Петля

Дазай сидит на просторной кровати и нервно сжимает тёмно-серую простынь. Хмурится, обдумывая “вчерашнюю” схватку. Берёт телефон и ставит будильники на сегодня. В 8:28 выстрелить в рядового, что стоит слева, ведь он окажется шпионом с вражеской организации. В ту же минуту, через 4 секунды сделать шаг в сторону, чтобы не получить подзатыльник от этого злобного карлика. В 9:00 получить нагоняй от босса; взять у него документы на сегодня. В 10:03 уговорить Чую не сбрасывать его кактус с 54 этажа, ведь это бедное растение не виновато в его неудаче. В 10:37 ткнуть этого рыжего и сразу увернуться, чтобы не получить ножом в глотку; напомнить ему, что задание ждёт. А дальше он и вспоминать не хочет. Все мысли заняты предстоящей “драке” за жизнь. Осаму даже не помнит, почему решил, что если убить это существо, ведь язык никак не поворачивался назвать его человеком, его жизнь наладится, и он проснётся на следующий день и поймёт, что на календаре 19 июня. Медленно встал с кровати и прошёл на кухню, чтобы заварить чай. Стоит и ждёт, пока чайник оповестит об окончании своей работы; смотрит в окно, следит за школьницей, которая бежит по бульвару, как она сталкивается с каким-то офисным планктоном (это Дазай выяснил на четвёртый день этого сумасшествия) и роняет сумку, из которой вываливается всё, что было внутри. Он насыпает заварку в небольшой чайничек и ждёт – почему-то он терпеть не может заварку в пакетиках. Берёт большую чашку и садится на диван, смотрит в потолок и понимает, что в голове откровенно пусто. Нет никаких мыслей, никаких переживаний, пока не возвращается к “вчерашней” схватке. Скрещивает пальцы и подпирает ими подбородок, закрывает глаза и вспоминает всё до последней мелочи, разрабатывает план борьбы. Выстрел в лоб, разворот на 180 и ещё один – ведь наверняка это существо поступит также, как и “вчера”, после, существо скорее всего скроется в тени, чтобы нанести ответный удар, что ж, придётся потерпеть, потому что Дазай уж точно не узнает, куда скрылась тварь. Взгляд случайно упал на часы – пора выходить. Он поднимается с места, оставив чашку чая на столике, идёт в гардеробную, выбирает первый попавшийся костюм, поправляет бинты, покидает квартиру. Стоит в лифте, вновь погрузившись в раздумья. Лифт останавливается на 17 этаже и заходит миловидная простенькая девушка с собакой-крысой...ой, то есть, чихуахуа, улыбается и желает доброго утра, на что Дазай лишь мимолётно улыбнулся краями губ и вновь отвернулся. На 10 этаже заходит разодетая дамочка – дочурка какого-то бизнесмена. Она в упор смотрит на Осаму и прикусывает губу: - Доброго утра, Дазай-кун. Он поднимает голову, смотрит на ярко разукрашенное лицо и лже-блонд: - Кажется, я уже говорил, что не позволял обращаться ко мне на “кун”, да, синьора? – ехидная улыбка сквозь гневный взгляд. Господи, как же она его бесит. - Есть планы на вечер, Дазай-сан? – протянула она и сделала шаг в его сторону. - Безусловно, Вам ли не знать, что я очень занятой человек. - Отпросите выходной, я думаю, Ваш начальник согласится. Тут Осаму был благодарен всем существующим и несуществующим богам за то, что лифт остановился на первом этаже и шатен, кивнув, вылетел на улицу, скрылся в машине и помчался в офис. Оставил машину на парковке и мимолётно осмотрел высокие тёмные здания – плохое это место, пропитанное кровью, болью, злыми деньгами, лицемерием, честью и преданностью. - Доброго утра, Дазай-сан, - улыбнулась девушка на входе. - Утра, - он даже не глянул в её сторону, направился в свой кабинет. Завороженно наблюдает за пейзажем, хотя видел его бесчисленное количество раз – поднимается на лифте, где одна из стен является стеклянной. Выходит на предпоследнем этаже и подает рукой сигнал охране, те убирают оружие и отходят в сторону. Дазай входит в кабинет и останавливается у стола, на котором сидит Чуя. Он сидит здесь уже второй год подряд, так что шатен и бровью не повёл. - Я пристрелил его, - тихо сказал рыжий мафиози и посмотрел в сторону только что пришедшего. – Убил того торговца. Интересно, что мне от Мори будет. - Я замолвлю за тебя словечко. Как прошла ночь? – Дазай знает, как у Чуи прошла ночь, но всё же спросил. - Опять кошмары. А ты как? - Всё нормально. – Ну да, конечно, всё просто идеально. – Что ты здесь делаешь? - Мори сказал, что нужно наведаться к нему, а я, чтобы не сидеть в своём скучном кабинете одному, решил подождать тебя здесь. - На моём столе. - Могу слезть. - Не нужно, - он подошёл в плотную и опалил горячим дыханием нежную кожу, схватил зубами чокер и слегка оттянул. - Ну, не сейчас... – Чуя отстранился и спрыгнул со стола. - К чёрту Мори. - Какие мы злые. Как хочешь, можешь сам получить от него по своей тупой башке, идиот, а я пойду. Дазай подошёл к окну и вновь задумался о предстоящем. Спустя какое-то время подошёл к столу и глянул на время, а через несколько секунд телефон зазвонил и он поднял трубку – знает, зачем вызывают, но почему-то ответил. Спустился вниз, осмотрел труп посреди холла и поднял взгляд на скопившихся солдат. - Кто? Как? Зачем? – задавая вопросы, он сгибал пальцы. - Не знаем, он просто упал – проверили пульс, оказалось, мёртв. Это командир небольшой группировки. - Что произошло? – послышался голос Чуи. – Кто это? Будильник в кармане завибрировал и Дазай немедля выстрелил в рядового, что стоит слева. Тот пошатнулся и повалился наземь. Все молча наблюдали за сей картиной и никто не решался сказать и слова, пока Чуя не замахнулся, чтобы дать шатену по шее, но тот сделал шаг в сторону, как только услышал второй будильник. - Ты что, совсем дурак?! - Он шпион из Токио. Я навел справки. Поднялся обратно в кабинет и сел за стол, пока его не вызвал Мори. Нехотя поднялся на следующий этаж и остановился, мужчина открыл двери и мафиози вошёл внутрь, остановился посреди ковра, приподнял бровь, мол, валяй. - Причина убийства в холле? – он даже не оторвался от бумаг. - Шпион из вражеской организации. - Хорошо, только ты никак не учёл то, что Элис была на первом этаже и испугалась внезапного выстрела, будь осторожней; возьми документы, и вам с Чуей-куном нужно довести до ума вчерашнюю сделку с американской торговой компанией.

Ха, вчерашней.

- Непременно. Как молча пришёл, молча и ушёл. На колено не опускается – не считает нужным, а “здрасте”, “досвиданья” – простая формальность. Вошёл в кабинет и сразу посмотрел на Чую, который стоит возле стола. - Он, конечно, всё завуалировал, но если отпустить всю вежливость, то Мори готов мне голову открутить за убийство того мужика! – Накахара ударил по столу. - Не агрись. - Да что ты говоришь?! А мне, может, не в кайф понимать, что мне урежут зарплату! - О-о-о! Да четверть твоей зарплаты втрое больше средней! - Ты хочешь поспорить?! – Чуя хватает небольшой кактус и уже был наготове швырять его в настежь открытое окно, но Дазай свёл брови: - Брось его! Он не виноват в том, что ты грохнул торговца! - Да хрен с ним! Мне просто нужно что-то разбить! - Нет! Подумай о нём, как о живом! Чуя, слышишь?! О живом! Ему будет больно! - Да?! А сам первый спрыгнешь! Ну же, давай, плыви за своим ненаглядным! Воздухоплавание нынче в моде! – и всё таки швыряет бедный кактус на улицу. Дазай лишь отвёл взгляд, так как прекрасно осведомлен, что “завтра” это несчастное растение будет стоять в целости и сохранности на столе. Что может быть лучше обеденного чая и мягкой булочки? – ничего. Дазай сидит в ближайшем к офису кафетерии и периодически поглядывает на Чую, который уже битый час ест полоску шоколадки. Тут Накахара двигает рукой и случайно задевает сахарницу, Осаму, с мордой-кирпичом, ловит её и ставит на место. - Нифига реакция...чего я раньше не замечал? – Чуя приподнимает бровь и отодвигает сахарницу подальше от края стола. - А? Да это случайность, я же, как ты знаешь, довольно рассеянный. Он же просто не видит смысла рассказывать, что он эту сахарницу ловит уже второй год подряд. - Ладно, мне ещё нужно заскочить кое-куда, а потом, ближе к пяти, созвонимся. Дазаю чрезмерно интересно, куда именно нужно заскочить его напарнику, однако он держит себя в руках и не идёт за ним. Осаму делает это из простой человечности – сохраняет остатки самоконтроля, балансируя на грани безумия, куда может провалиться в любой момент. Он делает это, потому что ему нужно, чтобы хотя бы что-то всё ещё держало его в более-менее адекватном сознании. Хватается за чистое людское любопытство как за нитку спасения. Какая ирония. Он встаёт из-за столика и направляется в библиотеку, что через дорогу – самую большую в Йокогаме. За два года он прочёл почти половину того, что там есть. Читает нарочито медленно, вчитываясь в каждую строчку, в каждую буковку, чтобы как можно лучше прочувствовать атмосферу книги. Он никогда бы и не подумал, что ему понравится творчество Рэя Брэдбери, между словом говоря. Полная женщина в круглых толстых очках, меховом свитере, с вечным угрюмым настроем и девизом по жизни: “Тишина!” сидела за столом и заполняла кроссворд. - Добрый день, я бы хотел взять “451 градус по Фаренгейту”. - Сейчас, одну минутку, - Асами (Дазай уже когда-то узнал её имя) встала из-за стола и побрела в сторону космоса. Осаму всегда считал библиотеки чем-то священным и великим, оттого и называл их гордо – “Космос” – там, ведь, целые миры в мягких и твёрдых переплётах, на новых белых и старых пожелтевших страницах, напечатанные бездумным компьютером или выбито вручную на печатных машинках. Он был ярым поклонником литературы – считал её чем-то достославным и феноменальным. Ненавидел низкий стиль письма – считал, что это проявлением глубокого неуважения к големой литературе. Ну, он всё равно ничего не сможет с этим сделать, потому и не рассказывал никому о своих предпочтениях. Женщина вернулась и села обратно за стол, протянула Осаму книгу и посмотрела на него выжидающим взглядом. - Дазай Осаму, верну через две недели. - Дасай? - Через “з”, - он не обратил никакого внимания, попросту привык. – Спасибо, Асами-сан! - До встречи, - как-то сухо ответила она и снова уткнулась в кроссворд. Он вернулся в тот кафетерий и заказал ещё чая, пролистал до 126 страницы, то бишь туда, где остановился “позавчера”. Медленно вздохнул и погрузился в мир антиутопии великолепного Рэя Брэдбери. Будильник в кармане оповестил об окончании “свободного времени” и Дазай встал из-за стола, оставив книгу на месте – всё равно она “завтра” окажется в библиотеке. Он доехал до офиса, где состоится встреча, покинул машину, зашёл на этаж. Чуя уже здесь и ждёт его, нервно постукивая пальцами по колену. - О, добрый вечер, Дазай-сан, давно с Вами не виделись, - высокий худощавый мужчина в светлом костюме сидел за столом и приветливо улыбался. – Так что, мафия может защитить наши торговые пути и замолвить, если вдруг что, словечко перед правительством? - А взамен вы поставляете нам оружие и предоставляете услуги транспортных средств? - Да, мы можем перевезти весьма немалую часть ваших людей куда угодно, у нас много кораблей. - Отлично, тогда мы договорились, - Дазай оставил свою размашистую подпись внизу листа и улыбнулся вместо прощания. Они, мафиози, покинули кабинет и в тишине вышли из здания, а когда сели в машину, Чуя сразу повернулся к шатену: - Меня напрягает этот тип. Какой-то он...ну...необъяснимо улыбчивый и вежливый как для контрабандиста и убийцы. - Если что, я оставил свою вторую подпись и если что пойдёт не так, то в суде он проиграет, ведь подпись не моя, я не причём! - Да, логично. Куда ты сейчас? - Домой нужно заехать, а потом пойду прогуляюсь в порту. - Серьёзно? Ты, и на набережную? Я удивлён. Что, решил в преддверии праздника развеяться? Наверняка же завтра пропустите с Мори бокал-другой отменного вина, потом, ближе к вечеру, половина мафии поймёт, что это повод выпить, а потом, после окончания рабочего дня, я и ты пойдём в бар и выползем оттуда к утру. Как всегда, впрочем. - Не сомневаюсь, - как-то грустно добавил Осаму, ведь 19 июня он ждёт уже два года. - Что-то случилось? – Чуя резко помрачнел, когда заметил реакцию напарника. – Ты же обычно радуешься своему празднику. - Я тебе уже говорил когда-то, но ты не поверил, так что не вижу смысла рассказывать, - шатен вставил ключ зажигания, но Накахара выдернул его: - Так, Дазай, что случилось? - Я проживаю один и тот же день уже семьсот двадцать седьмой раз. - Э-э-э...когда ты мне об этом говорил? - Где-то шестьсот дней назад. Где-то шестьсот восемнадцатых июня назад. - Это же шутка такая, да? Такого же просто не может быть. Заставь меня поверить. - Сейчас мальчик 12 лет проедет на велосипеде и не заметит бордюр. Смотри, - Чуя перевёл взгляд в окно и увидел то, о чём сказал Дазай – парень достал телефон и не заметил, как колесо наехало на бордюр и с грохотом упал на асфальт. – А теперь он поймёт, что разбил телефон, - добавил шатен. Парень скривился и потёр рукой ушибленное бедро, а через мгновение его лицо изменилось до неузнаваемости и он медленно посмотрел на гаджет, что был в руке. - Не-е-ет!!! – послышался крик того пацана. Чуя посмотрел на Дазая: - Я...я не могу понять... - И не пытайся. Я сам как-нибудь справлюсь с этим. - Я... - Чу, я иду на набережную, потому что мне нужно убить кое-кого, кто мешает мне пережить это долбаное 18 июня. - Я хочу помочь тебе. - Если я прихожу с кем-то, то он не появляется. Знаешь, я продолжаю объяснять тебе, но...ты же “завтра” всё забудешь. Чуя наклонился к нему и обнял, уткнулся носом в изгиб шеи и совсем тихо сказал: - Я не знаю...не верю тебе, но, если вдруг, конечно, это правда, то...пожалуйста, Дазай, убей ту тварь, которая мешает тебе жить. - Ты так уже одиннадцатый раз говоришь. Слово в слово. - У тебя есть план действий? - Кое-какие заметки есть, потому что он постоянно двигается по-другому. То есть, если я могу сказать, что ты сделаешь в следующую секунду, то его действия я не могу предугадать. Ладно, уже поздно, пора готовиться. - Я надеюсь на тебя, - Чуя оставил невесомый поцелуй на щеке и вышел из машины. Дазай медленно выдохнул и направился домой. Поехал по другой дороге, потому что на самом коротком пути случиться авария, отчего образуется пробка. Заехал во двор, приостановился на въезде, потому что футбольный мяч парней, которые играют неподалёку, укатился под машину, позволил забрать мяч и остановился на парковке. Зашёл в квартиру и сразу взял блокнот, чтобы расписать действия. - Выстрелить в него сразу, повернуться и выстрелить ещё раз, а то вдруг ещё раз со спины нападёт. Ножом по ногам, чтобы хоть как-то попытаться обездвижить его. А если он нападёт с другой стороны? Ох... – он закрыл лицо руками и нервно выдохнул, сползая вниз по стенке. – Может, выстрелить сразу на четыре стороны? А как? Господи, за что мне это..? – он обнял колени и сам не заметил, как пустил слезу. Как ему это надоело. Интересно, почему у него чердак ещё на месте, а коньки за ролики не заехали? Нахмурился, когда глянул на часы – пора. Открыл шкаф и вытащил оттуда всё необходимое, невольно посмотрел на снайперскую винтовку – не вариант. Вспомнил, как решил её попробовать – просидел в засаде до 00:00, а потом сам не помнит, как очутился в своей постели в общежитии. Медленно идёт в сторону порта, рассматривая плитку под ногами. Поднял голову кверху, увидел первые звёзды, слегка улыбнулся, ведь всегда любил звёзды. Иногда, бывало, выбирались с Чуей на крышу и молча лежали, смотря на волшебное небо, усыпанное мириадами светлых точек. Он всегда думает, что вот там, над головой, где-то далеко-далеко, скрывается настолько огромный мир, что у самого абсурдного фантазёра не хватит воображения, чтобы представить масштабы этой магии. Остановился, позабыв о проблемах, смотрит наверх, а сознанием где-то там, между планет и созвездий. На Землю его вернула девочка, что случайно столкнулась с ним. - Ой, дядя, простите... – она сделала несколько шагов назад и сильнее прижала к себе куклу. - Ничего страшного, - миловидно улыбнулся Осаму и продолжил свой путь. Он сел на лавочку и устремил взгляд на качающиеся лодки и яхты, на громоздкие корабли. Когда тюль сумерок начинал чернеть, а звёзды загорались всё ярче, Дазай поднялся с места и побрёл вдоль пирса, туда, где его ждёт очередная неудача или же, как он надеется всем сердцем... Остановился у лодки с жёлтым флажком, что служит ориентиром и нервно сглотнул, сжал пистолет в кармане. - Выходи. Стал прислушиваться к любым звукам и шорохам, но пока лишь волны бились о причал да ветер свистел в ушах. Волнение нарастало, бешеный стук собственного сердца мешал услышать необходимое. Ветер изменил направление и послышался совсем тихий треск гравия под ногами. Дазай резко повернулся и выстрелил, как по плану обернулся, чтобы выстрелить ещё раз, но понял, что сзади лишь вода. Повернулся ещё раз и получил ногой в грудь, повалился назад и очутился в лодке, больно ударился спиной и деревянные сидения. Существо прыгнуло сверху и прижало к полу, поднося нож к горлу; Осаму заметил кровь в области живота у твари, то есть там, куда он выстрелил “вчера”. Быстро сориентировался и ударил коленом в предполагаемое место ранения. Существо зашипело и пошатнулось. Дазай охнул – успел заметить чёрные волосы. Шок выбил его из колеи и он почти ничего не соображал, поэтому тварь замахнулась и вытолкнула шатена из лодки, зарядив по солнечному сплетению. Мафиози схватился за ушибленное место и погрузился в воду с головой; собрался с мыслями и скинул тяжёлый плащ, что тянул вниз; всплыл наверх и достал пистолет, попытался выстрелить, но ствол разорвался и пружина вылетела, вспомнил, что под водой стрелять нельзя, иначе происходит вот это. Но у твари оружие в полном порядке. Мгновенная смерть от выстрела в голову. Вздрогнул и сжал белую простынь. Сегодня ему предстоит прожить семьсот двадцать восьмое восемнадцатое июня. Сегодня ему предстоит спасать людей.