Цена секунды

— Клинт, найдется что мне? — спросила Николь разглядывая арсенал лучника.  — Смотря, что тебе нужно — он посмотрел на девушку и заметил, что её взгляд прикован к его старой чёрной кожанке. Он взял её в руки и осмотрел на наличие дыр. На его удивление, она была целой, хотя Клинт четко помнил, что в последний раз, когда он её надевал, она напоминала дуршлаг. Кто же повинен в её столь прекрасном состоянии? Но наконец оторвавшись от воспоминаний, он вышел из транса и кинул кожанку в руки девушке. — Дарю, а то сейчас дырку в ней прожёшь. Николь тотчас же натянула на себя предмет её восхищения, и на лице девушки заиграла по-детски счастливая улыбка. Казалось бы столь простой предмет одежды, а сколько чувств он заставляет вспыхнуть. Шерези-Шико впервые раз за всю её сознательную жизнь почувствовала себя защищённой.  — И всё-таки рукава длинноватые, — задумчиво проговорил Бартон, — может лучше у Наташи что спросишь?  — Мне и это нравится, — удовлетворённо сказала Николь, — А у Наташи на мой взгляд слишком уж вульгарные вещи. Послышался смешок. Это был не Клинт, хотя он тоже усмехнулся, но его смех другой. Тот смех который услышала Николь был звонким, озорным, мальчишеским…  — Меня зовут Родриг. А тебя? — спросил мальчик. Он был худощавого телосложения, с волосами цвета соломы, что неуклюже топорщились в стороны. Глаза, словно два уголька, прожигали насквозь. Черный свитер и черные штаны, делали мальчика ещё худее нежели было на самом деле.  — Николь… — тихим голосом ответила девочка. Её черные волосы контрастировали с бледно-белой кожей, из-под которой от истощения просвечивали сине-феолетовые и бледно-красные дорожки сосудов и вен. Она казалась такой хрупкой, словно призрак, будто дотронешься, и исчезнет.  — Николь, хочешь увидеть маму и сестру? — спросил мальчик и получил утвердительный кивок, — что ж тогда пойдем. Они брели и брели по коридорам, то спускаясь, то поворачивая за очередной угол. Стены коридоров казались бесконечными, а лестницы, что наверх, что вниз, будто вели в бездну. И вот наконец дети дошли до комнаты. Её обшарпанные стены, будто за них кто-то пытался ухватиться в последней попытке выжить, были покрыты кроваво-коричневыми разводами. Яркий белый свет лампы слепил глаза, деревянный, местами прогнивший пол, казалось бы сочился кровью. И посреди всей этой ужасающей картины стояло двое — женщина и девочка, что года на три была постарше Николь. У женщины были темно-каштановые волосы, чуть припухлые бледно-розовые губы и бездонно голубые, как небо, глаза. Девочка была абсолютной копией матери. Единственное, что её отличало это более строгие черты лица, явно доставшиеся от отца. — Мама! Сестрёнка! — прокричала малышка и было бросилась к ним чтобы заключить в объятиях, но рука мальчика её остановила. Он вложил в крошечные, почти кукольные, ручки маленькой девочки пистолет. Металлическое изделие казалось Николь неприподъёмным. Грубые мальчишеские руки улеглись на плечи девочки, а шершавые пальцы крепко сжали их, подавляя любое сопротивление, его губы оказались на уровне уха Николь.  — А теперь убей их и забудь всё, что здесь произошло, — властно прошептал Родриг. Два глухих выстрела эхом отдались в стенах комнаты. Ещё две жизни закончили своё существование на этой земле. Ещё две жизни оборвались в этой комнате. В первый раз тогда Николь увидела, как голубой дым тянется к её ногам. Но этого она ещё долго не вспомнит, так же, как и лицо своего отца, чьи слезы солёные и горькие лились под маской солдата Гидры. Напротив девушки стоял Пьетро, его голова наклонена в бок, а глаза прищуренные изучали Николь. Непонимание и недоумение — вот что он сейчас чувствовал. Шерези-Шико, нервно вздрогнув, вышла из транса. Её руки крепко сжимали рукоять кинжала, а по щекам пролегли мокрые дорожки слез. Она оглянулась на Клинта, он смотрел на нее обеспокоенно. Волновался? Но с чего бы это? Пьетро почувствовал лёгкое прикосновение, а Николь буркнув что-то вроде «Простите» буквально испарилась из комнаты оставив за собой лишь прозрачно-голубую дымку. Она бежала, бежала не долго, быстро найдя свободный уголок в Башне Старка. Она просто забралась в него и ждала. Ждала, когда слезы кончатся. Ждала, когда весь этот кошмар, что она видит постоянно, перестанет преследовать её. И снова вспышка. Снова она видит череду этих лиц, лиц людей, чьи жизни в преддверии тотальной катастрофы висят на волоске. И снова перед глазами Николь уже в который раз появляется Пьетро. Сколько раз нужно закрыть глаза, чтобы забыть это лицо? Сколько нужно убегать от него, чтобы он не догнал? «Прошу исчезни из моей головы!» в мольбе просит Николь. Но вместо этого Максимофф лишь берет её за руку, заглядывает в глаза и умоляет: — Спаси меня! И словно услышав мольбу парня, ему начинают вторить и другие. Спаси! Спаси! Спаси! Но как? Промелькает вопрос в сознании девушки. «Я попытаюсь, но как?» спрашивает себя она. Видение отступило, сердце перестало биться в бешеном темпе и перешло к обычному ритму. В глазах ещё темно, но это ненадолго. И правда скоро Николь смогла различать очертание предметов, а после перед ней появился уже знакомый запыхавшийся силуэт. Как она его ненавидела. Как она хотела чтобы он исчез. Исчез, но был жив.  — Эй! Когда ты перестанешь использовать мою силу без разрешения? — пронеслось прямо над её ухом. Теперь Пьетро уже сидел рядом с ней и заинтересованно рассматривал собеседницу. Он рассматривал её длинные немного спутанные черные волосы, её бледную, как тончайший фарфор, кожу и её неестественно карие, казалось ненастоящие, глаза. Заглядывая в них он ничего не видел. Говорят, глаза — зеркало души. Её же зеркало будто замазали краской, плотно непроглядно, чтобы никто не узнал, что за ними таится.  — Я не использую твою силу. Она полностью моя, — неожиданно ответила на вопрос Николь.  — Как же она может быть твоей, если единственный и самый быстрый человек на Земле это я? — едко заметил Максимофф, он хотел разговорить девушку, хотел отмыть её зеркало от того слоя краски, что она нанесла.  — Моя способность — это копирование через касание любого генетического дефекта, в основном свойства человеческого организма, что противоречат его реальным возможностям — парировала Шерези-Шико, — суперскорость человеку несвойственна, вот поэтому я и смогла её скопировать. Пьетро задумался. То ли он переваривал полученную информацию, то ли уже думал над чем-то другим. Николь сидела тихо, ели дыша, так ей нравилась эта тишина и спокойствие, которые рядом со спидстером появлялись так редко, что она боялась их спугнуть.  — Твои глаза, — неожиданно выдал Максимофф.  — А? — не поняла девушка.  — Твои глаза, они кажутся неестественными, — продолжил мысль парень, — я всё думал из-за чего же это? Предположил, что линзы, но сейчас, сидя достаточно близко, чтобы разглядеть, понял что ошибся. Так почему же они выглядят ненастоящими, кукольными, неживыми?  — На самом деле ты был прав, — сказал Николь, но заметила не понимающий взгляд парня, — это линзы, но только они высококачественные. Полностью повторяют радужку глаза и, можно сказать, практически с глазом сливаются. Чего только Гидра не придумала, чтобы промышлять своими злобными планами. Мне их Дрейк стащил, он знал, что меня бесит, когда таращатся из-за необычного цвета глаз. — Покажешь? — попросил Пьетро. — Нет, — твердо ответила Николь, — детей с такими глазами, как у меня, в прошлом сдали бы в цирк уродцев, я не хочу быть центром внимания и в настоящем. Если бы и хотела, то объединилась бы с Уэйдом Уилсоном, — закончила девушка встала и ушла, а Пьетро всё так же и остался сидеть размышляя почему она так ненавидит свой цвет глаз, и если первая способность её это копирование, то что это был за голубой дым в поезде, что тянулся к её ногам. Но вот парню надоело сидеть и он отправился в точку сбора, которая находилась на девяносто третьем этаже (этажом выше располагалась взлетная площадка для Джетта, ну и сам Джетт). Когда он прибыл в пункт назначения, то заметил, что практически все уже собрались. Лишь Старк вносил последние поправки в броню, Клинт подготавливал оружие и Николь куда-то пропала.  — А где Потеряшка? — как бы невзначай бросил Пьетро. — Ты про Николь? — откликнулся Тони, — она уже свалила, решила первой отправиться и разведать, что да как в городе, и заодно начать эвакуацию в отдаленных от центра районах. — Вы отпустили её одну? Поразительно! — воскликнул Максимофф, — нам с Вандой вы не доверяете, а ей прям так сразу. А вдруг она Альтрона предупредить спешит. — Я не сомневаюсь в Николь, — вдруг подал голос Роджерс, — хоть и в начале она не вызывала доверия, но после показала, что за каждого из нас готова отдать жизнь. И вам ли это не знать. — В этом правда, — задумчиво протянул Пьетро, — но всё-таки зря вы её одну отпустили. Вдруг что случится.  — Она сильнее чем кажется, я уверен, Николь справиться, если что-то пойдет не так, — тихо пробормотал Клинт и продолжил проверять наконечники стрел.

***

Николь уже некоторое время находилась в Заковии. По её расчетам Мстители прибудут лишь через пару часов. Девушка уже на протяжении получаса бродила по улицам этой маленькой страны. Вокруг были старые пошарпаные дома, детские площадки, что наводили ужас лишь своими ржавыми качелями. Создаётся впечатление, что находишься в каком-то третьесортном ужастике. И это правда наводило ужас. Как люди могут так жить? Хотя если учесть, что их на большом промежутке времени незаметно для всех терроризировала Гидра, то это не удивительно. Николь брела и брела, пока не наткнулась на какой-то из домов. Он был значительно выше остальных, но в таком же ветхом состоянии. Девушка решила зайти в него и осмотреть местность с высоты. С крыши было прекрасно видно всё: и небольшой парк в центре города, и школу неподалёку от этого района. Николь даже смогла разглядеть плакаты АнтиМстители, что призывали граждан этой маленькой и хрупкой страны ненавидеть защитников Земли. Шерези-Шико не могла с ними не согласиться, но всё же Мстители тоже люди, и они тоже могут совершать ошибки, пусть они бывают и стоят человечеству слишком многого. Все мы люди и каждый из нас может совершить что-то ужасное, даже не догадываясь об этом. Поэтому Николь приняла для себя такую истину, она решила жить, жить и улыбаться, чтобы не случилось, жить и продолжать смеяться… «Ведь всегда найдется тот кому сейчас намного тяжелее, чем тебе. А если моя улыбка может хоть как-то кого-то поддержать, хоть кого-то спасти от поломки души и сердца, то нужно улыбаться, даже если самой от этого больно, так я обещала маме…», так вот думала Николь и старалась не отступать от этой истины. Она развернулась и собралась было уходить, как ей навстречу вышел мужчина. Он был на две головы выше девушки. Его чёрные с сединой волосы немного вились и топорщились в разные стороны. Глаза… Глаза зелёные с еле заметными янтарными проблесками, словно цветочная поляна. Они с некой грустью и теплой отеческой добротой смотрели на Николь. — Как же ты выросла… — Зачем ты следишь за мной, и там в аэропорту когда я улетала, и даже в замке Штрукера, рядом с телом Дрейка? Зачем? — заглянула в глаза мужчины девушка, — или ты наконец решил поиграть в заботливого отца? Перед глазами Николь вспыхнули числа, точное время которое отведено этому человеку в мире живых. Но она не хотела этого видеть, она не хотела использовать силу. Так почему? Почему же эта треклятая сила показала ей смерть, пусть и бросившего её, но родного отца? Она отступила назад, надеясь повернуть время вспять, забыть о том, что увидела только что. — Николь… — тем временем продолжил мужчина, — если бы я пришел раньше, они бы убили тебя. Я не мог… Не мог позволить умереть ещё и тебе… Пожалуйста пойми это. Я до последнего не хотел, чтобы ты попала в эту ужасную организацию. — Я не хочу слышать эти ужасные оправдания! — сорвалась девушка, — «Мама, как бы ты не хотела, чтобы я улыбалась, я сейчас… не могу…» — Николь… — вздохнул мужчина, — здесь недалеко есть полицейский участок. Думаю если их немного припугнуть, то они надорвут свои задницы и начнут эвакуацию. Но лучше начать с центра — от церкви, недавно я был там и слышал странный шум, шедший из-под земли. — Хорошо, но с чего это вдруг такая щедрость? — девушка ни в какую не хотела доверять этому человеку, пусть он и называет себя её отцом. — Николь, пусть тебе не нравится, но это я — Андрэ Шерези-Шико, и я как твой отец люблю тебя всей своей душой, как любил твою мать и сестру. Я никогда не пожелаю тебе смерти, и чтобы не произошло, я всегда на твоей стороне, — он вложил в руки девушки небольшой тканевый кулёк, — откроешь когда всё закончится. И сними эти ужасные линзы, у тебя ведь такие прекрасные глаза! Мужчина развернулся и ушел, а Николь так и стояла на крыше смотря ему в след. Прошло пару минут когда она наконец опомнилась. Ну что ж, пора уже и мир спасать!

***

Динамик Николь активировался. «Похоже Альтрона нас ждёт. И будет встречать шквальным огнём. И мы знаем на что идём, но жители Заковии не причём… Так что в первую очередь выводим людей» — начал свою пламенную речь Капитан. — Эй, ребят, вы меня слышите? — послышался голос Николь уже в динамиках Мстителей, — может хватит болтать и задело? Я уже четыре района близ церкви эвакуировала, но многие отказываются уходить, даже под угрозой теракта. — Мы на подлёте, Николь, подожди ещё немного, — раздался голос Клинта. — Да, скелитта, у нас есть мальчик на побегушках и передвижная версия профессора Ксавьера, так что скоро мы тебя подменим, — усмехнулся Старк. — Старк… — Да? — Ещё раз так меня назовешь и ты труп. — Да неужели? — Хочешь проверить? — весьма угрожающе прозвучал голос Николь, Тони глянул на Бартона, но тот в ответ лишь покачал головой, мол не советую. — Пожалуй воздержусь, — нервно сглотнул механик и вернулся к сканированию местности. — Приземляемся, — оповестил всех лучник.

***

В полицейскую часть залетел Ртуть, там уже на протяжении трёх минут находилась Шерези-Шико. Тупые полицейские просто выперли её из здания, а угрожать им как советовал отец она не решалась. — Эвакуация! — громко крикнул Пьетро, но всем было все равно, — Очистить город, живо! И вот его нет в участке, и никто не сдвинулся с места. Лишь удивлённо посмотрели ему вслед и продолжили заниматься своими делами. Николь даже как-то нервно усмехнулась. Только Пьетро заметил, что не произвел должного эффекта и вернулся в участок. Отобрал автомат у, сидящего рядом с дверью солдата, и пустил очередь в потолок. — Поднимаем попки, — хоть это оказалось воздействие на ленивых полицейских, и довольный собой Максимофф свалил подхватив с собой и Николь. Ванда управляла сознаниями жителей города, внушала им что нужно идти, уходить как можно дальше. И вроде всё идёт по плану, но скребущее чувство близости смерти к этим людям все никак не хотело угасать. Все из Мстителей заняли свои позиции. «Для Альтрона мы проказа, поразившая планету… Мы не просто его победим, мы докажем, что он не прав…» Вспомнила слова Роджерса Николь. Она вздрогнула, ведь Пьетро до сих пор её нёс. Он остановился и посадил её на лестницу у входа в какой-то дом. — Ты в порядке? — посмотрел на её лицо Пьетро, у входа в участок она показалась ему слишком бледной, словно призрачной. А её глаза… Чёрт! Почему она не хочет показать ему свои настоящие глаза?! Почему не хочет смыть эту надоедливую шоколадную краску с них? Этого его бесит. Вся эта закрытость, таинственность. Зачем? Зачем она так настойчиво прячет настоящую себя? Ведь он успел мельком запомнить их. Тогда на базе у Кло она не прятала свои прекрасные глаза, если б не та битва, может он получше запомнил их… — Да, просто встретилась со знакомым пока вас ждала… Это была не очень приятная встреча. Вдруг отовсюду полезли роботы и начали нападать на людей. Задача Мстителей защитить всех кого только можно. Даже ценой собственной жизни. И Николь к этому готова. «Альтрон отключён от сети» — раздалось в наушнике. Отлично. Значит можно начинать. — Можешь найти Ванду, я хочу скопировать её силу если получиться, — спросила девушка Пьетро. — Если получиться? — удивлённо вздернул брови парень. — Её сила это Хаос. Хаос очень трудно контролировать, — пояснила Шерези-Шико. Пьетро кивнул. Земля вздрогнула, по дорогам пошли трещины и вот огромная часть Заковии начала подниматься в воздух. Жители, которые не успели эвакуироваться, в страхе убегали от появившихся в земле расщелин. А самые отважные пробовали перепрыгнуть на другую сторону пока высота оставалась не большой. Пьетро потерял равновесие и упал. Теперь пришла очередь Николь спрашивать, всё ли в порядке, но она лишь глянула вниз с обрыва на котором сидела. Высота стремительно набиралась. — Смотрите, как красиво, и как неизбежно… Вы же взлетает чтобы упасть… — прозвучал голос Альтрона из его болванок, — Вы Мстители станьте моим метеоритом, моим разящем мечом и планета расколется под гнётом вашего фиаско… Вытравить меня из компьютеров, натравить на меня моих… Зря стараетесь, когда уляжется пыль, жизнь на планете будет представлена лишь металлом. Ртуть и Николь на супер скорости прочесывали улицы города и уничтожали роботов. Один за одним железные болванки рушились под натиском двух мутантов. Девушка старалась не отставать от Максимофф, но то, что было для него дело привычки она могла делать лишь в определенных временных рамках. И вот её сила кончилась и для возобновления работы супер скорости ей нужно снова коснуться Пьетро, а ещё желательно отдохнуть, но на это времени нет. Пьетро внезапно остановился и оперся об стену. Видимо ему тоже тяжеловато гонять на сверхскорости. А Николь по инерции не успев затормозить чуть не влетела в него. «Старк, думай как помягче посадить город. У остальных одна задача — громить роботов. Ранили — отбивайтесь. Умирать — запрещается.» — раздался в наушнике приказ от Кэпа. Николь отдышалась, и с возгласом: «Догоняй!», дотронулась до Пьетро и продолжила гонку. Они приблизились к Клинту, но из-за напавших роботов им с Вандой пришлось спрятаться в здании. Николь почувствовала, что несмотря на повторную репликацию сил Пьетро, она уже выдохлась и её клетки теряют силы, она больше не может копировать чужие способности. И какое-то время придется полагаться на свои собственные. — К-короче, город летит в космос, а мы сражаемся с роботами, — услышала голос Бартона Николь, когда подошла к тому зданию в котором он с Алой Ведьмой укрывался, — а у меня лук да стрелы, послушать так бред. Никто не сделает за меня мою работу, понятно? Или я работаю или няньчусь с тобой. Не важно кто ты, что ты, кем была прежде… Если выйдешь отсюда дерёшься и дерёшься насмерть, а если останешься — ничего, скажу брату он найдет тебя. Но если ступишь за порог… Считай ты — Мститель. Вот так. Да, город взлетает, вух-х… Клинт выбил дверь и начал обстрел по роботам. Николь тоже уже ввязалась в драку с железными болванками. И Пьетро где-то гонял спасая гражданских. — Оказывается у нас есть второй Капитан Америка, — бросила девушка лучнику, уверенная в том, что он услышит. — Ты что услышала? — изумился Бартон. — А меня в Мстители возьмёшь? — спросила Николь, уничтожая ближайшего к ней робота и превращая в пыль двух других с помощью своих сил. — Ты и так уже в Мстителях, — улыбнулся Соколиный Глаз, девчушке, что стала его товарищем. Из развалин дома вышла Ванда. Она отбросила все свои страхи, желания, всё что могло ей помешать продолжить бой. С кошачьей грацией она взмахнула руками и алые нити окутали роботов, разрывая их на куски. Последний робот в этом районе был убит ею. — У нас всё чисто, — передал сообщение Роджерсу Клинт. — А у нас всё грязно, — ответил Кэп и в динамике послышался лязг металла. — Ясно, идём к вам — сказал лучник оглядываясь. Вдруг от куда ни возьмись появился Пьетро, прихватил Ванду и с криком: «Догоняй пенсионер!», исчез. Бартон натянул тетиву. — Убить, что ль его? По тихому? — спросил сам себя Клинт, посмотрев на Николь, на что та лишь пожала плечами и спрыгнула с обломков здания, — мол пал смертью храбрых, сам видел… Альтрона пристрелил, ну вечная слава, ушел в рассвете… На бегу рассуждал лучник. Если только он знал, что-то что он сейчас сказал, так близко к правде. — Клинт! — крикнула Николь ему вдогонку, он обернулся — не шутит так, пожалуйста! В её глазах промелькнула боль, как будто это уже произошло, как будто всё то что сказал Клинт вовсе не шутка. Но на губах девушки всё ещё играла улыбка. Он понимающе кивнул и отправился к Кэпу на подмогу. А она, она пошла в другую сторону тоже громить роботов и спасать мирных жителей. Но что не давала ей покоя, так это то, что к её ногам с разных концов улиц тянулся голубой дым… Мстителям нужно было как-то защитить жителей, пока новая волна роботов не подошла, они укрыли их в более менее целых зданиях. И как будто услышав их мольбы на горизонте появился Хейликариар. Спасательные челноки были отправлены на парящий остров. Эвакуация оставшихся людей началась. Но роботы тоже не собираются отступать и идут в нападение с воздуха. — О да! Вот это история будет что надо! — послышался в динамике голос Воителя. — Ага! Если не помрём! — подколол друга Тони. — Ха! Я ещё жениться хочу! — засмеялся Роудс. — Выживем, я на тебе женюсь — «успокоил» друга Старк. — Всё то он напошлит, — пробурчал Воитель и дальше продолжил отстреливать роботов. Челноки же начали наполняться народом и отправлять выживших, раненых, убитых — всех, на борт Хейликариара. Николь же продолжала уничтожать железные болванки в сердце острова, постепенно продвигаясь к Кэпу и остальным. И вот кажется осталось пройти пару кварталов, как на неё напали новые роботы. Людям, что она подобрала по дороге, она приказала чтобы те двигались к челнокам. Её быстро послушались. Хоть грим на лице девушки и не вызывал доверия у гражданских, но её поступки говорили о том, что ей можно доверять. Ведь она уже не раз спасала им жизни по дороге сюда. Роботы окружили Николь, а она смотрела вслед людям, что бежали к их единственному способу выжить. И когда они скрылись из её поля зрения началась битва. Нет. Это больше похоже на танец. Её клинок давно уже затупился и осталось полагаться лишь на саму себя. Лёгкое движение рук и касание холодного металла, сразу трое болванок превратились в железную пыль. Она топнула ногой, не сильно, но делая это так красиво, словно изящная лань, и окутавший остальные болванки голубой дым, прервал существование остальных роботов. Больше здесь врагов не осталось и она побежала в сторону челноков, надеясь, что всё в порядке. И что её ведению не суждено сбыться. Что она сможет предотвратить гибель всех этих людей. И ЕГО гибель. Но… голубой дым всё тянется и тянется к её ногам. В сердце что-то глухо защемило. Стало трудно дышать, а перед глазами вновь появилось лицо Пьетро, но не такое, как раньше. Оно не было жизнерадостным с немым укором и озорной искрой во взгляде. Оно стало серым, практически безжизненным и грустным. В нём читалась боль, а в глазах потухал огонёк жизни. Николь не хотела видеть и чувствовать, но она не могла ничего поделать. В глазах потемнело, но ненадолго, когда разум пришёл в себя, она поняла, что сидит на земле и плачет. По щекам пролегли солёные дорожки, а перед глазами появилось видение с, уже плачущей, Вандой. Вокруг девушки полыхали сгустки красной энергии. Чистый ХАОС. Николь не могла терпеть всё это. Голубой дым тянулся к её ногам с разрушенных улиц города. Она не могла смотреть на это, поэтому встала и побежала. Девушка чувствовала, что как никогда сейчас нужна Мстителям. Она бежала, не обращая внимания на боль в лёгких, главное не останавливаться. Подошвы кроссовок давно стёрлись, а порезы на ногах ужасно саднили и ныли. Десять. Она не знает зачем, но начала обратный отсчёт. Она должна успеть. Девять. Ноги спотыкаются, и Николь летит на асфальт, пропахивает его коленками. Должна успеть. Восемь. Снова поднимается и продолжает бежать. Должна. Семь. Шесть. На горизонте появляется Клинт и Пьетро. На лице Максимофф сияет улыбка, а к ногам Николь всё ещё тянется голубая дымка. Пять. Четыре. Три. Автоматная очередь, а Соколиный глаз бежит за ребёнком. Два. Альтрона близко, Бартон — живой щит, Ртуть смотрит в его сторону. Один. Шесть пуль пронизывают тело. Клинт и мальчик целы. А сердце Николь как будто остановилось. Она вновь видит затухающий взгляд Пьетро и слышит раздирающий душу крик Ванды. К ногам всё тянется и тянется голубая дымка теперь и от тела Ртути. Николь остановилась. Она не успела. Она была так близко… Ей не хватило секунды… Ноль. Сильный толчок прошел по земле. Все люди были эвакуированы на спасательные челноки и отправлены на Хайликериер. Она осталась одна и поняла, что сейчас остров парящий в небе рухнет. Николь не успеет спастись, девушка давно поняла, ещё тогда когда увидела своё лицо во сне, когда увидела своё время смерти. Она смирилась. Она готова УМЕРЕТЬ. Смерть. Для неё это такое смешное слово. Для неё, что каждый день с момента попадания в Гидру видела её так близко. Земля задрожала и ушла из-под ног, а девушка теперь находится в состоянии невесомости. Ещё секунда и она падает. Вдруг её тело подхватывают металлические руки. Николь приоткрыла глаза и увидела броню Железного Человека.  — Был приказ не умирать, один уже ослушался, больше промахов не принимается. Мстители своих не бросают, скелитта, — с немного грустными нотками в голосе проговорил Тони Старк. Девушка ему слегка улыбнулась, знает ведь, что она грозилась его порешать, если снова так назовет, но она лишь покрепче ухватилась за броню, продолжая всё так же по-грустному с искрой безумия в глазах улыбаться. И первое, что она сделала попав на авианосец, это сняла свои линзы, что всё это время закрывали её душу ото всех. Она смыла эту краску, что затмила взор не только Пьетро, но и ей. Пусть все теперь видят, что творится у неё в душе. Пусть все видят, что скрывается за этой полубезумной улыбкой. На Хеликаррьере было столпотворение, столько народу на нём не находилось со времён распада Щ.И.Т.а. Вокруг были убитые, раненые, спасённые, старики, дети, женщины — все. К ногам Николь тянулась голубая дымка. Девушка шла к шестому челноку, она помнила что именно в него погрузили Клинта и тело Пьетро. Рядом стояла плачущая Ванда. Убитая горем, она не решалась подойти и осознать, что её брат мёртв. Она отказывалась верить. Шерези-Шико прошла дальше. Она подошла к Бартону и легонько коснулась мужчины. Все серьёзные раны стали заживать. Девушка подошла к безжизненному телу парня и села рядом с ним. Её правая рука осторожно перебирала седые волосы Пьетро. Прядь за прядью, а глаза будто остекленели. Будто она тоже умерла вместе с ним…  — Как жаль, что чтобы подарить кому-то жизнь, мне надо сначала у кого-то эту жизнь отнять, — задумчиво изрекла Николь не отвлекаясь от своего занятия. Неожиданно из тени вышел мужчина лет сорока, одетый в странного рода одежду, немного потрепанную и оборванную, но видно, что он тоже принимал участие в этой битве. Андрэ Шерези-Шико, отец Николь.  — Уходи, — со сталью в голосе произнесла девушка.  — Знаешь, я виноват перед тобой… Я не сумел спасти твою мать и сестру, я не сумел спасти тебя… Но может я смогу спасти хотя бы этого пацана? Может таким образом я хоть частично смогу загладить свою вину? — мужчина говорил уверенно, он знал на что идёт. — Ты уверен? — Ну давай! Я знаю, ты давно уже видела мою смерть, ещё после первой нашей встречи. — Через пятнадцать минут сорок три секунды, два в сердце, контрольный в голову… Тебя убьют.  — Вот видишь. А у этого парня будет ещё вся жизнь впереди, если ты не перестанешь терять время. Вся жизнь и мои пятнадцать минут, Николь, — отец взял её за подбородок и заставил поднять глаза, — я никогда уже не буду хорошим отцом, дай мне уйти хотя бы хорошим человеком. Девушка внимательно посмотрела на мужчину. Она смотрела в глаза, а через них в его душу. Утвердительный кивок и пистолет Клинта уже в руках у Николь, направлен на грудь бывшего агента Гидры. В последний раз смотрит ему в глаза, а затем шепотом едва слышно говорит:  — Ты был лучшим отцом, именно таким о каком я мечтала, жаль ты был им так немного. Глухой выстрел огласил авианосец, но никто не обратил на него внимания, никто кроме Мстителей, которые стали свидетелями последнего разговора между дочерью и отцом. К ногам Николь тянулся голубой дым.