Не спорить, не выделяться, не отсвечивать

— А-пчхи! А-а-апчхи! — Эрри, да хватит уже! Сил нет всё это слушать! — Я что, виновата, что у меня аллергия на пыль? А-апчхи! — Акмэ тихо зарычал. — И вообще, это всё ты! — продолжила я. — Ходишь тут как слон в посудной лавке. Чуть полку не обрушил своим кожистым достоинством.       Джесси поперхнулся и во все глаза посмотрел на меня. Акмэ застонал: — Надеюсь, ты сказала не то, что сказала. — Да что вы все на меня?.. — И тут до кого-то дошло. — Эммм, хммм… — Краска медленно, но верно начала наползать на лицо. — Я не то…       Из соседней комнаты донёсся хохот. — Продолжай в том же духе, ушастая. Может, жениха найдёшь.       Вот что за… существо? Мне и так стыдно, а тут ещё он. Убью эту шерстяную сволочь, как есть убью. — Да пошёл бы ты, Мэйр, в… в… — Адрес на листочке напиши, может пойду! — весело донеслось в ответ.       Я сделала так, как делают умные люди. Ну, или просто люди, которым нечего сказать. Поставила стену кирпичом, как говорят мелкие карманные воришки. Да, и с такими знавались. Хорошие горожане, между прочим. Достойные. — Так вот о чём я. Если бы ты не обрушил на меня эту тонну пыли, я бы… А-апчхи!       Тут прыснул уже Джесси. Я исподлобья зыркнула на него. Вот же… предатель. А ещё другом назывался! — Эрри, архив сам не разберётся, — тихо одёрнул Эдмон.       Он в последнее время какой-то тихий. Надо бы расспросить. Что-что? Почему мы сидим в архивах? А это всё исключительное юридическое образование нашего нерро. Сразу после ухода аль Литена и аль Квенто Мэйр кинулся в ноженьки мастера. Зачем? Да выражение лица у него было… нехорошим.       Чуть ли не в слезах верный оборотень умолял не казнить, ну и мимоходом выложил ему всю нашу историю. Ралас покрутил пальцем у виска, обозвал нас всех ленивыми идиотами и… сжалился. Золотых так и не отдал, но каким-то непостижимым образом раскрутил всё наверху так, что от РИПа нас освободили. Но зато приплели за, только вслушайтесь, вооружённое нападение на королевского мага! Даже гордость за себя взяла. Недолгая. До тех пор, пока не увидели фронт будущей работы.       И вот, мы здесь. Уже целых семь дней. Такое ощущение, будто все эти бумаги специально для нас запутывали. Впрочем о чём я, это же архив. Ещё три недели. Как мы выживем и не помрём со скуки?       Из задумчивости меня вырвал резкий крик Джесси: — Акмэ! Нет!       Я мгновенно обернулась. Со скукой я явно погорячилась, потому что Джесси не успел — один крылатый слон уже столкнул своими крыльями аккуратненький, тщательно разобранный стеллаж. С тяжёлым грохотом, больше похожим на протяжный стон, наше детище рухнуло на пол.       Во внезапно наступившей тишине особенно трагично прозвучал мой тихий всхлип. — Отродье золы… Ты… Ты убил его! Ты убил нас!       Я бросилась вперёд, не обращая внимание на живо выставленное «орудие убийства», схватила первую попавшуюся книгу, заехала наотмашь. Понравилось это только мне, Акмэ я внушала праведный ужас, а книга была настолько ветхой…       Я замерла в немой растерянности, глядя на буквально по секундам осыпающийся переплёт и вылетающие ветхие листочки. На шум к нам заглянул Мэйр. Посмотрел на уткнувшегося в ладони и тихо вздрагивающего всей спиной Джесси, злорадствующую крылатую скотину, стеллаж… — Ребята, вы разгромили архив, — протянул он.       А потом… захохотал. Книгой, как и чем-то другим из-за вполне логичных опасений швыряться не стала, просто с независимым видом уселась посреди этого хаоса. Кинула взгляд на кипы убогих листочков, горестно прикрыла глаза… и распахнула на пол лица.       В следующий момент я уже низко склонилась к полу, изучая одну очень занимательную картинку. — Эрри, что там? — рядом со мной присел отхохотавшийся Мэйр.       Я сердито шикнул — он отбрасывал тень. Что было на картинке? По-видимому, мои дальние родственники. Острые уши, зелёные, по-лесному зелёные глаза. Двое склонились над лесным ручьём. Именно так нас всегда и изображают. В отличии от обыкновенных эльфов, таких как Зоар, природа была есть и будет нам гораздо ближе искусства или точных наук. Главная загвоздка вот в чём — нас почти не осталось. — Это твои? — чуть ли не шёпотом выдохнул оборотень мне в ухо.       Остальные подойти не могли — мы с Мэйром занимали всё место над картинкой. — Мои… — задумчиво обронила я.       Мы с ним переглянулись, а потом не сговариваясь кинулись кинулись искать такие же листы с хоть какими-то намёками на шину-ро. Несмотря на то, что я из них, я знаю о своей расе очень мало. Сами посудите, ну кому было рассказывать? Не просто так нас осталось так мало. — Да что вы ищете? — не вытерпел Акмэ. — Ты вообще молчи, — негодующе сверкнув глазами, осадила я его. — Предатель всего стражеского племени. — Мэйр! — воззвал предатель. — Шину-ро, исчезни, — отмахнулся он.       Несколько мгновений, а потом горестный вздох Джесси: — Ну зачем ты это сказал, а? Он сбежал, а весь этот листово-книжный пруд мне разбирать, что ли?.. — Отстань ты! — в один голос возмутились мы с оборотнем. — Лучше Яна приведи, — добавил он.       Почему именно Яна? Да ему не в стражи надо было идти, а в ищейки! Интуиция у него развита, к тому же он разбирается в психологии поступков, ну и в другой, кстати, тоже. А ещё он не обделён таким чудесным качеством, как умение думать. Нет, я ни на кого не намекаю, но мыслим мы явно ýже нашего друга.       С Джесси ушёл и Эдмон, а в нашу комнату вошёл рассадник мрачных шуточек. — Третим позвали? — приподнял бровь он. — Умерь свои интересы, ты меня не привлекаешь, — фыркнул оборотень. — Тогда скучно, я пошёл. — Стоять, бояться! — прикрикнула я. — Садись и складывай все листочки с упоминанием шину-ро вот в эту кучу.       Полчаса, и у нас уже приличная стопка листов. — Кончилось золото в вашем ящичке, — заметил Ян, а потом подхватил всю стопку и куда-то понёс. — Эй, куда добро тащишь? — возмутился Мэйр. — К себе, а берлогу, блохастый.       Он плюхнул всё богатство на какой-то стол. Без лишних намёков мы подтащили два стула и втроём начали вглядываться в картинки и буквы, все в древних завитках. Но читать всей кучей-малой было неудобно. — Ребята, смотрите, — вдруг подался вперёд оборотень. — Вспоминалка! — Не называй её так, — я ткнула его локтем в бок. Дотянулась, места было не так уж и много. — Хорошая штука, между прочим, — заметил Ян. — Троих потянет? — сунулась я ему под руку. — Не ручаюсь, но… Почему бы и нет? — А делать что? — Я как-то до этого с такими артефактами не сталкивалась. — И почему ты спрашиваешь меня? — Потому что ты знаешь. Так что?       Он фыркнул. Но тут я была права — знал он действительно много. — Ничего особенного. Просто встать рядом, по цепочке схватить тех, кого хочешь утянуть с собой, и активировать.       Мы с Мэйром демонстративно взялись за руку. Наш кладезь знаний усмехнулась, наверняка гордясь собственной исключительностью, что-то нажал и…

***

      Мы стояли посреди леса. Вокруг шумели разговоры, весёлый смех, сияли улыбки. Шину-ро. Это точно они.       Оборотень, живо осмотревшись, потянул нас к особенно красивой девушке. Длинное платье до земли, распущенные светлые волосы. Она явно волновалась, теребя концы пояска, повязанного вокруг осиной талии. Рядом сновали другие девушки, наверняка подруги первой. — Надин, не бойся. Линарелла же сказала, там не будет ничего страшного. — То, что лес принял маму, не значит, что он примет меня, — вздохнула та. — Перестань. У тебя есть возможность узнать свою судьбу в Гроте, — улыбнулась совсем ещё девочка, один в один похожая на Надин. — Если бы я была на твоём месте! Но мне ждать по меньшнй мере шесть лет.       К ним подошёл мужчина. — Не переживай, Сина, время пролетит — даже и не заметишь. Надин, — он повернулся в сторону девушки. — Пора.       Мы с ребятами непонимающе переглянулись. Что происходит, из нас не знал никто, но Ян, пожав плечами, потащил нас за ними. — Что там будет? — тем временем спросила Надин. — Ты пройдёшь по Лабиринту к Гроту. Когда лес захочет принять тебя, ты… впрочем, это уже на месте. — Если захочет, — тихо поправила его девушка. — Не говори глупостей, просто отвечай на вопросы. — Остальные собрались около входа в пресловутый Лабиринт. — Ты умница, у тебя всё получится, — улыбнулся мужчина.       Картинка вокруг начала как-то дрожать, меркнуть… — Живее, — первым догадался Мэйр.       Мы быстрее ветра залетели в Лабиринт, пронеслись по каким-то коридорам, проёмам. В какой-то момент впереди показалась круглая площадка… залитая солнечными лучами. Надин уже была там. Она стояла с полуприкрытыми глазами. — Кто ты? — голос, казалось, раздавался отовсюду. — Надин Гримэ. — Кто ты? — бесстрастно прозвучало во втоРой раз. — Шину-ро. — Кто ты?       Секундная пауза, а потом Надин ответила: — Хранительница… — Что ты хранишь? — Свет и тьму. — Что ты хранишь? — Добро и зло. — Что такое зло? — Отражение добра. — Что такое добро? — Отражение зла. — Зачем ты хранишь добро и зло? — Чтобы соблюсти баланс. — Зачем нужен баланс? — Без одного не может существовать другое. — Чего ты боишься?       Она вздрогнула. — Я боюсь… боюсь, что я недостойна. — Но ты достойна. Иначе ты бы не пришла сюда. — Будто из самого света соткалась полупрозрачная фигура. — Что ты хочешь знать? Спрашивай, но я отвечу только на один вопрос. Он может касаться и твоей жизни.       Надин помолчала. Потом медленно, тщательно подбирая слова, произнесла: — Что случится с миром, если исчезнут хранители? — Ты уже отвечала на этот вопрос. Без одного не может существовать другое. Если исчезнут хранители — этот мир погибнет. — Но это же целый мир! — Этот мир — всего лишь одна из бусин бесконечного ожерелья.       Всё снова начало меркнуть, будто растворяться. И на этот раз уже совсем.