Trinity (Три сестры)

      Чертыхаясь, Кошкина молча следует туда, куда говорит идущая позади. Всё ещё пытаясь отойти от шока, Рита старается не подавать виду, насколько подкосила её сменившаяся роль. Это ведь чистой воды прокол, да ещё и со всеми причитающимися и не факт, что та женщина про неё ничего не знает.       Они минуют фойе здания, входят в ресторан, затем сворачивают куда-то вправо и вновь оказываются в обширных коридорах здания. Рита горько усмехается уголками губ: её визави оказалась лучше подготовлена, быстрее соображала и сейчас угрохать её представлялось куда большей проблемой, нежели, раньше.       А они, тем временем, зайдя в какой-то подвал, затем пройдя ещё через пару коридоров, оказываются на парковке и уверенно идут к стоящему в углу Ленд Роверу.       – Садись за руль, – следует команда и тычок в спину, тычок секундный, на него Рита успевает лишь в мозгах среагировать и понять, таким способом её бывшая цель показывает: вырваться просто так не удастся.       – А не боишься? – Кошкина покорно усаживается на место водителя, осматривает приборную панель, рукой ищет ключи в замке зажигания.       – Нет.       Одновременно с таким односложным и быстрым ответом наёмница резко захлопывает дверь, зажимая кисть между металлом, а затем так же быстро вырубает женщину банальным ударом по голове. Кем бы она ни была, но грубая сила способна подкосить многих.       Затем Пилар достаёт с сидения женщину, аккуратно перетаскивает её на пассажирское, быстро, но не менее тщательно, обыскивает. Рядом на пол ложатся документы, не факт, что настоящие, пистолет, с парой обойм и кобурой скрытого ношения, бумажник с какой-то мелочью и карточкой. Разумеется, карточка на человека из воздуха. Наёмница приоткрывает сумку и заглядывает туда. Конечно же, снайперская винтовка. Значит, она не ошиблась.       Собрав все найденные пожитки, женщина связывает свою пленницу, затем сама садится за руль и спустя пару минут джип с тонированными окнами и дипломатическими номерами уезжает с паркинга в неизвестном направлении. Тогда же, проехав пару кварталов, Пилар связывается со своими, узнаёт о том, что их цель успешно вышла из отеля и едет на бизнес-саммит, сама же отвечает, что её не будет, поскольку она занята устранением угрозы извне. Собственно, именно это и есть основная работа Пилар Моралес, а не охрана. Устранение, ликвидация, зачистка. Только сейчас ко всему этому подключился и личный интерес.

***

      – Неплохая винтовка…       Голос доносится до Риты откуда-то издали, перед глазами чернота и как с ней бороться, она не знает. А ещё болит рука и с осознанием этого до Кошкиной долетают воспоминания. Наёмница дерзко обвела вокруг пальца. Понимая это, Багира в душе шипит на себя сильней некуда, настолько недооценить противника это ещё надо постараться. Хотя не только её это вина, но всё же, невесть где именно она.       Кошкина пытается вслушаться, но тщетно. Вокруг тишина, причём мертвая, даже своё дыхание с трудом слышно, но рядом всё равно кто-то есть, наёмница, или ещё кто… И Рита ничего не может против них поставить.       – Странно находить Макаров у журналистки, верно?       От вопроса у Кошкиной глаза ползут на лоб. Нет, Макаров найти это было лишь вопросом времени, да и левые документы, что она журналистка независимого европейского телеканала – тоже. Но вот другое…       – Русский? – удивлённо спрашивает Рита, словно ушам не верит и этот вопрос сможет расставить все точки.       Про то, что цель знает язык вообще ничего не было сказано. Очередной просчёт, или же, нет? Может, так и надо?       – Русский, русский. С акцентом. – Пожимая плечами, произносит Пилар, швыряя пистолет без патронов в сторону своей пленницы. – Что вам надо-то? Наша компания не переходила дорогу не одному русскому…       – Я здесь как частное лицо, – не договаривая правды отвечает Рита.       Устранение наёмницы действительно было лишь побочным заданием и Кошкина изначально была против, только вот против генерала не попрёшь, да и доводы были весьма красноречивы. Подрывников никто не любит, особенно если действуют они против мирного населения, или же против государственной власти, равно как и снайперов. Так уж сложилось испокон веков.       – Частное лицо… – Пилар роется в какой-то папке, затем кидает Кошкиной пару фотографий. – Этот полковник тоже частный? Или же это военный атташе господин Груздев?       Кошкина лишь молчит, поджав губы и то и дело сверля взглядом стоящую напротив женщину. В какой-то миг всё пошло не так, как ей бы того хотелось и, как уже понимала Рита, игры вышли далеко за те рамки, какими должны были ограничиваться.       А Пилар лишь ухмыляется. Всё же нет таких людей, которых нельзя купить в коррумпированном мире. Это и пугает и, в тоже время, нет, ведь благодаря таким вот гадам можно узнать кучу полезной информации.       – Ты-то его откуда знаешь?       – Дайнамикс Кастом Лимитед. Мы обеспечивали безопасность встречи господина Груздева и мсье Кофферини в Абу-Даби пару месяцев назад. И да, он как-то обмолвился, что скоро, – Пилар, на пару секунд замолчав, словно раздумывая, стоит ли, всё же продолжает: – по наши головы придут люди из «наших структур», госпожа Кошкина.       Рита молчит, ошарашенная таким поворотом. Кто-то её сдал, а может и не только её, а и ещё кого-то… Об этом надо предупредить… Только кого? Мысли хаотично крутятся в голове, пока наёмница на русском, плевать что с акцентом, каждой фразой вбивает гроб хоть в какие-то правильные догадки, обличая их и заставляя усомниться в правдивости хоть какой-либо поступавшей до этого информации.       Пилар же, в коем-то веке умолкает. Да, она узнала многое, особенно когда по засекреченному каналу на чёрном рынке прошла информация об убийстве атташе, а затем на съёмную квартиру заявился сотрудник Дайнамикс, передавший флешку.       – Откуда ты… – Рита всё ещё пытается собраться с мыслями и пока просто наблюдает за тем, как в задумчивости наёмница то и дело касается носа.       – Как вы любите говорить, от верблюда, хотя я не слишком понимаю смысл такого оборота…       – И как зовут верблюда?       – Это мы оставим… – резко обрывает наёмница, заставляя заткнуться Риту.       Что-то во всём происходящем кажется странным. Слишком всё просто складывается. Кто-то сдал этой русской её нахождение, затем эта русская почему-то не выстрелила, хотя доводов убить у неё должно было быть предостаточно. Да ещё и это неофициальное задание для компании. Одно дело охрана лица, другое – рыскать вместе с разведками за данными. Посему выходило что компания впуталась в игру со слишком большими ставками.       – Рука как?       Вырывает из размышлений наёмница и вопросом умело сбивает мысли воедино. Вот уж кому-кому, а ей плевать должно на руку, но она спрашивает. И Кошкина, нехотя, отвечает: – болит рука.       – Как вы там говорите… До свадьбы заживёт…       – Откуда ты так много знаешь про то, как мы говорим?       – В нашей компании работают сотрудники из разных стран.       – И от нехотя делать ты язык выучила? – Кошкина решает идти в атаку. Сидеть и молчать, или скулить в мыслях о том, как всё вмиг стало просрано, далеко не в её духе: – у тебя не настолько грубый акцент, как был бы у южноамериканки. Откуда ты?       На секунду у Риты проскакивает мысль, что эта наёмница могла быть когда-то сотрудницей того же ГРУ и за большие деньги, или плевать по какой причине, переметнуться с кучей данных на другую сторону… Только эта мысль проскакивает лишь на секунду.       – Захлопнись, – наёмница включает телевизор и неотрывно следит за бегущей строкой внизу.       Какое-то время Рита просто молчит, а затем тоже прилипает к экрану. Даже оттуда, где она сидит хорошо видна картинка: тот гостиничный комплекс с бизнес-центром, где она ждала наёмницу и где её надо было устранить. Только сейчас это здание в руинах, вокруг работают спасатели, а репортёр говорит о крупном взрыве, произошедшем парой часов ранее.       – Какой к чёрту взрыв…       Судя по выражению, удивлена не только Кокшина, но и наёмница. Теперь на кадры она смотрит куда более сосредоточенно, пытаясь что-то выискать. Затем она выключает новости, залазит в свой ноутбук с информацией и долго молчит, даже в сторону Риты не смотрит.       По её мнению, кто-то умело выводил из игры всех недостойных главного приза, кто-то могущественный, которому жизни людей вообще не помеха и которому всё это может прекрасно сойти с рук. Разумеется, за взрыв ответственность возьмут какие-то банды, разумеется, внутри гостиницы встречались картели… Самая банальная отговорка, которая действительно сотням тысяч умов хорошо промоет голову и они не будут ломать голову над тем, кто за этим всем стоит.       – Как я только что узнала, господин Груздев убит, – наёмница отрывается от монитора, искоса смотрит на свою пленницу. – Убит при попытке передачи каких-то там данных третьим лицам…       – Да он и не знал ничего толком, – выпаливает Кошкина, тут же замолкая и понимая, что она только что сказала.       – Ладно, откроем карты, госпожа Кошкина, – на территории этого славного государства упала ракета, за которую ведётся прям гонка и, судя по тому, как ведётся, ставки очень высоки, верно? Да брось ты, Александра Рэшфорд из тебя…       – Как из тебя Пилар Моралес, – завершает Рита, удивляясь такой прыти и осведомлённости, а вернее тому, насколько открыто об этом заявляет наёмница, – у тебя слишком чистый русский, такому в Южной Америке не научишься.       – Это сейчас не важно. – Пилар, или как её там, кидает в сторону Риты курку, а сама быстро пакует ноутбук, заодно сгребая со стола всякую полезную мелочь и попутно кидая ключ от наручников.       – Почему думаешь, что я не сдам тебя и не уйду?       – Потому что, – вновь почесав переносицу, наёмница протягивает планшет своей добыче, – господина Груздева убила ты, госпожа Кошкина, а в жизни, Багира.