Молоды и (не)зависимы

Осознание ошибки всегда приходит поздно, когда уже ничего не исправить, не повернуть время вспять. Эта ошибка съедает тебя долго и медленно, пока ты полностью не пропитаешься тоской по прошлому себе. Один такой неверный шаг может изменить всю твою дальнейшую жизнь, испоганить будущее. Если ты не научишься признавать свои ошибки и исправлять их, то для тебя ситуация безысходна. В маленькой пыльной комнате с коричневыми обоями, которую смог себе позволить Намджун на свой скромный в первое время заработок, просыпаться на утро совсем не хочется. Особенно просыпаться не один, а вместе со своим студентом. Воспоминания порочной ночи всплывают в сознании яркими картинками. Он изменил Сокджину, единственному человеку, кто смог подарить ему любовь. Джун, на сколько себя помнит, всегда был сиротой и воспитанником детского дома, но, несмотря на это, смог чего-то добиться в жизни. А теперь теряет самое главное по собственной же вине. Или по вине юного тела рядом? — Доброе утро, Джунни. Или продолжим играть в преподавателя и студента? — Чонгук лениво потягивается в тесной постели, вдыхая затхлый воздух. — Уходи. Просто уходи, — Намджун укрывается одеялом и отворачивается к стене. — Я думал, взрослые умеют нести ответственность за свои действия, — казалось, Гук лишь забавлялся его реакции. Он знал про отношения психолога и преподавателя иностранного языка в колледже. Он опаздывал на пары, когда услышал стоны, которые не должны были доноситься из кабинета медсестры, а щель под дверью оказалась достаточной, чтобы прояснить всё. Он стал присматриваться. Они уходили и приходили в одно время. И, если судить сейчас по снимаемой комнате, он здесь редко появляется. — Вы, трое, на выход, за вас внесли залог, и … — полицейский заглядывает в документы. — Мин Юнги, к вам родители, пройдемте. Звенят ключи, железная дверь со скрипом открывается. — Юнгз, — Хосок хватает Мина за одежду, останавливая. — Я вытащу нас, Хорс, — нелепо старается улыбнуться опухшим лицом. — Это же значит, что тебе придется вернуться в семью… — Если я это не сделаю, то мы тут застрянем за хулиганство и с галочкой в личном деле. Тебе это надо? Тебе еще колледж заканчивать, потом работу искать. — Ты же не бросишь меня… Юнги лишь сжимает ладонь друга, смотря ему в глаза. — Молодой человек, пройдемте. В камере остались лишь Хосок и еще какой-то парень. Чимину кажется, он выплакал слезы на год вперед. Дрожа от холода, растирал ладонями предплечья в надежде хоть как-то согреться, пока шел от клуба с первыми лучами рассвета. Слезы хлынули ручьем, когда он увидел на дороге Тэхена с пледом, который бежит ему навстречу. Он ведь ждал его. Тэхен закутывает в пушистую ткань, ведет в дом, обнимает, поит чаем, выслушивает, засыпает рядом с ним, даря все свое тепло и поддержку. Ужасная ночь позади. Жизнь продолжается, ведь так? — Чон Хосок, на выход. За вас внесли залог. Хоуп пытается дозвониться Юнги, но в ответ лишь автоответчик. В понедельник его нет на парах, а во вторник Чон узнает, что его друг приходил, чтобы перевестись на заочную форму обучения. Он не знает, где живет семья Мин. Вполне возможно, где-то в усадьбе за городом или в богатом районе. Юнги редко говорил о семье, лишь то, что сбежал два года назад и жил в съемной комнате, тут и там подрабатывая, при этом поступил на бюджетной основе в колледж, где они и познакомились. В этот же день Хосок узнает, что родители официально разводятся, уже были в суде сегодня утром. Без Юнги как-то совсем не то. Чон даже в комнате прибрался. Он не выходит из дома, разве что в колледж. Несколько раз на дню оставляет сообщения на автоответчике в надежде, что их прослушивают. Провожает своего отца. Он съезжает от них, оставляя Хосока и брата на мать, которая теперь плачет постоянно и не может взять себя в руки. — Я был там с другом. Не могли бы вы и за него внести залог? — Юнги внимательно выслушал условия родителей, что за ним приехали. Может, и вправду хватит этого подросткового максимализма. Поиграли и хватит. Пора подумать о будущем. — Хосок? Мы узнали про семью Чон. Скверные у тебя друзья. Давай так, — отец сложил руки на столе и посмотрел сыну в глаза. — Мы вносим за него залог, но вы больше не видитесь. И на счет колледжа: он неплохой, доучишься в нем, нечего терять эти года, ты, как-никак, на 3 курсе уже, только переведешься на заочное отделение на следующей неделе. Юнги скучает по Хосоку, по ребятам. Как там Чимин? Он рад получать от всех них сообщения, так меньше чувствуешь себя будто в тюрьме в собственном доме. Он возвращается к игре на фортепиано. Честно сказать, это единственное, по чему он скучал в родительском поместье. Нет, отец с матерью у него неплохие, даже с пониманием отнеслись к его вспышке гнева и, как результат, побегу из дома. Они дали ему свободу, при этом постоянно приглядывая. Просто… они слишком давили на него. Юнги любит их усадьбу. С детства любит обходить каждую комнату огромного строения, зависать в библиотеке, придумывать самому себе развлечения. Но это всё не то. Глотнув воздуха другой жизни, окунувшись в другой мир, мир веселья и беззаботности, бесконечно тянущего тебя на дно. Это всё не то.