Сведенные судьбой

      По возвращению Синдбад организовал пышный пир для всех работников. Он не хотел тянуть и торжественно огласил свое решение основать страну на острове рядом с Партевией. Пока народ слушал вдохновляющую речь лидера, Артемисия искала в толпе принцессу. Чувство вины неприятно кололо нервы, она знала, как Серен воспримет новость и пыталась найти выход, который всех бы устроил. Но усидеть на двух стульях задача непростая, а между дружбой с принцессой и ее любовью она выбрала последнее.       Серендина притаилась в тени колонны, с бесстрастным выражением наблюдала, как люди рукоплескали и превозносили главу компании, который скоро станет королем с легкой руки ее заклятого врага. Она не плакала, не пыталась никого остановить или вмешаться. Синдбад принял решение за них обоих, теперь ей оставалось только одно — уйти и бороться за свою страну в одиночку. Бог свидетель, она не желала ступать на этот скользкий путь, но другого способа вызволить брата и отомстить за семью, поданных у нее не было.       Преодолев пустые коридоры, принцесса собрала походную сумку, куда поместилось немного пожитков, провизии и денег. Самой сложной частью оказалось написать прощальную записку для друзей, которые не бросали ее в самый темный час. Но она не могла рисковать их жизнями снова, поэтому освободила от обетов и пожелала счастливой жизни в новой стране. Серен накинула плащ и вышла из здания, что служило ей укрытием долгие месяцы. У предательства скверный вкус, но сердце Серен давно зачерствело, и она приняла этот факт с достоинством.       — Серен, постой! — воскликнула Артемисия, выбежав на улицу. — Прошу, не уходи вот так! Мы еще можем что-то придумать.       Принцесса обернулась, кроме верности своих поданных она ценила дружбу с Артис. Странный дуэт, противоестественный, но Серендина чувствовала с ней особую связь.       — Синдбад не изменит решение, он сделал выбор, — принцесса говорила спокойно и взвешенно, — я не могу тут оставаться, это больше не безопасно ни для меня ни для вас.       — Но почему? — Артемисия не принимала эту категоричность. — Это из-за Барбароссы? Но Синдбад заверил меня, что он не тронет никого, что он не желает войны и смертей.       У принцессы не было сил и желания спорить. Она лишь взглянула на подругу, словно та была наивным ребенком.       — Прошу, будь осторожна. Барбаросса садист, который не знает милосердия. Он может пускать пыль в глаза, но сущность его не изменится, — Серен скривилась от одного упоминания этого мерзавца. — Я бы позвала тебя уйти со мной, но ты ведь тоже уже сделала выбор и не в мою пользу, не так ли? — принцесса не спрашивала, она лишь озвучила то, что и так было очевидно.       Артемисия стыдливо отвела взгляд. Да, она выбрала Синдбада, но откуда тогда эти сомнения? Чувство сожаления?       — Ты любишь его, — Серендина продолжила, — но он делает ошибку в угоду своим амбициям. С таким человеком ты не будешь в безопастности, а если встанешь у него на пути, то он смахнет тебя как ненужную пешку.       Еще никогда и никто не сомневался в чистоте намерений Синдбада. Артемисия приоткрыла рот, язык не поворачивался что-то ответить, ведь Серен искренне беспокоилась за нее.       — Прощай, — принцесса воспользовалась замешательством подруги, натянула капюшон и скрылась за забором, оставляя Артемисию наедине с той пустотой, которая неизбежно образовалась после ее ухода.

***

            Понадобилось всего две недели, чтобы уладить все спорные моменты с Партевией и приобрести остров. Барбаросса лично пригласил их в столицу, чтобы подписать договор в стенах дворца, на глазах у знати и глав торговых компаний. Ребята никак не ожидали, что их примут с таким размахом. Бал был достоин самого императора, Синдбада приветствовали как героя. Главе компании льстила такая честь, ведь несколько лет назад его объявили в розыск в собственной стране. Легким движением пера компания «Синдория» официально превратилась в страну. Под бурные аплодисменты Барбаросса и Синдбад пожали руки, а на документе красовалась королевская печать.       Регент действительно не казался монстром, Барбаросса оставался галантным и сдержанным со всеми, кто обращался к нему. Однако даже в бархатных одеждах в нем чувствовалась армейская выправка. Артемисия не обольщалась на его счет, но и явной угрозы в нем она не находила. Подставлять Синдбада ему было невыгодно, как он сам признался, чтобы вытащить Партевию из разрухи им нужны деньги и надежные торговые партнеры. А что может быть надежнее огромного торгового острова с легендарным правителем?       — За наше сотрудничество, — Синдбад поднял кубок, — пусть оно будет плодотворным.       Барбаросса также вознес кубок и отпил немного вина.       — Остров полностью готов, рассчитываем, что вскоре Синдория откроет свои ворота для мира.       Артемисия оставалась тенью своего лидера, хотя невольно обращала на себя внимание лордов. Столь яркий контраст они видели впервые: прекрасное лавандовое платье опоясывал меч, а утонченное лицо никак не походило на лицо бывшего гладиатора и лучшего меча в мире. К ее сожалению, за ней также наблюдала и другая пара глаз. Та, что смотрела глубоко из порочной тьмы и боялась ее света.       Один из министров все же обратился к девушке:       — Неужели это та самая Артемисия? — он провел по бороде рукой, — Я никогда не был на ваших боях, но слышал, вы производили настоящий фурор.       — Колизей давно в прошлом, — Артис старалась быть обходительной, все же в таких высоких кругах она была впервые.       — Моя спутница великолепна в фехтовании, — встрял в разговор Синдбад. — в этом ремесле Артис превосходит даже меня.       Лорд охнул, похвала легенды семи морей имела больший вес, чем какие-то слухи.       — А вы случайно не из Актии?       Вопрос поставил девушку в тупик. Актия? Она слышала про эту старую страну, и ее часто принимали за активийку, хотя она никогда не спрашивала почему.       — Нет, никогда не была там.       — Ох, простите, — лорд извинился за бестактность, — просто у вас классическая внешность выходцев из Актии, к тому же, это родина многих великих мечников, — он отчего то рассмеялся. — Много же они нам доставили проблем в свое время.       Это не могло быть совпадением, возможно ли, что кровью она принадлежит этой стране, одной из первых великих империй, если Артемисия правильно помнила историю. Но тут было не место и не время, чтобы думать о своем происхождении.       — Очень жаль, но вы ошиблись, — Артис откланялась мужчине и вместе с Синдбадом направилась к фуршету.       Синдбад явно попал в свою стихию, он пользовался моментом и налаживал контакты с влиятельными людьми и посланниками других стран и независимых городов. Артемисия же считала политику уделом болтунов и лгунов. С ее точки зрения честнее биться в открытую, чем пытаться исподтишка навредить сопернику. Насколько она понимала, Барбаросса преуспел и в том и другом. Но ее настораживал тот факт, что он даже не обмолвился о Серендин, и ее младшего брата — номинального императора нигде не было видно.       — Барбаросса не упоминал Серен, Дракона и остальных? — осторожно спросила девушка, чтобы кроме главы никто вопроса не услышал.       — Нет, — Синдбада, кажется, утомляло само напоминание о принцессе, — еще в первую нашу встречу он сказал, что они его не интересуют.       — Но…- Артемисия сомневалась в правдивости заявлений регента, в политических играх она не участвовала, но даже будучи неопытной в подобных делах понимала, что Серен угроза для его власти.       — Арти, все в порядке, — Синдбад заткнул ее вкусным пирожным, — Серен сама ушла от нас, никто ее не выгонял. Просто наслаждайся вечером и не думай об этом.       Будь девушка на месте лидера, она бы не оставляла недомолвок по этому щепетильному вопросу. Но лидером был Синдбад, Артемисия могла лишь подчиниться.       После подписания соглашения дела пошли еще быстрее. Каждый в компании разделял энтузиазм лидера, стоило людям высадиться с кораблей, они принялись облагораживать неприветливый остров. Понадобилось всего четыре месяца, чтобы превратить эту пустынную землю в процветающий край. Как только прошла молва, что легенда семи морей и покоритель лабиринтов основал собственную страну, от желающих переехать в Синдорию не было отбоя. Люди стекались со всех уголков земли, их даже не пугало, что страна все еще строилась. Наоборот, многие желали внести свою лепту. К возведению замка приступили в последнюю очередь, когда решили проблему с домами для простых жителей. Резиденция короля возвышалась на пригорке, из окон открывался чудный вид на порты.       Грандиозное строительство было в самом разгаре, Синдбад не скупился ни на стены фортов, ни на больницы и площади. Как опытный торговец он был уверен, что вложения окупятся с лихвой. К концу весны почти все было готово, а количество жителей перевалило за двести тысяч. Верилось с трудом, но у них получилось возвести этот прекрасный край за такой короткий срок. Официальное открытие еще не состоялось, но пристани уже не справлялись с наплывом судов. Джафар хватался за голову — именно его назначили ответственным за порты и их оснащение. Ассасин тяжело вздыхал, видимо, придется построить еще несколько, чтобы капитаны не дрались за место в бухте.       Как бы Артемисии и Синдбаду не хотелось проводить дни на пролет за утехами в теплой постеле, работы у обоих было непочатый край. В одном из пунктов договора с Партевией говорилось, что Синдория не может иметь войско, но девушка выбила из главы разрешение основать хотя бы охранный корпус на две тысячи мечей. Без надзора улицы бы быстро превратились в злачные места для разборок, кроме того, нужно было думать и о защите от пиратов, которые часто промышляли в этих водах. Не осталось такой книжки, которую Артемисия бы не изучила в своем стремлении максимально обезопасить остров. Опыт других стран и независимых городов был весьма полезен на этом поприще, а особенно опыт Актии. По странной случайности ей в руки попал старый труд об этой стране, на пыльных страницах она вычитала и про древний город Аргос — неприступную крепость.       — Интересно, он правда такой большой? — бормотала себе под нос Артис, перелистывая хрупкие страницы. Света свечей едва хватало для чтения, но девушку слишком поглотили мысли об этой стране и ее столице, которую невозможно взять.       — Кто большой? — зевнул Синдбад. Они сидели на кровати в окружении свитков и книг, но как бы главе хотелось смахнуть все это барахло и придраться страсти, отвлечься от нескончаемых забот.       — Аргос, — Артис показала рисунок города на жухлом пергаменте, кажется, сейчас ее голову занимал совсем не он. — Городу почти тысяча лет, но он до сих пор существует.       — Актия значит… — задумчиво протянул Синдбад. Его не особо заботили крепостные стены Аргоса, скорее новые возможности и союзы. — После коронации я хочу расширить связи Синдории.       — Ого, — девушка всегда поражалась масштабу его планов, — и ты хочешь поехать в Актию?       — И не только туда, я уже отправил послание в Кину, — он говорил так обыденно, а Артис не могла поверить своим ушам.       — Ты не говорил!       — Просто ты была занята, — он поймал ее руки и повалил на кровать. — Не хочешь расслабить своего короля?       Артемисия провела пальцами по темным волосам и увлекла главу в нежный поцелуй. Эти месяцы они не могли придаваться любви достаточно часто, но совместные ночи приобрели особую ценность. Он был ее луной, а она его солнцем, и только будучи вместе они забывали о внешнем мире.       Сколько вещей нужно было учесть для коронации, Артемисия порой терялась бесконечном потоке гонцов со срочными сообщениями. Хоть на стену лезь, но даже там тебя достанут. И до того патовую ситуацию ухудшало ее скверное самочувствие. По утрам девушка не могла позавтракать из-за тошноты, иногда даже прощалась с остатками ужина. Так продолжалось уже несколько недель, сначала она списывала свое состояние на нервы, затем на переменчивую погоду, но когда работать стало совсем невмоготу, Артис направилась в лазарет.       — Есть что-то от отравления? — девушка обратилась к Руруму, которая расставляла новую партию лекарств.       — Милая, может ты просто перетрудилась?       — Вряд ли, — Артемисия покачала головой, — это довольно давно продолжается и я уже не могу терпеть, так есть средство?       Руруму внимательно посмотрела на нее, словно что-то заподозрила, но не спешила делиться догадкой.       — А давно у тебя шла кровь?       — Ну недавно, где-то месяц наз… — девушка запнулась и начала судорожно считать недели. Все даты превратились в единую кашу. Семь, восемь недель? Чем дольше она размышляла, тем очевидней становилось, на что намекает женщина.       — Но это невозможно, — Артис начала заикаться, — я же пью лунный отвар.       — Любое средство дает осечку, — Руруму погладила ее по спине, — расскажи Синдбаду, срок может быть уже приличным.       Ребенок и в разгаре строительства страны? Синдбад будет в восторге. Артемисия лишь кивнула и вылетела из лазарета как ошпаренная. Ноги сами принесли ее в покои, где она смогла затаиться и прилечь хотя бы ненадолго. Перспектива стать матерью выглядела очень сомнительно, к тому же, Синдбад мог отреагировать непредсказуемо. Как же она могла так облажаться? В ее планы не входило менять пеленки и вытирать сопли, однако, по неведомой ей причине, эти образы грели сердце. Через час раздумий она твердо решила, что пока не будет никому сообщать. Праздник на носу, и ей хотелось самой до конца убедиться.       Две недели пролетели как мгновение, в потоке вечных дел не поспеваешь за течением времени, вот и Синдбад не ожидал, что уже сегодня будет принимать послов со всех уголков земли. На чело вогрузили пышную корону, трепет ожидания сменило осознание — он теперь король. То, к чему он так долго шел, наконец-то воплотилось в жизнь. Бесспорно, все испытания и трудности того стоили.       Новоиспеченный король купался в восхищении поданных и с легкой нисходительностью принимал поздравления от тех, кто ранее смотрел на него с высока. Теперь то он доказал, что для него нет ничего невозможного. Прибыл даже Барбаросса и все лидеры союзных стран. После нескольких тостов и торжественного салюта Синдбад отправился искать ту единственную, с кем хотел разделить весь свой восторг и радость. Артемисии не было за общим столом, и это заставляло его волноваться.       — От кого прячешься? — с ухмылкой спросил Синдбад, когда обнаружил девушку в уединенном саду внутри дворца.       Она обернулась, ее лицо украсила мягкая улыбка.       — Слишком много народу, мой король.       — Обожаю, когда ты так говоришь, — он плюхнулся рядом на скамейку.       От Артемисии было не оторвать глаз, шелковое платье обрамляло точеную фигуру, а украшения подчеркивали золотые локоны. Любой правитель отдал бы что угодно за такой трофей, но она выбрала его.       — Ты не выглядишь радостной, — он провел пальцем по щеке.       — Я рада за. тебя, правда, — девушка чуть отстранилась, — вышло даже лучше, чем я рассчитывала…       — Но? — король предвосхитил дальнейшую фразу.       Девушка замялась, довольно редко он наблюдал ее настолько растерянной. К счастью, она сама прервала неловкое молчание:       — Я беременна, вот, — Артис с опаской глянула на главу.       Глаза сами собой округлились, а рот приоткрылся. Как и ожидалось, он не был готов к такой новости.       — Видишь ли, я сама не ожидала, — в оправдание затараторила девушка, — я ведь пила снадобье, меня уверяли, что оно надежное, но…       Крепкие объятья заткнули ее, король прижал ее так сильно, что она не могла и вздохнуть.       — Я так рад, это чудесная новость! — Синдбад ослабил хватку и взглянул в изумленные глаза Артис.       — Разве? — она не верила своим ушам.       — Конечно! Если родится мальчик, он будет моим наследником, — король сиял от неподдельного счастья. — Артис, я не могу представить другую женщину подле себя.       Вот-вот и ее сердце было готово разорваться, так быстро оно стучало в груди.       — Но мы не женаты…       — Пока, — Синдбад снова ее обнял, — мы всегда будем вместе.       Артемисия обхватила короля дрожащими руками, белая мантия на плече намокла от слез.       Если бы они знали, что их сакральный момент счастья разделил еще один человек. Та, что всегда оставалась в тени и лишь дергала за ниточки, и чье появление несло лишь горе.       Празднество вышло хоть куда, казалось, что виноделы и музыканты с бродячими актерами сколотили состояние за одну лишь ночь. На утро улицы не опустели, напротив, торговцы не упускали возможность закрепиться в стране под началом самого знаменитого покорителя лабиринтов. Королевство Синдория официально вступило в новую эпоху.       Потягивая вино, Синдбад лицезрел свои владения с окна опочивальни. Он смог стать королем, но амбиции никуда не делись, они лишь возросли.       — Думаю, самое время расширить союз.        Артемисия поперхнулась завтраком.       — Мы только вчера официально открылись.       — Я знаю, знаю, — Синдбад хохотнул и вернулся к столу. — Но зачем ждать? Тем более, в мире еще так много стран, где мы могли бы обзавестись связями, — он взглянул на стену, где красовалась огромная карта со всеми континентами и королевствами. — И я стану отцом, а значит нужно укреплять страну.       Артемисия улыбнулась несмотря на утреннюю дурноту, его слова обнимали как теплое одеяло.       — И какие у тебя на примете?       — Хм, — король задумался, — первым делом, пожалуй, разберемся с Киной. Мы договорились о встрече с их представителем.       — Кина значит… — Артис не совсем понимала такой выбор. — Игра стоит свеч? Это маленькое островное государство далеко от нас.       — Именно, — Синдбад подлил себе вина, а ей воды, — ты слышала о войнах на востоке? Новая империя Ко собирает всех под свои знамена, часто насильно. Кина окружена, а значит не откажется от сотрудничества. Легкая добыча.       Нельзя было не оценить холодный расчет правителя, но порой его слова звучали жестоко.       — Ты прав, — Артис кивнула, — кто еще?       — Было бы славно связаться с Актией и Мусташимом, — Синдбад продолжал рассуждать в слух. — Большие государства, и они совсем рядом. А в Актии как я слышал лучшие порты на западе, нам точно пригодится с ними сотрудничать.       — Разве Актия не воевала с Партевией в своюзе с Ремом? — девушка пыталась припомнить все, что слышала в Ремано.       — Союзы распадаются, да и десять лет прошло с конца войны, попробовать стоит, — Синдбад подмигнул и чмокнул девушку в висок. — Не беспокойся об этом, тебе нужно отдыхать, налаживание связей поручу Джафару.       Приятно получать заботу, но будущее, где ее полностью отстранят от дел не шибко ее радовало.       — Я беременна, а не больна, — она хмыкнула и зашла за ширму, чтобы переодеться.       — Нет, но напрягаться тебе нельзя, это приказ, — Синдбад широко улыбнулся.       Последняя фраза неприятно резанула гордость, но девушка ничего не могла возразить. В конце концов, она должна подчиняться, пусть это ей и претило. Ее негодование тут же испарилось, когда в комнату влетели Мистрас, Джафар, Хинахохо и Пипирика с подарками и поздравлениями. Оказалось, что их секрет уже стал достоянием общественности, ведь Синдбад на радостях успел все разболтать. Артемисии следовало бы злиться, но в круговороте объятий она совсем про это забыла. Возможно, идея остепениться не настолько и ужасна?

***

      — Госпожа, уже утро, — вежливый голос служанки разбудил Артемисию.       Она мигом вскочила и распахнула шторы, солнце стояло высоко, а значит был уже полдень.       Пока Артемисия в спешке пыталась натянуть платье, служанка накрывала ей на стол.       — Госпожа, но вам нужно поесть, — служанка подбежала помочь со шнурками на спине, талия уже раздалась, и нельзя было затягивать слишком туго.       — Посол из Кины уже здесь? — кажется, Артемисию совсем не интересовала еда, она быстро расчесала волосы и умылась.       — Их корабль пришфортовалася час назад, — боязливо ответила служанка.       Артемисия вылетела из комнаты в ту же секунду, ремень от меча застегнула уже на ходу. С тех пор, как Синдбад узнал о ее деликатном положении, он всеми правдами и неправдами пытался сделать из нее домашнего зверька. Поначалу она пыталась смириться и играть по новым правилам, но это в край осточертело. Ответ из Кины пришел три недели назад, но Синдбад не посвящал ее в детали, и другим запретил.       — Джафар! — Артис заметила ассасина в коридоре. — Переговоры уже идут?       Советник хотел слиться со стеной и исчезнуть, уж слишком у нее был грозный вид.       — Недавно начались, — он решил не врать, чтобы избежать скандала. — Приехал принц собственной персоной, так что, может, оставишь это Синдбаду?       — Принц? — удивленно переспросила Артис. Видимо, желание Кины сотрудничать оказалось сильнее, чем они предполагали. Или же они были в отчаянии, соседство с Ко им дорого обходилось.       — Я умею вести переговоры, — Артис обиженно хмыкнула и вошла в кабинет, ассасину осталось лишь смириться.       За столом сидел Синдбад и молодой мужчина — принц Кины. Вороные волосы контрастировали с диковинными белыми одеждами, он был высок и хорош собой, чем-то даже походил на Синдбада. Артемисия не обратила внимание на возмущенное лицо короля и поклонилась принцу.       — Простите за опоздание, принц Ямато Такерухико, — девушка обращалась к гостью так уважительно, насколько могла. Повезло, что она сама умеет наводить справки и не ударила в грязь лицом.       — Кто она, — Ямато изменился в лице, хмурые брови удивленно поднялись.       — Я Артемисия, занимаюсь международными отношениями, — она любезно улыбнулась и безапелляционно села рядом с королем. Синдбад сверлил ее взглядом, но выгонять не стал.       — Что ж, продолжим, — он обратился к принцу. — Вы говорили, что наши условия вас не устраивают?       — Точнее они унижают достоинство моей страны, — Ямато вновь похолодел, он совсем не оценил предложение покорителя лабиринтов и был настроен враждебно. — Синдория существует лишь месяц, а вы смеете говорить с нами на равных.       Не переговоры, а катастрофа. Артис было искренне интересно, чем Синдбад разозлил принца, или же это личная неприязнь?       — Мы хотим сотрудничать, а не главенствовать, — парировал Синдбад, хотя он едва скрывал свое раздражение.       — В вашем уставе четко прописано, что главой союза являетесь вы, другие страны не могут не подчиниться вашей воле, — Ямато пренебрежительно скривился. — Кина существует более пяти столетий, зачем нам подчиняться какому-то сосунку?       У Синдбада почти задергался глаз, его выдержке можно было позавидовать.       — Ко не скрывает, что хочет завоевать вас. Альянс семи морей мог бы предоставить вам защиту, именно об этом мы и говорили с вашим отцом и королем.       — Король слаб, его скоро заберет болезнь, — принц говорил с позиции силы и явно не прислушивался к доводам, или не хотел прислушиваться, — так что я буду принимать решение, и ваше предложение меня не устраивает.       — При всем уважении, — Артис решила вмешаться, пока они не кинулись на друг друга, а все к этому и шло, — мы ни в коем разе не пытаемся умалить достоинство и честь Кины.       Ямато перевел на нее взгляд и заметно смягчился.       — Вы слишком красивы, чтобы сидеть здесь и говорить на столь скучные темы.       Синдбад почти вскипел на месте, заявление и правда было весьма оскорбительным и скорее походило на флирт, но девушка решила воспользоваться моментом.       — Зато вы можете полюбоваться, — Артемисию даже веселила вспыхнувшая ревность в глазах короля. — Мы очень многому можем поучиться у Кины, но Синдория также может предложить сотрудничество в торговле, это взаимовыгодная сделка, принц Ямато.       — Для вас просто Такеру, — принц одарил ее улыбкой.       — Я польщена, — Артис спасала ситуацию как могла, а король сдавил ручки кресла до трещин.       — В расширении торговли мы действительно заинтересованы, — Ямато продолжил, — я должен ознакомиться с вашими отчетами, тогда и приму решение, — принц встал и бесцеремонно удалился, даже не удостоив покорителя прощальным кивком.       Синдбад уже давно не встречал настолько наглых и враждебно настроенных людей, но еще хуже выглядели заигрывания с его избранницей.       — Ты зачем пришла? Я же запретил, — король направил все недовольство на девушку.       — Это моя работа прошу заметить, — возмутилась Артис.       — Я освободил тебя от нее!       — Лучше бы поблагодарил меня! — девушка не выдержала, — Вы бы не договорились ни чем, не будь тут меня.       — Просто я ему не нравлюсь, — сказал очевидное Синдбад, — и что это были за улыбочки? — он встал так резко, что кресло со скрипом отъехало к стене.       — Дипломатия, — Артемисия также встала, чтобы он не возвышался и не давлел. — Сам меня учил льстить, когда нужно!       — Но не с другим же мужиком! — король окончательно вышел из себя, за что получил холодной водой прямо в лицо.       — Продолжим разговор, когда остынешь, — прорычала девушка и поставила кубок.       Наступил вечер, Артемисия вышла в сад дворца, чтобы немного успокоиться. Как оскорбительно, что Синдбад отстранил ее от всех дел на свете и сделал из нее придворное пугало. Многие бы мечтали быть на ее месте, но она хотела другого — чтобы с ее мнением считались. Но король все решает сам, он словно забыл, что она также причастна к созданию Синдории.       Стоило ей усесться на скамейку, за спиной раздался голос принца Кины:       — Что такое прекрасное создание делает одно в этом унылом месте?       Артемисия, нахмурившись, обернулась.       — Как как вы меня назвали? — она почти прорычала в ответ. Получилось настолько грозно, что принц почти открыл рот.       — А вы с характером, — он присвистнул, — еще больше мне нравитесь.       — Клинья подбиваете? — Артис закатила глаза. — Пустая трата времени, я уже занята и не заинтересована.       Ямато бесцеремонно уместился на скамейку рядом.       — Неужто тот дятел ваш избранник? Я не вижу у вас кольца.       Артемисия не смогла сдержать смешок.       — Мы не женаты.       — А, — принц закинул руки за голову, — так он еще больший дятел. Нельзя так оскорблять женщину и не жениться, если вы вместе.       Сложно спорить с очевидным, хотя Артемисия иногда задумывалась, не станет ли хуже, если они поженятся? Тогда Синдбад будет иметь полное право запереть ее в комнате и никуда не пускать.       — Король вам не нравится, почему? — уже спокойно спросила девушка.       — Строит из себя невесть что, хотя королем стал буквально вчера, — Ямато не стеснялся в выражениях и говорил так, словно они уже давно знакомы. — С вами вот куда приятнее иметь дело.       — Рада слышать, но я не предам доверие моего короля, — Артис пожала плечами, как бы она не злилась на Синдбада, он ее самый близкий и родной человек.       — Да я понял, — принц махнул рукой, — я это уважаю, преданных людей днем с огнем не сыщешь. Но мы могли бы быть друзьями? — его озорная улыбка обезоруживала.       — Что ж, это можно, — на удивление, Артемисии было легко с ним.       — Супер, — он протянул ей руку, — можешь обращаться ко мне Такеру.       Она пожала руку, приятно, когда тебя воспринимают как равную.       — А ты ко мне Артис, — перейти на «ты» оказалось так естественно. — Мне жаль, что твой отец болеет.       — Он не отец года, но спасибо. Обычно людям плевать, они лишь хотят воспользоваться.       — Да уж, наверное, тяжела ноша короля, — Артис говорила искренне, Такеру хоть и был гордецом, но заносчивостью не страдал.       — Хотя твой король этим всем упивается, — подметил принц, пока жевал тростинку.       — За что бы он ни взялся, у него все получается, таков уж Синдбад, — Артис ответила уклончиво, но в душе была согласна.       — Да брось, он пока не сталкивался с реальными проблемами, вот и все.       — Ты зря, он многое пережил, — ей ли было не знать, — так ты отклонишь его предложение?       — Кине подачки не нужны, Синдбад думает, что делает нам одолжение, но мы выстоим и без посторонней помощи, — Ямато прекрасно понимал, на что пытался давить их король.       Артемисия понимала его негодование, она тоже не может терпеть поводок на шее.       — Раз мы говорим открыто, я соглашусь, что Синдбад был неправ, — она едва уловимо ухмыльнулась, а в глазах мелькнул огонек коварства, — но я могу сделать тебе предложение, которое тебе понравится.       На следующее утро состоялся второй раунд переговоров с принцем Кины. Как Синдбад и ожидал, Ямато оказался непреклонен и не согласился на те же условия, что он предлагал остальным странам. Однако он сам предложил внести некоторые правки — Кина не будет подчиняться Синдбаду, но обяжется помочь в случае нужды, если Альянс согласится ответить тем же. Также принц согласился и на прямую торговлю. Король подписал сделку, но радости совсем не испытывал. Условия его устраивали, но не более. Синдория получала еще одного торгового партнера, а Кина оставалась независимой. В идеальной картине мира Синдбада все выглядело немного иначе.       В полночь король вернулся в покои, он с облегчением выдохнул, когда обнаружил Артемисию на кровати, хотя бы не шлялась где попало в темноте.       — Мы заключили сделку, — оповестил Синдбад, пока снимал роскошные одеяния.       — Неужели, — девушка фальшиво удивилась.       — Брось, я знаю, что ты говорила с этим бакланом наедине.       — Может быть, это тебя не касается, — Артемисия ответила ему той же монетой и отвернулась.       Синдбад сел на кровать и повернул ее обратно.       — Я не хочу ссориться, пойми, я лишь хочу тебя уберечь, — он погладил ее едва заметный живот, — и его тоже.       — Мне нравится твоя забота, — она положила свою руку сверху, — но не контроль, я вполне могу сама принимать решения насчет своего здоровья и остального.       Король тяжело вздохнул и лег рядом.       — Если наш ребенок будет упрямее нас обоих, это будет катастрофа.       Артемисия хохотнула, стоило ей представить эту картину, как сердце оттаяло.       — Зато будет сильным, даже сильнее нас, — она уместилась в крепких объятиях.       Сон приятно утянул за собой в темноту и спокойствие. В эти редкие секунды, когда они оставались только вдвоем, весь мир съеживался до стен их спальни. Первые лучи скользнули по лицу, и Артемисия открыла глаза. Просыпаться совсем не хотелось, но ее смутило ощущение липкости и намокшие простыни. Толком не продрав глаза она поднесла руку к лицу. Красный цвет крови ослепил, дыхание сперло словно ее ударили под дых. Стоило ей сесть, красный расползся по кровати. В тот момент реальность стала хуже самого мрачного кошмара.