Someone To Ride The River With

Бэдлендс (Пустошь) Территория Нью-Мексико - О-оо, бля-аа…- стонет Йен часом позже, когда сознание возвращается, оглушая тело тошнотворной болью. Он щурится на яркий огонек костра, потрескивающего и пощелкивающего в нескольких метрах от него, и пытается оглядеться. Уже покрывалом спустилась темнота, и в бесконечно высоком ночном небе едва поблескивают тусклые осколки звезд. Он пробует двинуть плечами и чуть поменять положение тела, но оно плотно притянуто веревками к стволу дерева и поерзать нет никакой возможности. - М-да, это была охуенно тупая идея. Йен практически сворачивает шею, чтобы увидеть, как Микки возвращается к огню с охапкой хвороста и подбрасывает немного в костер. Хэдхантер задумчиво покачивает головой, цокает языком и насмешливо цедит через зубы: - Если ты до этого не был первым дурачком на вашей деревне, ковбой, поздравляю, теперь титул твой. Микки не стрелял, он просто мгновенно среагировал, когда Йен дернулся бежать, и вырубил его, приложив стальной рукоятью своего кольта. Эхо боли все еще сердито пульсирует по черепу, заставляя голову рыжего парня разламываться. Йен скрипит зубами на услышанное замечание и снова безрезультатно пытается дернуться под путами. - Пошел ты нахуй, - выплевывает он. - Я-а? Сам иди нахуй. Думал, я так и позволю сбежать какому-то сволочному насильнику? Ты пораскинь как следует тем куском говна, что у тебя вместо мозга. - Я. Никого. Не. Насиловал, - шипит Йен. - Девчонка просто все выдумала! Его голос срывается от отчаянно-злой попытки убедить. Микки немного хмурится, и насмешливо задирает свою темную бровь, когда спрашивает: - И зачем же этой "мисс аппетитной штучке" такое выдумывать? - Потому что я… потому что не мог… потому что она так сделала! Ясно? Ты пошлешь невинного человека на верную смерть, если вернешь меня в Криппл Крик, - театрально выразительно декламирует Йен, старательно пряча разочарование. Да если бы он имел хоть малейшее представление о том, что напоминающая живого ангелочка блондиночка, навещающая своего зажиточного отца, проскользнет к нему в палатку и оседлает его не хуже, чем ковбой бычка на родео. Он скатал бы свои пожитки и утек из Криппл Крик, еще до того как она успела бы ему «здрасте» сказать. - Трогательная речь. Я убежден, что именно с тобой надо плыть через реку, ходить в разведку и так далее. А ща завали и спи давай. С этими словами грозный охотник за нарушителями закона растягивается на спине, прислоняя голову к скале, и закрывает лицо шляпой, пока его лошадь пасется рядом, в нескольких шагах, прихватывая редкие пучки травы. Йен очень желает, чтобы скотина его еще пару раз кусанула. Мудака этакого. Он просто кипит внутри без возможности двинуться, и кажется, проходят часы, прежде чем его наконец-то вырубает. Утро начинается с побудки сапогом Микки и это далеко не нежно, но боль в голове уменьшилась до легкой пульсации, и он развязан. Зато под дулом револьвера. - Отлей, прежде чем тронемся, - произносит хэдхантер, кивая в сторону близлежащего куста. Йен гримасничает и слушается, но только потому, что сам не хочет идти весь день в мокрых штанах. Он заканчивает мочиться и смотрит поверх плеча на Микки, прежде чем начать застегивать и поправлять брюки, и Микки вдруг отворачивается, его внимательные глаза больше не следят за пленником. Йен кусает губу, его взгляд скользит по пустоши, и все его инстинкты выживания и свободы подкидывают его быстрее разума. Он просто срывается с места, даже не поняв, что пришло ему на ум. Его руки свободны, и пусть ноги сначала слегка дрожат, он, правда, отлично бегает, и был в хорошей форме. Он даже думает, что ему удастся, пока не слышит грохот копыт сзади и голос, понукающий Дьябло: "Й-а!Й-а!" Затем, как только мустанг равняется с ним, без малейшего знака о том, что случится, его всадник падает на Йена, и они оба летят в пыль на твердую землю и исступленно борятся, поливая друг друга отборной бранью. Йен изворачивается и отвешивает удары вверх, в лицо противника, но у Микки позиция лучше, он прижал его к земле своими сильными, мускулистыми ногами, и несколько раз приложил кулаком в челюсть. Правда, как только Йен сдается, понимая, что побег провален, бить он его прекращает. Лицо у Микки красное, запыхавшееся, он тяжело дышит, когда смотрит вниз на Йена, из узкого аристократичного носа стекает струйка алой крови. - Вставай, - командует он зло, пока рыжий парень корчится в пыли и сплевывает горькую кровь.- И я думаю, ты перестанешь бегать, Галлагер, потому что мертвец ты при любом раскладе, а вот про то, что сдавать тебя надо со всеми блядскими конечностями, в листовке ничего не сказано. Йен, часто моргая и пошатываясь, встает на ноги и смотрит на Микки. Плечи незадачливого беглеца никнут от поражения. По тому, какие молнии мечут сейчас голубые глаза, и как зло раздуваются ноздри, резко втягивая воздух, можно сказать, что угроза не пустая. Вот тебе и Мэд Мик во всей красе, ничего удивительного. Он же собственного отца убил. - Бред это все, - мычит он, пока Микки крепко и грубо вяжет его руки к стремени. Но попытка к бегству провалена, и хэдхантер явно не имеет больше намерений развлекаться, обсуждая это. Веревка, стягивающая запястья, при ходьбе начинает жутко натирать и сдирать кожу, но он не будет выставлять себя дураком и жаловаться. Если бы и сказал, Микки, наверное, ее тогда потуже затянул бы. Они довольно долго передвигаются в полной тишине, дорога отупляюще пустая, бесконечные мили однообразной пустыни, а у Йена охуенно болят ноги от непрерывной ходьбы на такие, блять, марафонские расстояния без отдыха. - Что ты делал в Эль-Пасо? - наконец спрашивает он, пытаясь отвлечься от того, как ужасно ноет тело. Если бы он нормально отоспался ночью, то, наверное, чувствовал бы себя лучше, но он-то ночевал практически распятый на дереве. Микки бросает на него взгляд и пожимает плечами, показывая, что вопрос считает тупым донельзя. - Точно не твою жалкую задницу искал, поверь мне. Эль-Пасо город стрелков, просто мировая столица ганфайтеров. Мне случайно повезло отловить там тебя, рыжий. Да уж, повезло, так повезло. - Значит ты не оттуда родом. Он пытается вспомнить, говорилось ли в тех байках, что он годами слушал, о родном городе Мэд Мика. Если и да, он забыл. - Господи Иисусе, Галлагер, у тебя не язык, а помело. Мне награда полагается только за то, что с этим мирюсь, - сообщает Микки, игнорируя вопрос. Он сует руку в седельную сумку и достает сигару, вставляет в рот и чиркает спичкой, начиная удовлетворенно выдыхать в воздух клубы едкого дыма. Йен все еще смотрит на него, и с легким интересом замечает, как Микки облизывает свои полные, красиво вылепленные губы, прежде чем снова обхватить ими округлую, вытянутую толщину сигары, и кровь в его теле неожиданно меняет свое направление. Затем голова кружится, и он падает коленями в пыль, пытаясь справиться с плывущим перед глазами пейзажем и не упасть в обморок. - Бля! - рычит Микки с сигарой во рту, заставляя лошадь остановиться. Он спрыгивает в пыль, пихая Йена носком своего кожаного сапога. - Вставай. По тону голоса слышно, что он и сам догадался, что это бесполезно. Йен кашляет, отплевывая пыль, которая легкими клубами поднимается перед его лицом. - Мне, правда, надо немного воды и что-нибудь поесть. Последний раз он ел два дня назад, и вынужденный шагать через жаркую пустыню, энергии он потратил больше, чем имеет. Микки вздыхает с раздражением. - Слушай, поешь, как доберемся до следующего города и найдем какой-нибудь задрипанный бар. Так что ныть заканчивай, ничего хорошего из этого не выйдет. Йен слабо кивает, но после того, как его заставляют тащиться за лошадью еще десять минут, падает снова, и на этот раз сам встать не может. Микки тоже выглядит потрепанным, и Йен может слышать, как у него бурчит в животе, но ему-то все равно лучше, он ездил на чертовой лошади и не маршировал пешком день и ночь. - Ладно, поедешь со мной до Драй Галч, но лучше тебе завтра встать на ноги, рыжий. Дьябло долго не сможет везти двоих, даже если так я бы от тебя гораздо быстрее избавился, - с сожалением произносит Микки. Просто, бля, фантастика. Он бы жаждал побыстрее доставить Йена к месту казни. Микки наклоняется помочь ему вскарабкаться на лошадь перед ним, видимо, чтобы Йен сзади не выкинул что-нибудь. Но ему уже все равно, он устал до изнеможения и только благодарен, что ему не надо двигаться самому, и так, действительно, быстрее доберешься до города. - А ты не сдвинешь свой револьвер немного в сторону? - только спрашивает он, поерзав, спустя какое-то время. - Не надо втыкать его в мой позвоночник. Ей-богу, я ничего не замышляю сейчас, клянусь. Микки сзади молчит, а потом ворчливо бормочет. - Да не собираюсь я тя убивать. Йен со вздохом обмякает на спине лошади. Ему становится лучше после перерыва от ходьбы, и когда они достигают Драй Галч, голова уже не кружится, он всего лишь также помирает от голода. Микки стягивает его с лошади за стянутые вместе запястья, когда привязывает Дьябло к столбу, но перед входом в салун его ловкие, сильные пальцы развязывают ему руки. Йен смотрит на него в изумлении, потирая саднящую кожу. - Нам не нужно привлекать к себе много внимания, - это все, что он произносит, многозначительно похлопав по своему кольту. Йен кивает в знак, что он понял, и когда они входят внутрь, послушно следует за Микки и тихо садится рядом за потертый деревянный стол. Хэдхантер подзывает прислугу нетерпеливым жестом руки. - Что сегодня подают? - спрашивает он подошедшую девушку. - Не уверена в названии, но это горячее, коричневое и его много, - пытается флиртовать девчонка. Обычная похлебка, которую подают в дрянных заведениях. Но одна только мысль о ней наполняет рот Йена слюной. - Отлично. Две больших миски этого, и стакан спиртного, достаточно крепкого, чтобы я это почувствовал. А ему чашку вашей черной бурды, - пренебрежительно кивает на Йена Микки. - Два блюда дня, виски и кофе. Поняла. Принесу через минуту. И… если интересуетесь, у девочек наверху сейчас куча свободного времени, нечем руки занять, - подмигивает девушка. Хэдхантер не проявляет интереса к предложению о шлюхах. - Да, ну и чудесно, ступай за нашей чертовой едой. Когда прислуга возвращается с их заказом, Микки опрокидывает свое виски, а Йен потихоньку тянет кофе и заставляет себя помедленнее есть, чтобы не стало дурно. - Ты планируешь, чтобы я, возбужденный, всю ночь не спал? - спрашивает он спустя минуту. И вздрагивает, когда Микки давится. - Какого хрена ты такую хуйню городишь? - зло требует ответа охотник за головами, вытирая рот тыльной стороной ладони и глядя на него, как на слабоумного. Йен даже оглядывается в недоумении от бурной реакции на невинную шуточку. - Потому что ты мне кофе заказал прямо перед тем, как нам на ночевку устраиваться? Потом до него стремительно доходит, как мог это истолковать Микки. Йен краснеет и ничего не может поделать с желанием снова с любопытством посмотреть на его лицо. А он, правда, красивый парень: четкие, выразительные черты лица приковывают взгляд. А эти загадочные голубые глаза и брови, чутко отражающие малейшую эмоцию вместе с угольно-черной прядкой, спадающей на лоб, выделяют его из толпы не хуже Йена, с его рыжими кудрями. По жалкому совпадению он тащит его прямо к петле, а иначе Йен был бы не прочь возбуждаться от него всю ночь, хоть с кофе, хоть без. Микки прочищает горло после объяснения, немного расслабляясь на скамье. - Выпивку я тебе покупать не собирался. А если с кофе проблемы, можешь с лошадьми на улице водичку хлебать, идиот. Йена с полным животом не обижает ехидное замечание, он чувствует себя лучше и смеется, а хэдхантер снова смотрит на него чуть дольше со своим странным, нечитабельным выражением лица. Как только покончили с едой, конечно же, комнату они брать не стали, кто бы сомневался, сразу тронулись в рутине путешествия через город и дальше, за его пределы - разбивать лагерь. И Микки встал перед ним на колени, чтобы снова привязать его к дереву. Йен пристально смотрит на него, сам не зная, что пытается найти в его лице, когда хэдхантер прерывается и тоже поднимает на него свой напряженный взгляд. Голубые глаза медленно скользят вверх и вниз по его лицу, и сердце у Йена ухает куда-то за грудную клетку. Он сам себе поверить не может, чувствует себя полным болваном, понимая, что часть его хочет наклониться вперед и попробовать на вкус эти губы, провести пальцами по бледной коже щеки с покалывающей щетиной. Прежде чем он хоть немного разберется с этим безумным потоком мыслей, Микки отводит взгляд, и Йен быстро спрашивает. - Как ты думаешь, может можно связать меня по-другому сегодня? Знаешь, чтобы я, правда, прилег? Мужчина напротив снова смотрит на него, морща лоб в раздумьях, не отвечает, но толкает его сапогом к земле, а потом ослабляет и перевязывает узлы, удовлетворяя его просьбу. Поворачивается и уходит к другой стороне костра, где уже дремлет стоя его лошадь, но Йен окликает его. - Спасибо. Хэдхантер оборачивается, и более человечного и сочувствующего выражения лица чем сейчас, Йен у него не видел. Его глаза моргают и он чуть пожимает плечами в ответ. С легким вздохом Йен укладывает голову на землю поудобнее, и уплывает в гораздо более комфортный и приятный сон, чем достался ему ночью раньше.