"Чёрный" заклинатель духов

— Клянусь на мизинчиках, что я не перестану любить тебя. — Даже если я прокляла тебя? — Даже если ты прокляла меня.

      Пожалуй, впервые за долгое время сон Юрико был спокоен и размерен. Там, глубоко в объятьях Морфея она звонко смеялась вместе с Мелиссой и красивой женщиной, чьё лицо было покрыто мягкой дымкой, скрывая всё, кроме мягкой, тёплой, но немного печальной улыбки. Руки её были мягкими и нежными, когда она обнимала Вторую Луну мягко поглаживая ту по златовласой макушке. Голос её был подобно журчащему ручейку, когда она шептала на ухо Юрико слова любви и поддержки, которые будто растворялись в воздухе, пропитанном солнечным светом. Сон этот был почти осязаемо нежным и мягким — казалось, Вторая Луна чувствовала это каждой клеточкой своего тела, и ей искренне хотелось, чтобы этот миг длился вечно. Мелисса здесь сидела рядышком, с улыбкой попивая цветочной чай, и выглядела она так расслабленно и умиротворённо, что в груди становилось тесно. Здесь не было никаких забот и обязанностей, страшных и тяжёлых мыслей, наполняющих голову так плотно, что виски сковывало настолько сильной болью, будто вот-вот они расколятся вместе с черепной коробкой. Не было искажённых в гневе или надменности лиц министров, что спали и видели, как бы избавиться от принцесс, не было липкого страха и устрашающего шёпота подступающей смерти.       Благодать.       Мелисса, Юрико и прекрасная незнакомка — больше никого. Тёплое, но не ярко раздражающее солнце, лёгкий ветерок и благоухающие светлые цветы — будто рай на земле. В этом сне хотелось остаться навечно, позволить нежным рукам обнимать худое тело, слушать рассказы умиротворённой старшей сестры. Хотелось больше ни о чём не беспокоиться, не ронять слёзы боли и отчаяния, не истязать ненавистное тело намеренно.       Юрико не хотела открывать глаза, но сон плавно отпускал девушку из своих уютных объятий. Подняв веки Вторая Луна несколько минут бездумно смотрела на светлеющее чистое небо, чувствуя, как в груди осязает странное противоречивое чувство теплоты и печали. Мелисса рядом закопошилась, прогоняя чувство непонятной ностальгии, оставленное сном, с явной неохотой открывая глаза. Однако, стоило Первой Луне увидеть лицо сестры, губы её изогнулись в лёгкой улыбке. — Как тебе спалось? — Хриплый после сна голос не резанул по ушам и даже не разрушил волшебную атмосферу раннего утра в лесу. — Хорошо, а тебе? — Сжав чужой мизинец чуть сильнее Юрико запоздало поняла, что не отпускала его всю ночь.       Это осознание вызвало прилив нежности, и девушка не смогла сдержать улыбки. — Нормально, но мне кажется, что за ночь меня всё же искусали всякие мелкие ползучие создания. — Поморщилась кронпринцесса, явно не хотя принимая сидячее положение.       В распущенных её волосах застряли мелкие травинки и едва заметные веточки, и Юрико запоздало подумала о том, что её шевелюра сейчас наверное выглядела также не «по-королевски». Но мысль об этом неожиданно рассмешила девушку, и та не смогла сдержаться, тихо рассмеявшись. Всё ещё немного сонная Мелисса явно не поняла причину веселья сестры, со стоном мученика пошевелив плечом. Хоть девушка с самого начала понимала, что сон в кровати и на голой земле — не одно и тоже — ощущение затёкших конечной и эфемерное чувство чужих укусов не привели её в восторг. Сейчас ей хотелось принять ванную, переодеться и расчесаться. Принцессы проснулись раньше всех — через час должен был проснуться Эван, а за ним и Оливер. Это было странно и иронично — августейшие особы привыкли просыпаться раньше рыцарей. — И… чем нам теперь заняться? — Тихо проговорила Мелисса, косясь на спящих спутников.       Будь они сейчас во дворце принцессы приняли бы водные процедуры, затем пошли бы позавтракать, а потом сели за работу. Но здесь, в лесу, ни одна из Лун не знала, чем занять себя, пока все остальные спали. — Можно пойти к речке, умыться. — Осторожно предложила заклинательница духов, с оханьем принимая сидячее положение.       Поясница болела так сильно, что хотелось выругаться. — Идея заманчивая, — согласилась Мелисса, с небольшим трудом выбираясь из лёгкого спального мешка — по пути можно будет собрать ягод. Завтраком это не назовёшь, но как перекус сгодится.       Юрико ничего не ответила на слова сестры — лишь лениво кивнула, морщась от ноющей боли в шее. Казалось, каждый позвонок второй принцессы пронзило множество игл — пожалуй девушка давненько не чувствовала себя так паршиво. Сглаживало недовольство от болящего тело лишь ощущение непривычного спокойствия, и только благодаря ему блондинка смогла вытащить себя из спального мешка, с тихим оханьем поднимаясь на дрожащие ноги.       Принцессы старались вести себя настолько тихо, насколько это было возможно на лесной поляне с высокой свежей травой, что недовольно хрустела каждый раз, стоило задеть её. Однако мучительное воспитание и многочисленные занятия, направленные на развитие грациозности и лёгкости принцесс принесло свои плоды, и девушки смогли отойти от спящих спутников незамеченными. Они собирали прохладные ягоды с зарождающимся в груди восторгом — тем самым, что присущ маленьким непоседам не обременённым заботами и мрачными мыслями. Хоть пальцы их подрагивали, с лиц принцесс почему-то не сходили умиротворённые улыбки. Наплевав на правила этикета и дав себе некую свободу Юрико и Мелисса прятали ягоды в складках юбок своих платьев — оголив ноги до самых коленей девушки беззастенчиво кидали яркие плоды на светлую ткань, не заботясь о её сохранности.       Когда поясницу пронзила тянущая боль от долгого нахождения в неудобной позе кронпринцесса решила, что собранных ягод будет достаточно, и вместе с сестрой направилась к задорно журчащей речке. — Даже не верится, что мы в лесу провели всего день, — пробормотала Мелисса, опуская ладони, полные разноцветных плодов в ледяную воду — у меня такое ощущение, будто мы во дворце не были несколько месяцев. — Соскучилась по работе? — С нотками веселья спросила Юрико, следую примеру сестры. Пальцы её мгновенно посинели, при этом становясь будто деревянными, но девушка стерпела неприятные ощущения, тщательно промывая ягоды в морозном течение реки. — Ни капельки. Будь моя воля — осталась бы жить в лесу. Позабытая всем миром наслаждалась бы свободой, вкусными ягодами и спелыми орехами. Подружилась бы с местным зверьём, ловила бы себе на ужин особенно пухлых кроликов, а зимой померла бы от обморожения или лихорадки. — Спокойно проговорила Мелисса вместе с тем складывая чистые мокрые ягоды на заранее подготовленный лист лопуха.       Юрико тихо хихикнула, услышав, с какой наигранной серьёзностью и напыщенностью её сестра проговорила это, но вскоре искорки веселья погасли, и на Вторую Луну навалилась необъяснимая тоска. Неожиданно девушка осознала, что никогда ранее прямо не интересовалась у Мелиссы, чего на самом деле та желает. Поддавшись детским наивным рассуждениям она убедила себя в том, что её старшая сестра желает занять трон и мудро править Лунным Королевством в окружении дорогих ей людей. Но было ли это правдой? Что если кронпринцесса спала и видела, как бы отречься от престола и сбежать куда-то далеко, где никто не знает о королевской крови, текущей по её венам? Ведь тогда, много лет назад, в последний день существования Королевства Луны Мелисса собиралась сбежать из ненавистного дворца вместе с сестрой и Оливером, зажить тихой и спокойной жизнью где-то на окраине страны. Юрико знала, что по её вине Первая Луна проходила через ужасные мучения, не найдя покой даже после смерти — из-за проклятья она была вынуждена снова и снова занимать пост будущей правительницы, гробя своё здоровье под грудой бумаг и страдая от пренебрежительного отношения чиновников. Что, если Вторая Луна ошибалась с самого начала? Если бы она загадала желание иначе, если бы пожелала обрести покой вместе с сестрой? Страдали бы они так же сильно, как сейчас? Ответов на эти вопросы нигде не было — как бы сильно Юрико не пыталась отыскать их в глубинах своего сознания в голове всплывали едва различимые картинки, но ни одна из них не могла дать точный ответ. Все эти размышления давили на сердце Второй Луны так сильно, что казалось оно вот-вот лопнет, расплёскивая тьму и сожаления в разные стороны. Это было странно. Там, во дворце, испытывая постоянный страх и тревогу девушка не могла позволить себе размышлять о подобном, прикладывая все силы на то, чтобы выжить. И за пределами родного королевства, там, на много сотен лет впереди Юрико с самого начала была занята настолько сильно, что не могла позволить себе сесть и спокойно поразмышлять о своей вине, о проклятье и том, что же будет дальше. Сначала было создание гильдии вместе с ненадёжным Вильямом, поиск частей механизма, растянувшийся на много-много лет, расширение состава гильдии, а затем смерть мастера и рухнувшие планы. Приключения в Хвосте Феи, попытка «притереться» к светлым волшебникам, стать равными им. Но сейчас, находясь в красочном тихом лесу, подальше от всех проблем, Юрико склонила голову под натиском страшных мыслей. Сердце её сковало сожаление, когда она честно призналась самой себе в том, что виновна в нескончаемых страданиях жителей Лунного Королевства. Как на зло в голове всплыл немного печальный голос Кэцу, который пытался достучаться до подруги, напоминая, что все люди, населявшие это проклятое царство давно мертвы.       Юрико приложила все силы, чтобы улыбка на её лице не выглядела измученной, и попыталась максимально непринуждённо поинтересоваться у сестры: — А если серьёзно, чем бы ты хотела заняться? Смерть от лихорадки не кажется мне хорошей идеей, а вот бегство из дворца…       Мелисса выдохнула, нежно опуская ладонь на макушку второй принцессы, поглаживая её. Как бы та не пыталась обмануть будущую королеву, девушка чётко видела бурю эмоций в чужих глазах и слышала, как голос будто бы надломился в конце фразы. Кронпринцесса знала, понимала причину переживаний сестры, видела её на дне синих глаз сейчас затуманенных ещё непролитыми слезами. Сейчас больше всего на свете Мелиссе хотелось развеять страхи младшей сестры, успокоить и подбодрить, именно поэтому она мягко улыбнулась, поглаживая светлую макушку вкладывая в это действия всю нежность, на которую была способна. — Знаешь, я, действительно, очень долго думала об этом. Не то, чтобы у меня было много времени, — усмехнулась Первая Луна, поднимая взгляд на безоблачное светлое небо — но и этого хватило, чтобы понять — я не против стать королевой нашей страны. Хоть мне и приходится работать почти всё своё время, но в моём сердце нет сожалений. Конечно, в глубине души я хочу, чтобы бремя обязанностей было не таким большим, но если бы мне дали возможность вернуться в прошлое, я бы не отступила. С высоко поднятой головой принялась бы за работу, зная, что помимо всяких негодяев меня окружают любящие люди, готовые прийти на помощь и оказать поддержку. Конечно, сбеги я из дворца, жизнь в какой-то степени стала бы проще. Но, знаешь, я не хочу этого. Хоть раньше ненавидела это королевство, ненависть в моём сердце утихла. Ведь на самом деле я ненавидела не саму страну, а отдельных личностей. Когда поняла это, дышать будто стало легче. И жизнь больше не кажется мне такой уж паршивой. Ведь рядом со мной ты, Элизабет, Оливер и Эван. Это уже делает меня по-настоящему счастливой. И видя, сколько сил вы прикладываете, я и сама хочу выложиться на полную. Чтобы создать страну, в которой каждый из вас будет счастлив жить. Очень наивно, не правда ли?       Видя как сестра по-доброму усмехнулась Юрико тепло улыбнулась, сгребая ойкнувшую девушку в крепкие объятья. — И вовсе это не наивно. — Пробурчала Вторая Луна куда-то в ключицы Первой, вызвав её весёлую улыбку. — Мы все очень любим тебя, Мелисса. И наше счастье тесно связано с твоим — уверена, какое бы ты решение не приняла, мы всегда будем на твоей стороне. — Ты ведь знаешь, что это относится и к тебе? — Обняв младшую сестру в ответ кронпринцесса спрятала лицо в светловолосой макушке, с удовольствием вдыхая запах девушки. — Чтобы ты ни сделала, как бы ни оступилась, мы всегда будем на твоей стороне.       Губы Юрико задрожали, стоило ей услышать, с какой теплотой и нежностью её сестра произнесла это, и против воли у заклинательницы духов вырвалось: — Даже если я виновата во множестве смертей? — Даже если ты виновата во множестве смертей.       Спустя некоторое время расслабившиеся принцессы вернулись на поляну как раз вовремя — Оливер и Эван открыли глаза и пару секунд бездумными взглядами смотрели на светлое небо, пытаясь проснуться. Однако, стоило им услышать приближающиеся шаги, оба рыцаря проворно подскочили на ноги, готовые защищать спящих ребят всеми силами. Юрико была не готова к громким нравоучениям, к которым прибегнул Эван, как только понял, что принцессы без сопровождения отправились на утреннюю прогулку по лесу. Мелисса же не придала никакого значения распинающемуся рыцарю, вместо этого перекладывая чистые ягоды на большие зелёные листья, сорванные изящной рукой буквально минуту назад. Оливер поспешно опустился на колени рядом с возлюбленной, помогая той переложить яркие плоды, как бы невзначай касаясь прохладной руки. На щеках обоих выступил румянец, и это остудило пыл Эвана, который с ворчанием обратился то ли ко Второй Луне, то ли к Высшим Силам. — Когда они уже поженятся?       Юрико тихо засмеялась, и глаза её засияли радостью, вызывая у рыцаря мягкую улыбку.       Ранняя перепалка разбудила и светлых магов, часть из которых первые минут семь после пробуждения находились в некой прострации, не отойдя ото сна окончательно. Дабы исправить это Эван погнал молодых людей к ручью, не забыв за шкирку оттащить возмутившегося Оливера. Принцессы на это лишь покачали головами, подготавливая то, что с натяжкой можно было назвать завтраком. Элизабет здорово помогла с этим, доставая из объёмного рюкзака Эвана половину буханки всё ещё мягкого хлеба. Так что когда только проснувшиеся спутники вернулись на поляну после холодных водных процедур, их ожидал неаккуратно разломленный хлеб и разные ягоды, осторожно разложенные на листья лопуха. Завтрак прошёл в приятном молчании — каждый из собравшихся искренне наслаждался атмосферой летнего утра в лесу, не зацикливаясь на прохладе и росе, что холодила кожу ног. Неподалёку запела какая-то громогласная птица, и Мелисса почему-то не смогла сдержать улыбку, прислушиваясь к её чудной песне. Но всё хорошее рано или поздно заканчивается — когда ягоды и хлеб были съедены принцессы, рыцари, служанка и маги начали собираться. Пришло время вернуться во дворец. — Знаешь, а мне понравился этот небольшой побег. — С лёгкой улыбкой пробормотала Юрико, лениво потягиваясь.       Идущая рядом Мелисса с полуулыбкой на губах кивнула, устремляя взгляд вперёд. — Мне тоже. Нужно почаще устраивать себе такие вылазки.       Как только путники переступили порог дворца принцессы поспешили в свои покои, чтобы привести себя в надлежащий вид и приступить к работе. Рыцари направились в казарму, а Элизабет направилась на кухню, чтобы проконтролировать приготовление завтрака — после недолгой прогулки ягоды и хлеб начали перевариваться, и чувство голода стало лишь сильнее. И вот, спустя несколько минут волшебники были единственными людьми, что остались в холле. — Итак… Чем займёмся? — Неловко спросила Люси, нарушая тишину, что окутала её и товарищей. — Предлагаю вернуться к опросу жителей королевства. — Пробормотала Эльза, окидывая задумчивым взглядом светлый холл. — Позавтракаем, а потом и в город можно будет отправиться.       Маги с неохотно, но согласились с подругой — хоть вылазка в лес и расслабила молодых людей, им не стоило забывать о своей цели. Именно поэтому, позавтракав в компании принцесс, волшебники предупредили о том, что хотят осмотреть королевство, и отправились в город.       Юрико тяжело выдохнула, откладывая очередной просмотренный лист и перевела взгляд в раскрытое окно. После возвращения во дворец на сердце девушки опустилась странная тяжесть — было оно смутным предчувствием или ощущением неправильности происходящего она не зла. Время неумолимо бежало, приближая ко дню, когда Лунное Королевство снова будет залито кровью, а Вторая Принцесса снова разбиралась с какими-то бумажками, не приблизившись к разгадке проклятья ни на шаг. Конечно, сейчас она была спокойна, что не умрёт от клыков дракона, раз уж Кэцу был здесь, но он не нападал на королевство многие годы, так что девушка чётко осознавала, что угроза может возникнуть так же внезапно, как и наёмные убийцы, прикинувшиеся послами Соры. Ну или показаться во дворце в виде отравленного пирога или чая. Становиться параноиком из-за этого не хотелось, как не хотелось глупо умереть где-то в тёмном уголке дворца, не успев разобраться, кто же именно приложил руку к её кончине. Проблема крылась в проклятье. У самой Юрико были размышления по данному вопросу, но сколько бы девушка не ломала голову, сколько бы кривых схем с причинно-следственной связью не начертила, понять, почему именно весь этот ужас повторялся, она не знала. Было очевидно, что Лунное Королевство не существовало на земле уже более семисот лет, заточённое в ином, магическом пространстве, но в чём заключалась причина его падения было не ясно. Быть может, разрушение государства было своеобразным подведением итога её возвращения в стены отчего дома? Но это было странно, в какой-то степени нелогично. Должна была быть более весомая причина. Неужели, кто-то настолько сильно ненавидел Лунное Королевство, что загадал его падение? Но ведь первоначальная трагедия не была создана магией, заключаясь в неправильном и глупом, самонадеянном поступке короля Рудольфа. Значит ли это, что кто-то жаждал падения страны, оберегаемой Луной уже после того, как проклятье повернуло для него время назад? Или дело было в другом? Что, если суть проклятья заключалась в другом? Могли ли какие-то действия кого-то из жителей послужить своеобразным спусковым крючком для запуска проклятья? Если да, то в чём заключалась воля проклявшего? В это время магия была доступна лишь единицам, однако отчаянное желание, вызванное сильными эмоциями могло сделать единоразово магом кого угодно. Как вышло в случае с Мелиссой. Юрико давно поняла, что её старшая сестра знает о том, что время поворачивается вспять. Сначала даже подозревала её в создании проклятья, разрушившего королевство, но спустя пару лет отмела эту мысль. Первая Луна точно имела отношение к происходящему, но другое, отличное от того, которое искала её младшая сестра. — И что же мне с этим делать? — Устало пробормотала Юрико, наблюдая, как ярко-зелёный лист, являющийся частью шикарной кроны дерева, без видимой на то причине сорвался с ветки, плавно опускаясь на землю. — Должен же быть какой-то способ. Думаю, Юрико. В чём заключается причина? Если не знаешь сама, кто может знать?       Имя оракула всплыло в голове девушки, и та от неожиданности вскочила со стула, больно ударяясь коленом о стол. Но сейчас это было не так уж важно. Девушка дрожащими руками открыла ящик стола, вытаскивая светлый лист. И как она не додумалась до этого раньше? Лука, её учитель магии, наверняка что-то да знал. Сейчас, спешно, но аккуратно выводя замысловатые символы Юрико вспомнила, что некоторые действия и слова оракула говорили о том, что он знает о проклятье, нависшем над Лунным Королевством. Но девушка была так зациклена на выживании и борьбе с угрозами, что не обратила на это никакого внимания. Видит Луна, Юрико сейчас хотела отвесить себе смачный подзатыльник за невнимательность, но сейчас у неё не было на это времени. Дописав письмо девушка зажгла свечу и поднесла темнеющий пергамент к пламени. Пару лет назад Лука научил её способу отправления письма к оракулу, чтобы он смог получить его, где бы ни находился. Первоначально они использовали такой вид связи для обучения, Юрико могла спросить что-то о магии, когда юноша отправлялся в очередное путешествие. И, Луна, это с самого начала было подозрительно. Ведь однажды вторая принцесса пыталась покинуть территорию их не большого королевства, однако, в данном измерении больше ничего не существовало, поэтому девушка вернулась в то место, с которого и начала свой «побег». — О, Луна, какая же я глупая. — Выдохнула Юрико, обессиленно опускаясь на стул.       Всё это время под её носом было много подсказок, но она, погружённая в свои мысли, просто их не замечала. К счастью, сейчас механизм пришёл в движение, и видя, как над пламенем поднимается блестящая дымка, девушка почувствовала, что приблизилась к разгадке. Теперь ей оставалось дождаться ответа от оракула. А пока можно было и к работе вернуться.       Нацу отошёл от одной из лавок, закидывая руки за голову. Добродушный грузный мужичок средних лет около получаса рассказывал о том, как сильно он благодарен принцессам за снижение налогов — теперь он мог торговать в своё удовольствие, не заламывая цены на фрукты и овощи. Порой он активно жестикулировал и даже угостил мага персиком, приговаривая о том, насколько качественный у него товар — его конечно можно было продавать и дороже, но количество покупателей точно упало бы. Нацу не попрощался с мужчиной раньше по нескольким причинам: во-первых, персики у него, действительно, были вкусными. Настолько, что маг купил несколько штук, отдавая за них деньги, выделенные принцессами. Вторая причина заключалась в том, что Нацу попытался узнать у торговца, есть ли в его окружении люди, которые недовольны своей жизнью в Лунном Королевстве. Тогда мужчина принял оскорблённый вид и заверил, что не встречал ещё никого, кто бы жаловался на происходящее в стране после того, как Король Рудольф отошёл в мир иной. Ну а третья причина заключалась в том, что юноша чувствовал странную гордость, когда торговец, чьего имени он не запомнил, нахваливал Первую и Вторую Луну, рассказывая о том, что младшая из них лично приходила на рынок и интересовалась проблемами, с которыми столкнулись хозяева лавочек. С одной стороны Нацу не узнал ничего нового и важного, но после разговора с приветливым мужичком настроение его поднялось, и он с широкой улыбкой продолжил опрос торговцев, обязательно покупая в каждой лавочке что-то из представленного ассортимента. — Куда ты столько всего накупил? — Удивлённо спросила Люси, когда спустя пару часов маги встретились на площади.       Руки Нацу были заняты многочисленными пакета с едой и какими-то безделушками. При этом маг выглядел настолько гордо, что Хартфилия обречённо выдохнула. — Тебя во дворце что ли плохо кормят? — Усмехнулся Грей, подходя к другу ближе. Заглянув в пакеты ледяной маг присвистнул и уже потянулся за сочным яблоком, но драгонслеер сделал большой шаг назад, и рука его друга схватила лишь пустоту. — Эй, тебе жалко?! — Нет. Но я купил это не себе. — Пробормотал Нацу, прижимая пакеты ближе к груди.       Фуллбастер удивлённо посмотрел на друга, собираясь спросить, кому же он купил все эти вещи, но Эльза, явно что-то понявшая, усмехнулась, и привычным жестом притянула к себе темноволосого мага, прижимая его побледневшее лицо к своей груди. — Предлагаю сделать перерыв и вернуться во дворец. Мы обещали, что пообедаем вместе с Юрико и Мелиссой. — Тогда, в путь! — Воодушевлённо проговорила Джувия, прижимаясь к руке покрасневшего Грея сразу же, как Эльза отпустила его.       Несмотря на то, что опрос жителей столицы отнял у волшебников несколько часов и уйму сил, они были в противоречиво приподнятом настроении. С одной стороны они так и не смогли отыскать хоть кого-то недовольного жизнью в Лунном Королевстве, что не помогло им продвинуться в решении проклятья, а с другой — душу каждому магу грело то, что усилия, приложенные принцессами для улучшения жизни людей не прошли даром. — Кажется, вам пришлась по нраву вылазка в город? — С лёгкой улыбкой спросила Мелисса, стоило магам войти в столовую. — Славная у нас столица, правда? — Поддержала разговор Юрико, мягко улыбаясь друзьям. Ночь в лесу явно положительно сказалась на девушке. — Если уйдёте чуть дальше от рынка и свернёте направо, наткнётесь на уличных артистов. Зрелище захватывающее. — Юрико права, когда мы последний раз гуляли по городу, были там укротители огня и заклинатели змей. — С теплотой вспомнила Мелисса, обмениваясь улыбками с младшей сестрой. — И танцовщицы там великолепные. Конечно, им далеко до Юрико, но зрелище всё равно невероятное.       Вторая Луна что-то смущённо пробормотала, вызывая тихий смех сестры, которая пригласила магов к столу и сказала, что еду вот-вот подадут. И правда, стоило волшебникам занять свои места, в столовую вошли служанки, неся ароматные горячие блюда, от которых всё ещё исходил пар. Молодые люди поняли, как сильно проголодались только после того, как еда была поставлена на стол. Принцессы же с улыбками наблюдали за тем, как волшебники с удовольствием уплетали пищу за обе щеки, присоединяясь к ним, но при этом сохраняя изящество и благородство в каждом своём движении.       Когда тарелки на столе опустели Мелисса поинтересовалась у гостей, чем они планируют заняться, а услышав, что маги хотят продолжить осмотр столицы, посоветовала, в какие места можно заглянуть, чтобы хорошо провести время. — В таком случае встретимся за ужином. Искренне надеюсь, что вы хорошо проведёте время. — Юрико положила на пустую тарелку салфетку, которой пару секунд назад промокнула губы, и поднялась со стула. — Мелисса, если ты не против сделать через пару часов небольшую передышку, можно собраться за чашечкой чая. — Звучит, как прекрасная идея. — Улыбнулась кронпринцесса, повторяя действия Второй Луны. — В таком случае я попрошу Элизабет всё подготовить. Встретимся в беседке через два часа? — Да, я так же попрошу приготовить шарлотку.       Переговариваясь девушки покинули столовую. Грей, чувствуя себя устало после плотного обеда повернулся к Нацу, чтобы предложить другу осматривать территорию столицы вместе, но огненный драгонслеер резко встал из-за стола, быстрыми шагами направляясь к выходу из комнаты. — Нацу, ты куда? — Люси приподнялась со своего места, растерянно глядя на спину удаляющегося друга. — Я ненадолго. Встретимся на площади! — С широкой улыбкой проговорил юноша, прежде чем покинуть столовую. — Что это с ним? — Грей удивлённо приподнял брови, сверля взглядом закрытую дверь. — Весь день какой-то странный.       Гажил усмехнулся, поднимаясь из-за стола. — Да ладно тебе, это же Нацу. Он всегда чудит.       Волшебники не могли не согласиться с убийцей драконов, а потому было принято решение продолжить работу, и спустя пару часов встретиться около фонтана на площади.       Юрико заправила выбившуюся из причёски прядь за ухо, нарушая все правила этикета, которые учителя долгие годы вдалбливали в её голову, склоняясь над листом, пытаясь прочитать мелко написанные слова, ко всему прочему выведенные корявым почерком. — Кто в наше время во дворце может позволить себе так отвратительно писать? — Посетовала девушка, щуря глаза.       Понятнее почерк от этого не стал. Юрико обречённо выдохнула и уже потянулась к ящику стола, чтобы достать лупу, но раздавшийся стук заставил её вздрогнуть и на секунду испуганно замереть. Она знала, что время падения Лунного Королевства ещё не пришло, и сейчас ей нечего опасаться, но в груди непроизвольно похолодело. — Юрико?       Однако, стоило принцессе услышать голос Нацу, как оцепенение покинуло её, и она даже позволила себе шумно выдохнуть. — Дверь открыта, можешь заходить. — По привычке отложив документы, с которыми девушка разбиралась, в сторону, Юрико немного неловко пригладила свои волосы, молясь о том, чтобы её причёска всё ещё выглядела превосходно.       Нацу вошёл в кабинет девушки спустя считанные секунды, держа в руках наполненные бумажные пакеты, чем вызвал удивлённый взгляд Второй Луны. — Что-то случилось? Я думала, вы собирались прогуляться по городу. — Поднявшись со своего рабочего места Юрико немного нервно поправила воздушный рукав своего платья, после чего встревоженная внезапной мыслью, с опаской посмотрела на мага. — Что-то случилось? Вам кто-то навредил в городе? Мы ведь до сих пор не нашли тех, кто напал на Мелиссу, так что…       Договорить Юрико не успела, так как Нацу с улыбкой, пропитанной непривычной для него нежностью, протянул ей пакеты. — Это тебе. Я гулял по городу и решил прикупить всякого. Ты много работаешь, можешь проголодаться до ужина. Поэтому я взял тебе фруктов — за завтраком ты постоянно их ешь. Я взял побольше персиков, потому, что заметил, что их ты съедаешь в первую очередь. А, и в одной из лавок была красивая лента для волос — ты ведь часто подвязываешь ими волосы, ну или на запястье носишь. О, и я нашёл какую-то странную книгу. Тебе ведь нравится читать, да? Продавщица сказала, что эта книга нынче очень популярна у девушек. Потом я подумал, что одними фруктами не наешься, и взял тебе несколько кусочков разных тортов. Тут есть шарлотка и какой-то пирог с лавандой. Не знаю, вкусный ли он, но ты любишь лаванду, да? Поэтому я взял ещё немного сушёных цветов, ты можешь сделать из них чай или какой-нибудь отвар. А ещё я купил какой-то странный фрукт — мне сказали, что он привезён откуда-то из-за моря. Пахнет он неплохо, может, тебе понравится. По утрам ты пахнешь усталостью, видимо не высыпаешься — тётушка в лавке с травами посоветовало масло для ванной и набор каких-то цветов. Вроде, они снимают усталость, и сон после них крепче и спокойнее. — Нацу замолчал, с улыбкой глядя на девушку и терпеливо дождался, пока она осторожно заберёт пакеты из его рук. — Это всё мне? — Неловко спросила девушка, чувствуя, как тяжесть подарков оттягивает её руки. Когда юноша с гордым видом кивнул, принцесса смутилась, но всё же улыбнулась другу, искренне произнося: — Большое спасибо. — Пожалуйста. — Улыбка драгонслеера стала шире и он в приступе смущения, несвойственного ему, почесал кончик носа. — Мы пошли в город, вернёмся к ужину. Постарайся не перетруждаться, хорошо? Плохо будет, если в обморок упадёшь.       Юрико будто в прострации кивнула, и юноша с улыбкой на губах покинул кабинет, оставляя Вторую Луну в гордом одиночестве. — Что это было? — В замешательстве тихо спросила девушка, смущённо глядя на вещи, что маг принёс ей. — Разве не очевидно? Он ухаживает за тобой.       Юрико приложила все силы, чтобы не вскрикнуть, когда за её спиной раздался насмешливый голос Кэцу. Резко развернувшись на каблуках девушка уставилась на мужчину, что вальяжно развалился на её подоконнике, со смятением. — Не смей меня больше так пугать! У меня чуть сердце не остановилось. Знаешь ли, двери были придуманы не просто так. И вообще, как ты сюда забрался? Кабинет на третьем этаже находится. — Пытаясь угомонить быстро колотящееся сердце Юрико прошла к столу, осторожно опуская на него бумажные пакеты. — А насчёт Нацу ты заблуждаешься. Он не может за мной ухаживать. Уверена, ему нравится Люси. — Третий этаж — такая себе преграда для дракона, не думаешь? — Усмехнулся Кэцу, внимательно следя за каждым дёрганным движением подруги. — А про того парнишку, Нацу… Я уж побольше твоего о драконах знаю. А он хоть и человек, но воспитанник одного из нас. В нём от дракона намного больше, чем ты думаешь. — О чём ты говоришь? — Нахмурилась Юрико, бедром опираясь на угол стола. — Нацу, действительно, рос с драконом. Потому он и является огненным драгонслеером — но в обществе дракона он провёл от силы лет семь-десять. — Но это не значит, что он больше человек, чем дракон. — Взмахнув рукой красноволосый мужчина поймал изящную длинную трубку, щелчком языка поджигая табак.       Кэцу был доволен, что сегодня Юрико была более настроена к разговору, чем вчера. Да и вроде никакого сильного недовольства в свой адрес он не чувствовал — в конце-концов этот ребёнок был очень отходчивым. — Раз уж он воспитывался драконом с ранних лет, повадки моих собратьев для него являются базовыми. Хоть он и человек. — Зажав трубку губами Кэцу с удовольствием затянулся, чувствуя, как причудливый дым обволакивает его лёгкие. — Об этом говорит сцена, которую я волею судьбы застал. — Почему ты думаешь, что он ухаживает за мной? — Нахмурилась девушка, и мужчина с усмешкой почувствовал волну раздражения и нетерпения, что исходила от девушки. — Всё просто — драконы не ведут так себя с обычными людьми. О нас ходит много мифом, бо́льшая часть которых — нелепый бред, но есть и те, что в некоторой степени правдивы. Например, что многие драконы падки на всякого рода сокровища. Нас манит блеск золота и драгоценных камней, поэтому зачастую в своё логово мы приноси всё, что можем найти. Есть среди драконов и такие чудаки, что равнодушны к блестяшкам, но встретить их — большая редкость. — Снова затянувшись Кэцу выдохнул дым, и Юрико с удивлением заметила странное мерцание. — Драконы очень заботятся о своих парах. Хоть нам по иронии судьбы отведён большой срок, по-настоящему полюбить мы можем лишь один раз. Ты бы знала, сколько моих приятелей зачахли из-за потери своей пары! Мы почти как лебеди, только напорядок круче.       Современный слоган, сорвавшийся с губ Кэцу неприятно резанули по ушам, ведь раньше мужчина был настолько старомодным, что с презрением смотрел на Юрико каждый раз, когда она приходила к нему в шортах или штанах. Тот заметив недовольство подруги лишь усмехнулся, вновь поднося трубку к губам. — И для самцов драконов свойственно заваливать свою избранницу всеми возможными подарками. Можешь рассматривать это как способ соблазнения — ведь так самцы показывают серьёзность своих намерений и пытаются подчеркнуть, что они способны обеспечить семью всем необходимым. Ну, знаешь, чтобы самка спокойно согласилась на спаривание и отложила яйцо. — Кэцу, ты не мог бы выражаться чуть мягче и не вдаваться в ненужные подробности? — Пробормотала Юрико, устало прикрывая лицо рукой. — Порой ты невероятная неженка, знаешь? Так вот, о чём это я? Ах да, о драконьих ухаживаниях. Вообщем самцы обычно приносят своим избранницам дичь, которую они, естественно, добыли сами и всякие побрякушки. Если где-то попадутся интересные растения, они тащат и их. Тот парнишка притащил тебе еду — и как бы слащаво это не было, даже обратил внимание на то, что ты любишь. Ещё один пунктик драконов. Они какое-то время наблюдают за потенциальной парой, чтобы в нужный момент показать себя с лучшей стороны. О, и что же? Мне кажется, или я услышал о том, что он прикупил тебе книгу, какие-то украшения, так ещё и травы и масла всякие притащил. — Зажав трубку губами мужчина усмехнулся. — Поздравляю, он ухаживает за тобой. И одновременно с этим инстинктивно пытается дать понять всем остальным мужчинам в твоём окружении, что ты занята. У драконов это не всегда приятное зрелище, так что тебе повезло, что он всё же человек. Ох уж эта молодая кровь. Помню себя в этом возрасте, чего я только не творил. Взять, например, случай… — Погоди-погоди. — Юрико рухнула на стул, не веря глядя на мужчину, что явно был недоволен тем, что девушка его прервала. — Ты уверен в том, что Нацу ухаживает за мной? — Уверен в этом так же, как в том, что родился драконом. — Раздражённо пробормотал Кэцу, в этот раз затягиваясь табачным дымом нарочито громко и быстро. — Мне даже немного жаль этого парнишку. Вы, человеческие женщины, порой бываете такими невнимательными и недалёкими.       Юрико вздрогнула, услышав реплику дракона, и в голове её сложился пазл. — Погоди-ка, значит, когда Сирена жаловалась мне, что ты потащил её на прогулку, и там у неё на глазах убил звёздного оленя и оставил его тушку буквально у её хвоста, ты ухаживал за ней? — Юрико не знала, смеяться ей или ужасаться от столь странного открытия. — Она была чертовски напугана и недовольна, и потом отказывалась с тобой общаться около недели! — Поэтому я и сказал, что зачастую человеческие женщины невнимательные и недалёкие. — Нахмурился Кэцу, стряхивая пепел из трубки на улицу. Не стоит говорить о том, насколько сильно пострадало его самолюбие после того, как Сирена вместо того, чтобы кинуться ему на шею, посмотрела со смесью отвращения и недовольства, а потом ещё и не приходила повидаться около недели. — Так ты уже решила, что будешь делать с проклятьем? У тебя осталось не так много времени.       Поняв, что мужчина пытается перевести тему, Юрико, в благодарность за предоставленную информацию, охотно ответила: — Я решила связаться с Оракулом. Он начал обучать меня магии пару лет назад. Немного поразмышляв я пришла к выводу о том, что Лука как-то замешен в происходящем. По-крайней мере, он должен что-то знать. — Оракул, значит. — Пробормотал Кэцу, на пару секунд устремив свой взгляд на растущее рядом дерево. — Звучит, как хорошая идея. Ты уже связалась с ним? — Да, я отправила ему письмо утром. Ответ ещё не пришёл, но думаю к вечеру Лука даст о себе знать. — Сообщи мне, когда он выйдет на связь. Глядишь, я смогу помочь разговорить его. Да и за тобой пригляжу. — Кэцу закинул косу себе за спину и смерил спокойную девушку внимательным взглядом. — О том, что я тебе сказал об ухаживаниях того парня, подумай. Судя по тому, какой запах от тебя исходит при упоминаниях о нём, он тебе нравится. Когда проклятье будет разрушено, тебе точно нужно будет отвлечься. Тот парень не кажется плохим вариантом.       Усмехнувшись Кэцу ловко выпрыгнул из окна, не дав смутившейся девушке и слова сказать. Юрико устало покачала головой, стоило дракону скрыться из поля его зрения, а затем развернулась лицом к столу, планируя вернуться к работе. Однако, перед этим принцесса всё же решила съесть один из подаренных персиков.       Это был самый вкусный плод, который девушка когда-либо ела в своей жизни.       Светлые маги, помня советы принцесс, всë же решили сделать небольшой перерыв и насладиться выступлением уличных артистов. Зрелище было занятное — несколько девушек в ярких одеждах ритмично двигались под музыку, и полы их платьев взмывали вверх, на считанные секунды оголяя стройные икры и острые колени. Порой движения их замедлялись, становясь плавными, а затем снова превращались в резкие, но от этого не менее изящные. Собравшаяся толпа ликовала, выкрикивая какие-то хвалебные слова, а дети со смущением на лицах, подталкиваемые посмеивающимися родителями, скидывали в небольшую коробку звонкие монеты.       Были здесь и нахваливаемые укротители огня, при виде которых глаза Нацу загорелись восторгом, который, впрочем, скоро угас — ведь волшебник управлялся с пламенем намного лучше. Остальные же с удовольствием наблюдали за фокусами с огнëм.       А вот тем, что, действительно, пришлось по нраву убийце драконов были заклинатели змей. Красивые крупные рептилии плавно двигались в такт музыке, вызывая у зрителей восторг, смешанный с ужасом. Грею даже пришлось ударить друга по спине, чтобы тот пришëл в себя — зачарованный причудливой мелодией он неосознанно смазано повторял движения змей. На этом было решено закончить с развлечениями, хотя Эльза и порывалась понаблюдать за мужчиной, который под улюлюканье толпы глотал ножи.       Когда солнце лениво начало катиться за горизонт маги дружной гурьбой направились во дворец, вполголоса обсуждая итоги грандиозного опроса. Как и ожидалось за весь день маги не услышали ни одного негативного отзыва о правлении принцесс. Поэтому порог мраморного строения молодые люди переступили, испытывая противоречивые эмоции.       В этот раз маги в столовой застали лишь тишину — принцессы ещё не подошли, и на памяти волшебников это был первый раз, когда они опаздывали. Служанки уже принесли пышущие жаром блюда, и молодые люди жадно разглядывали жаркое в своих тарелках, прикладывая все силы, чтобы не приступить к трапезе раньше августейших особ. Те, к счастью, не заставили себя долго ждать, заходя в столовую на пару минут позже их гостей. — Ох, вам стоило начать трапезу без нас. — Проговорила Мелисса, занимая своё место во главе стола. — Надеюсь, вы ждали нас не очень долго. Впредь мы не допустим подобных ситуаций. И, раз уж все собрались, можно приступить к ужину. Приятного аппетита.       Маги с охотой накинулись на еду, вновь вызывая улыбки на лицах принцесс, которые никуда не торопились, сохраняя выработанное изящество даже во время трапезы.       Юрико медленно пережёвывала запечённую цветную капусту, когда Нацу поднялся со своего места и, ловко оторвав кусок от жаренной индейки, положил мясо в чужую тарелку, ранее наполненную лишь овощами. На мгновение все собравшиеся за столом замерли, наблюдая за тем, как драгонслеер пододвинул ко Второй Луне тарелку с салатом и наполнил её опустевший бокал апельсиновым соком. — Тебе нужно побольше есть.       Юрико смутилась, и лицо её окрасил яркий румянец, когда она неловко кивнула и опустила взгляд в свою тарелку. Нацу на это широко улыбнулся и опустился на свой стул, вгрызаясь в ногу индейки так, будто ничего необычного не произошло. Мелисса же неловко отпила сока из своего бокала и наколола на вилку брюссельскую капусту, взглядом бегая от Драгнила до младшей Нивы, и обратно. Поняв, что сестра больше смущена, чем озадачена действиями розовласого юноши, кронпринцесса поднесла зелёный плод к губам, но прежде, чем съесть его, с любопытством заметила: — Эта лента очень хорошо смотрится на твоих волосах, Юрико.       Заклинательница духов вздрогнула и смущëнным, немного дëрганным движением дотронулась до кусочка атласа, который ранее велела в прядь около лица. — Спасибо. Мне она тоже понравилась. — И, опустив взгляд в тарелку, принцесса быстрее, чем стоило, отправила в рот кусок индейки, тщательно пережëвывая сочное мясо.       Грей чуть не выронил вилку, стоило ему понять, что ленту эту он уже видел сегодня. Озарëнный неожиданной догадкой Фуллбастер перевод взгляд на Драгнила, что сейчас выглядел настолько довольным собой, что чуть ли не светился изнутри, при этом снова с жадностью накидываясь на мясо, но теперь частенько бросая взгляды на смущëнную Вторую Луну. Грей даже не знал, что ему теперь делать с осознанием происходящего — с одной стороны он был рад за мага и даже чувствовал ту самую гордость, что присуща лучшему другу. А с другой — ему было немного обидно, что Нацу ничего ему не сказал.       Эльза же ухмыльнулась, наблюдая за происходящим, и глаза еë сверкали странным предвкушением, от которого по коже Леви и Люси пробежались мурашки.       Остаток ужина прошëл за лëгкой непринуждённой беседой, главной темой которой была прогулка молодых людей по улочкам столицы.       Юрико бесшумно открыла дверь своего кабинета, решив, что перед сном можно ещë пару часов посидеть за работой. Ответ от оракула ещë не пришëл, и сейчас девушка чувствовала смутную тревогу — очередной день подходил к концу, а принцесса всë ещë не нашла способ оградить близких от очередной болезненной смерти. Ко всему прочему еë беспокоили светлые маги — Юрико могла лишь строить предположения о том, что с ними станет, если королевство снова падëт. Вернутся ли они в Фиор или станут очередными заблудшими душами, обречëнными на постоянные страдания? Конечно, девушка надеялась на лучший исход событий, но бесчисленные смерти окрасили еë мир в более спокойные цвета, вынуждая настраиваться на худшее. Это невероятно выматывало.       За своими размышлениями Юрико не сразу заметила, как около одного из книжных шкафов появился маленький сверкающий вихрь, бесшумно становящийся всë больше с каждой секундой. — Кажется, вы чем-то опечалены, Ваше Высочество.       Юрико вздрогнула всем телом и осторожно повернулась к источнику звука лицом — спустя считанные мгновения вихрь исчез, оставляя в кабинете высокого статного юношу с длинными светлыми волосами, собранными в аккуратную косу. — Лука! — Увидев перед собой оракула принцесса неосознанно задержала дыхание на несколько секунд, и уже было ринулась на блондина с объятьями, но во время осадила себя, мысленно твердя об этикете.       Юноша же мягко улыбнулся, прижимая ладонь к груди и склоняясь перед августейшей особой в лëгком поклоне. — Рад видеть Вас в добром здравии, Малая Луна Королевства. Да благословят вас Звёзды и Луна, и осветят они ваш путь даже в кромешной тьме. — Да осветят они ваш путь и направят на путь истины. — Ответила девушка, с лëгкой улыбкой глядя на учителя. — Я и подумать не могла, что ты почтишь нас своим присутствием. Почему ты не предупредил, что придёшь? Мы бы подготовили праздничный ужин. — Я не большой поклонник праздных трапез, — легко ответил Лука, выпрямляясь и теперь глядя на принцессу с искорками веселья, что отражались в его фиолетовых глазах, цветом напоминающих аметисты — к тому же мне показалось, что у вас очень срочное дело. Когда получил письмо, подумал, что вы чем-то крайне озабочены.       Юрико кивнула на слова юноши и на всякий случай осмотрелась, пытаясь убедиться, что в кабинете кроме них никого не было. Убедившись, что в ближайшее время никто не собирается неожиданно выпрыгнуть из-за угла или проникнуть в комнату через ранее закрытое окно, Вторая Луна опустила ладонь на гладкую поверхность спинки стула и посмотрела на оракула серьёзно, без намёка на радость или ребячество. — Кто проклял Лунное Королевство?       Глаза Луки странно блеснули, стоило ему услышать вопрос августейшей особы. Она не сомневалась в том, что оракул знал о проклятии, как не сомневалась в том, что посланник бога ведал о происходящем куда больше, чем про́клята принцесса. — Неужели в ваших глазах я, наконец, стал человеком достойным, чтобы поговорить об этом? — Хоть голос юноши звучал всё так же мягко и учтиво, по спине блондинки пробежали мурашки, и против воли она неосознанно сжала спинку стула так сильно, что пальце её побелели. — Верно ли я понимаю, что вас волнует, кто же замешан в этом помимо вас и Первой Луны?       Юрико вздрогнула, на несколько секунд закрывая глаза, пытаясь собраться с мыслями. — Значит, мои размышления были верны — есть ещё кто-то, кто замешан в проклятии. — Верно — вы всегда казались мне крайне смышлёной. — Лука мягко улыбнулся собеседнице, после чего поймал кончик своей косы указательным и большим пальцами, лениво перебирая пряди кончиком ногтя. — Значит, вы догадались о том, какую роль сыграли во всём происходящем?       И, не дав принцессе ответить, юноша продолжил говорить, и голос его звучал всё ещё невероятно мягко и размеренно, буто бы он рассуждал о том, какая сегодня прекрасная погода, а не о многочисленных смертях. — Ваша воля заключила неупокоенные души в замкнутом пространстве, ином, скрытом от посторонних глаз измерении. Где они обречены проживать свою смерть снова и снова, даже не подозревая об этом. В какой-то степени всё не так уж и ужасно — воспоминания их зыбки, и после воскрешения разум их чист, и нет никакого горького осадка от ужасной и мучительной смерти. Чего нельзя сказать о вас, верно, Малая Луна? По моим подсчётам вы возвращались к жизни более семиста раз. Стоит отдать должное сильной воле Первой Луны — уверен, если бы вас проклял кто-то другой, душа ваша раскололась бы уже после двухсотой смерти.       Юрико поджала губы, с зарождающимся ужасом осознавая, насколько сильно оракул сейчас отличался от чуткого и милого юноши, которого она знала. Он говорил о происходящем бодрым голосом, не запинаясь — казалось, его душу не тронула и тень сожаления или сострадания. Было ли дело в том, что Лука жил в отдалении от людей или крылась причина в самой его сущности посланника бога Юрико не знала, но на мгновение ей стало жаль красивого юношу перед собой. -… и именно благодаря вашей сестре вы являетесь единственным живым созданием в этом королевстве. Но Первая Луна заплатила высокую цену за своё желание — в отличии от всех остальных она помнит о всех своих смертях и вас, любимой младшей сестре, что вынуждена была жить в двух измерениях одновременно. — Почему ты так спокойно об этом говоришь? — Всё же решила спросить принцесса, поднимая потерянный взгляд на вздрогнувшего юношу.       Тот выпустил косу из рук и посмотрел в окно, сквозь стекло пытаясь разглядеть дерево, что ветками порой царапало гладкую холодную поверхность. — Помните ли вы, что впервые мы повстречались под кроной именно этого древа? — Сейчас голос оракула прозвучал тоскливо, и Вторая Луна неосознанно проследила за его взглядом. — Много времени прошло с тех пор. Оно сгорало множество раз, его корни были окраплены невинной кровью. Ветви его колыхались в такт чужим крикам, полными боли и страданий. Листья его шуршали в такт бумагам, что вы перебирали до поздней ночи, а стук его кроны об стекло перебивал звук ваших слёз, проливаемых от отчаяния. Но оно всё так же стоит под вашими окнами, и несмотря на все напасти, выглядит так же, как и много лет назад.       Юрико осторожно перевела взгляд на замолчавшего Луку, пытаясь разгадать истинный смысл его слов. Слов того, кто подобно этому древу не изменился с их первой встречи, будто время не нашло в себе сил тронуть его. Однако, погрузиться в размышления оракул принцессе не дал, переводя на неё взгляд ясных глаз. — Вы спрашивали, кто же повинен в проклятии. Вероятно, вас интересует немного другое — по чьей вине королевство неизменно превращается в руины, и время для всех его жителей поворачивается вспять? — Верно. — Юрико неосознанно заправила прядь волос за ухо, чувствуя смутную тревогу. Была ли она готова услышать ответ на свой вопрос и, наконец, решить загадку проклятья? — Раньше я думала, что трагедия настигает нас вновь и вновь из-за моего желания. Ведь я хотела повернуть время вспять и всех спасти, однако… — Ваша воля заключалась в ином, — мягко перебил девушку Лука, делая плавный шаг в сторону обеспокоенной принцессы — вы желали, чтобы все близкие вам люди, в том числе и жители королевства, были счастливы. Ради этого Малая Луна пренебрегла своим здоровьем, как физическим, так и психическим — и всё ради счастья других. Ваша сестра недалеко ушла от вас — как бы это не было скверно, вы повторяете ошибки друг-друга, ставя интересы других выше ваших. — Никто из нас не желал падения королевства, — пробормотала Юрико, поднимая взгляд, удивлённо натыкаясь им на бесшумно подошедшего оракула. Сейчас тот стоял настолько близко ко Второй Луне, что дыхание его едва заметно шевелило волосы на её макушке. — и сколько бы я не ломала голову, так и не смогла понять, кто же настолько сильно ненавидит Землю Луны, что ненависть эта более семисот раз заливала её кровью. — Я не должен был вмешиваться в происходящее, ибо судьбой отныне уготовано мне быть лишь сторонним наблюдателем. Однако, — Лука мягко улыбнулся и нежно заправил вторую прядь волос за ухо вздрогнувшей девушки — ваши страдания омрачают моё сердце. Как нашей драгоценной Малой Луне и моей одарённой ученице, я покажу вам…       Юрико уже хотела спросить у оракула, что именно он собирается ей показать, но тот нежно провёл кончиками пальцев по бледной шее принцессы, и та вдруг почувствовала, как мир перед её глазами начал бледнеть и медленно плыть куда-то. И прежде чем Вторая Луна провалилась в темноту, она услышала ласковый шёпот Луки: — Приятного путешествия, благословлённое Луной дитя.       Волшебники задержались в столовой — после того, как принцессы покинули их компанию, возвращаясь к работе, молодые люди принялись обсуждать происходящее. Стало очевидно, что опросы не помогут им приблизиться к разгадке проклятья, и Леви с сожалением пришлось сообщить друзьям, что вся их работа была сизифовым трудом. И теперь им предстояло изменить тактику, придумать иной способ помочь августейшим особам и всему Лунному Королевству. — Помните, что сказали нам Книга Судеб и дракон? — Осторожно спросила Люси, напряжëнно глядя на свои руки, сцепленные в замок. — Мы здесь не для этого. Нам нужно помочь Юрико сделать верный выбор. — Только вот, что это за выбор такой? — Вздохнул Грей, откидываясь на спинку стула. — Может, мы всë это время занимались не тем? И нас надо было держаться рядом с Юрико? Чтобы помочь принять решение, о котором нам говорили книга и дракон. Что думаешь, Эльза? — Есть вероятность, что ты прав. — Озадаченно проговорила Титания, и пальцы еë обхватили подбородок, показывая крайнюю задумчивость хозяйки. — Сейчас думать об этом поздно. Ляжем спать, а утром уже всë обдумаем — можно будет с Юрико об этом поговорить.       На том и порешили. Дружной гурьбой покинув столовую маги разбрелись в разные стороны — до отхода ко сну оставалось пару часов, и ребята решили занять себя чём-то. Так Гажил и Леви отправились на прогулку по дворцу, Джувия втянула не сопротивляющегося Грея в сад, а Эльза предложила Люси понежиться в ванной. — Чем займëшься, Нацу? — Поинтересовалась Титания, готовая в любой момент пригласить юношу присоединиться к их водным процедурам. — Думаю Юрико проведать, — закинул за голову руки огненный маг, и на губах его заиграла улыбка — идите купаться без меня.       Эльза с лукавством посмотрела на сияющего мага и, пожелав ему удачи, утащила удивлëнную Люси в сторону общественной ванны. Нацу же свернул за угол и направился к кабинету Второй Луны, надеясь разговорить еë и отвлечь от работы. За ужином она ела вяло, да и выглядела более бледной, чем обычно. В этот раз от неë исходил запах не тревоги, а лëгкой нервозности и томительного ожидания. Подобная смесь немного озадачила Нацу, и он собирался расспросить Вторую Луну, было ли что-то, что еë беспокоило. Или стоило ли им ожидать каких-то гостей.       Драгнил не сразу учуял посторонний запах, исходящий от кабинета второй принцессы, а когда его нос уловил незнакомые ноты, дверь тихо открылась, и в коридор вышел высокий юноша, держащий на руках Юрико. Он мягко прижимал к своей груди хрупкое тело, которое не шелохнулось даже после того, как незнакомец осторожно закрыл кабинет. — Кто ты такой, чёрт возьми?! И что ты сделал с Юрико?! — Обжигающая ярость заструилась по венам мага, собираясь во всплески пламени, что обхватили его стиснутые кулаки.       Не держи блондин на руках Вторую Луну светлый волшебник налетел бы на него с кулаками или с силой схватил за грудки. Но сейчас он мог только сверлить его взглядом, полным ярости, готовый освободить подругу из чужих объятий и заехать по смазливому лицу парня. — Какая жажда расправы, — с лёгкой усмешкой пробормотал Лука, прижимая Юрико к себе теснее — действие это распалило Нацу сильнее, и всполохи огня на его руках стали принимать более осязаемую форму — можешь использовать магию? Хоть и из будущего, видно, отучился древнему волшебству. Похвально… Но мои силы здесь имеют бо́льший вес, так что не советую вступать со мной в бой. И мы ведь не хотим, чтобы Малая Луна случайно пострадала из-за того, что ты не можешь обуять свои эмоции? — Кто ты такой? — Повторил Нацу, делая глубокий вдох. Хоть этот подозрительный парень ему не нравился, в чём-то он всё же был прав. Именно поэтому маг разжал кулаки, и пламя с его кожи исчезло с едва слышим треском. — И что ты сделал с Юрико? — Моё имя — Лука, и в этом времени меня называют оракулом. По совместительству я являюсь учителем Второй Луны. Ничего дурного ей я не сделал — просто проложил путь к истине, как она того и хотела. А сейчас мне нужно отнести госпожу в спальню, чтобы её тело отдохнуло. Так что, если я ответил на все твои вопросы, за сим откланяюсь. — И оракул повернулся к магу спиной, планируя отправиться в покои второй принцессы, но путь ему преградил Кэцу, вынырнувший из-за угла. — Не так быстро, посланник бога. Ты подробно расскажешь нам о том, что сделал с Юрико, и какое сам имеешь отношение ко всему происходящему.       Нацу при виде Кэцу засиял — хоть раньше он и чувствовал к дракону некую неприязнь, сейчас маг был очень рад видеть мужчину. — Даже не думай назвать меня «дяденькой» или кем-то в этом духе. — Поморщился Кэцу, явно разгадав затею вздрогнувшего юноши. — А ты, передай Юрико мне. С остальным разберёмся после того, как она окажется в безопасности.       Лука, которому и была адресована последняя фраза, едва нахмурился, и пальцы его неосознанно сжали ткань платья принцессы. — Малую Луну я в состоянии донести до кровати сам, — услышав рык со стороны Нацу, оракул вздохнул, понимая, что от странных ребят ему не избавиться — к тому же, сейчас моя магия является для неё проводником. Неизвестно, чем всё обернётся, если разлучить нас именно сейчас. — Окей, тогда мы пойдём вместе с тобой и проследим за тем, чтобы с Юрико ничего не случилось. — Выдвинул ультиматум Кэцу и, не дав хоть кому-то из собравшихся возразить, круто развернулся на пятках и направился к спальне заклинательницы духов.       Луке и Нацу ничего не оставалось кроме того, чтобы последовать за древним существом, обмениваясь колкими взглядами. Хотя, если быть точнее, недовольные взгляды бросал только Драгнил, чувствуя странную тяжесть в груди — Оракул же смотрел то на Юрико, то себе под ноги. Так что весь путь до королевских покоев прошёл в напряжённой тишине.       В спальню девушки волшебные существа вошли гурьбой — здесь под внимательным взглядом Кэцу Лука осторожно опустил принцессу на кровать, снял с её ног обувь, и укрыл девушку одеялом. На каждое из этих действий Нацу дёргался, на что перевоплощённый дракон усмехнулся, понимая, что оказался прав в своих наблюдениях. — Раз уж Юрико теперь в кровати, мы все можем уйти отсюда, — спокойно проговорил Кэцу, не сводя взгляда с кивнувшего оракула, пошире открывая дверь.       Когда в спальне осталась только Вторая Луна, дракон закрыл дверь и молча кивнул в сторону выхода из дворца. Нацу и Лука безошибочно поняли, что тот намекает на лишние уши в мраморных стенах, а потому послушно покинули здание, сворачивая в сад. — Ну, теперь можно и поговорить о проклятье, том, кто ты такой, и что же случилось с Юрико. — Когда спустя десять минут ходьбы среди кустов роз показалась резная скамейка Кэцу рухнул на неё, вытягивая ноги. — Рассказывай.       Как только Нацу и Лука заняли места рядом с драконом, Оракул опустил руки на свою алую тогу и мягко улыбнулся на слова древнего существа. — Что именно вы желаете узнать? — Вот не надо мне тут фамильярничать — оставь это для аристократов. — Хмыкнул красноволосый мужчина, и в руке у него появилась трубка, которую он размеренно начал набивать табаком. — Про проклятье ты, конечно, знаешь. Вот нам всем и интересно, кто приложил к нему руку. Про Юрико и Мелиссу мы уже знаем, так что рассказ твой будет коротким. — Действительно, я знаю об этом проклятии побольше вашего, — пробормотал блондин, ловя коник своей косы — однако, поведать о его тайне вам не могу. Малая Луна — единственная, кому дозволена раскрыть истину проклятья.       Нацу уже хотел возмутиться, но Кэцу спокойно кивнул, поджигая табак щелчком языка. — Книга Судеб уже говорила об этом — Юрико должна разобраться со всем сама, ведь в противном случае желание её не исполнится. — Зажав трубку губами дракон затянулся, с заметным удовольствием выдыхая причудливый дым. Его янтарные глаза задорно блеснули, стоило ему поднять взгляд на звёздное небо. — Поэтому она сейчас без сознания? Что ты сделал? — Я не мог сам ответить на вопрос, который мне задала Малая Луна, — честно сознался юноша, так же как и дракон поднимая глаза на сверкающее небо — поэтому мне пришлось открыть её душе прошлое, о котором она не ведала. Там и кроется разгадка к решению проклятья. Но Юрико должна сама отыскать ответ и грамотно использовать полученные знания — это по силу только ей. — Хорошо, с этим мы разобрались. — Кэцу выдержал небольшую паузу, бесшумно затягиваясь табачным дымом, выпуская его через приоткрытые губы.       Он не пыхтел, как бо́льшинство мужчин, курящих трубку, наоборот — действия его были хоть и отточенными, но бесшумными. Только причудливый табак щёлкал в его трубке с каждым новым вдохом. — Какое же отношение имеет посланник бога ко всему происходящему? Даже не думай придуриваться — воспоминания о произошедшем здесь есть только у тех, кто так или иначе связан с проклятьем. Хоть ты и оракул, в твоей голове должна была быть та же лёгкость неведения, что и у всех людишек, что населяют это пропащее королевство. — Выдохнув дым Кэцу расслабленно облокотился на спинку скамьи, и во взгляде его, устремлённом в небо, промелькнула тоска. — Я, например, напал на это королевство и сжёг его к чертям собачьим. Не сожалел об этом ни капельки — ну померли здесь все, мне то что с того? Вот только проклятье меня обратно затянуло. Вырвало из настоящего, сковало цепями. Помню, как по молодости бесился с этого. Настолько сильно, что нападал на эти земли снова и снова. И всё по-новой. Странно только, что до дня, когда у меня появилась возможность всё сжечь, я в пещере был заперт. Первое время даже пошевелиться не мог, будто тело камнем стало. Стрёмное чувство, на самом деле.       Нацу посмотрел на Кэцу с интересом — хоть сердце юноши всё ещё болезненно сжималось от осознания того, что именно этот мужчина множество раз сжигал Юрико и всех его близких, она простила его. А значит, и у огненного мага нет прав злиться на него. — И как же в-ты пришёл к тому, что больше не хочешь сжигать Лунное Королевство? — Тихо спросил Лука, и Кэцу видел, как его дрожащие пальцы сжали шёлковую ткань тоги.       Дракон снова затянулся и, выдохнув дым, пару секунд наблюдал за тем, как тот причудливо расплывается по воздуху, порой закручиваясь в причудливые фигуры. — В мире духов я познакомился с Юрико. Эта девчонка тряслась от одного моего вида, и мне казалось это чертовски забавным. Хоть Сирена и рассказала мне о том, что пигалица эта проклята, мне было плевать. Не сложно было сложить детали и понять, что девчонка эта пришла из Лунного Королевства. Честно говоря, я пару раз ещё сжигал его после этого, но… — Кэцу неожиданно замолчал, и взгляд его опустился на тлеющий табак. Мужчина снова сделал затяжку, прежде чем продолжить — Юрико перестала меня бояться. Начала таскать мне еду, рассказывать о родном королевстве, о любящей старшей сестре, застенчивом рыцаре, что всё никак не мог перевести их отношения на новый уровень. Она с трепетом рассказывала о доброй служанке и сурового вида командира рыцарей, что робел, как мальчишка, в присутствии молодой девушки. Сначала рассказы её вызывали у меня раздражение, а потом… Потом я привязался к этой пигалице, и понял, что больше не могу строить из себя страшного ужасного дракона, безжалостно сжигающего целое королевство. Даже пытался подсказать ей, почему этот «незнакомый дракон» прогневался на её родину. Только, вот забава — мне не удалось прямо сказать ей о происходящем. Какие-то намёки, расплывчатые фразы. Хрен его знает, дело в проклятии или старости. Ну и после этого я проводил всё время то в мире духов, то в пещере, недалеко отсюда. Думал, что теперь в жизни всё наладится, но потом Сирена рассказала, что Юрико всё ещё умирает во дворце, но теперь по другим причинам. Странно это — вот что я тогда подумал. Будто бы ей суждено сдохнуть в этом отвратительном месте.       Повисла тишина. Никто из собравшихся ночью в саду не знал, что сказать на слова дракона, поэтому всё, что им сейчас оставалось — наблюдать за звёздами под тихий треск, раздающийся из причудливой трубки древнего создания. Время, будто замедлило свой ход, и невозможно было сказать, прошло пару минут или целый час, прежде чем Лука подобрал слова. — Я виновен в трагедии Лунного Королевства большего кого-либо. — Выдохнув, оракул прикрыл глаза, будто опасаясь, что его собеседники смогут что-то разглядеть на их дне. — Я был молод и неопытен, когда всё началось. Луна поведала мне о судьбе благословлённого её королевства — тогда ни о каком проклятии и речи не шло. Старшая дочь на тот момент правящего короля Рудольфа после кончины отца должна была занять трон, и имя её оставило бы нестираемый отпечаток в истории. В отличии от родителя, Мелисса стала бы прекрасным монархом, трепетно относящимся к своим подданным. Она изменила бы саму суть монархии, и Лунное Королевство засияло бы, обретая всё возможное величие. Первая Луна в будущем, открытом мне, была мудрой, в меру строгой, но чуткой и заботливой королевой — все жители, находящиеся под её крылом, были счастливы. Она открыла учебные заведения для бедняков, снизила налоги, и даже наладила отношения с ближайшими соседями. Во времена её правления торговля расцвела, и Лунное Королевство стало по-настоящему могущественным и прекрасным местом. А рядом с ней в том будущем была её младшая сестра — Юрико. Девочка, чья мать была обычной танцовщицей, стала одной из первых великих волшебниц. Сила её была велика, как и желание делиться благами с поданными. Да… В том будущем Малая Луна стала великой волшебницей, что предотвращала разжигающиеся войны, и стояла по правую руку от сестры. Их гармония, любовь к друг другу и сострадание, являющееся плодом трудного детства, стали по-настоящему великой силой, поднявшей Лунное Королевство с колен. — Лука выждал небольшую паузу, пытаясь усмирить разбушевавшиеся воспоминания. — Я видел, что королева отошла в мир иной, когда ей было более пятидесяти лет — невероятно долгих срок для людей того времени. Сестра пережила её на пять лет, с трепетом наставляя племянников, обучая их всему тому, чему не успела обучить мать. Супруг её — Оливер — был любящим мужем и отцом, но скоропостижно скончался, уходя вслед за возлюбленной. Я видел, как горевала Малая Луна, как видел и то, что она приложила все силы, чтобы труд её старшей сестры не прошёл даром. А когда и она покинула мир живых, Лунное Королевство было объято скорбью. Но люди пошли дальше, трепетно храня в сердцах воспоминания о мудрых сёстрах, передавая его из поколения в поколение. В том будущем Лунное Королевство процветало не одну тысячу лет. Люди праздновали дни рождения великих сестёр, и статуи их украшали главные площади и главный зал дворца даже спустя семь сотен лет после их смерти.       Кэцу выдохнул дым чуть резче, чем до этого, на протяжении монолога оракула видя перед собой яркие картинки — будто и он видел то светлое будущее. — Но, как и сказал ранее, я был глуп и неопытен в то время. А потому, когда король Рудольф вызвал меня, чтобы узнать о будущем, я честно поведал ему о всём, что показала мне Луна. И это было моей ошибкой. Ошибкой, вину за которую я не смогу искупить никогда. — С горечью прошептал Лука, пряча лицо за дрожащими руками. — Я не ведал о том, каким человеком был Рудольф. Узнав, что королевство будет процветать во времена правления его старшей дочери, от пришёл в ярость. Ведь наследница его была девочкой — как она сможет сделать больше, чем сам король и все его предки? Будущее крайне изменчиво. Есть вещи, которые обязательно произойдут, как бы ты не пытался их отсрочить, однако, всякое действие может отразиться на нём. Потому будущее и не должно быть известно простым смертным. Но тогда никто не поведал мне об этом. — Значит, этот больной ублюдок решил изменить будущее и прибрать всю славу, предназначенную дочерям, себе. — Пробормотал Кэцу, устало потерев переносицу.       Табак в трубке потух, и мужчина раздражённо высыпал его на ладонь — при соприкосновении с кожей дракона тот растворился, и древнее создание засыпало в трубку новый, так же взявшийся из ниоткуда. Щёлкнул язык, и причудливые травы снова вспыхнули, разнося по округе терпкий, но немного сладковатый запах. — Именно поэтому он стащил драконье яйцо, даже не удосужившись пошевелить извилинами в своей тупой голове. И это привело к трагедии — пламя поглотило Лунное Королевство, и начался персональный ад для его жителей. — Шумно вдохнув дым, Кэцу раздражённо выдохнул его, чувствуя, как клыки начинают зудеть. — Если бы мог вернуться в настоящее прошлое, прихлопнул бы этого ублюдка раньше, чем он затеял бы это дерьмо. — Поверь, если бы я знал, что такое произойдёт — вырвал бы себе язык раньше, чем смог бы хоть кому-то рассказать о своих способностях. — Пробормотал Лука, растирая побледневшее лицо ладонями. — Когда проклятье сковало это место, я много размышлял о том, почему я помню всё произошедшее. И единственный вывод, к которому я пришёл — это возмездие. — Возмездие? — Непонимающе уточнил Нацу, который впервые за пребывание в саду дал о себе знать. — Именно. Кара, расплата, наказание — называй, как хочешь. — Лука посмотрел на серьёзного Кэцу, слабо улыбаясь. — Вот, почему мы помним обо всём произошедшем, хотя никого не проклинали. И вот, почему находимся здесь. Наши действия послужили причиной появления проклятья — и так как моя вина намного больше, я так и не смог покинуть это место, в отличии от дракона, который обоснованно сжёг Лунное Королевство. — В твоих словах есть смысл, — вместе с дымом выдохнул Кэцу, и трубка в руках его вздрогнула — меня затянуло в мир звёздных духов после того, как драконы бо́льшая часть драконов померла. Если бы не проклятье, я бы откинулся вместе с собратьями, а так всего лишь сменил одну тюрьму на другую. — Слушай, — Нацу проигнорировал слова раздражённого Кэцу и в упор посмотрел на бледного Луку — а ты сам-то живой? Ну, в том плане, если ты не умер при нападении на королевство, после того, как проклятье исчезнет, что с тобой будет? — Я в какой-то степени живой. По крайней мере, живее душ, заключённых здесь. — Лука опустил взгляд на свои руки и неоднозначно пожал плечами. — Однако, проклятье истощило моё тело и душу. Думаю, я исчезну вместе со всеми и отправлюсь в мир ином. Ведь в том времени, из которого ты пришёл вместе со своими друзьями, мне места точно нет.       И снова сад окутала тишина, нарушаемая лишь треском табака в трубке дракона, да журчанием фонтана, что стоял в нескольких сотнях метров от укрытия мужчин. Каждому из них нужно было время, чтобы переварить услышанное, но был ещё один момент, который волновал Кэцу. — Ты поэтому начал учить Юрико магии? Помог ей, отправил душу в прошлое и тому подобное. — Причина кроется не только в этом, — признался Лука, и улыбка его вышла тоскливой — впервые я повстречал Малую Луну, когда она была ещё ребёнком. Но уже тогда я знал, что в будущем, показанном мне Небесами, Юрико была моей избранницей.       Юрико резко открыла глаза, судорожно делая глубокий вдох. Последнее, что помнила девушка, как тьма поглотила её, а затем кто-то резко схватил её за руку и дёрнул вперёд. Сейчас девушка стояла в одном из коридоров Лунного Дворца, искренне не понимая, что происходит. — Лука говорил, что покажет мне, из-за кого королевство постоянно разрушают. — Пробормотала девушка, со смешанными чувствами оглядываясь.       Она не могла объяснить, что за странное чувство сковало её грудь — сейчас дворец выглядел иначе, будто бы нереально. — Мог ли Лука показать мне прошлое? — Спросила саму себя девушка, озадаченно глядя по сторонам.       Не только дворец ощущался странно, казалось, само тело принцессы изменилось — она чувствовала необычайную лёгкость, казалось, если подует сильный ветер, её может унести сильным воздушным потоком. При быстром осмотре Юрико поняла, что была полупрозрачной, и осознание это было достаточно жутким для того, чтобы Вторая Луна чувствовала себя неуютно. На пробу подпрыгнув девушка испуганно заметила, что добрых несколько минут просто парило в воздухе, и ноги её коснулись ковра только после того, как блондинка в панике подумала о том, что ей хочется на землю. — Когда вернусь обратно, обязательно отчитаю Луку. — Пробурчала встревоженная Юрико, неловко поправляя волосы. — О таком предупреждать нужно.       Спустя ещё несколько минут Вторая Луна более-менее привыкла к новому телу, после чего решила осмотреть дворец, в надежде отыскать какую-то зацепку, ради которой и было затеяно это странное путешествие. Однако, не успела девушка и шагу сделать, как дверь неподалёку отварилась, и из неё вышла крайне недовольная Моника — лицо её исказилось в приступе плохо сдерживаемой ярости, и Юрико вдруг стало интересно, что же могло настолько вывести суровую женщину из душевного равновесия. Именно поэтому она заглянула в комнату, с удивлением глядя на Рудольфа. Её отец вальяжно сидел в оббитом бархате кресле, а рядом с ним с сжатыми в тонкую линию губами сидела незнакомая Юрико девушка. Она выглядела, как нимфа из сказок, которые младшей сестре читала Мелисса: мягкие волнистые шёлковистые волосы, бронзовая кожа, выразительные зелёные глаза, обрамлённые длинными чёрными ресницами, пухлые губы. Незнакомка была прекрасна! Только вот сидела она с прямой спиной, поджав губы, а глаза её обжигали холодом. — При всём моём уважении к вам мне бы хотелось уточнить, — хоть и было сказано мягким голосом, Юрико показалась, будто девушка выплюнула эти слова — стоило ли разыгрывать этот спектаклю с вашей женой, о Великое Солнце. — Моника должна осознавать, что раз уж я привёл в дом наложницу, она отвратительно справляется со своими обязанностями. — Ровно ответил мужчина, и Вторую Луну перёдёрнуло от одного звучания голоса отца, однако, она продолжила наблюдение за странной сценой. — К том же, если ты родишь мне наследника — займёшь её место. Хорошенько подумай об этом, Мейко.       Земля будто ушла из-под ног Второй Луны, когда она осознала, что сейчас рядом с королём Рудольфом сидела её мама — Мелисса частенько рассказывала о ней, но сейчас, глядя на женщину, что подарила ей жизнь, собственными глазами, Юрико чувствовала, как по груди разлилось тепло. Это, правда, была её мама! И она была невероятной красавицей! Вторая Луна хотела подойти поближе, чтобы рассмотреть Мейко получше, но что-то резко потянуло её назад — Юрико и вскрикнуть не успела, как мир будто стремительно сжимался перед глазами.       Когда принцесса сморгнула выступившую влагу, она уже стояла в какой-то светлой просторной комнате, которую не видела раньше. Здесь, за небольшим столом сидела Мейко — волосы её были собраны в простую причёску, а сама женщина что-то старательно выводила пером в какой-то книге. Но не успела Юрико и шага сделать в сторону матери, как комната исчезла, а сама девушка оказалась в саду.       Среди зелени, залитой солнцем, Мейко сидела на скамейке в гордом одиночестве, с нотками скуки глядя на певчую птицу, что расположилась на нижней ветки дерева, что стояло в паре десятков метров от места отдыха наложницы. Неизвестно, сколько девушка просидела здесь с безупречным лицом, на котором не отобразилось ни одной эмоции — однако, стоило неподалёку раздастся шороху, и тело танцовщицы напряглось. Однако произошло это настолько естественно, что если бы Юрико с жадным любопытством не рассматривала маму, не заметила бы этого. Спустя считанные секунды из-за куста вынырнула недовольная Мелисса, впрочем, быстро остановившаяся, стоило ей увидеть незнакомку. — Что за юное создание пожаловало ко мне?       Юрико со смешанными чувствами, среди которых, однако, преобладал восторг, наблюдала за первым знакомством Мелиссы и Мейко, жадно впитывая каждое движение и слово, пытаясь навсегда запечатлеть увиденное в своей памяти.       Вторая Луна помнила, с какой теплотой её старшая сестра отзывалась о покойной наложнице короля, и сейчас, наблюдая за их взаимоотношениями, заклинательница духов понимала причину такой благосклонности со стороны кронпринцессы. Вместе с тем пришло осознание того, насколько сильно самой волшебнице не хватало тепла матери — сейчас, наблюдая за тем, как Мейко с лёгкой улыбкой расчёсывала волосы Мелиссы, Юрико хотела оказаться на её месте. Она даже неосознанно провела ладонью по своей макушке, пальцами пытаясь разделить спутавшиеся пряди.       Интересно, насколько счастливей стала бы её жизнь, если бы Мейко не отошла в мир иной сразу после того, как подарила жизнь Второй Луне? Наверное, мама бы не позволила учителям издеваться над ней, и защищала бы её так же, как Мелиссу. От мыслей об этом глаза Юрико заволокло пеленой.       В нос девушки ударил отвратительная смесь запахов — затхлости, крови и пота. И прежде, чем темнота спала с её глаз, она услышала напуганный голос старшей сестры. — Мейко, что с тобой? Почему ты плачешь?!       Юрико вздрогнула, неосознанно делая шаг назад. Сейчас она оказалась в покоях матери, видя, как Мелисса со страхом на глазах копошится где-то рядом с кроватью наложницы. Девушка знала, что мать её отошла в мир иной почти сразу после родов, но одно дело знать, и совершенно другое — видеть, слышать. Со стороны кровати сначала раздались всхлипы, а затем и грязные ругательства, но всё это Юрико слышала словно сквозь толстый слой ваты. Ей было страшно сделать даже один шаг к кровати матери — она помнила, какой прекрасной была наложница короля, и не была уверена в том, стоит ли сейчас смотреть на перекошенное от боли женское лицо. Быть может, лучше запомнить маму здоровой, красивой и сильной?       Мелисса поспешно выбежала из покоев Мейко, отчаянно крича: — Лекаря, срочно лекаря сюда!       И Юрико знала, что это конец. Её мама умрёт, оставив принцесс одних в холодном и жестоком мире. Тело её сожгут на костре, будто бы она была какой-то бродягой, и двери её покоев закроются навсегда. — Это… Это нечестно… — Прошептала Юрико, и пару слезинок сорвалось с её ресниц, когда прибежавший лекарь раскрыл балдахин, открывая взору девушки бледнеющее тело матери, что истекало кровью. — Мама… Мамочка…       Не в силах совладать с эмоциями принцесса закрыла лицо руками, судорожно всхлипывая — в приступе трусости она не желала видеть, как мать её испустит последний вдох. — Я не могу умереть! — Прошипела Мейко, хватаясь дрожащими пальцами за одеяло, пока лекарь судорожно осматривал её лицо, пытаясь понять причину кровотечения. — Я не могу оставить Мелиссу и Юрико!       Вторая Луна вздрогнула и убрала ладони от лица, со слезами на глазах глядя на бьющуюся в конвульсиях маму. И произошло необъяснимое. Лекарь вздрогнул и закрыл веки замершей женщине, и в этот самый момент над бездыханным телом появился призрачный силуэт Мейко. — Мама! — Неосознанно крикнула девушка и сделала шаг в сторону духа, но тот лишь с горькой усмешкой наблюдал за мельтешащим лекарем, что поспешно покинул покои, сообщая подошедшему королю скверные вести.       И мир снова померк для Юрико.       Когда тьма отступила, девушка с удивлением обнаружила, что в этот раз она оказался в небольшой комнатке, посреди которой стояла детская кроватка — из-под навеса раздавался громкий плач, и Юрико поняла, что это она лежит там и плачет, пытаясь дозваться до кого-то. И этот кто-то не заставил себя долго ждать — спустя считанные минуты в комнату осторожно зашла Мелисса, пытаясь успокоить плачущую сестру. И в этот момент рядом появился призрачный силуэт Мейко, что смотрела на новорожденную дочь с печальной нежностью и любовью. — Моя милая Юрико…       Когда в комнату влетела Моника лицо Мейко омрачила злоба — хоть душа её была невидима для живых, она встала между королевой и кронпринцессой, будто пытаясь оградить дрожащего ребёнка. А потом жена короля влепила дочери пощёчину, и разъярённый призрак попытался схватить её за руку, но её ладонь прошла сквозь чужое тело. — Грёбаная сука, — обессиленно прошипела Мейко, сжимая руки в кулаки — гори синим пламенем месте со своим мужем!       Теперь прошлое, показанное Юрико, было отрывистым и смазанным, но этого хватило для того, чтобы понять, что её покойная мама призраком следовала за принцессами, приглядывая за ними. Хоть она ничего не могла сделать, всё равно пыталась закрывать их от жестоких учителей, угрожая сломать тем каждую косточку в их чёртовых телах, если они хоть пальцем тронут её детей. И Юрико каждый раз не могла сдержать печальную улыбку, наблюдая за матерью, чья душа не смогла обрести покой из-за беспокойства о принцессах. И осознание того, что Мейко всегда была рядом, приглядывая за ними, согревала Вторую Луну, хоть всё происходящее и было крайне жестоко и печально.       А потом настал день, когда дракон напал на королевство.       Мейко о слезами на глазах смотрела на тело Юрико, что лежало в луже собственной крови. С дрожью слышала крик Мелиссы, полный ярости и отчаяния. И в груди её вспыхнуло доселе незнакомое чувство.       Юрико вздрогнула, неосознанно делая шаг назад, когда силуэт её матери засветился, а посиневшие губы произнесли: — Будь проклято это грёбаное королевство и все его жители. Если Юрико и Мелисса не могут стать счастливыми, пусть это место хоть тысячу раз сравняют с землёй!       Глаза Юрико наполнились слезами, когда она поняла, что нашла то, зачем её сюда отправил Лука. Она видела, как её мама рыдала среди руин Лунного Королевства, как в приступе отчаяния, обычно ей несвойственного, шептала телу Юрико слова любви. Как она извинялась за то, что не смогла спасти её, как пообещала, что её драгоценное дитя обязательно станет счастливым.       И пазл в голове Юрико сложился.       Она вспомнила, как в схватке с наёмными убийцами потеряла контроль над телом, как будто сквозь вату слышала чей-то голос. Как позже, осознав, что после смерти ничего не видит, вновь услышала голос, который обещал ей помочь. Вспомнила девушка и то, что её столкнули с крыши, с болью в голосе шепча о том, что это обязательно поможет ей. — Мама… Это была она. — Прошептала Юрико, неожиданно оставшись среди руин королевства в одиночестве. Девушка горько усмехнулась и провела дрожащими руками по лицу, будто в бреду повторяя слова матери: — Будь проклято это грёбаное королевство и все его жители. Если Юрико и Мелисса не могут стать счастливыми, пусть это место хоть тысячу раз сравняют с землёй!       Разгадка ужасного проклятья была так проста, что Вторая Луна горько усмехнулась, отнимая руки от лица. Подняв глаза к серому небу, она прошептала: — Теперь я знаю, что делать. Теперь я знаю, как всех спасти.       И сделав шаг вперёд Юрико провалилась в темноту.