Превратности судьбы

      Пару мгновений я смотрела на вытянутую ладонь с длинными пальцами, словно баран на новые ворота. Каким-то чудом вернув свой голос, направив взгляд поверх пышных ресниц, что обрамляли чудные глазки девушки, недовольно фыркнула «по рукам». — Итак, — загадочно прошептала блондинка. — Чего изволишь узнать?       В голове вертелось множество похабных вопросов про позу в сексе, пристрастиям к БДСМ практике, любимому виду порно и тд и тп, но всё это было более чем глупо. Это было верхом идиотизма разбазаривать такую возможность на такую пошлятину. Но Саша не была бы Сашей, если бы послушалась своего же довода. — Ты была когда-нибудь в отношениях с девушкой? — буквально на одном дыхании вырвалось из моего рта. — Да, — коротко ответила Маша и пошагала прочь из кухни. — Эй, куда ты пошла?! А подробности? — возмущенно пища, я двинулась вслед за девушкой. — Про подробности не было речи, — дурацкая ухмылка выступила на лице Марии. Она вновь отвела взгляд от меня и увлеченно начала рыться в огромном шкафу. — Один вопрос — один ответ, — пробубнила голубоглазая, примеряя на себя бирюзовое легкое платье и откровенно любуясь собственным отражением в зеркале.       Любоваться было на что. Поверьте, повидав на своём жизненном пути с десяток дам в полном неглиже, я не могла глаз оторвать от плавных линий силуэта столь милого мне создания. Мария очаровывала своей идеальной простотой, будто изнутри неё шли волны притягательности и, как бы это старо не звучало, природного магнетизма. И пусть мне был доступен для обзора только вид «сзади», ведь различить изгиб талии, которая плавно переходила в изящные тонкие бёдра, можно было и так. Маша внезапно обернулась и застала меня с глупым выражением лица, которое создавал приоткрытый рот и взгляд в пустоту перед собой. — Ау, — протянула девушка и легко помахала рукой для привлечения внимания. — Земля вызывает космос. Земля вызывает космос. Приём. — Да, — пришлось отмахнуться от ладони девушки, которая мелькала в опасной близости от глаз. — Одевайся и пошли уже. Ты выбрала фильм? Маша уже успешно разговаривала с моим отражением в зеркале: — Нет, не выбрала. Попытаем удачу, — промурлыкала блондинка и улыбнулась.       Мария повернулась лицом к моей скромной персоне. Крупные кудри послушно обрамляли овал лица, придавая образу некой невинности и простоты. Легкая и прозрачная голубизна цвета самого чистого аквамарина приковывала к себе всё нелепое внимание моих глаз цвета болотной тины. Так, по крайней мере, называла этот оттенок я. Другие люди даже улавливали некоторый шарм и пытались донести до моих ушей это, но всё это бесполезно. Не об этом сейчас речь. Сейчас моему взору открывается самое прекрасное, улыбающееся и вкусно пахнущее чудо, а я снова застыла с дурацким выражением лица в попытках сказать что-то членораздельное и похожее на комплимент. — Пошли, — пришлось сглотнуть ком в горле и начать моргать в конце-то концов.       Спустя несколько минут нас обдало июльским жаром, и палящее солнце снова донимало своими лучами. Машин шаг был куда более размашистым, ибо длинной ног природа её не обделила, поэтому она шла немного впереди меня. Ох, какая же плавная у неё походка. А как бёдра ходят… Как поршни в итальянском двигателе спорткара. Слаженно, гладко, мягко. Мечта всех девушек обладать такой фигурой и походкой. И сколько бы они не потели в спортзале и не тренировались ходить перед зеркалом, все равно не смогут достичь природного совершенства. Так. О чем я? Ах, да, мы же шли в кино. — Маш, вот зачем нам кино с неизвестно каким фильмом? Можно же дома что-то посмотреть, — Мария даже не подумала обернуться, чтобы ответить на вопрос. — Хотелось прогуляться. — По такой жаре только гулять, — я начинала бубнить, словно старая бабка. — Позвонила бы своим подругам. Уж они бы не отказались составить тебе компанию. Вечером завалились бы в клуб и хорошенько напились и натанцевались. — Не хочу, — все так же односложно бросила Маша через плечо. — А чего хочешь? — Любви, — остановившись, девушка обернулась ко мне лицом и ответила. — Любви… — я нервно выдохнула и усмехнулась. — Что такое любовь? — То, чего я хочу. То, что у меня было, — Маша легко улыбнулась и взглянула из-под своих ресниц мне в глаза. — И то, что у меня непременно ещё будет.       Простой и очевидный ответ. Никакие философские высказывания, стихи, повести и рассказы не помогут даже на сотую долю приблизиться к понимаю такого многогранного и разностороннего чувства. Небольшая толика удивления на секунду посетила мою голову. Надо же, Маша не стала цитировать дешевые романы, экземпляры которых составляли львиную долю её библиотеки, не начала высказывать какие-то свои доводы и пересказывать ванильную ересь из пабликов социальной сети. Впервые я взглянула на неё по-другому. Захотелось узнать поглубже ту, с которой живу уже который год вместе. — Саш, ты опять застыла, — девушка положила ладонь на плечо. — Это всё жара, — в горле пересохло, от чего голос звучал глухо. — Мозг перегрелся и отчаянно посылает сигналы SOS.       Спасительная прохлада огромного ТЦ окутала раскаленную кожу. Мария резво зашагала по направлению к кинотеатру, уверенно рассекая вдоль толпу. Люди, как ошалевшие, еле передвигались по просторным залам и коридорам, от чего возникали небольшие заторы на пути. — Два билета на… — блондинка подняла взгляд на табло, где были отражены сеансы, и пробежалась глазами по нему. — Иллюзию обмана 2. Крайний ряд, 6 и 7 место.       Я устало плюхнулась на пуфик и расслабленно выдохнула. Впереди два часа в чудесной темноте зала и мягкости кресла. Никакой спешки и надоедливой рекламы через каждые 20 минут. — Александра, поднимайся. Нас ждут дела, — Мария смотрела на меня сверху вниз, словно исполин.       Я послушно поднялась на ноги и поплелась вслед за девушкой. Уже успевшую остыть от летнего жара голову распирал изнутри один единственный вопрос. Если Марии нужна любовь, то какого лешего она потянула с собой меня? Все это выглядело более чем странно, тем не менее, я повиновалась каждому её слову. Надежда или простой интерес, но что бы то ни было, оно поселилось в сердце и мешало рациональному мышлению. — Ты хоть первую часть видела? — Не-а, смысл не в этом, — Маша улыбнулась лишь уголками губ и отвела от меня взгляд.       Народу в зале было немного, что странно. Либо фильм такой плохой, что на него просто не ходили, либо где-то раздают бесплатно шаурму, и все выстроились в огромную очередь. За размышлениями я и не заметила, как прошла реклама будущих премьер очередных частей боевиков или блокбастеров. Так как фильм меня не интересовал изначально, было решено понаблюдать за Марией. Она фривольно развалилась в кресле, зажав одной рукой подлокотник. Из-за прохлады, что царила в зале, кожа на руках пошла мурашками. Не знаю что и не знаю как, но моя ладонь, спустя пару секунд, накрыла руку девушки. Хм, даже не шелохнулась. Ну и пусть.       Временами я поглядывала на экран, но без особо интереса. Размышления накрыли меня новой волной шумящих и разномастных мыслей и выводов. Процесс куда более интересный. Испытывает ли Машка ко мне какие-то чувства? Дружеские? Любовные? Если да, то рискнет ли сделать первый шаг? Рискнуть ли мне, двинуться ли дальше в пассивно-агрессивной манере? Хм… Если рискну, то могу получить смачную пощечину или, что хуже, снова лицезреть фирменную ухмылку, которая, словно заноза, засела в сердце и вызывает боль. Хотя, не стала бы Мария тащить именно меня безо всякой на то причины. Это значит, что ей нужно от меня что-то. Действие? Слово? Взгляд?       В такой ситуации я уже бывала. Тогда милая девушка неоднозначно намекала на продолжение вечера. Прикасалась тонкими пальцами к моим рукам, одаривала томными и долгими взглядами. Оказалось, что это всё было смеха ради. Она поспорила со своими подругами, что затащит меня в кровать на первом же свидании. Неприятный осадок после этого вечера до сих пор тяготит душу. За своими размышлениями я и не заметила, как в зале включили свет, а на экране поползли титры. Маша легко сжала моё запястье. — Занятный фильм, — она улыбнулась и начала вставать с удобного кресла.       И тут свершилось. Я легко потянула её за руку. Наши лица остановились в сантиметрах друг от друга. Её губы сложились в улыбку. Больше ждать было нестерпимо. Я подалась чуть вперед и ощутила вкус вишневого блеска, которым Мария пользовалась со школы. Она расслабленно выдохнула и обрамила ладонями моё лицо. Поцелуй был неспешным, но поверхностным. Так скажем, поцелуй знакомства. — А я всё ждала, — с еще большей улыбкой произнесла блондинка. — Но… — Что но? — хотела было уже возмутиться я. — Нам надо выйти из зала и поговорить.       Девушка потянула прочь из кинотеатра. Перед ТЦ был уютный сквер, достаточно романтичный для первых свиданий и достаточно просторный для не первых.       Жара, слава всем богам, спала. Свирепое солнце уже закатывалось поближе к горизонту, чтобы вновь окунуться за его пределы. В воздухе пахло сладкой ватой и попкорном.       Вдруг Маша остановилась посреди небольшой площади и отпустила мою руку. На её лице застыло выражение под названием «Извини». Она нервно теребила свой браслет. Улыбка скрывала слова, которые так и хотели сорваться с языка. — Я… — начала было Мария. — Ничего страшного, — еле сдержала горестную ухмылку на лице. — Пойдем домой, а то душно и хочется есть.       До дома мы шли молча. Накатила некая усталость. Но не физическая, а внутренняя. Будто лопнул огромный пузырь и окатил с ног до головы ледяной водой, от чего руки с ногами налились свинцом. Голову было сложно поднять, словно на шее висела пудовая гиря. Даже глаза безвольно пялились на пыльный асфальт под ногами, не в силах взглянуть на вечерний город.       Зайдя в лифт, Мария всё-таки взглянула на меня, но сразу же перевела взор на прожженные кнопки лифта и похабные надписи на стенах. Впервые я видела её такой смущенной и виноватой. Будто она разбила мою любимую кружку, а перед этим утопила мой телефон в сладком горячем чае. — Эй, ты чего нос повесила? — я устало выдохнула и провернула ключ в замке входной двери. Она переступила порог квартиры, присела на тумбочку и начала стягивать с себя босоножки. — Устала просто. Ничего страшного. — Давай поговорим. За вкусным чаем и крепкими сигаретами, — я повесила ключи на крючок и поплелась смывать со своих рук июльский пыл.       Судя по звукам, что доносились с кухни, Мария ставила чайник на плиту и доставала кружки с верхний полки. Ох, как же грациозно она вытягивалась, чуть поднимаясь на носочках. Каждый раз моё сердце пропускало удар, а руки предательски потели от бури волнения внутри. — Не хотела тебя обидеть, — Маша встретила меня этой фразой и туманным взглядом, что прятался за табачным дымом. — Я вовсе не обижена. Скорее, запуталась, — мысль прервал свист чайника. Одним движением я выключила газ под ним и потянулась к банке с заваркой. — То ты подаешь недвусмысленные намеки, то смущенно прячешь взгляд, словно нашкодивший ребенок. — Я… — неуверенно раздалось из-за спины. — Не перебивай меня, пожалуйста, — пришлось отвлечься от чая и кинуть укорительный взгляд на блондинку. — Так вот, скажи мне честно про свои намерения, чтобы не изводить никого. — Послушай, тут не все так просто. — Давай попробуем упростить, — я протянула руку с зажатой в ней чашкой чая. — Держи. — Спасибо, — девушка обняла кружку ладонями и оперлась спиной на окно. –Так вот… Если просто, то мои чувства неоднозначны.       Мария отхлебнула из кружки. Чай был слишком горячим для неё, ведь она любила разбавлять кипяток до такого состояния, что и эту жижу и чаем назвать было сложно после всех манипуляций. Девушка недовольно поморщилась и поставила чашку на подоконник. Она снова потянулась рукой за пачкой сигарет, которая лежала на холодильнике. — Ты не против? — Я уже привыкла, — вру нагло, ведь терпеть не могу запах сигарет. — Ты уже знаешь, что у меня были отношения с девушками, — Мария на секунду замолчала и поправила саму себя. — Девушкой, если быть точной. Никогда и никому не рассказывала об этом. Даже от матери я мастерски скрывала всю эту кутерьму и нервность первой юношеской любви. — Тогда зачем это рассказывать мне? — удивилась я ради приличия, ведь хотелось знать и всё и вся про ту, которая снится во снах и представляется в мечтах. — Потому что хочу объясниться. Слушать будешь или мне замолчать?       Я кивнула и удобней устроилась на стуле в предчувствии длинной и увлекательной истории. Ведь все истории про любовь насыщенны и красочны (до определенного момента).