Someone To Ride The River With

Таверна Йелловбенд Сайлент Форд, Колорадо - И-.. ищщо один, - мямлит Микки, пьяно взмахивая рукой грудастой девице, обслуживающей бар и вытирающей грязные стаканы за стойкой. Она наливает ему еще виски, а затем оборачивается к Йену, манерно опуская свои длинные темные ресницы. - Как насчет тебя, красавчик? Еще стаканчик? Йен качает головой, кидая на Микки зверский предупреждающий взгляд, и отказывается. - Нет, мэм, спасибо. Мне и этого хватит, допью и мы, наверное, трогаемся. Он ясно видел, что чем ближе они были к границе штата, тем больше спиртного позволял себе хэдхантер, а после того, как они оказались в Колорадо, он, кажется, вообще перестал думать о разумности своих действий. Хотя в этих краях неосторожность никому не сулит хорошего, хэдхантер ты, или нет. Микки не воспринимает укоризненного взгляда Йена, гипнотизируя свой полупустой стакан, а фигуристая пышка за стойкой не улавливает повисшего между ними напряжения и игриво кладет ладонь на руку Йена, привлекая его внимание. - У нас тут есть комнаты наверху, ты понимаешь… если уже закончил с выпивкой, я бы могла показать тебе одну, пока твой дружок тут сидит. Она указывает на деревянную лестницу, ведущую на второй этаж, где можно снять комнату на ночь. Йен отчаянно краснеет на откровенность предложения, но прежде чем ему на ум приходит какая-то подходящая случаю, вежливая отмазка, Микки рядом громко рыгает и выдает: - Отвали, шлюха. - Мик, - потрясенно восклицает ковбой, нервно хихикнув и метнув напряженный взгляд между девицей и брюнетом. - Не разговаривай так с леди. С леди резко слетает вся наигранная любезность, и ее лицо обретает природно-натуральное, не совсем приятное, базарное выражение. Уперев руки в мощные бедра, она накидывается на Микки. - Никакая я не шлюха, сам сидит тут, наверное, штаны под завязку набиты французскими болячками. Что, завидно стало, что не тебе предложено? Микки только пьяно смеется над ее предположением, пока девица начинает наливаться свекольно-красным, думая, что он ржет над ней. И в этот драматичный момент сгущения грозы и молний она неожиданно издает совсем не скандальный, а обычный, женский, испуганный визг. За одним из покерных столиков внезапно вспыхивает потасовка, и в направлении бара свистит выстрел, разбивая стакан в паре дюймов от локтя Микки. - Вот это козырь в рукаве! - Микки изумленно задрав брови, оборачивается назад, и продолжает пьяно похрюкивать со смеху. Потом он поворачивается к Йену и серьезным тоном изрекает. - Но я так не играю. Барменша кидается под стойку, пока народ массово разбегается, но выстрелы еще раздаются за столиком, где кого-то поймали на шулерстве. Йен хватает Микки за руку, пытаясь выдернуть из-под огня, абсолютно охуевший от того, как безразлично хэдхантер воспринимает потасовку среди этих цивилизованных горожан, которые могут запросто перестрелять их, как куропаток. - Ты что, блять, творишь? Вытаскивай оружие, защищайся, придурок! - шипит он. Микки начинает вытаскивать свой кольт, но пальцы срываются. И Йен сталкивает его со стула на пол буквально за мгновение до того, как над ним пролетает еще одна пуля, разъяренный игрок за покерным столом целился в оппонента, сбежавшего как раз в их направлении. Естественно, это значит, что на мгновение Йен сам пролетает над местом Микки, и хоть пули ему не достается, она задевает руку, и он отчаянно матерится, когда рукав рубашки начинает окрашиваться красным. Потом, на полу, когда стеклянные глаза Микки фокусируются на раненой руке, пьяный ступор слетает с него, как по волшебству. Он твердо обхватывает рукоять револьвера и наводит на стрелка, попавшего в ковбоя. К этому времени почти вся таверна опустела. Столы перевернуты, покерные фишки рассыпаны по полу… никто из оставшихся игроков уже, наверное, не может понять в кого и за что стреляет, и Микки намерен, видимо, принять участие в это катастрофе. Йен грубо хватает его за рукав и вытаскивает через парадные двери на улицу за несколько минут до шерифа, врывающегося в заведение со своими винтовками и наручниками. Йен продолжает костерить Микки, пока быстро тащит его за таверну, в ближайший тихий угол, где брюнета еще и выворачивает наизнанку. Йен гладит его по спине пару минут, пока его рвет и в то же время продолжает дико озираться по сторонам, высматривая, нет ли поблизости людей, размахивающих оружием. Кажется, что все стремительно стихает, и выглянув за угол, чтобы разнюхать обстановку, Йен замечает представителя закона, триумфально выводящего зачинщика разборки в наручниках и волокущего его, наверное, по направлению к городской тюрьме. Йен облегченно вздыхает, прислоняясь спиной к зданию, Микки выпрямляется, сплевывая себе под ноги и тряся головой от отвратительного привкуса. - Лучше? - спрашивает Йен настолько спокойно, насколько может. Микки кивает и вытирает рот рукавом, когда рыжий зло бьет его в подрагивающее плечо. - Блять, что с тобой творится? Тут я собрался помирать, а ты решил по пьяни последние мозги растерять? Что за хуйня?! Да тебя бы тут запросто пристрелили, Мик! Глаза Микки падают на кровавое пятно на рукаве Йена, от пули, которая должна была стать его собственной, и лицо хэдхантера туманится. - Зачем же ты это сделал… - Что сделал? - Йен, пыхтя от злости, проводит рукой по рыжим, растрепанным вихрам, гадая может ли Микки, хоть когда-то не ответить блядским вопросом на вопрос. - Рисковал ради меня… ты же сам видишь, у меня все к чертям летит. Это звучит почти жалобно, и на какой-то момент Йену хочется рассиропиться вместе с ним, но он трясет головой и гнет свою линию, твердо заявляя: - А нечего кидать все к чертям. Я так решил, и получается, забочусь о твоей жизни больше, чем о собственной. Так, еб тебя, Микки, бросай дурачка валять! Он отвечает, не особо раздумывая, в русле своего текущего гневного запала, но пока они оба, раздувая ноздри, сверлят друг друга взглядами, Йен осознает, что это чистая правда. Его жизнь истекает, как песчинки в колбе стеклянных песочных часов, а у Микки все еще впереди… И он не понимает, как же все так быстро случилось, что хэдхантер теперь может значить для него больше, чем он сам. Микки немедленно сникает, и протягивает руку к его рукаву. - Не буду… просто… сам больше таких глупостей не делай. Иди сюда, я посмотрю, что там. Он мягко задирает ткань, осматривая оставленную глубокую царапину, и хотя она уже перестала кровоточить, виновато прикусывает губу. - Ты мне должен… говнюк, - произносит Йен так серьезно и трагично, как только может, но как только глаза Микки озабоченно начинают метаться по его лицу, не может скрыть дразнящей смешинки в своих. И уголок рта Микки поднимается в легкой усмешке. Мысли Йена невольно уносятся к его первым дням с Микки и первым фантазиям о нем, когда позже ночью у заброшенной пыльной дороги, он прижимается спиной к дереву, не в силах сдерживать громкие стоны. Он гладит темную голову, склоненную внизу перед ним, и пропускает пальцы через короткие смоляные пряди, теперь он оказался в своей блядской мечте. - Так, да… как же хорошо, - бормочет он между прерывистыми, тяжелыми выдохами и чувствует, как губы Микки вокруг его члена изгибаются в легкой улыбке в ответ на такой комплимент. Подкол насчет "должен" хэдхантер, оказывается, воспринял серьезнее некуда, а озвученное раньше "я такого не делаю" просто взял назад. Йен, вообще, не против, такому дареному коню в зубы не смотрят. Он вжимается спиной в грубую кору и закрывает глаза, закусывая улыбающиеся от подступающего блаженства губы. - Ты…так ты проглотишь? Микки поднимает брови, не прекращая двигать головой, глубоко вбирая его в рот, так что Йен уточняет детальнее некуда. - Мое семя? Микки останавливается на секунду, чтобы подарить ему развратнейший взгляд голубых глаз и продолжает отсасывать, пока вздрагивающий от удовольствия Йен не предостерегает. - Я сейчас кончу, Мик… бля, я кончаю. Он чувствует, как хэдхантер неуверенно замирает на пару секунд, когда теплая жидкость начинает толчками наполнять его рот, прежде чем сглотнуть все, что Йен ему дал. Микки, отдуваясь, отрывается от него, а затем с нахальной усмешкой изгибая бровь, выдвигает требование. - У тебя полчаса на перезарядить, а потом это снова должно быть во мне. Йен подтягивает его вверх, закусив губу, и целует так, что чувствует на языке собственный вкус. - Тогда полежишь пока со мной? Микки, кажется, недоумевает от такой просьбы, так что Йен решает просто показать, что имеет в виду и укладывается, хлопнув по груди, указывая, куда прилечь брюнету. Они спали рядом, иногда касаясь друг друга во сне руками, но никогда не лежали так, держа друг друга, как Йен знал, делают большинство мужчин и женщин. Но ему все больше и больше нравилось растущее чувство расслабленного покоя, когда Микки был совсем близко, и это ощущается, как наброшенное теплое одеяло, когда он вытягивается чуть поверх его тела, укладывая свою голову к нему на плечо. Они оба замолкают на пару минут, и Микки подтверждает. - Это приятно. Йен отвечает коротко, потому что чувствует, как близко и сильно стучат рядом их сердца, и горло у него сжимает. - Да… приятно. *** Йен щурится на восходящее солнце, снова испытывая странное чувство сомнения при взгляде на горизонт. Чтобы попасть в Криппл Крик из Сайлент Форда они должны были продолжать двигаться на север, но он почти готов поклясться, что они двигаются на северо-восток. Прошлый день они ехали, не проезжая ни одного городка или другого значимого ориентира, так что, возможно, что его сомнения беспочвенны… но ландшафт кажется ему знакомым, и не по короткому времени, проведенному в Колорадо. Йен снова открывает рот, чтобы спросить. - Но ты уверен?.. - Да, бля, уверен, - вздыхает Микки, явно задолбанный его вопросами. - Понимаешь, ковбой, ты сто лет по одному и тому же маршруту гонял свой скот, не считая раза, когда добирался в Криппл Крик и тащил свой разыскиваемый зад в Эль-Пасо. А я мотаюсь по всему Западу последние пять лет… И я, блять, знаю, куда я еду. - Ладно, ладно, - ворчит Йен, оставляя тему. Хэдхантер был подозрительно тихим последние дня полтора, и хоть он и завязал с чрезмерными дозами виски, Йен все-таки поглядывал на него слегка беспокоясь. Потому что на его месте… Да ебаный боже… он бы с ума сошел теперь только от мысли, что отдаст Микки на верную смерть, а потом будет пытаться жить дальше без него. Он бы просто не смог. На Йена медленно снисходит озарение. Он подозрительно вперивает взгляд в Микки. Он спросил, знает ли тот, куда едет, а не куда же он едет, и похоже, хэдхантер просто обвел его вокруг пальца. Его смутное чувство не того направления не было ошибочным, и они двигались на северо-восток, и он, правда, узнавал окрестные пейзажи. Потому что они больше не были на территории Колорадо, они были в Канзасе. И направлялись прямиком к Додж Сити.