Это началось с удара в сердце

— Рукия! – его голос как всегда громок, и она вздрагивает от неожиданности. — Ммм? – она подняла к нему глаза, и застегнула молнию на сумке. — Я… я приглашаю тебя в ресторан… сегодня! – Ичиго с огромным трудом выдавил из себя фразу и замолчал, постепенно приобретая пунцовый оттенок. — Ой, а что это ты так покраснел? – Рукия хитро посмотрела на него, но парень попытался отвести глаза. – Спасибо. Я принимаю приглашение. Девушка слегка улыбнулась, и приобняла парня. От этого вроде бы простого жеста, он заметно повеселел, и даже улыбнулся. — Надеюсь, тебе понравится французская кухня! – радостно воскликнул он, чуть ли не таща Рукию из университета. На парочку как всегда смотрел весь университетский дворик, и это несмотря на то, что Куросаки и Кучики уже пол года как были официально объявлены парой. Многие из тайных поклонниц Ичиго (которые дали о себе знать только тогда, когда у него появилась девушка), прорыдали целый месяц, но потом успокоились. Единственное, что осталось неизменным – это постоянные шушуканья за спиной, и разговоры из серии «Когда же ты сделаешь следующий шаг, Куросаки?». Ичиго это бесило настолько, что он, впервые за 3 года, показал перед однокурсниками свой истинный характер. В итоге, ему сделали строгий выговор в деканате, и Рукия весь вечер приводила в порядок его ушибы и ссадины. Куросаки бурчал, что им досталось больше, чем ему, а девушка лишь слегка усмехалась, не желая разрушать атмосферу. Просто она была очень рада видеть прежнего, вспыльчивого Ичиго. И всё же, в чём-то однокурсники парня были правы, ведь именно сегодня он собирался сделать тот самый «следующий шаг» в их отношениях с Рукией. Неделю назад, из Общества Душ пришло написанное подчеркнуто-дипломатичным тоном письмо от Бьякуи, в коем значилось, что «Благородный клан Кучики никогда не одобрял совместное проживание молодых людей до брака. Ичиго Куросаки, как особому экземпляру было предоставлено исключение. Тем не менее, прошло уже пол года, а с его стороны нет никаких действий, ведущих к (прим. Бьякуи – хотя бы, Куросаки!) обручению с ныне действующей принцессой клана. В связи с этим глава клана Кучики вынужден предупредить вышеозначенного шинигами Куросаки Ичиго в том, что если он не предпримет мер в ближайший месяц, то будет подвергнут суровому наказанию от главы клана, и его ближайших подчинённых по руководимому отряду». «Всё с тобой понятно, Бьякуя. Придёшь в Мир Живых, и ещё Ренджи с собой захватишь, и будет у меня возле дома показательное выступление по художественной гимнастике с участием Забимару и спецэффектами от Сенбонзакуры», подумал тогда Ичиго, пряча письмо подальше, чтобы Рукия не нашла. Но это письмо было лишь толчком к важному событию, которое парень готовил уже около месяца – ужин с любимой в лучшем ресторане города и, что самой главное, долгожданное предложение руки и сердца. — Куда ты звонишь? – спросила девушка, увидев, что парень, как только они вышли с территории университета, достал из кармана мобильный. — Как куда? – немного удивился он. – Я вызываю такси. — Такси? Зачем? Я не думаю что у тебя настолько большие доходы от твоей единственной публикации, чтобы разъезжать на такси. Пешком дойдем. – буркнула Рукия, и схватила его за руку. — Ты что, издеваешься? Как я могу прийти с девушкой в ЭТОТ ресторан пешком?! — Так. Стоп. Что это за ресторан? Сколько денег ты потратил? – воскликнула Рукия, скрестив руки на груди и приняв позу, которую Карин называла «поза разгневанной жены». — Мои финансы тебя не касаются! – ответил Куросаки, про себя подумав «Пока не касаются». – О, а вот и такси, пойдем. — П-п-подожди, Ичиго… — Нет времени возмущаться, скорее. Я заказал столик на семь вечера, а сейчас уже шесть тридцать. Рукия, силой запихнутая в машину, надулась, но после того, как парень поцеловал её, немного смягчилась и, проговорив что-то вроде «Ну ладно, я забыла», отпихнула его от себя, объяснив это летней жарой. Действительно, в этот день было необыкновенно жарко, и Ичиго уже пожалел и о надетом пиджаке, и о галстуке. Но отступать было поздно. — Молодой человек, приехали! – раздался зычный голос водителя. — Так быстро! Спасибо. Рукия, выходи, я расплачусь. – сказал парень открывая дверь автомобиля. Пока Ичиго разговаривал с водителем о цене, Рукия, осторожно выйдя из машины и оправив платье, с ужасом рассматривала возвышающееся перед ней здание. Архитектура Средиземноморского стиля смотрелась бы немного диковато в типично японском пейзаже, если бы не одно но. У ресторана была огромная парковая территория с деревьями всех видов. По-видимому, здесь можно было заказывать и большие праздники, к тому же здание находилось на самом берегу реки, протекающей через Каракуру. Возле шикарного входа с огромными клумбами белых лилий и колоннами оплетенными вьюнком, стоял швейцар со списком людей, заказавших столики на этот вечер. А довершала картину этого великолепия, написанная на французском языке вывеска, смысл которой Рукии так и не удалось разгадать. Вдруг, сзади послышался визг шин уезжающего автомобиля, и девушка вздрогнула от прикосновения руки Ичиго, обнявшего её за талию. — Ну что, пойдем? – он улыбнулся. — Т-т-ты… ты… ты что, сдурел? Идиот! Дурак! – она резко начала его бить своими маленькими кулачками. — Рукия? Ты что? Что я сделал? – он закричал ей в ответ, прикрываясь руками. — Скажи мне честно – на какие шиши ты оплатил ужин в этом ресторане? Это ведь не твой отец помог, откуда у него такие деньги… — стала размышлять девушка, крепко притянув его к себе за пиджак. — Дура, я бы никогда не стал брать деньги. – он вырвал у неё из рук ворот пиджака и с сердитым видом начал поправлять сбившийся галстук. У швейцара, стоящего на входе, нервно дернулась бровь. — Но откуда? Откуда ты тогда взял деньги? Ведь это самый дорогой ресторан в городе! – воскликнула Рукия, не желая сдаваться так быстро. — Не заморачивай себе голову, — попробовал отмахнуться Ичиго, но под сердитым взглядом аметистовых глаз, сдался и коротко сказал. – Заработал. Сам. Довольна? — Сам? Да ладно! — Ты что, сомневаешься во мне? — Вот дурак, нет, конечно! Но где? Я не видела, чтобы ты уходил куда-то. Мы домой всегда возвращались вместе. — Не бери в голову, — ответил ей Ичиго, настойчиво ведя ко входу. Зачем рассказывать ей, что он ночами рисовал мангу в гостиной, чтобы успеть с заказом от нескольких издательств, которым было нужно заполнить пустые страницы в журналах. Зачем ей знать, как он обивал пороги этих издательств в поисках предложений для начинающих мангак. Зачем ей знать, как ему было грустно оставлять её спать одну, и возвращаться только ближе к рассвету. Зачем ей знать, как он ходил к Урахаре за каким-то очередным пойлом с неизвестными науке побочными эффектами, но которое «способно дать организму силы, чтобы проработать всю ночь, а наутро выглядеть свежим и бодрым, Куросаки-сан!», только для того чтобы она не заметила его усталый вид и фиолетовые тени под глазами. Ей не надо этого знать. Достаточно того, что она волнуется за него каждый раз, как приходит сигнал о Пустом. Дело сделано – манга издана, деньги получены. Осталось дело за главным. — Ладно. Я знаю, что ты не скажешь даже под пыткой. Но Ичиго, я ведь совершенно не одета как подобает! – воскликнула Рукия, оглядывая своё легкое белое платье из шифона и туфли на низком каблуке. Парень взял ей под руки и тихо прошептал: — Ты что, забыла, кто утром предложил тебе надеть это платье и туфли? – победоносный блеск в его глазах говорил только об одном – этот неожиданный для девушки сюрприз был продуман как минимум за месяц. Ичиго шёл ко входу невероятно довольный собой, и вёл Рукию под руку. «Он в черном, а я в белом, наверное странно мы сейчас смотримся», подумала она. — У вас заказано? Назовите вашу фамилию, пожалуйста. – спросил швейцар, слегка усмехнувшись Рукии, которая устроила недавний скандал. — Да. Куросаки. На 7 вечера. — Вы вовремя, Куросаки-сан, прошу. А ваша спутница? – переспросил швейцар. — Кучики-сан. – ответил Ичиго, и, наклонившись к швейцару, тихо добавил, — Вы сделали всё как я просил? — Да, конечно. – улыбнулся швейцар. – Простите меня, я просто не ожидал, что ваша девушка будет такой шумной. — Это её нормальное состояние, — усмехнулся Ичиго, — за это я её и люблю. — Безусловно. Вот и ваш столик! Мадемуазель, прошу! – швейцар пропустил Рукию вперед, и к ней тут же подбежал официант, готовый отодвинуть её стул. — Не надо, я сам! – остановил его Ичиго, направляясь к девушке. — Прошу прощения. Насколько я помню, меню нести не надо. — Нет, спасибо. – ответил парень, придвигая стул Рукии к столу и садясь напротив. Он всегда любил смотреть на то, как она удивлялась. Раньше она приходила в неописуемый восторг и одновременно недоумение из-за очевидных вещей, типа пакетика сока; сериалов, которые позже стала смотреть вместе с Юзу; устройства газовой плиты и холодильника и многого другого. Но сейчас, она была действительно ошеломлена, впрочем, так же как и он, когда впервые зашел в этот ресторан. Распахнув свои огромные глаза, девушка восхищенно оглядывала огромный зал с оркестром, играющим спокойную, мелодичную музыку, множеством круглых столиков, покрытых одинаковыми белоснежными скатертями с изысканной вышивкой, тяжелыми стульями на лаковых дубовых ножках, люстрой из хрусталя, прозрачного настолько, что она казалась лёгкой и невесомой. — Рукия? – позвал её парень. Он улыбался, положив голову на сложенные руки. — А? – девушка очнулась и повернулась на его голос. — Тебе нравится здесь? — Ичиго… это… это гораздо красивее, чем в поместье Нии-сама! – воскликнула она, и её глаза заблестели. — Ну, слава богу, если лучше, чем у Бьякуи, значит я правильно выбрал место! – сказал на это парень, облегченно вздохнув оттого, что про спор о деньгах она, наверное, уже забыла. Он посмотрел в сторону, где стоял подошедший к ним ранее официант и, слегка кивнул головой, на что тот поклонился и быстро ушел в сторону кухни. — Что случилось? – спросила Рукия, которая, видимо, не поняла, что означал этот небольшой жест. — Ничего. Я хочу, чтобы сегодня ты отдохнула и получила удовольствие от вечера. – ответил он. — Балда, я и так постоянно отдыхаю, ты берешь всю работу на себя! — Прости, но я не могу позволить, чтобы ты ходила убивать Пустых. Это не женское дело. — Вот как ты заговорил. А то, что раньше я этим занималась, это ничего! Да? — Раньше всё было по-другому, Рукия. Но сейчас, я хочу, чтобы всё изменилось. – парень встал со стула, и в зале погас весь свет, кроме небольшой лампы, похожей на маленькое солнце, что освещала их столик. Рукия почувствовала, что к ним обратились десятки глаз, любопытных и одновременно улыбающихся. В зале послышался тихий шепот «Как романтично!», «Кто эта пара?», «Какая неожиданность!». Внезапно оркестр, замолкший до этого, начал играть потрясающе красивую мелодию. Девушка не знала её, но у неё сильно забилось сердце как от волнения. Она прижала руки к груди и напряженно смотрела на Ичиго, который, улыбаясь подошел к ней и, преклонив колено, сказал, глядя снизу вверх на её взволнованное лицо: — Рукия, я люблю тебя! Выходи за меня! – он улыбнулся ещё шире и протянул девушке бархатную коробочку. Дрожащими руками, она открыла её и увидела небольшое изящное кольцо с потрясающей красоты фиолетовым камнем. Она перевела ошарашенный взгляд на парня и, всплеснув руками, кинулась к нему на шею, повалив на пол. — Дурак! Идиот! Мой самый любимый идиот! – она нежно целовала его, не желая размыкать объятий. – Зачем ты всё это устроил? Почему не спросил просто так? — Ну, я хотел, чтобы всё было красиво, иначе ты бы обиделась… Так что ты мне ответишь? Люди смотрят… — Да! Да! КОНЕЧНО ЖЕ, ДА! – воскликнула она, вытирая выступившие на глазах слёзы. В зале зажегся свет и пара увидела, как все окружающие их люди аплодируют и улыбаются. Ичиго помог Рукии встать с пола и покраснел до корней волос, впрочем, девушка была смущена тоже. Они сели за столик и парень, взяв её ручку в свою, осторожно одел кольцо на безымянный палец. — Как влитое! Как ты угадал с размером? – спросила Рукия, глядя, как успокаивается зал, больше не смотрящий в их сторону. — Я просто попросил самое маленькое. — Ты опять подшучиваешь над моим ростом? Я выросла, ты же видишь? – Рукия выпрямилась, сидя на стуле, и принимая гордый вид. — Я люблю тебя такой, какая ты есть. Не меняйся, пожалуйста! — Балда ты, Ичиго, — улыбнулась она. – Не буду. Ужин пролетел незаметно. Рукия открыла для себя много новых блюд, не переставая восхищаться и поражаться. А Ичиго был только рад этому. Когда на десерт подали легкое шоколадное парфе с клубникой, девушка пришла в дикий восторг и спросила его, не говорил ли он официанту своего имени. На это Ичиго смутился и ответил, что нет. Когда они выходили из ресторана, было уже около полуночи. На улице заметно посвежело, и парень накинул на поеживающуюся девушку свой пиджак. Пока он вызывал такси, она присела на скамейку и, глядя на закрывшиеся на ночь бутоны лилий, начала засыпать – то ли от усталости, то ли от выпитого шампанского. — Ичиго? Где мы? — Спи. Мы уже едем домой. – он приобнял её за плечи и увидел, что водитель, включивший на своём приёмнике джаз, улыбнулся. — Ваша девушка? – спросил он. — Уже невеста. – ответил Ичиго. — Поздравляю! – сказал водитель. – Июль – хорошее время для свадьбы. Я и сам женился на праздник фейерверков. Ичиго улыбнулся ему и, оглянувшись в окно, вдруг сказал: — Остановите здесь, пожалуйста! — Вы уверены? — Да, я хочу немного прогуляться. Он шёл к своему дому по узкой улочке и нёс её на руках. Воздух пах свежестью, прохладой и сладковатым ароматом растений отцветшего дня. В кустах у обочины пели свою неведомую песню цикады, провожая старый день и встречая новый. Весь дом спал крепким сном. Парень тихо отворил дверь и внёс девушку, посадив её на кресло в прихожей. Разобравшись с дверным замком, он подошёл к ней и снова взял на руки, неся в комнату на второй этаж. — Ичиго… — вдруг позвала она, когда он положил её на постель и укрыл лёгким одеялом. — Да? – подошел парень, на ходу развязывая галстук. — Спасибо тебе за всё. Я люблю тебя… — Спи, любимая. — так и не сняв рубашку, он прилег рядом с ней и, обняв, провалился в сон. Сон о будущем, которое ещё наступит.