выиграл Тунгуску; Виллис где-то раскопал армейский внедорожник Виллис времён Второй мировой войны; Щука голыми руками щуку поймал. Но отжёг больше всех Гиви. Этот чернокожий шкаф русского происхождения с именем Георгий (из-под Казани, охренеть, да?) умудрился набухаться до такой степени, что смог подружиться с армянами. Чернокожий. С армянами. Посредством драки, начавшейся из-за цвета кожи Гиви. Кстати, именно армяне и прозвали Георгия Гиви.       - Мужики, может, на привал встанем? - Спросил Мамелюк. - Или задание срочной важности?       - Нет. - Лениво ответил я. - Можем хоть до вечера в гольф играть, никто не хватится.       - Тогда я на ту полянку сверну.       "Черепашка" свернула с дороги, за ней последовала вся остальная кавалькада. Достигнув точки стоянки, техника встала треугольником.       Я разбудил Эрику и слез с брони. Привал, дорогой наш привал!