Пусанина

За это мгновение поцелуя с Чимином Чонгук будто впервые осознал, что ему очень, очень нравится ощущать на себе эти пухлые губы, эти теплые ладони, эту сладость и горечь одновременно. Можно ли чувствовать себя так легко и невесомо, когда боль слишком много даёт о себе знать? Можно. А можно, чтобы Юнги просто куда-то исчез, и у Пусанины не осталось выбора, как только сдаться ему? Видимо, нет. Но для Чимина в этот момент всё ощущалось совсем иначе. Вроде, Чонгук так тянулся к нему, что это невольно отзывалось чем-то вроде взаимности где-то очень глубоко в его душе, однако это не было похоже на что-то реальное, как случилось с Юнги. Возможно этот поцелуй и что-то значил для Чонгука, но для Чимина это была просто проверка себя. Как когда-то Юнги так же сомневался в своих чувствах и после поцелуя определился. И он сказал, что Чимин нравится ему, не понятно как, почему, когда это началось, но просто — нравится. Точно так же Чимин определился сейчас, и вынес вердикт «нет». Они оторвались друг от друга как раз, когда послышались шаги из кухни. Чимин резко отпрянул от Гука, в ответ на что Чонгук улыбнулся, но прикрыл свою улыбку ладонью. — Ни слова… — нахмурившись шикнул ему Чимин. Юнги зашел в комнату, держа в руках небольшой поднос с всё-таки тремя кружками, из которых поднимался пар, и в комнате приятно запахло кофе. Чимин облизнулся и сел на постели, а Чонгук, активно потерев глаза и всё ещё скрывая улыбку (хотя его губы предательски подрагивали), тоже кое-как сел прямо, кряхтя и охая. Положив поднос прямо на постель, Юнги раздал всем кофе и, помалкивая, они сёрбали горячую жидкость из своих кружек. Никто не решался заговорить, а Чимин и Чонгук — особенно. Потому что казалось, что тогда Юнги всё поймёт.

***

После сумбурного утра и молчаливого кофепития, Чимин и Юнги помогли Чонгуку добраться до дома, а затем вернулись и весь день провели у Чимина дома, валяясь на диване в гостиной и пересматривая «Мстителей». — Кто у тебя любимый персонаж? — спросил Чимин, лёжа головой на коленях Юнги. Тот поглаживал его по волосам, и Чимин, блаженно прикрыв глаза, заёрзал на его коленях, устраиваясь поудобнее. — Хм, наверное, Чёрная Вдова? — задумчиво хмыкнул Юнги. — Сам понимаешь, Скарлетт Йохансон… А у тебя? — У меня Локи. С этим его жезлом-повелителем душ он почти всесильный. Я бы хотел иметь такой жезл, когда перешёл в старшую школу. Можно было бы избежать кучи неприятностей. Я бы сделал всех в школе своими друзьями или рабами, и всё было бы просто замечательно. — И даже меня? — усмехнулся Юнги. — Меня бы тоже сделал рабом? — Тебя в первую очередь, — заулыбался хитро Чимин. — От тебя исходила большая часть моих проблем. Так что, тебя бы первым сделал рабом, да. — Ты серьезно? — возмутился Юнги. — Сделал бы меня своим рабом? — Но несмотря на свой будто бы обиженный вид, он продолжал поглаживать пальцами тёплую щеку Чимина, которая, казалось, стала немного пухлее. Юнги промолчал об этом. — Но, знаешь, может сейчас со мной что-то не так, но я бы… я бы согласился. Сейчас, по крайней мере. — Тогда… сюда? — Чимин ткнул пальцем в свои губы, которые растянулись в красивой хитрой улыбке. — Как скажете, повелитель, — закатил глаза Юнги, но наклонился к его лицу и затянул в медленный, сладкий поцелуй.

***

Казалось бы, что теперь может пойти не так? Всё, вроде бы, наладилось. Но это действительно только казалось. Приключения начались уже спустя неделю, когда Чонгук вышел в школу, а на следующий день объявили, что вся параллель выпускников традиционно отправляется в поход в лес на три дня, якобы для сплочения коллектива и поднятия боевого духа в начале последнего учебного года. — Возьмите с собой только самое необходимое и обязательно тёплые вещи, — бодро объяснял классный руководитель Чимина. — Хоть сейчас и последние тёплые дни осени, но по вечерам, а особенно в лесу, становится холодно. Не хватает ещё, чтобы половина учеников слегли с простудой после похода. Подойдите к сборам ответственно и внимательно прочитайте памятки. Всеобщая радость от этого события была Чимину не особо понятна. Он не был большим любителем ходить в походы, но если уж вся параллель идёт, то скорее всего и Юнги тоже. Значит, возможно это будет не так уж и скучно, и что вместе они найдут, как развлечься. В коридоре после урока Чимин встретил Юнги и заметил, что у него, как и Чонгука, идущего рядом, горели глаза. Причём горели у обоих с одинаковым энтузиазмом. Это Чимину стало порядком надоедать. И не в Юнги было дело, а в Чонгуке, он всё никак не хотел оставлять свои попытки увести его у Юнги, строчил длинные сообщения в чат с кучей комплиментов, спрашивал как дела, чем занят, что любит, что не любит. Узнавал про него всё, что мог. Чимин отвечал ему, коротко и без особых подробностей, но всё же это внимание не было приятным. Не говоря ни слова, Чимин прошёл по коридору мимо них обоих, лишь кивнув и коротко улыбнувшись Юнги. Но в этом кивке и обменом взглядами они как будто друг другу сказали: «Чёрт подери, мы идём в этот поход вместе, и случиться может всё, что угодно!» Особенно если мы будем в одной палатке, ухмыльнулся про себя Чимин.