Dreams

Как и другие отдыхающие, я наслаждался морем. Я был в воде, когда небо начало темнеть, а вскоре на пляж приехал небольшой фургончик: из него выскочил таец, сделал замер в песке и воткнул рядом флаг, означающий запрет купания. Двое парней рядом со мной спросили, что это значит, и я посоветовал им покинуть пляж в связи со штормом, о котором предупреждали в прогнозе погоды. На этом моё купание окончилось, и я предпочёл выбраться на берег — с меня уже хватило купаний в шторм. Шторм набирал силу быстро. Я смотрел на море и видел исчезающих в волнах людей, которых старались достать спасатели. Одного из тех парней, с кем я говорил ранее, уже у самого берега накрыло волной и утащило на дно, и хотя его друг и спасатели пытались его вытащить, ничего не выходило. Но в конечном итоге его спасли, а вот друг остался изучать влияние шторма на трупы утопленников. Выживший парень, конечно, был в шоке, но не сказать, что сильно печален. Он просто смотрел на воду, в то место, где тонул сам и где утонул его друг. Рыжий парень идёт ко дну, пока блондин безуспешно пытается его вытянуть. Подводное течение меняет направление, и вместе с этим меняются роли — блондина затягивает на дно, а его друга выталкивает на поверхность в руки спасателей. Утопленник с всё ещё открытыми глазами ударяется головой о большие камни. Под водой видны блеск металла и маленькие шестерёнки, подхваченные волной. Мы встретились с ним вечером, когда он попросился заночевать в нашем семейном номере, по факту просто являющемся съемной квартирой. Никто не возражал. Мы вообще собирались уходить ужинать, а ценностей не хранили, так что оставили гостя одного. Местом дислокации он выбрал кухню, и это последнее, что я видел перед выходом. Эта же картина ждала меня и потом. Когда я вернулся, парень стелил постель в комнате, но на кухне горел свет, и движение не прекращалось. Я попытался рассмотреть происходящее. Выживший тихий и скромный парень был очень хорошим техником, а его более смелый и шумный друг не был человеком вовсе — это очень реалистичная кукла с собственным искусственным разумом. Создатель перебирал своего друга на кухонном столе, но, вероятно, просто создавал нового. Он лежал неподвижно с открытым нутром, откуда блестели различные механизмы. Когда я обернулся на кухню снова, я увидел, как тихий парень с железками наружу лежит на столе, а его перебирает утопленник. Помотав головой, я уставился на своего гостя и взял его за руки, желтая убедиться, что он живой и тёплый. Так оно и было. Парень виновато и робко улыбнулся, опустив голову, а потом обнял меня и расплакался на моем плече. Я погладил его по дрожащей спине. Шевеление на кухне не прекращалось.