You could have said before

Его лицо кажется ей самым красивым на свете. Чонгук любуется таким спокойным и безмятежным парнем, который лежит перед ней, уже около десяти минут. И ей не надоело. Совершенно. Она ласково проводит ладонью по его волосам, приглаживая растрепавшиеся пряди, и наслаждается их мягкостью. Чимин хмурится во сне, вызывая её хихиканье, и Чон прижимается к горячему телу, пряча лицо на груди Пака. — Ты в порядке? — хриплый ото сна голос Чимина вызывает табун мурашек по коже девушки. Обычно высокий, он звучит так непривычно, но более будоражаще. — Да. Почему я должна быть не в порядке? — задаёт вопрос шатенка, поглаживающе проводя кончиками пальцев по лицу Чимина. — Ну мы переспали, — усмехается парень, наслаждаясь ласками, которые ему дарит Чонгук. Девушка молчит какое-то время, касаясь пальцами его губ, очерчивая контур, и вздыхает. — Всё в порядке. Правда. Чимин, всё ещё с закрытыми глазами, тянется ладонью к плоскому животу девушки, чтобы погладить, вызвав тем самым её смущённое хихиканье. Пак не может сдержать улыбку в ответ и, приоткрыв один глаз, смотрит на Чонгук и целует её в губы. События прошедшей ночи свежи в его памяти и как-то внезапно пронизывают его.

***

«Я не знаю, что мне надеть», — хохочет в трубку Чонгук, когда они разговаривают по телефону. У них сегодня что-то вроде юбилейного десятого свидания, на которое они решили сходить в зоопарк, где есть аквамир, который представляет из себя подземное помещение с множеством больших аквариумов с разнообразными видами рыб. Они давно хотели сходить туда, ещё несколько лет назад, но так и не представился случай. — Это зоопарк — сильно не заморачивайся, потому что мало ли какой-нибудь верблюд на тебя плюнет, — спокойной говорит Чимин, но потом его пробирает смех, когда девушка кричит: «Ну оппа!». «Я хочу выглядеть красиво для тебя», — бубнит девушка, и улыбка на лице Пак расползается настолько широкая, что ему кажется, что его лицо треснет. — Ты и так всегда красивая для меня. Даже если наденешь то ужасное платье, которое украла у своей бабушки в четырнадцать. Он уверен, что Чон жалеет, что не находится рядом с ним, потому что тогда она могла бы ударить его прямо сейчас. «Я отключаюсь. Ты невыносим», — смеётся девушка и правда сбрасывает, но напоследок тараторит: «Люблю тебя». Уже какой раз губы растягиваются в дебильной улыбке, и Пак ещё долго смотрит на горящий экран. Боже, как же он сейчас счастлив. Несмотря на то, что в его жизни не было отношений, он считает, что ему лучше, чем с Чонгук, ни с кем никогда не будет. Эта девушка особенная для него, и он ни за что не пожалеет о том, что когда-то в неё влюбился.

***

— Ты надела юбку, — констатирует факт Чимин, когда девушка садится в машину. Чонгук смотрит на него и усмехается, а потом как-то слишком развратно закусывает губу и чуть шире расставляет ноги. — Хочешь соблазнить меня? — сухо выдаёт Пак, всё ещё не отрывая вгляда от шикарных ног девушки. Ему безумно хочется коснуться её бедра. — А что, похоже? — игриво шепчет шатенка, наклонившись к его уху и оставляя там лёгкий поцелуй, что будоражит всё нутро парня, и Чимин, выруливая с парковки, не глядя забирается рукой под бежевую юбку из приятной бархатной ткани, чтобы сжать бедро ближе к интимному месту. Чонгук закусывает губу, чтобы не застонать, и резко сводит ноги, чувствуя, как пальцы парня легко касаются её там. — Оппа… — она не может продолжить, потому что тихий стон срывается с губ, когда её начинают ощутимо поглаживать. — Боже. Девушка откидывает голову назад, цепляясь пальцами за сиденье, и закрывает глаза, наслаждаясь неторопливыми ласками. Ткань трусов уже позорно намокла, выдавая с потрохами её сильное возбуждение, и она уже настраивается, как парень убирает руку, глухо смеясь. Чонгук разочарованно стонет. — Ты очень чувствительная, — улыбается Пак, коротко взглянув на напряжённую Чон, явно пытающуюся убить его взглядом. — Ты надеялась на продолжение? — вскидывает бровь. — Уймись, я с тобой не разговариваю, — обиженно сопит шатенка, отворачиваясь к окну и скрещивая руки на груди. Из-за такого ребячливого поведения она заставляет Чимина засмеяться.

***

Чонгук восторженно кидается то к одной стене аквариума, сделанного как тоннель, то к другой, с восхищением разглядывая рыб. Чимин идёт за ней и улыбается, больше наблюдая за детским восторгом девушки, чем наслаждаясь времяпрепровождением в аквамире. Чонгук перестала дуться на него ещё в машине, когда он включил её любимую песню. Когда они стали подпевать, то поняли, что их голоса хорошо сочетаются. Чон даже сказала, что они были бы чудесным дуэтом. — Боже, смотри, она такая странная! — восклицает Чонгук, тыкая пальцем в место, где плавает лупоглазая небольшая рыба, и хихикает. — Это чудесное место! — Я рад, что тебе нравится. Пойдём проверять, плюнет ли в тебя верблюд? — в шутку спрашивает Пак и ловит на себе уничтожающий взгляд девушки. — Ты такой чертовски добрый, — язвит Чон. — Конечно, пойдём, только я договорюсь с ним, чтобы у него было желание плюнуть в тебя. — Да я же пошутил. Ты обиделась? Зайка, ну не обижайся! — хохочет Чимин, нагоняя девушку уже около выхода из тоннеля.

***

Обоих атакует голод после многочасовой прогулки по зоопарку. Никто так ни в кого и не плюнул, что очень хорошо, но верблюда они всё же увидели. И ещё много чего увидели и сфотографировали, где было разрешено. На самом деле, это их наиболее весёлое и насыщенное свидание, потому что обычно они ходили в кафе или в кино, иногда в парк. Но так как друг с другом им было очень комфортно и хорошо, это не казалось каким-то слишком примитивным. — Я ужасно устала, — стонет Чонгук, когда они садятся за столик в кафе. — Ноги болят. Ах, кстати, — резко восклицает шатенка, а потом, хихикнув, понижает голос, чтобы не беспокоить людей, да и то, что она собирается сказать, не предназначено для ушей других. — Останешься сегодня у меня? Чимин вскидывает бровь, заставляя девушку смущаться. Поэтому она быстро лепечет оправдания: — Я просто хочу, чтобы мы… чтобы ты… в общем, я не имела в виду то, о чём ты подумал, — раскрасневшись, выдыхает она тихо и пьёт воду, чтобы немного остудить себя. — А ты думаешь, что я о чём-то подумал? — хмыкает он. — Ну Чимин, — вымученно стонет шатенка, и перед ней и парнем на стол ставят блюда, которые они заказали. Пак никак не реагирует на то, что девушка назвала его по имени, потому что та периодически делает так, когда хочет казаться более серьёзной. — Ты же в любом случае подумал об этом, — и закатывает глаза. — Все парни думают об этом, если девушка приглашает их к себе. — А ты, конечно же, только с невинными намерениями? — снова хмыкает старший, принимаясь за еду, потому что его желудок уже неприятно сводит от голода. — Ну-у… — тянет Чонгук, стыдливо отводя взгляд и вновь краснея. — Нет. Пак усмехается. Но то, что потом говорит Чон, заставляет воздух покинуть его лёгкие. — Я же не просто так кружевное нижнее бельё покупала, — тихо говорит и отводит взгляд, словно она не при чём и вообще невинная овечка. Чимин судорожно хватает стакан с водой и пьёт, осушая тот полностью за пару глотков. Чонгук заворожённо наблюдает, как маняще кадык перекатывается под его кожей, когда он глотает. Она не может отрицать своё возбуждение, которое ей доводится чувствовать сейчас намного чаще, потому что с момента, как они начали встречаться, Пак будто нарочно делает что-то сексуальное, но потом остаётся наказанным, когда его же нечестную игру принимает и Чон, специально надевая шорты покороче и майку пообтягивающей, когда они ходят в зал по выходным или сидят у неё дома. Она даже однажды надела у него дома его футболку, сняв лифчик, и запретила ему её касаться. А потом не могла выудить Чимина из ванной добрых двадцать минут. — Ты издеваешься надо мной, — сообщает Пак, но это и так всем известно. — Какого оно цвета? — Сегодня сам и узнаешь, — подмигивает девушка, многообещающе улыбнувшись. Парень знает, что это первый раз у обоих, но Чон выглядит такой уверенной, словно не боится ничего. А он конкретно трусит, что налажает, и их первый раз превратится во что-то ужасное, в какое-нибудь болезненное воспоминание. Самый худший исход — это если она его бросит.

***

На улице уже довольно темно, и в машине немного прохладно, когда они садятся внутрь, и Чимин пристёгивает Чонгук и себя ремнём безопасности. — Слушай, а я говорила, что буду мстить? — спрашивает с интересом девушка, когда они отъезжают на приличное расстояние от кафе. — Кому? — Пак бросает на неё мимолётный взгляд. — Тебе, — хитро улыбается Чонгук, облизнув губы. — За утро. Чимин непонимающе хмурится, часто бросая в её сторону взгляд, но потом, когда шаловливые пальчики Чон перемещаются на пряжку его ремня, всё становится ясным. Парень сглатывает, жалобно прося подождать до дома, потому что есть вероятность, что они попадут в аварию. — А ты веди аккуратно, сладенький. — Шатенка хмыкает, резко потянув за ремень, чтобы расстегнуть его. Пак жалобно скулит, потому что Чонгук не перестаёт играться, выпуская пуговицу из петли и вжикая молнией. Она приспускает его джинсы, а потом и трусы, освобождая полувозбуждённый орган из ткани. Пак пытается не закрыть глаза и не застонать, когда аккуратная ладонь Чон ложится на его член, а большой палец принимается поглаживать головку. Она даже прикусила губу, словно перед ней увлекательная игра, а никак не член собственного парня. — Ты такой большой, — игриво шепчет, проводя по всей длине. — Боже, — всё же стонет Пак, закусывая губу и тормозя на светофоре. Им ещё бог знает сколько ехать, а эта пытка только началась. Он не знает, выдержит ли. — Когда-нибудь я сделаю тебе минет, — спокойной говорит Чонгук, медленно водя по члену ладонью, словно дразня поддевает ногтём уздечку. А потом хохочет, когда Чимин в прямом смысле давится, называя её жестокой. Движения руки ускоряются, но, как только Чимин начинает чувствовать подступающую разрядку, всё резко прекращается, и Чонгук одевает его обратно. — Ты же не думал, что я дам тебе кончить? Ещё машину испачкаешь… — невинно говорит она, и теперь Пак понимает, почему она сказала «месть».

***

Он не может сдержаться, когда они заходят в квартиру Чонгук. Чимин резко срывает с неё юбку и блузку, поскорее желая увидеть то злополучное бельё. И… о боже, он действительно бы изошёлся слюной, будь он какой-нибудь собакой. — Тебе идёт чёрный. Девушка улыбается и привстаёт на носочки, чтобы дотянуться до губ Чимина. Тот послушно опускает голову, обхватывая чужие губы, жёстко посасывая нижнюю, и резко и глубоко врывается в горячий рот языком. Чонгук стонет, утягивая его в спальню. Пак валит её на кровать, когда они заходят в комнату, и нависает сверху, целуя мягкие губы. Чёрное кружево оказывается зажато между пальцев, и Чимин игриво тянет трусики Чон вниз, но потом возвращает на место, резко отпустив, от чего ткань шлёпает по нежной коже, вызывая сжатый стон шатенки. Пак расправляется с лифчиком, откидывая его куда-то в сторону, и наслаждается тем, что почти полностью видит всю Чонгук. Её тело красиво. Оно притягательно и желанно. Поэтому парень разрешает себе поцеловать шею, ключицы, плоский живот и перейти к груди, обхватывая губами сосок и посасывая. Чон хватается пальчиками за его волосы и сдавленно стонет, выгибаясь в спине. Пак избавляется от своей рубашки и джинсов, вновь припадая губами к горячей коже. Он влажно целует Чонгук в шею, оставляя засос как можно более внушительного размера, чтобы он так и кричал, что эта девушка занята, но пока кричит только девушка. — Как бы сильно мне ни нравилось твоё бельё, но мне придётся снять это, — усмехается Чимин и тянет чёрное кружево вниз по ногам шатенки. Он нависает сверху, просунув руку между их телами, начиная ласкать девушку в особо чувствительных местах. Чонгук стонет, показывая тем самым, что ей хорошо и он не должен останавливаться. Значит, он ничего не испортил и девушке хорошо сейчас. С ним. Пак нежно целует Чонгук, когда аккуратно толкается в горячую девственную узость. Шатенка вскрикивает от боли, пальцами стискивая плечи Чимина и до побеления кожи впивается в них ногтями. — Извини, зайка, — виновато шепчет парень, пытаясь отвлечь от боли хотя бы поцелуями, но это мало помогает, потому что Чонгук всё ещё болезненно впивается ногтями в его плечи и по её щекам текут слёзы. Пак сцеловывает их, замирая внутри до тех пор, пока не получает разрешение в виде тихого шёпота: «Двигайся». Когда боль стихает, Чонгук позволяет себе закинуть ноги на поясницу парня, обхватывая его, и прижаться грудью к его груди, томно простонав. Пак подхватывает её ногу под коленкой, ускоряя темп и выбивая тем самым высокие стоны с губ девушки. Чимин сам не может сдержать гортанного стона, потому что ему слишком хорошо прямо сейчас. Чонгук кончает с громким и протяжным «Чимина», а Пак ещё несколько раз толкается и выходит, изливаясь на живот Чон. Тело шатенки мелко подрагивает из-за испытанного оргазма, но она мягко улыбается, когда Чимин прижимается своим лбом к её лбу и тяжело дышит. Она перемещает ладони на шею парня, чтобы притянуть для поцелуя, и даже тогда её и его губы предательски расплываются в счастливой улыбке.

***

— Я буду чаще звать тебя к себе, — усмехается Чонгук. Она ни капли не жалеет о проведённой вместе с Чимином ночи. — Я думал, ты скажешь: «я люблю тебя больше жизни», — фыркает Чим. — Потому что я люблю тебя больше жизни, Чон Чонгук. — Я люблю тебя больше жизни, Пак Чимин, — с улыбкой говорит шатенка. Потому что Пак — её личное «всё», без которого, кажется, она умрёт. Теперь она в полной мере понимает это.