Cardinal Sin

      Мой путь назад в общежитие вышел довольно обыденным. Голова после общения с Озпином, пускай и весьма одностороннего, была совершенно пустой, как будто кто-то удалил оттуда все релевантные мысли. По идее, теперь, после легализации и избавления от части груза ответственности за мир во всём мире, я должен, скажем, задуматься обо всём происходящем вокруг меня и попытаться что-то с этим сделать. Как, например, тот разговор с командой парой часов ранее. Но не хотелось. Думать совершенно не хотелось. Было лишь желание лечь на кровать и проспать неопределённое количество времени, желательно — без сновидений.       Но как известно, если хочешь рассмешить бога — расскажи ему о своих планах.       Первым, что я услышал после того, как зашёл обратно в комнату CRDL, был недовольный голос Ская.       — Чё за хрень, Кардин? — спросил он, звуча скорее возмущённо, чем зло.       — Что конкретно ты имеешь в виду, Скай? — не то чтобы я был удивлён подобному вопросу, скорее мне действительно нужно было уточнить.       — То, что ты наговорил нам утром, после чего свалил, так ничего толком и не объяснив!       — А что здесь объяснять, Скай? Ты не понял, насколько сильно мы в жопе?       Мой партнёр по команде осёкся. Видимо, тот поток сознания, который я обрушил на сокомандников, оказал на них определённое влияние, и то, что я наблюдаю сейчас — стадия отрицания. А может, и гнева, я не психолог, особо не различаю.       Наконец парень вдохнул, выдохнул, а затем ответил:       — Да, с Арком мы лоханулись по полной. Но фавны, Кардин, фавны! Ты наговорил кучу всего и свалил к гриммовому Озпину, ничего нормально не объяснив!       Видимо, я всё же унаследовал темперамент моего реципиента, поскольку почувствовал, что в ответ на отповедь моего соратника начинаю закипать.       — Я же чётко сказал: тренируемся как проклятые, стараемся не влезать в неприятности, игнорируем фавнов. По-моему, звучит достаточно просто.       Ларк замолчал, но по его лицу было видно, что всё происходящее ему не нравится. Впрочем, я его понимаю. Не каждый день ты узнаёшь, что отныне тебе придётся жить по-другому.       — Может, ты и прав, Кардин. Но это не даёт тебе права решать за нас всех и указывать нам, как жить! — Скай был явно на взводе.       Я лишь устало кивнул ему.       — Да, Скай, возможно. Может быть, стоит забыть это всё и продолжить жить сегодняшним днём. Если бы ты только знал, как я хочу этого. Но… — я выдержал паузу для пущего эффекта, — проблема в том, что выбор уже сделали за меня. Ещё тогда, после Инициации, когда Скай Ларк, Рассел Траш, Дов Бронзевиг и Кардин Винчестер стали командой CRDL. Меня выбрали лидером, Скай. И эта должность, знаешь ли, даёт мне право принимать вполне определённые решения. Как сегодня. А отказаться от этой обязанности, как ты знаешь, можно только вперёд ногами.       Парень встал. Мы были примерно одного роста и телосложения, разве что я немного шире в плечах. Он посмотрел мне в глаза. Это были глаза, полные обиды, злости и растерянности. Так показалось мне.       — И ты думаешь, что можешь что-то изменить? Легко сказать «игнорируй фавнов и не лезь в неприятности»! Тебе легко говорить, ты не видел, на что они способны! Эти живот…       — И что с того? Это повод грести всех под одну гребёнку, Скай? То, что они делают — неправильно и противозаконно. Но сколько из них реально этим занимаются? Сколько фавнов виновно на самом деле, а сколько живут в тени того, что делает горстка радикалов?       Скай стиснул зубы и сжал кулаки.       — Ты… прав, Кардин. В твоих словах есть смысл. Но я не могу. Не могу принять. И совершенно не уверен, что смогу сдержаться, — эти слова явно дались ему тяжело.       Поддавшись порыву, кладу ему руку на плечо и немного встряхиваю.       — Я понимаю. Однако и этого должно быть достаточно. Я постараюсь… минимизировать потери. Но ты со мной?       Скай неуверенно качает головой. После чего стряхивает мою руку со своего плеча.       — Куда я денусь из Бикона… — раздражённо выдыхает он, прежде чем упасть на кровать, доставая свиток и показывая тем самым, что разговор окончен.       Мне же не остаётся ничего другого кроме как хмыкнуть и снова покинуть комнату, на сей раз — с более приподнятым настроением.       И вновь я очутился в коридорах Бикона в полном одиночестве. И это было удивительно. Мне казалось, что, несмотря на выходной день, в коридорах школы должно быть больше учеников. Но они были пусты. Впрочем, наверное, весь Бикон производит такое впечатление. Слишком много пустоты с редкими вкраплениями жизни на ней. Так и напрашивается общая параллель со всем, что творится на Ремнанте.       Дойдя до конца длинного арочного коридора, я оказался перед громоздкими дверьми, за которыми находился тренировочный полигон.       Зачем я сюда явился? Хороший вопрос, на самом деле. С одной стороны, я был уверен, что вместе с воспоминаниями Кардина я унаследовал и его мышечную память, да и махание булавой много знаний не требует, больше выносливости и силы.       Но одно дело предполагать, а другое — проверять. И поскольку соваться в Лес Вечной Осени желания было мало, я решил пойти сюда.       Огромный зал с высокими потолками был поделен на несколько секций, каждая из которых представляла собой определённый полигон для отработки тех или иных навыков, необходимых каждому Охотнику.       Первая секция представляла собой самый обыкновенный тир. Естественно, с поправкой на то, что оружие, используемое студентами, далеко не всегда стреляло одними только пулями. Праховые заряды разной степени мощности, дистанционные атаки Проявлениями, банальная взрывчатка — это место могло удовлетворить даже такие экзотичные потребности. Десятки мишеней разной степени прочности и подвижности были готовы принять на себя любой удар.       Глядя на это, я не смог сдержаться от укора «бывшего себя». Несмотря на то, что со своей булавой «я» обращался весьма умело, подобный выбор оружия очень сильно напрягал меня теперешнего. В основном потому, что это жёстко ограничивало мою полезность на поле боя, заставляя уживаться в рамках бойца сугубо ближнего боя. Может быть, Кардин и обладал присущим всем молодым Охотникам чувством бесстрашия перед созданиями Гримм, но лично мне уже сама мысль казалась зверски некомфортной.       Однако изменить свою экипировку — дело далеко не минутное. И пускай в голове есть кое-какие планы, воплотить их в жизнь сейчас — задача нереальная. Потому… потому придётся работать с тем, что есть.       Вторая секция зала представляла собой большую утрамбованную песчаную арену, на которой одновременно могли сражаться десятки, если не сотни Охотников. Эта арена была в несколько раз больше той, которая находилась в классе Гудвич, но также была и гораздо менее технологичной. Никакого огромного экрана с показателями Ауры противников, никаких трибун. Только арена и только песок.       В голове как-то сама всплыла строчка теперь уже никому не известной группы.       — «Сила приносит свободу». Да уж, это точно, — пробормотал я, разглядывая мёртвый жёлтый песок.       Однако вопреки моим ожиданиям, тишина не стала мне ответом.       — Что, Винчестер, теперь, когда Жон перестал быть лично твоей грушей для битья, ты решил поискать ещё кого-нибудь?       Этот саркастичный голос. Естественно, я узнаю его. Ещё один человек из ТКК-листа. Расшифровывается как: «Тебе конец, Кардин». И этот человек находится в данном списке весьма высоко.       — Сяо Лонг. Что тебе нужно? — улыбаемся и машем. В случае Кардина — изображаем угрюмый и агрессивный кирпич, одновременно поворачиваясь в сторону, откуда донёсся голос.       Она стоит, прислонившись к стене и сложив руки на уровне груди. Одетая в свои извечные штаны, полузастёгнутую кожаную куртку с закатанными рукавами и высокие ботфорты с огромными молниями. Судя по тому, что на руках у неё отсутствуют браслеты «Эмбер Селики», она и сама пришла сюда недавно. Но не это главное, нет, отнюдь.       Сяо Лонг улыбается. И одна лишь эта улыбка уже не сулит мне ничего хорошего. Нет, глаза у неё нормального цвета, и это как раз хорошая новость. Но даже без использования ей Проявления бой с блондинкой — далеко не подарок. А то, что бой произойдёт, я почему-то не сомневаюсь.       — Мне? Ничего кроме хорошей разминки. Ты вполне подойдёшь.       Наверное, это должно было оскорбить меня, всё же эго Охотников — штука весьма хрупкая и уязвимая. Но ситуация изменилась.       — И долго ты тут стояла, выжидая себе партнёра для спарринга?       Если она и удивилась моему ответу, то виду явно не подала.       — Обычно здесь всегда кто-то да обретается. Это только сегодня тут неприлично пусто, но тебе-то откуда об этом знать?       Сарказмом в её голосе можно было бы поить детей в Африке. Ну или где-нибудь в Вакуо, если брать местные аналогии. Но она права. Винчестер не слишком сильно налегал на тренировки, потому визиты, которые он наносил сюда, были исключительно редкими.       — Не все здесь настолько жадные до битвы.       Янг ухмыльнулась.       — Конечно-конечно. Если бы тренировки были хоть как-то связаны с агрессивностью, то из тебя бы вышел неплохой пацифист.       Нда, уела она меня. Предыдущую версию так точно.       — Ближе к делу, Сяо Лонг. Ты, я, пятнадцать процентов. Этого достаточно?       Она оттолкнулась от стены, подходя ко мне. Разница в росте между нами была около десяти сантиметров, так что я вынужден был смотреть на неё сверху вниз. Но ей это абсолютно не мешало. На её губах играла улыбка, одновременно манящая и опасная.       — Чтобы надрать твою задницу? Безусловно.

***

      Естественно, что наше сражение не началось вот прямо здесь и сразу. Как минимум потому, что мы оба были безоружны. Нет, безусловно, это не помешало бы нам попробовать начистить друг другу лица, будь мы достаточно нетерпеливы, но Янг, как, впрочем, и теперь-уже-я, ценила нормальную и честную драку лоб в лоб с максимумом отдачи.       А потому первым делом мы проследовали в прилегающую к тренировочному залу комнату, в которой и находились наши шкафчики с оружием и прочими необходимыми средствами. Там хранилась и моя броня, которая была слишком тяжёлой, чтобы таскать её через всю академию.       Из всего нашего курса я был самым тяжелобронированным бойцом. Латные сабатоны, тассеты для защиты бёдер, полноценный нагрудник, наплечники, плечевые щитки, наручи. Всё из качественного и прочного металла, который даже весит не слишком много. Около десятка килограмм в сумме. Вкупе с аурой это должно, в теории, давать огромную устойчивость к урону.       На практике… на практике же всё куда как грустнее.       Охотники в большинстве своём — весьма подвижные ребята, поскольку скорость против таких противников как Гримм — один из решающих факторов. Мои же металлические доспехи серьёзно снижают подвижность, несмотря на существенное превосходство в физических характеристиках, которые даёт Аура своему носителю.       А против такого противника, как Сяо Лонг, подвижность играет чуть ли не решающую роль.       Наконец все приготовления завершены, и свитки подключены к дуэльной системе. «Эмбер Селика» Янг с характерными щелчками раскалывается в боевое положение.       Она улыбается.       Я крепче сжимаю булаву.       Из свитка звучит сигнал к началу боя.       И одновременно с этим раздаются уже знакомые выстрелы из ручных дробовиков. Сяо Лонг использует отдачу своего оружия для сокращения дистанции. Довольно ожидаемый приём.       Лучшая стратегия для противодействия Янг — не дать ей подойти к тебе на дистанцию удара. К сожалению, я боец ближнего боя, и потому для меня она весьма неприятный противник.       Для нанесения сильного удара Сяо Лонг вынуждена тормозить около меня, чтобы занять хорошую позицию.       Удар кулака принимаю на скользящий блок, одновременно упирая левую ногу назад, позволяя импульсу атаки развернуть меня. Но Сяо Лонг прекрасно контролирует свою инерцию, не давая себе провалиться дальше, а я получаю чувствительный удар в бок, не прикрытый бронёй. Ауры он снимает всего-ничего, но и такой аналог «первой крови» больно бьёт по эго.       Широкие замахи против «уличного бойца» малоэффективны, поэтому я, используя превосходство в весе, тараню девушку, отбрасывая её на несколько шагов.       Стараюсь использовать краткий момент дезориентации для мощного горизонтального удара, однако она успевает оправиться и поднырнуть под мой замах, чтобы в следующий момент подбить мою руку вверх и, пользуясь открывшейся возможностью, попытаться ударить меня по лицу.       Но не тут-то было.       Моя рука зажимает спрятанный в рукояти булавы триггер, и руку дёргает вниз. В торце булавы спрятаны несколько зарядов мощного огненного праха, что позволяет усиливать и без того мощные удары, а также вполне подходит для таких случаев, когда нужно нанести неожиданный удар.       Мой локоть бьёт по спине Сяо Лонг, заставляя ту споткнуться и прервать удар, выстрелив дробью в лицо, которое я успеваю прикрыть левой рукой.       Мы снова разрываем дистанцию.       — Неплохо для Урсофоба, — комментирует моя противница, смахивая несуществующий пот со лба.       — Страх — не показатель силы, — отвечаю я ей, отводя руку от лица. По ощущениям эта короткая схватка стоила мне процентов пяти ауры. Думаю, что-то около того ушло и у Сяо Лонг. Но и под по-настоящему мощные удары никто из нас так и не попал.       — Доказательства предоставишь? — она подаётся вперед, приглашая к нападению.       — С удовольствием.       Мы срываемся с мест, чтобы вновь столкнуться в битве. Удар Янг нацелен мне точно под дых, однако я позволяю булаве соскользнуть в руке, принимая удар на древко, отвечая встречным ударом боевой части в челюсть, который Сяо Лонг блокирует левой рукой.       Возникшую патовую ситуацию прерывает мой пинок левой ногой по голени девушки. Её сапоги, конечно, хороши, но в сравнении с латными сабатонами явно проигрывают.       Она теряет баланс, и я наваливаюсь на неё, продавливая защиту.       Выстрел «Эмбер Селики» по рукояти заставляет меня скривиться и прекратить давление. На меня обрушивается град атак. Усиленный выстрелом «Селики» удар с локтя бьёт по пальцам, которые впиваются в лопасти палицы-пернача.       Удар с колена, нацеленный в пах, слава богу, натыкается на специально находящийся там для таких случаев гульфик. Но атака всё равно на секунду сбивает мою концентрацию, и Янг этого достаточно.       Еле успеваю блокировать удар, направленный мне в лицо, поймав её кулак между лопастей пернача. И в следующий миг, глядя на то, как ухмыляется моя оппонентка, понимаю, что совершил ошибку.       Заряд дроби в лицо вместе с моей собственной булавой, усиленные импульсом удара Сяо Лонг, эффективно дезориентируют меня, снимая добрую половину Ауры.       Не успеваю опомниться, как ещё один удар прилетает прямо по печени, выбивая весь воздух из лёгких.       Заканчивает серию подсечка, сбивающая меня с ног. В сантиметре от моего лица замирает рука Янг, остановленная писком зуммера на наших свитках, что знаменует конец боя и очевидную победу девушки. Она отстраняется, с видимой неохотой сворачивая «Эмбер Селику».       — Ха. Пустозвон ты, Урсофоб. Только бахвалиться и горазд. Я даже не вспотела, — она разворачивается, чтобы уйти.       Всё ещё пытаясь отдышаться, я практически кричу:       — Завтра!       Янг оборачивается и смотрит на меня недоумённым взглядом.       — Что завтра, Урса?       — Завтра. Здесь. Снова, — говорить было довольно трудно. Сбитая дыхалка давала о себе знать.       Её бровь поднимается. На лице ехидная ухмылка.       — Не боишься снова оказаться снизу?       — Если это поможет мне выжить — сколько угодно.       С этими словами я наконец поднимаюсь с песка и ухожу в сторону шкафиков. Но до меня всё же доносится тихий хмык:       — Ну-ну.