Colors

Свойства этого цвета исходят из самого жемчуга: он открывается тогда, когда ему самому нравится то, что происходит вокруг, отсюда его замкнутость, загадочность, внутренняя теплота. Не терпит назойливости и предпочитает молчать; внешне замкнут и недоступен – «себе на уме». В руках у Чимина айфон, на экране которого – последняя весенняя коллекция «Gucci», под спиной любимая мягонькая подушка, на столике рядом – дымящийся кофе с имбирным печеньем в форме звездочек. Плевать на дожди и серость за окном, ведь есть свой собственный уютный мирочек, где тихо и спокойно. Из рук ловко вытаскивают мобильник, блокируя и отбрасывая куда-то к противоположному подлокотнику дивана. Бледные губы шевелятся, произнося: – Хён, удели и мне немного времени. Юнги протискивается между коленей Чимина и, прощупывая свой путь, ведет ладонями вверх по животу к груди, оглаживает плечи, окольцовывая чужую шею. Чимина ведет от одного только пропитанного похотью взгляда, направленного целиком и полностью на него самого и никого больше. Да он бы и не позволил младшему смотреть так ни на кого другого. Чимин подается вперед, желая заставить чужие губы заалеть, а щеки раскраснеться, но Юнги упирается ладонью в его грудную клетку и шепчет, окутывая кожу своим отдающим мятными леденцами (чтобы перебить въевшийся запах табачного дым) дыханием: – Нет, хён. Сегодня я все сделаю сам. Чимин просто не может не простонать тихо в предвкушении. Он сползает пониже, ухмыляясь и откидывая голову. Хочет притянуть младшего ближе к себе, чтобы ткнуться носом в ямку над ключицей, укусить, поставить метку, но тот отстраняется. Привстает на разведенных коленях, стреляя прожигающим взглядом и неуверенно закусывая губу, одновременно лохматит бледно-зеленые волосы, а пальцами подцепляет замок ширинки. В прищуренных глазах хёна столько восхищения и желания, что коленки мелко начинают трястись. Но Юнги намеренно медлит. Сначала стягивает через голову огромных размеров черную толстовку, из-за чего слышит треск в собственных волосах, после избавляется от широкой футболки, стараясь красиво прогибаться, выглядеть желанным, хотя прекрасно знает, что его любят любым. Ловит жаждущий продолжения взгляд старшего, из-за чего прибавляется решимости. Поэтому ширинку он расстегивает быстрее, чем хотел бы. А так хотелось подразнить подольше... – Иди сюда, котенок. – не выдержав, подзывает Чимин. Ведь смотреть и не трогать – сущее издевательство. Младший, неловко избавившись от джинсов, вновь оказывается рядом. Чимин пробует притянуть его к себе, но и вторую попытку обламывают. Юнги усаживается на чужие бедра и, наклонившись, дарит хёну долгожданный, судя по судорожно скользнувшим на спину ладоням, поцелуй. Вскоре углубляет, чем вызывает дикий восторг. Некоторое время поборовшись за превосходство, пробирается языком в чужой рот и ведет себя совершенно по-хозяйски. Исследует. Изучает. Запоминает. Чимин теряется под чувственностью, но ему это нравится до мурашек, о чем он и дает знать набирающими голос стонами. В какой-то момент младший вдруг отдаляется, забирая с собой и все приятные ощущения. Остается только моргать, немного ошалело глядя на то, как он стягивает белье, высунув при этом кончик языка, а следом просит Чимина снять и свои джинсы вместе с боксерами. – Котенок, ты... – выдыхает ошеломленно старший и не может договорить. Юнги кусает его за плечо, щекочет своими волосами шею и смеется на ухо, после коротко облизывая. – Все будет нормально, хён. Давай, раздевайся~ – Ты вправду собрался насадиться или у меня мозг плывет? – уточняет на всякий случай Чимин, громко сглатывая, когда чувствует, как плоть трется друг о друга. Слепя лучезарной улыбкой, младший кивает, заинтересованно посматривая вниз. – Я растягивал себя вчера. – сообщает он и, не медля больше, тянется рукой к чужой ширинке, мечтательно облизываясь.– Хён, ты готов? О, вижу, что да.

☮☮☮

Юнги проснулся в пять утра и больше не смог уснуть. Да и как тут уснуть, если почти порнуха приснилась?! И ладно бы с красивой девчонкой с аппетитной фигурой, но никак не с хёном! Такого подарка на восемнадцатилетие он не желал. Жутко стыдно. Особенно из-за того, что Юнги-младший гордо выпрямился под одеялом. «Я же не какой-нибудь пидр, – с отчаянием думал Мин, когда расправлялся с последствиями своих бурных, как оказалось, фантазий, – Так какого-простите-хрена?!». Он не переставая думал об этом, когда собирался в школу, ждал на остановке автобус, курил за углом школы, а после перед воротами дожидался вечно опаздывающего Чонгука. Который, кстати, опять шел уткнувшись в свой мобильник и освещал себе дорогу преисполненной счастья улыбкой. Какой же идиот... Пришлось тормознуть за плечо, пока мимо не прошел. – Тебе привет от Тэ-хёна. – объявил Чон. – С Днем рождения!! Друг виснет на шее, а Юнги остается только благодарно обнять его в ответ и пытаться не подавиться закинутыми в рот тремя мятными конфетками. – Ты теперь совсем взрослый. – отстранившись, повел бровями Чонгук, следом подмигивая игриво и вполне себе двусмысленно. – Завидую. – через мгновение тяжко вздохнул он. Но Мин не дал погрузиться в уныние, бросил спасательный круг с вопросом: – Чему это, интересно узнать, ты завидуешь? Возросшей ответственности? – хмыкнул он, огибая группку учеников средней школы. Капризно вытянув губы, Чонгук со всей скорбью сообщил: – Тэ-хён сказал, что у нас не будет никакого секса до моего совершеннолетия... Далее Юнги подавился воздухом, споткнулся о собственную ногу и вдобавок чуть не прикусил язык. – Чон Чонгук!! – заверещал он, сорвавшись на кошачье шипение, но тут же понизил голос, потому что на них резко обернулись все кому не лень. – Чонгук, ты совсем, что ли?! – А что? – искренне не понимая, продолжал испуганно хлопать глазами Чон. – Что я такого сказал? – Ты серьезно? Чонгук почти хихикнул из-за вылупившихся – как у рыбешки – глаз друга, но вмиг стал серьезнее, объясняя: – Я люблю Тэ-хёна, так что вполне логично мое желание разделить с ним близость... Юнги в полсекунды оказался рядом, сверкнул глазами снизу вверх: – Чонгук-а, скажи... Ты совсем ебнулся, да? – Нет, а что такого-то? – в ответ начал кипятиться Чон. – Я повторюсь, что вы оба парни! И это абсолютно мерзко. – А, то есть, целоваться с Чимином это для тебя нормально? – протянул Чонгук и прищурился. – Что за двойные стандарты, мм, Юнги-я? Одноклассник в ответ промолчал. Спустя несколько секунд залился бурным румянцем. Тихо проклинал про себя хёна, который всегда лез не вовремя и при свидетелях.

☮☮☮

Чонгук незаметно придвинулся ближе, толкая своим плечом чужое. – Я не верю, что у тебя хоть раз не вставал на Чимина. – прошептал он Юнги. – По-любому же было, а? И с интересом наблюдал за медленно алеющим другом, на бледной коже которого все прекрасно было видно, словно вишню раскинули по снегу. К счастью Мина, Чон не обладает даром телепатии и не умеет читать мысли, поэтому не знает, что Юнги в этот момент вспоминал свой злополучный сон. – Это значит, что он как минимум тебе сексуально интересен... – прошептал Чонгук. – Неправда!! – выкрикнул Юнги, опять привлекая к себе внимание всех собравшихся на уроке физкультуры. – Ну-ну. – засмеялся Чон, за что через мгновение был скинут со скамейки на пол. Еще и учитель вызвал за нарушение дисциплины. Пришлось пыхтеть на канате и посылать факи лыбящемуся снизу другу. Хотя свои мышцы он всегда рад показать.

☮☮☮

За целый день Чонгук конкретно вынес Юнги мозг своими тупыми вопросами и подколками по поводу Чимина и их недоотношений. Хотелось ему врезать, честное слово. Ибо нефиг лезть в чужую личную жизнь, тем более, когда... и сам не знаешь, что у тебя там да как. Они уже вышли за ворота школы, а друг все не прекращал зудеть на одну и ту же тему, почти доведя до нервного тика обоих глаз. Чимин то, Чимин это, это тоже Чимин и... Стоп. Стоп. Стоп. Юнги притормозил, чуть не врезавшись в Чонгука. – ...Хён? Он сделал шаг навстречу, боясь, что самый настоящий и реальный Чимин сейчас просто растает, как видение или мираж. Но хён никуда не исчез даже спустя несколько шагов, наоборот, притянул к себе и улыбнулся. Уютно и ободряюще, так, чтобы тучи на небе скорее расступились и выглянуло праздничное солнце. Чонгук заметил выстрел глазами в свою сторону, а следом благодарный кивок. Ну, еще бы не благодарный. Он постарался на славу, выполняя порученное братом задание «Подготовь почву, плиз, я приеду». – Ну что же, – прощебетал беззаботной птичкой он, заметив появившееся смущение Мина, – Мне пора, я пойду. А вы, ребята... Веселитесь~ – напутствовал он, а проходя мимо друга, шепнул тому на ухо. – Веди себе хорошо, Юнги-я... Хотя в свой др можно и плохо... Короче, как сердце тебе скажет♥~ Мин зыркнул из-под шапки. Сам разберется, не маленький. Уже. Но Чон все не унимался, так и сиял: – А сердечко говорит тебе, что ты давнееенько уже втюрился, Юнги-я~ ~ И захохотал на пару с Чимином, который вообще-то все прекрасно слышал. На этом Чонгук со спокойной душой оставил этих двоих, один из которых отвесил ему крепкого щелбана своими тощими ручонками на прощание. Мин-и-откуда-только-силенки-взялись-Юнги. Опасный тип. Если довести. Может и листом книги горло перерезать. Шутка. Он выудил из кармана мобильник и принялся строчить, мурлыкая себе под нос и звонко шлепая кедами по всем лужам, ведь разлетающиеся мутные капли – это так красиво.

«Хён, у меня прекрасное настроение~ ♫».

«Ммм, мой крольчонок изволит пошалить? Ты же знаешь, я только за».

Чонгук улыбается шире некуда. Только Тэхён может несколькими простыми буквами заставить его чувствовать себя ангелом из легенд. Словно у него вдруг появились крылья, и он может летать. Восторг.

«Хён, но у тебя же еще две пары сегодня?.. :(».

«Плевать. Начало года. Нагоню. А вот на тебя у меня совсем мало времени получается выкроить. Так что я хочу восполнить наши пробелы ❤❤❤».

Через пятнадцать минут приходит вдогонку:

«Чонгукки, поторопись~ ~ ~ Потому что я уже дома и более чем готов :)».

Прочитав это, Чонгук смущенно закрывает нос рукавом свитера, скрывая заодно и идиотскую лыбу до ушей, и набирает в ответ свое любимое:

«Хёооонн~ */////*».

«Прости, Куки».

«❤».

«Жду тебя».

☮☮☮

Чимин на несколько секунд подумал, что с деревом и вправду разговаривать проще, чем с Юнги. Вот серьезно. За то время, пока они шли до дома Мина, младший точно не сказал больше двух слов в предложении, Пак готов даже поклясться. Лаконичный Мин Юнги. Ленивый Мин Юнги, потому что иногда просто мычал согласно или, наоборот, несогласно. Впрочем, эти звуки мало чем отличались. Чимин всеми силами честно пытался построить разговор, но что-то не клеилось. Паззлы не подходили друг к другу. Мозаика не складывалась. Поэтому в какой-то момент Пак просто откровенно психанул. – Да что с тобой не так сегодня? – он схватил Юнги за руку, рывком разворачивая к себе. Но тут же отпустил, увидев тень боли на бледном лице. – Зачем ты приехал? – встретил вопросом на вопрос младший, а сам медленно попятился к входной двери дома. К счастью, они уже пришли. – Специально ради тебя. – замешкавшись, ответил Чимин. «Значит, точно учебу прогуливает», – кивнул своим мыслям Юнги. – Не нужно было. – сказал он притворно безразличным голосом. – Ничего ведь не изменилось из-за этого. Младший скрылся в доме. Рыкнув от бессилия, Чимин залетел следом. Быстренько стянул обувь с курткой и прошел на кухню. – Может, ты разберешься в себе уже, а? Юнги аккуратно поставил чашку с кипятком на столешницу. – Что конкретно ты от меня хочешь? – не оборачиваясь, спросил он едва заметно дрожащим голосом, а сам сжал губы в тонкую нитку, потому что из-за слов старшего стало больно и обидно. – Если что-то не устраивает, то тебя никто не держит, хён. – резко обернулся он, с испугом обнаруживая прямо перед носом такое знакомое до мельчайших черточек красивое лицо, и выдохнул слишком шумно, слишком судорожно. Отклонился чуть назад, потому что Чимин наклонился к нему. Старший положил ладони на талию младшего, не позволяя уйти, избежать, сохранить прошлое. Склонил голову набок. – Кажется, ты совсем запутался... – прищурился Чимин, а в глазах малиновые костры пылают, притягивая и чаруя. – Но я могу тебе помочь... Он наклонился для поцелуя, который должен был дать понять Юнги о своих чувствах, но тот вдруг дернулся, попытался вырваться. – Пусти меня! Чимина наградили прожигающе-ядовитым взглядом. Он лишь фыркнул. И, извернувшись, припал все-таки к чужим губам, через поцелуй делясь своим недовольством и искренним желанием помочь разобраться в ситуации. У Юнги слишком много тараканов в голове, чтобы самостоятельно прийти к правильному решению. Его все время нужно направлять. – Я не хочу с тобой целоваться. – медленно проговаривая все слова, заявил Мин, едва хён отстранился. – Потому что я не такой, как ты. А теперь отпусти меня! Шок Чимина перетек в защитную реакцию организма – ехидство. Он ухмыльнулся и прижал младшего, который всего несколько секунд назад отвечал и пытался провоцировать, шире приоткрывая губы, ближе к себе, почти задевая своим носом чужой. – Если ты поцелуешь меня, это еще не значит, что ты автоматически гей. – Чимин прикусил кончик носа Юнги, одновременно сползая ладонями с талии ниже, чтобы пробраться руками под три слоя одежды и коснуться теплой кожи на пояснице. – Ты ведь позволяешь целовать и касаться себя только мне, я прав? – в доказательство он легонько щипнул младшего за костлявый бок, ухмыляясь по-доброму из-за смущенной реакции. – А не каждому встречному. Получается, я для тебя особенный. С привилегиями. – широко улыбнулся он и поцеловал нахмуренную переносицу Юнги. Если заставил задуматься, значит, посеял зерно сомнения. Заставил сомневаться, значит, обладает достаточным авторитетом, чтобы влиять на мнение. Следовательно, Юнги почти сам пришел к нужным выводам. Чимин только подкинул ему нужные факты. – Тем более, – продолжил он спустя несколько мгновений, как сейчас подумалось Юнги, просто нелегально тягучим голосом, из-за которого пульс мигом участился, а ладошки вспотели, – Ты ведь не был против раньше, так в чем же дело, мм? Что изменилось за пару месяцев? – продолжил пытку Чимин, водя губами по тлеющей коже на шее младшего, изредка целуя. Он освободил столешницу из крепкой хватки Юнги и уложил освободившуюся руку себе на плечо, туда, где ей место. Вторую руку на его плечо младший положил сам, тут же сцепляя пальцы в замок. За догадливость он был вознагражден неспешной цепочкой поцелуев по линии подбородка. – Ты же помнишь? – прошептал Чимин на ухо, следом прикусывая и внутренне сетуя на то, что у младшего в ушах не гвоздики, а неудобные в плане ласк колечки. Хотя, стоит признать, что это выглядит довольно секси. – Ты помнишь крышу своего дома? Клуб? Домик, который снял Тэхён? Юнги кивнул коротко, не решаясь поднимать голову. Конечно же, он все помнит. Прекрасно помнит. В деталях.

☮☮☮

День рождения Чонгука в прошлом году они справляли компанией, с недавних пор ставшей привычной. Просто Юнги идеально к ним вписался. Хотя никогда не прекращал ворчать о том, как он не рад такой переспективе. Поэтому, конечно же, он просто не мог не прийти к своему единственному и неповторимому самому близкому другу на семнадцатилетие. Тем более, он слышал краешком уха, что Тэхён собирался приехать не один, а с Чимином. Вместе же веселее. Чимин, кстати, протащил мимо матери в комнату братишки три бутылки винца. И его радость по этому поводу разделил только Чонгук. Юнги же отреагировал со скептицизмом, хоть и не прочь был выпить. Чисто для поддержания компанейского духа. И снять стресс после начавшегося недавно второго семестра. Они же с Чонгуком последний год в школе доучиваются. Скоро выпускные экзамены. Как тут можно не нервничать? А реакцию Тэхёна Чимин даже сфоткал. Тут же закидывая фотку в сеть со смайликом «0о0”?!», который как нельзя лучше описывал выражение лица Кима. Друг тут же засобирался рассказать все матери Чонгука и спалить всю контору, но Чимин не был бы собой, если бы не нашел способ заставить Тэ замолчать. И даже никакого криминала. Он просто обменял молчание КимТэ на массаж спэшл от Чонгука. У братишки ведь руки золотые, как и он сам, кажется, так что пускай поработает ими. В общем, так они и напились все. Возможно, не все. Возможно, Тэхён был трезвее остальных, Чимин не знает, ему не до этого. Всего в каком-то полуметре к кровати привалился Юнги, так и сверкая свои пьяненькими розовенькими щеками и каким-то немного расфокусированным взглядом. Зрелище эстетическое. Чимин даже моргать старался пореже, что бы не пропустить что-нибудь важное. Например, задумчиво вылизывающий уголок губ язык. Зачем вообще так делать? Плевать. Пусть продолжает. На это можно смотреть вечно. Но когда Тэхён вышел в туалет, пришлось оторваться от созерцания прекрасного, чтобы объяснить все Чонгуку, пока не возникло недопонимания. – Чонгук-а, – позвал он брата, придвигаясь ближе, – Есть разговор. – Какой? – повернулся к нему Чон. По выражению его лица и нелепому хихиканью без причины стало понятно, что братишка успел каким-то образом напиться. Впрочем, это, видимо, у них очередная семейная черта под названием «уносит с пары капель». Что Чимину только на руку. – Я же тебе ноут подарил, помнишь, да? – издалека начал он, а когда Чонгук кивнул, продолжил. – Ноут-то дорогой, отработать надо. И плевать, что это вообще-то подарок, безвозмездная по идее вещь. Плевать, что за ноутбук они с Тэхёном платили пополам. Главное сейчас все провернуть в свою пользу. – Плата? – деловито осведомился братишка. – Массаж. – как судья опустил молоточек, объявил Чимин. – Тэхёну. – Угу. – коротко промычал Чонгук. – Ясно. – протянул он, подумав немного, и улыбнулся, потому что сам Тэхён вернулся в комнату, тут же усаживаясь обратно рядом с младшим. Чонгук уложил голову на его плечо. Слегка клонило в сон. Впрочем, это быстро прошло, ведь хён наклонился и прижался к его губам с легким поцелуем. Но и этого хватило, чтобы незамедлительно вскинуть голову, заливаясь румянцем. – Хён, ты чего? – прошептал Чонгук, а сам стрельнул глазами в сторону Чимина с Юнги. Им, кажется, вообще не было дела до только что происшедшего, о чем Тэ и сказал со смешком. – Все равно. Это смущает. У Тэхёна глаза расширились от удивления. – То есть, лезть ко мне в трусы по утрам, хотя ты только-только проснулся, тебя не смущает, а поцелуй – это целая трагедия?! Чон бы непременно ответил, но Юнги засобирался домой, потому что поздно уже было. Чимин, конечно же, вызвался его проводить. Но за ними какого-то черта увязался еще и Тэхён, от которого пришлось избавляться в срочном порядке, ибо им с Юнги совершенно точно не нужен третий лишний. – Тэхён-а, – тормознул он парня на лестнице, пока младшие шумно прощались в коридоре перед дверью, – Я слышал, Чонгукки подготовил для тебя какой-то сюрприз... – О, правда? – хихикнул Тэ и вопросительно-игриво поиграл бровями, безмолвно уточняя, о том ли он подумал. Чимин ухмыльнулся в ответ, следом хлопнул по плечу: – Отец спит, не шумите сильно. Мать с работы только под утро вернется, если что. – Я тебя понял. – отсалютовал Ким как положено и позвал многозначительным тоном, из-за чего младшие тихо засмеялись. – Чонгу~ки~ Пошли♥ Спустившись с лестницы, Чимин быстренько оделся и выскочил с Юнги за дверь. По тем двоим изначально было видно, как жаждут они остаться наедине. Нужен был только повод. Пак своей рукой поднес спичку под названием «глупый предлог» к стогу любви. Пьяненький младший оказался втрое разговорчивей. Хотя он и так болтливый, но сейчас рот вообще словно не закрывался. Это грело душу изнутри. И немного причиняло боль, потому что уж слишком напоминало отношения, о которых Чимин мечтал почти каждый день. Дарило призрачную надежду. Но все-таки он был немного, совсем чуть-чуть рад закрыть Юнги рот. Жадный поцелуй – не лучший ли способ? По крайней мере, это хотя бы приятно. Чимин прижал младшего к стене лифта и, подкинув почти невесомое тело, вдавил свою пушинку в полированное дерево. Через несколько мгновений чувствуя, как сплетаются лодыжки Юнги на его пояснице. Он был пьян, но Мин был явно пьянее, раз вел себя так развязно и – подумалось на секундочку – доступно. А Юнги плевать на это. Он впервые за долгое время чувствует притворно радостное состояние опьянения. Хочется чувствовать только тепло и тело хёна рядом, на остальное – с высокой колокольни. Поэтому он отправляет лифт на крышу. Туда, где им никто не должен помешать заново учиться целоваться. Ведь у младшего не было практики с давно минувшего лета, пришлось Чимину восполнять пробелы знаний. А он только и рад быть учителем с таким-то чувственным учеником. Гуру любви Пак Чимин.

☮☮☮

В следующий раз они встретились на Дне рождения у Чимина. Тэхён как раз притащил мелких за шкирку, потому что их чуть не выперли из клуба. Слава заботе Намджуна, он ребят узнал и сообщил об этом Киму, который из-за разборок с местными вышибалами опоздал к Паку на праздник еще сильнее. Впрочем, именинник заметно оживился при их появлении, даже не стал ныть о том, какие они нехорошие друзья. Чимин во время разговора никак не мог воздержаться от косых взглядов на Чонгука и Тэхёна, который обнимал братишку со спину, сцепив руки в замок на его животе и уложив голову на плечо. Помнится, в прошлый раз они и за руку-то стеснялись взяться, как бы Тэ не настаивал, а тут что-то осмелели внезапно... Чонгук кажется абсолютно трезвым, хотя в тот раз разрешил себе вольности с хёном только когда напился. Сейчас же они, спустя полчаса, может быть, с тех пор, как появились младшие, вполне вальяжно расселись на диванчике. Вскоре Чимин заметил братишку уже на коленях у Тэхёна. К нему скромно подкрался Юнги. Весь такой невинный в просторном пушистом свитере. И как то так вышло, что уже через пару минут язык Чимина оказался во рту у младшего, хотя ни один из них не понял как. И именно в это мгновение бармену Сокджину вздумалось взять в руки микрофон. Ну, не зря же он за пульт к диджею поднимался. Поэтому и свой подарок для Чиминни он объявил со всей возможной торжественностью. На сцену вышло женское трио в обтягивающих мини-платьях с глубокими вырезами. Грянули первые биты для стриптиз-шоу. Джин выцепил взглядом из толпы виновника торжества. Который совершенно наплевательски (по отношению к самому Джину) зажимал какого-то парня с явно крашенными волосами около ограждений на втором этаже, куда изредка долетали яркие лучи прожекторов. Нет, ну это наглость в чистом виде! – На следующий его День рождения я закажу троих мужиков-стриптизеров. – сказал он Намджуну, и это случайно услышали все. – Упс. Девочки, расходимся. Из-за нахлынувшего смеха Чимину пришлось оторваться от Юнги, но он ни на секунду не разрывал с младшим зрительный контакт, оглядывая неясно различимое в темноте лицо. Сейчас Юнги совершенно точно трезвее Чимина, который пил исключительно от скуки пока дожидался Тэхёна. Он сопротивлялся только сначала, да и то слабо и недолго. Потому что дико стеснялся толпы незнакомых людей. Нет, при знакомых он, конечно, тоже не горел бы желанием... Но хён шепнул, что окружающим глубоко похуй на них двоих, так что пусть Юнги не загоняется по этому поводу. Тем более, смотреть младший должен только на одного человека во всем клубе. Мин успел заметить восхищенный взгляд Тэхёна, направленный прямо на них. Уже вскоре Ким с энтузиазмом нашептывал что-то на ухо Чонгуку. Даже при плохом освещении были видны их покрасневшие лица и бессловесные, но такие громко говорящие переглядки, что напоминали скорее битву снежками из-за прочных снежных баррикад. Немного погодя парочка покинула свои места и спустилась по лестнице, растворяясь в ненавистной толпе. Юнги крепче прижал к себе хёна, с появившимся из ниоткуда пылом отвечая на французский в квадрате поцелуй. Он ни в коем случае не гей или что-то в этом роде. Ему просто нравится. Ничего больше. И вообще, это все влияние порочного Чимина.

☮☮☮

Специально для своего Дня рождения Тэхён арендовал маленький уютный домик за городом. Просто хотелось чего-то нестандартного и необычного. Так что холодный Сеул остался где-то там. Тэ взял с собой Чимина, потому что одного Кима Чонгук бы точно в постель затащил, а так хоть постесняется. По крайней мере, днем. Пришлось Паку спасать задницу друга, тем более что братишка, видимо, стероидами перекачался, или чем там пичкают, чтоб мышцы росли, реально страшно за него было. Приятным бонусом к Чонгуку шел Юнги, который сам не понял зачем, но поехал вместе с другом в Сеул. Разобрав вещи и распределив спальные места, все собрались на просторной кухне, совмещенной с гостиной и бассейном. По покрасневшим губам Чимин понял, что друзья в своей комнате явно успели поразвлечься. Он стрельнул глазами в сторону Юнги, который невозмутимо варганил себе бутерброд. Котенок вот не дал себя поцеловать. Заупрямился чего-то. Ну да ладно, у них полно времени, Чимин просто уверен, что младший еще одумается. – Тэхён-а, слюни подбери. Тэ встрепенулся поспешно, с трудом отводя взгляд от Чонгука в плавках, дефилирующего в этот момент до бассейна. – Не могу. – вздохнул Тэ, подпирая щеку рукой, и страдальчески посмотрел на Чимина, что сидел напротив за столом. – Ну да. Фигурка загляденье... – вздохнул согласно Пак, оглядев бугрящиеся пока что просто холмящиеся, но все впереди, мышцы на спине и пояснице Чонгука, который стремительно уплывал от них брассом. – Ай! Больно! Юнги, секунду назад тыкнувший пальцем под ребра, спокойненько уселся рядом и вопросительно посмотрел на Чимина. Мол, что-то случилось? Тэхён хихикнул. Удержался от комментариев в стиле «Ревность такая ревность». Пусть сами разбираются. Тем более, косячит как обычно Пак Чимин, ему и все тумаки. Все справедливо. Почти весь остаток дня они провели в бассейне с такой приятной теплой водичкой, что и вылезать не хотелось. Но Юнги выделился. Он заявил, что ненавидит воду, поэтому просто посидит с краешку. Ноги по колено он сунул в воду, а значит, технически тоже плавал. Ну, это же Мин Юнги, он всегда найдет отмазки, тут нечему удивляться. Через некоторое время рядом с Юном вынырнул Чонгук. – Вау, эффектно. – ухмыльнулся Мин. – Ты почти как русалка. Чон забрался на бортик и принялся вытряхивать воду из ушей. Хёны такие ебобо, если честно, чуть не утопили его, пока мутузили друг друга надувным кругом. Чонгук еле спасся от них, а то и пришибить ненароком могли. – Нормально тебе? – съехидничал он, окидывая взглядом подкатанные шорты и синюю толстовку на друге. – А может, скрываешь чего? – прикрыл рот ладошкой. – Нет, просто не хочу напугать тебя своими кубиками. – лениво ответил Юнги. – Да и что мне скрывать? – Тату, например. Чонгук покосился на притихших хёнов, которые явно что-то задумали, раз перешептываются и поглядывают в их сторону. Мин цокнул: – Занятно, конечно, но я не Чимин-хён. Слово «Freedom» набивать не буду-ууууаааооо... Юнги все-таки утащили за ноги под воду незаметно подкравшиеся коварные сирены Тэхён и Чимин. Чонгук от души похохотал над этим зрелищем. Мокрый и шипящий, как маленький котенок после ванны, Мин пытался задушить старших. Пострадал, конечно же, в большей степени Пак, хотя это Ким был подстрекателем. Чонгук же отклонился назад, опираясь на прямые руки. Свою татушку Чимин долгое время скрывал от семьи, особенно от отца. Тот ведь человек консервативный, мог и выпороть, пусть Чимину уже стукнуло восемнадцать на тот момент, когда он отправлялся в салон. Да брат даже Чонгуку ничего не показывал, как бы тот не упрашивал. По тому, что Чимин так спокойненько из душа в одном полотенце на бедрах выходил, Чон сделал вывод, что тату где-то на интересном месте набита... А тут вон что выяснилось. Юнги, оказывается, все видел и знает. Вечером они вкусно поужинали свежесотворенным барбекю, которое Чимин вместе с Юнги жарили, пока Чонгук лапшу и рис варил, а Тэхён – как и полагается – крутился где-то рядом, потому что к еде его не допускали, не желая получить расстройство желудка или еще чего похуже. Зато Ким много фейерверков с собой притащил. Ведь огни в небе – всегда празднично и красиво. Также он раздал всем по бенгальскому огню и сфоткал друзей на фоне темного звездного неба, в последний момент успев вскочить в кадр, ибо налажал с таймером. После сытного и веселого до разболевшихся от постоянной улыбки щек ужина они собрались в гостиной перед телевизором. Кто-то настроил интернет, благодаря чему все смогли посмотреть интересный боевичок-триллер с элементами фантастики и детектива. Ближе к полуночи, когда фильм закончился, но никому расходиться не хотелось, Чимин предложил каждому из присутствующих рассказать по страшилке. Он начал первым и загробным голосом для атмосферы поведал древнюю легенду о Безглавом Призраке, что вторгается ровно в час ночи в чужие дома и рыскает в поисках своей головы, убивая по пути все живое своими жуткими стенаниями. Пусть это было бесчестно и даже немного подло – рассказывать истории о призраках, которых так боится Ким-Тэхён-сегодня-исполнилось-двадцать-два-годика, - но... в борьбе все средства хороши. Ведь за собой Тэ по-любому утащит и Чонгука-два-в-одном – надежный оберег от приведений и любимая подушка, которая гарантированно дарит крепкий сон. Чимин в очередной раз порадовался, что другу не хватило денег на домик побольше, ведь так он не оказался бы в одной кровати с Юнги, своим мягоньким котенком в клетчатой пижаме. Которого просто с невероятным усилием удалось уломать придвинуться ближе и обнять. Ну, холодно же. Согрей меня, Юнги-я~ Мин поворчал для приличия, но все-таки прильнул к хёну со словами: – И правда холодно... Чимин усмехнулся, рукой зарываясь в жесткие из-за постоянного воздействия краски волосы младшего. Бальзам какой ему что ли посоветовать? Да. Надо. Определенно. Пребывая на грани сна и полудремы, Пак уловил какие-то неясные звуки из-за стенки. Кажется, там была комната Тэ и Чонгука. И кажется, они усиленно ловили там призраков. Когда стоны стали слышны отчетливее, зашевелился Юнги, приподнимаясь на локте и прислушиваясь к тому, что его разбудило, хотя он почти уснул. Чимин с интересом наблюдал за его реакцией. Осознав, младший уронил голову обратно на подушку. В воздухе закружилось напряжение и появилась неловкость. Чимин почти физически мог почувствовать чужое смущение. И он решил протянуть руку помощи Юнги, ведь через несколько минут почувствовал настоящее физическое напряжение, упирающееся прямо в бедро. - Сегодня у Тэхёна особенный день, – шептал Чимин, одновременно скользя пальцами по животу младшего вниз, под слабую резинку пижамных штанов, и открывая для себя несколько новых доступных уровней, – Мне не хотелось бы портить ему праздник тем, что я попрошу их с Чонгуком быть потише. Так что потерпи немножко, ла... Юнги резко обернулся к нему и прильнул с поцелуем. Впервые поблагодарил Чонгука за гиперозабоченность. Мысленно. Ибо язык надежно захвачен в пленительную неволю.

☮☮☮

Мин почти без зазрения совести взял батину бутылку виски из шкафчика в родительской спальне и вернулся обратно на кухню к Чимину. Рассыпанные по всей столешнице специи надо будет убрать, а с пола вытереть давно остывшую лужу кипятка – предполагаемого чая. Это так, пометочки. Они уселись прямо на пол, ибо разговаривать за столом – как-то вообще не располагает к себе. Чимин наполовину заполнил свой стакан алкоголем, разбавил водой, а после поделился с Юнги. Они чокнулись за совершеннолетие младшего. Немного расслабившись, Мин наклонился вперед, чтобы переговариваться было удобнее. Он наконец-то решился излить душу. – Хён, я хочу тебе кое-что сказать... Чимин погонял остатки бурды по стакану, через мгновение допивая, отставил емкость на пол и улыбнулся мягко. Непременно поклонился, если бы был пьянее. – Я весь внимание. Юнги принялся нервно водить подушечкой указательного пальца по ободку стакана. – Наверное, ты был прав, когда говорил, что мне пора голову продезинфицировать, потому что там слишком много тараканов развелось... Он бросил взгляд на старшего, но тот ничего не сказал, лишь спокойно посмотрел в ответ и кивнул, безмолвно прося продолжать. – Я всегда отчетливо понимал, что у меня дофига комплексов. Начиная внешностью и заканчивая манерой речи. Мне не нравилось абсолютно все во мне. Поэтому... я действительно не верю, что меня может кто-то полюбить... – на этих словах хён сжал губы в тонкую полоску, хотя при его пухлых губах это было почти акробатическим трюком, но все же промолчал. Обещал же дать выговориться. – И именно поэтому, когда появился ты – весь такой в модной одежде, красавчик из столицы – со своими глупостями о том, что я тебе нравлюсь... а потом и что любишь меня... Пойми, что для меня это звучало чистейшим бредом. – То есть, ты просто не верил мне? – нахмурился Чимин. – Вот же глупышка... Юнги улыбнулся краешком губы, тут же чувствуя легкую боль. Видимо, опять тонкая, только что заросшая кожица лопнула. Хён немного перегнул со своими укусами – это факт. – Против себя не пойдешь. – пожал плечами Мин. – Мне многое надо было обдумать и пересмотреть взгляды на вещи... Примерно каким-то таким образом я пришел к выводу, что все это время ты говорил мне правду, а не игрался или просто прикалывался... В глазах Чимина так и читалось «Какая же ты идиотина...». Ну, это Юнги так показалось. На самом деле, старший смотрел с легкой грустью и топящей нежностью. Младший доверил ему ключик от двери, за которой вся истинная суть, настоящий Мин Юнги. – Благодаря тебе я поверил в себя, как бы пафосно это ни звучало. Руку Чимина накрыла прохладная ладонь, доверчиво сжимая. – Ты все это время ходил по лезвию в одиночку, хотя мог бы сказать мне. – он сжал в своих ладонях ладони Юнги, согревая. – Я был слишком убежденным одиночкой. – тихо сказал Мини, встретившись глазами с взглядом хёна, узрел золотой закат общей гармонии, разглядел связующую красную нить судьбы. Кажется, теперь он собрал осколки зеркала души воедино. – Страдал добровольно, хотя понимал, как без тебя плохо, чувствовал, как всего меня ломает. Начал даже понимать твои чувства, что ты испытывал прошлым летом... – О, так у тебя тоже была ломка по человеку? – вскинул брови Чимин и придвинулся ближе, сокращая расстояние до интимного. Такое себе позволить могут либо очень близкие люди, семья, например, либо те, кто состоит в отношениях. Совершенно ясно, что они не являются родственниками, а значит... – Ты мне снился сегодня, хён.– ляпнул первое что пришло в голову Юнги, потому что резко подскочила температура, и это далеко не из-за градуса в крови. Перед глазами словно ватное марево, а тело как будто и не принадлежит тебе. Он может видеть только лицо хёна перед собой, остального будто и не существует вовсе. – Ммммм, – протянул довольно Чимин и поинтересовался легкомысленно, желая подколоть. – Это был эротический сон, Юнги-я? Признавайся~ Младший медленно, но уверенно кивнул. Хотя раньше ни за что бы не признался. Это же так смущает... Настал черед Чимина краснеть и робеть. Но он справился. – Мне понравилось? – вкрадчиво поинтересовался он, усаживаясь по-турецки, потому что колени уже побаливать начинали. Снова кивок. – Можешь повторить то, что ты делал во сне? Мне просто интересно. Юнги на мгновение задумчиво прикусил кончик языка. Потом решил, что ничего страшного точно не произойдет, поэтому привстал на коленях. Чимин только успел выдохнуть, запоздало соображая, что младший семенит к нему, а тот уже оказался на коленях. Впился с развязным поцелуем, которые себе только Чимин позволял, и повалил на пол, вертлявым ужом притираясь ближе некуда. У Пака от резкости звездочки перед глазами и чужой язык во рту, неспешно проходящийся по зубной эмали. Юнги в этот момент невольно вспоминал подробности своего влажного сна. У хёна там волосы были черные, как раньше, а сейчас они ярко-рыжие. Юнги нравится. Пьяненько хихикнув, он зарылся пальцами в эту копну, накручивая прядки и перебирая, в то время как хён перехватил инициативу в поцелуе. Мин непроизвольно выгнулся из-за горячих ладоней, что шарили по его спине, оглаживая и проходясь по позвоночнику. В ушах шум, внизу живота сладко тянет, стремительно разгорается пламя костра. Поэтому Юнги наклоняется к Чимину, шепча на ухо соблазнителем: – Хён... сделай меня взрослым. Ну, совсем. Понимаешь? Чимин стонет из-за ощущения мокрого языка под ухом и мелко толкающихся в его собственные бедер. Но цепляется за остатки разума. – Ты пьян, котенок... Утром пожалеешь об этом. Хотя сам он не трезвее, ведь они выпили полбутылки виски на двоих, не считая того, что разбавляли. Юнги подставляется под пылкие поцелуи и не желает сдаваться. А когда хён на нервах посылает нахуй, потому что вот-вот кончит, Мин, приподнявшись на руках, томно облизывает губы. – Это приглашение? – мурлычет он. – Блять. – стонет от бессилия Чимин. – С каких пор ты такой? – искренне не понимает. – Какой такой? Младший задирает футболку Чимина и, прикрыв глаза, припадает к животу, томительно проходясь языком по коже в одном местечке и изредка целуя. Выглядит мокро и просто слишком. Пак не отвечает, он занят. Он подхватывает такого развратного Юнги с неудобного пола на руки и уносит в комнату. – Как думаешь, котенок, – по пути интересуется он, – Сколько пальцев внутри себя ты выдержишь? Юнги прижимается ближе к хёну и тихо говорит о том, что ему и самому интересно. Ведь теперь он абсолютно точно больше не против быть влюбленным в парня. Но только если это Пак Чимин.