Турнир

… противостоят примерно три десятка рыцарей смерти. Это много, учитывая, что они сильнее даже ифритов, которых у нас всего четверо. Будем надеяться на мои баффы и на боевое умение Дары, которые должны хоть как-то уравнять шансы. В центре ситуация выглядит получше – у противника двести зомби и всего триста скелетов против наших пусть и неполных восьми сотен. Не будем также списывать со счетов Саню и Мюллиха. Первая, владея магией огня, может проклинать всех вражин скопом, а своих скелетов усиливать жаждой крови, второй же способен несколько раз поднять изрядную кучу павших. Подозреваю, что Нимбус может примерно то же самое, что и Мюллих, только в больших объемах, но он один, и его присутствие наверняка потребуется не только в центре. Как обстоят дела на правом фланге мне не видно, но, зная боевые качества Турис, я не слишком беспокоюсь о том, что там будет происходить. Отдаю приказ, и наши войска начинают слитное движение навстречу противнику. Перед самым столкновением притормаживаю рыцарей смерти заклинанием медлительности, и теперь мы владеем инициативой. Дара первым же ударом валит с коня ближайшего противника. Ах да, ее нагината способна один раз за бой мгновенно убить любого, даже самого живучего бойца. Конь шарахается в сторону, латы рассыпаются на составные части, а суккуба закручивает свое оружие в сияющую сталью восьмерку, не подпуская к себе ни рыцарей смерти, ни их оружие. Ифриты, прикрывающие суккубу с боков, разлетаются в стороны, то ли не желая мешать, то ли опасаясь угодить под быстрые удары косы. С одной стороны, это опасно, потому что теперь Дару атакует сразу трое врагов, с другой – хорошо, потому что открывает мне простор для действий. Бросаю в любимую Кольцо холода и наблюдаю, как один из рыцарей (видимо, уже подраненный суккубой) рассыпается ледяными осколками, а двое других начинают пятиться, закрываясь заиндевевшими щитами. Оглядываюсь по сторонам. Ифриты неплохо держатся, а вот на левом фланге четверо демонов падают замертво под ударами страшных мечей противника. Воскрешаю всех четверых одним заклинанием, и тут вижу, как зашедшие с тыла собачки Еновы виснут сразу на пяти или шести рыцарях смерти. Те пытаются отмахиваться, но нападение настолько внезапно и хорошо согласованно, что не оставляет им шансов удержаться в седлах. Енова, подобно ангелу смерти, проносится над опрокинутым флангом некромантов, на скаку сшибает из лука еще одного всадника, и, отсалютовав мне, свистом отзывает собак. Затем они дружно исчезают в густом кустарнике, словно и не было никого. Дорезаем упавших с коней противников (трое уже мертвы) и двигаемся вперед. Рыцари смерти пытаются сопротивляться, но их ряды тают, а наши потери уже не имеют значения, мне даже приходится немного подождать, чтобы не воскрешать демонов по одному, сэкономив тем самым немало маны. В центре дела обстоят неплохо – вражеские скелеты перебиты полностью, а зомби окружены и скоро последуют за скелетами. Мюллих поднимает очередную группу павших солдат, а Саня прицельно отправляет фаербол за фаерболом в попавших в ловушку живых мертвецов. Что делается на правом фланге не рассмотреть из-за поднятой пыли, но грифоны собираются в небе довольно далеко впереди. Кажется, это победа. Причем доставшаяся нам не слишком дорого. Ну и хорошо, всегда бы так. - Дарочка, ты цела? – осматриваю суккубу, и, обнаружив на ней несколько свежих порезов, активирую заклинание лечения. - Мы победили! Слышишь? Победили! Демоница, тяжело опираясь на косу, другой рукой обнимает меня. Рука дрожит, но глаза сияют восторгом. - Госпожа, я не верила, - задыхаясь, произносит она, - но вы и вправду великий полководец! - Спасибо, любимая, - покрываю поцелуями ее лицо, - а ты мой герой! И скоро станешь моим мужем. Звуки боя вокруг понемногу утихают. К нам подходит Саня, за ней следует Мюллих. Выпускаю Дару из объятий и оглядываю офицеров. Они целы, хотя Саня и выглядит несколько утомленной. - Мюллих, подними всех, кого только можно, в виде скелетов. Короче, ты и сам все знаешь лучше меня. Дарочка, собери войска, пересчитай, если кого-то надо воскресить – то я еще пять минут буду здесь. Раненых отправляй в госпиталь к Риону, надеюсь, тамошние медикусы не откажутся помочь союзным демонам. Саня, собирайся, мы едем в гости к Нимбусу. Дара, Мюллих, как закончите здесь – присоединяйтесь. Кстати, кто знает, как обстоят дела у Турис? - Пехота Риона столкнулась с вампирами и призраками. Те упорно бились, но зашедшие с фланга рыцари решили бой в нашу пользу, - объясняет Мюллих, - короче, полная победа на всех направлениях. Мы садимся на лошадей и, сделав ручкой остающимся, выезжаем к лагерю Нимбуса, виднеющемуся вдали. Фиолетового знамени над составленными в круг обозными телегами уже нет, из чего я заключаю, что либо Енова успешно выполнила мое задание, либо вражеский предводитель мертв. Хотя мог и сбежать, с него бы сталось. Мы подъезжаем ближе и видим нескольких охранников-личей, разорванных в клочья адскими гончими, и довольную Енову, стоящую посреди разоренного лагеря. У ее ног лежит бесчувственное тело некроманта с безжалостно вывернутыми и связанными за спиной руками. - Как интересно. Енова, я уже говорила, что ты просто кладезь талантов? - Да, великая, вы упоминали что-то в этом роде. Но я не вижу большей для себя чести, чем выполнять вашу волю. - Как же ты умудрилась взять его живым? Нимбус вообще-то серьезный противник, кроме того, он выше тебя по уровню. - Он отвлекся на моих собачек, и мне удалось без особого труда подкрасться к нему сзади, - улыбаясь, отвечает эльфийка, - ну а потом я просто его придушила. - Отлично, а можешь привести его в чувство? - Незачем хлопать его по щекам и поливать водой, потому что Нимбус пришел в себя уже несколько минут назад. Сейчас он просто делает вид, что лежит без сознания, - сообщает Енова и, лукаво улыбнувшись, добавляет, - но если пожелаете, я могу пнуть его по ребрам, он здорово завопит. - Думаю, пока не нужно. Кстати, а как ты определила, что он уже очнулся, ведь ты же не маг? - У него изменился ритм дыхания, великая. Эльфы легко распознают такие вещи. Подхожу к Нимбусу ближе и разглядываю. - Ты все слышал. Хватит прикидываться, Нимбус, - я наклоняюсь и поворачиваю его голову к себе, - в прошлую нашу встречу все было наоборот – ты стоял, а я лежала перед тобой, распятая на земле разбойниками… - Чего ты хочешь? - Ответов. Честных и желательно подробных. Тогда я тебя не убью. - Спрашивай… что знаю – отвечу. - Где Сорша? - Где и была… - Нимбус, ты так и не понял? Я не забыла ни подлога с черными драконами, ни своей поруганной чести. Если ты прямо сейчас не начнешь отвечать подробно – я даже не стану тебя пытать, а просто отдам своему вампиру. Он обратит тебя и спросит, как старший по крови. Ты не сможешь не ответить. Или лучше отдать тебя суккубе? Она не станет тебя мучить, а подарит нечеловеческие ласки. Только тебе не понравится, потому что они будут сродни тем, что ты дарил мне и Сорше. Думаю, суккубе не будет противно откладывать в твою утробу демонические яйца, потому что потом я позволю ей выпить твою душу. Сразу после того, как, раздуваемый изнутри оплодотворенными яйцами, ты со слезами и соплями все расскажешь. И будешь умолять, чтобы тебя спросили еще о чем-нибудь, только будет поздно. - Я расскажу! Все расскажу! Она в подвале замка Рыс-Рун, там же где и была. Он заточил ее там, не я. Это правда! - Кто он? - Хеор, мой бывший учитель! Ты видела его, он приказал захватить вас, я только выполнял его волю! - Хорошо. Он взял под стражу и тебя? - Да, я… вызвал его неудовольствие. - Чем? - Ну… я упустил тебя. - Чем еще? - Я пытался спрашивать у нее про тебя… и Хеору это не понравилось. - Нимбус, не юли. Я все знаю. Например, что чувствует человек, когда суккуба выпивает у него душу. Но не переживай, скоро и ты узнаешь. - Да, я влюбился в нее! Но она не захотела бы стать моей! - И ты изнасиловал ее, сукин сын. Связанную, распятую на кресте! А потом пытался убить! - Да… я сожалею. - Мы остановились на том, что Хеор взял тебя под стражу. Как получилось, что ты здесь? - Он отлучился из замка и я смог бежать из камеры. Убил рыцаря смерти и захватил город. В визомоне увидел армию под твоим флагом и поспешил навстречу. Я недооценил тебя, думал, что легко справлюсь, но ты снова меня обхитрила. - Да, здесь не работает код на призыв двадцати черных драконов. Но ты слишком старательно избегаешь упоминать о Сорше. Я не поверю, что ты ушел из Рыс-Руна, не побывав в ее камере. Что с ней? - Я… ничего ей… не сделал… правда… - Великая, - произносит Енова изменившимся голосом, - посмотрите сюда. - То есть ты все-таки посетил ее! - Нет… то есть да. Но я ничего… - Вы должны это видеть, великая, - повторяет Енова, кошусь на нее и вижу, как она в ужасе сглатывает, - мне жаль, но кажется, я нашла ответ на ваш вопрос. Поворачиваюсь к эльфийке. Она стоит рядом с телом принадлежащего Нимбусу коня и роется в седельных сумках. Не говоря больше ни слова, она кладет на землю отрубленную женскую голову. Свалявшиеся рыжеватые волосы. Мучительно оскаленные зубы. Чувствую, как что-то обрывается внутри. Больно. Больнее, чем когда Кристиан ударил меня по животу. Тогда еще была надежда, что все обойдется. Теперь ее нет. Поворачиваюсь и опускаю глаза на связанную фигуру. Рука сама находит кинжал на поясе. Глаза заливают слезы, но я не промахнусь, даже если полностью ослепну. Золотое сияние. Борх срывается со своего обычного места у меня за плечом и закрывает лежащего Нимбуса своим телом. - Уйди! – рычу я, пытаясь отпихнуть фамильяра в сторону. - Он убил ее! На мне повисает Енова и, кажется, кто-то еще. - Ты убил ее, ублюдок! Убил мою Соршу! Что она тебе сделала? Сильные руки выкручивают мне кисть и отбирают кинжал. Перед глазами наливается огнем пиктограмма Волшебной стрелы, но непонятно откуда взявшаяся Дара ловит меня за левую руку, не давая прицелиться. - Остановись! Его нельзя убивать! – наперебой кричат офицеры. - Ты сама сказала, что он важен! Заклинание все-таки скатывается с кончиков пальцев, но прицел сбит, и сгусток магической энергии вдребезги разносит одну из телег. - Нет! Это не твоя подруга! – Нимбус в панике вжимает голову в плечи. - Это источник силы Хеора! Не знаю, кто это, но учитель поклонялся ей! - Голове? – внезапно я успокаиваюсь. - Хеор поклонялся голове? Ты в своем уме, Нимбус? - Я не знаю! У него была особая комната, где в пентаграмме со свечами хранилась эта голова. И он почти каждый день заходил туда и что-то делал. - Что делал? – я перестаю вырываться, и офицеры с опаской отпускают мои руки. - Он что-то делал с этой головой? - Не знаю, что-то говорил. И колдовал, так что стены тряслись. Я не заходил внутрь, он бы меня убил. - Госпожа, она кажется мне знакомой, - задумчиво произносит Дара, разглядывая голову. - Ты видела ее раньше? - Нет, но, возможно, я знаю, где все остальное. - Остальное? Ты имеешь в виду тело? - Мне кажется, вы должны увидеть сами, госпожа. - Где оно? - В подвалах Файрбранда… - Мюллих, мы с Дарой уедем на несколько часов. Стереги Нимбуса и заодно выясни, какие силы остались в Хармондейле. Остальным отдыхать. Будьте готовы к штурму замка как только мы вернемся. А еще спасибо и… простите меня. Подбираю голову и внимательно рассматриваю. Действительно, это не Сорша, хотя некоторое сходство имеется. Голова сильно запачкана какой-то скользкой желтоватой субстанцией. - Стабилизирующая мазь, - говорит Саня, заглядывая мне через плечо, - обычно ее используют, чтобы не дать покойнику разложиться. Возможно, Нимбус не врет, и эту голову отрубили уже давно. Очень сложные заклинания, они напоминают те, которыми окружают пентаграмму, когда хотят изолировать от мира призываемое существо. - Ты видишь следы заклинаний? - Да, но не могу понять, что они делают. Такое впечатление, что они очень старые, но их регулярно обновляли. Похоже, Нимбус что-то сломал, вынув голову из пентаграммы. Знаешь, возможно, эти заклинания вовсе не изолируют от мира что-то или кого-то… - А что же? - А вовсе даже наоборот, они изолируют мир от прихода чего-то. - Не улавливаю разницы. - Я пока тоже. Адочка, когда вы с Дарой закончите с телом, привези обратно голову, пожалуйста. Хочу посмотреть более внимательно, может быть смогу понять больше. Пока же могу сказать одно – эти заклинания настолько сложны, что могли быть созданы только величайшим магом Антагарича… …каменном алтаре лежит обнаженное женское тело. Даю команду светильникам усилить освещение и рассматриваю спину лежащей на животе покойницы. Кожа блестит от стабилизирующей мази, так же как и голова из мешка Нимбуса. Подхожу ближе. Тело практически не тронуто тлением и выглядело бы как спящее, вот только косо перерубленная шея намекает, что его владелица уже не проснется. Осматриваю поврежденный позвонок и прихожу к выводу, что голова и тело принадлежали, скорее всего, одной и той же женщине. - Очень похоже, что ты права. Давай перевернем ее. Берусь за плечи покойной, Дара обходит алтарь и помогает, взяв тело за ноги. На счет «три», переворачиваем его на спину. Хорошая фигурка, вот только… В паху мертвой девушки совершенно неожиданно обнаруживается довольно крупный пенис. Осматриваю гениталии более пристально. Помимо члена имеется вагина, яички же отсутствуют. Между грудей видна довольно узкая, но судя по всему очень глубокая колотая рана. Ткани внутри разреза отливают серебром. Непонятно. - Я обнаружила ее через два дня после того, как Ксерон призвал меня из Инферно, - говорит Дара, - а увидев пенис, испугалась, что и сама скоро окажусь на алтаре без головы…. - Ты решила, что он открыл охоту на всех женщин, у которых есть член? - Ну, что-то вроде этого. Впрочем, пронесло – Ксерон не собирался меня убивать, хоть и дал понять, что эта моя особенность, - Дара красноречиво опускает глаза, - и была основной причиной назначения на пост капитана. - Поясни, если не трудно. - Помимо обязанностей по отстройке Файрбранда и поддержанию порядка, я должна была… развлекать его. По-всякому. В том числе – используя пенис. - А с мужчинами он…? - Насколько я знаю – нет. - Странно. Не могу представить Ксерона… пассивом. И не понимаю, зачем он хотел сохранить тело от разложения. Не думаю, что стабилизирующая мазь слишком уж дорога в производстве, но к чему такие сложности? Он ему, случаем, не поклонялся? - Нет, госпожа, не думаю. Но он часто заходил в эту комнату, подолгу стоял и смотрел на покойницу, - вспоминает Дара, - и каждый раз у него сильно портилось настроение. - Интересно. Хеор поклоняется голове. Ксерон хранит тело. Что связывает предположительно сильнейшего мага Антагарича и архидьявола-извращенца? - Может быть личность жертвы? - У меня нет никаких идей, кем она могла быть. Впрочем, дай-ка мне голову, - повторно осматриваю искаженное мукой лицо, - знаешь, она почему-то кажется мне знакомой. Нет, это не Сорша, но что-то общее в чертах, наверное, есть… Подношу голову ближе к обрубку шеи, собираясь приставить, берусь за пле… … спешно покидаем обеденный зал и поднимаемся в спальню. Возможно, стоило предложить сначала прогуляться по городу, чтобы еще больше раздразнить желание моего спутника, но… Трусики, засунутые ему в карман одновременно с многообещающим поцелуем, не позволяют ему думать ни о чем, кроме как добраться поскорее до кровати. Прямо на лестнице он запускает руку мне под платье и касается ничем более не прикрытого лона. - Ты знаешь, что ты вся мокрая? – спрашивает он, проводя пальцем между лепестками. - У тебя даже по бедрам стекает сок. Ты пыталась заставить меня обкончать штаны, но сама намокла даже сильнее. Да, есть такое дело. Я действительно немножко похулиганила – сняла туфельки и поласкала его пенис ступнями. Ну и что? Под столом и через штаны не считается. - Знаешь, вот что я сделаю, - демон легко подхватывает меня на руки, - донесу тебя до кровати, но не стану умолять заняться сексом, а просто засуну тебе в вагину твои же трусики… - А ты гораздо извращеннее, чем я думала… Пожалуй, мне нравится эта идея. - Но сначала я их как следует обкончаю. Как думаешь, красиво будут смотреться в твоей щелке черные кружева с белыми потеками? - Я хочу это увидеть. Обязательно найди зеркало и покажи мне. Демон кладет меня на кровать и торопливо раздевается. Одним движением выскальзываю из платья и остаюсь в одних чулках. Пока он, отрывая с мясом застежки, расстегивает и снимает камзол, успеваю подползти и потрогать его пенис. Впечатляет. Демонический член огромен, я не берусь точно оценить его длину и диаметр, но моей девочке придется сегодня пережить нелегкое испытание. Пожалуй, в толщину он как моя рука. Головка еще больше, и обхватить ее губами – задача не из легких. Для начала просто целую, заодно слизываю стекающую смазку. Демон замирает, забыв про разодранный камзол и не снятую сорочку. Продолжаю целовать, одновременно захватив ствол в кольцо из ладоней. Не обращая внимания на утробное рычание, быстро и сильно ласкаю, подводя к кульминации. Когда пенис начинает заметно пульсировать, достаю из кармана брошенных на пол штанов свои трусики и оборачиваю вокруг головки. Несколько движений руками, еще один поцелуй и демон выстреливает. Два кружевных треугольничка, соединенных тоненькими перемычками, героически пытаются сдержать почти пинту спермы. Естественно, ничего не выходит, но мне того и надо – демонстративно слизываю попавшие на лицо брызги. Потом стаскиваю трусики с содрогающегося пениса и ложусь на спину, широко разведя бедра и согнув коленки. Под восхищенным взглядом играю с киской – провожу пальчиком между слегка раскрывшихся лепестков, трогаю горошину клитора, потом раздвигаю складочки, демонстрируя вход в пещерку наслаждений. Демон склоняет голову, явно не желая упускать подробности. Прикладываю испачканные трусики к полураскрытому лону и закусываю губу. Пальчик, словно помимо моей воли, касается краешка кружевного комка и подталкивает его внутрь. Потом еще немного… и еще… - Да ты конченая извращенка, - хрипло произносит демон, - как жаль, что я не встретил тебя раньше… Наступает очередь треугольничка. Он скользко заходит внутрь, раскрывая бутон. Чувствую, как из лона тонкой струйкой вытекает сперма – вообще-то я обещала сестре не делать глупостей, но…. Тут демон не выдерживает – он опускается на колени и буквально заталкивает в меня второй треугольник. Потом наклоняется и начинает слизывать вытекающую из переполненной дырочки смесь моих соков и его спермы. - Ты лучший из мужчин… которых я когда-либо познала… - кладу пальчики на нежные лепестки и тяну их в стороны, раскрывая перед любимым лоно, - возьми меня! Затолкай трусики глубже! Залей мое нутро животворящим семенем! Демон продолжает вылизывать мою девочку, очищая от потеков спермы, а потом выпрямляется и приставляет к ней свой громадный пенис. Секунда – и он внутри. По счастью, я возбуждена дальше некуда и все еще полна спермы, поэтому он входит относительно легко. Обхватываю ногами мускулистый торс, помогаю войти еще глубже и чувствую, как пенис упирается мне во внутренности. - Ты безумная! И самая лучшая из женщин, - то ли рычит, то ли стонет от наслаждения демон, - и теперь ты моя! Моя женщина! Моя невеста! Обнимаю его за плечи, плотно прижимаюсь к груди и начинаю двигать бедрами навстречу, буквально насаживаясь на пульсирующий член. - Твоя! Твоя жена, твоя невеста, твоя шлюха, - вцепляюсь в его ягодицы, крепко сжимаю пальцы, и демон с рычанием изливается, - в меня! Не выходи! Заполни меня до краев! Мы сплетаемся руками, ногами, телами и бьемся в такт, сбрасывая на пол подушки. Потом поворачиваемся набок и просто лежим обнявшись, пытаясь отдышаться. - Никогда бы не подумал, что такая женщина может происходить из рода людей, - удивленно произносит демон, гладя меня по бедру, - но ты заткнула за пояс всех криганиек… - А с чего ты взял, что я человек? - игриво замечаю я, поигрывая мышцами влагалища. - Вообще-то я богиня, разве не заметно? - Не может быть. Боги живут на небе и не кувыркаются в постели с демонами. - Ты даже не представляешь, с кем мы только не живем… и где не кувыркаемся, - ухмыляюсь я, - например, с настоящими футанари. Но, если не веришь, могу предоставить доказательства! - Не верю, - демон коротко целует меня в губы и продолжает, - давай свои доказательства! - Ты сам напросился, - грозно говорю я, откатываясь на другой край кровати, и наставляя палец себе в пах, - теперь тебе придется как-то с этим жить! Сажусь, опираясь спиной на высокий подлокотник, и широко развожу ноги, чтобы демону было видно, все что происходит. Надеюсь, он не сбежит от такого зрелища. Впрочем, не сбежит, я чувствую, иначе не стала бы активировать на себя заклинание. Мне кажется, он достаточно развращен, чтобы оценить Пенис сладострастия Куроми по достоинству. Слизывать с моей киски собственную сперму он же не отказался? Значит, есть шанс, что и это его не оттолкнет. Развожу лепестки в стороны, снова раскрывая лоно, и обнажая бугорок клитора. Зажимаю его между пальцами, словно крошечный член. Легонечко ласкаю, встряхивая кистью – он послушно растет, позволяя мне постепенно увеличивать амплитуду движений. Потом он увеличивается настолько, что становится возможным зажать его в кулаке. Поднимаю глаза на демона – тот смотрит не отрываясь. Добавляю вторую руку и немного ускоряюсь – пенис еще больше вырастает и твердеет. Наклоняюсь вперед и касаюсь его губами. - Настоящая футанари, - шепчет мой любовник, - вот это да… Демонстративно облизываю головку, потом завожу остренький язычок под крайнюю плоть. Пенис отзывается напряжением, на нем проступают вены. Качаю головой, лаская саму себя. Демон тянется ко мне, отмечаю, что его собственный пенис уже снова в боевой готовности. Кажется, он стал даже больше, чем был. - Тебя возбуждают футанари? – сползаю с подлокотника и ложусь на спину, подняв бедра и заведя ноги за голову. - Вынешь из меня трусики? Демон кивает и обнимает мои бедра. Его длинный язык щекочет мою промежность, слизывая потеки спермы. Не прекращая ласкать губами пенис Куроми, пальцами раскрываю перед ним мою девочку. - Какая же ты красивая… там, - говорит демон, подцепляя когтем трусики, - я хочу еще раз взять тебя. Но сначала… Он извлекает трусики, подносит к лицу, вдыхая запах, а потом зачем-то завязывает их узлом. Потом еще одним, и еще. В итоге получается небольшой, но тугой шарик из кружевной ткани, хорошо смазанный соками и спермой. Этот шарик демон вводит мне в попку целиком, да еще и проталкивает пальцем поглубже. Содрогаюсь от смеси боли и наслаждения – потому что в освободившееся лоно снова врывается демонический пенис. Ладони на бедрах сжимаются крепче, а потом одна рука осторожно касается пениса Куроми. Ладонь сжимается вокруг ствола и начинает движение, видимо знакомое каждому мужчине с подросткового возраста. Впрочем, не только мужчинам, мы с сестрой и парочка избранных смертных женщин являются счастливыми исключениями из этого правила. От этой двойной ласки пенис начинает ощутимо пульсировать, намекая на скорую развязку. - Это ты конченый извращенец, - шепчу я, выпуская изо рта головку и, изо всех сил стараясь оттянуть эякуляцию, - хочу кончить вместе с тобой… Демон не отвечает, но ускоряет движения бедер до предела, стараясь догнать меня. Через несколько минут, по ставшим судорожными движениям, понимаю, что он тоже почти готов. Ловлю пенис Куроми губами, всасываю головку и… Мы вспыхиваем одновременно, может быть я даже чуть раньше. Извергаю семя себе в рот, едва не захлебываюсь, но умудряюсь почти ничего не упустить. Между бедер потоп. Мой любовник кончил так обильно, что сперма не поместилась во влагалище и теперь стекает по моему животу и грудям, капая на лицо и пачкая постель. Демон обессиленно выходит и ложится рядом. Кажется, его потряхивает от интенсивности полученного оргазма. Я вытягиваюсь на кровати, безжалостно пачкая постельное белье. Но тут он удивляет меня еще больше – приподнимается и, перекинув через меня одну ногу, садится сверху. Его промежность трется о мой пенис, заставляя воспрянуть расслабившуюся плоть. Ягодицы плотно сжимают головку и я закрываю глаза, чувствуя как нарастает возбуждение. - Милый, ты самый извращенный из всех, кого я… Боль. Страшная боль в груди. Она выжимает из легких воздух и останавливает сердце. Открываю глаза и вижу стилет, торчащий между грудей. И руку Ксерона, сжимающую рукоять. Сердце, пропустившее очередной удар, пытается биться снова и разрывается о проткнувшее его острие. Больно. Я богиня. Я могу выжить без сердца. Убить нападающего. Вынуть стилет, залечить любую рану. Но я не могу пошевелиться. Меня не слушаются руки. Даже палец, который я хочу наставить на Ксерона, чтобы ударить его Взрывом, отказывается подчиняться. Пытаюсь лечиться, но все тело изнутри пронизано вязкой субстанцией, которая не пропускает магию. Смотрю на стилет и вижу, как оплавляется его клинок, как капли серебра стекают в рану, лишая меня надежды на спасение. Убийца богов. Слот: правая рука. Класс: уникальный. Действие: Будучи воткнутым в тело, парализует жертву, одновременно не позволяет ей использовать магию, полностью блокируя ток магической энергии. Описание: Одноразовый кинжал, созданный в предначальную эпоху легендарным охотником на богов и чудовищ. Больно. Зрение медленно туманится, но я все же пытаюсь спросить Ксерона, почему он так жестоко со мной обошелся. Губы отказываются говорить, но демон, похоже, все-таки замечает их движение, потому что слезает с меня и с издевательской улыбкой произносит: - Ты спрашиваешь меня «за что?». Ничего личного, богиня. Просто Хеор обещал вернуть наследие древних тому, кто принесет ему твою голову. И будь я проклят, если упущу свой шанс. В его руке появляется обнаженный меч. Длинный замах и… прости, сестра, кажется, я и вправду пропаду на всю жи…