Расстройство Зависимости

      Закатывая янтарную оптику, Дар без особых усилий уворачивался от маленькой и настырной фемки, которая изо всех сил пыталась поймать его за манипулятор и отвести в ремблок, но всё безуспешно. Тяжёлый плащ сковывал движения и снижал манёвренность, поэтому киллер успевал предугадать следующий выпад Элиас, когда она только-только заканчивала предыдущий. Устала малышка тоже быстро (но всё равно поразила Волка своей выносливостью).       — Малая, отъебись, тебе говорят, — оставшееся мизерное терпение таяло с космической скоростью, — чё доебалась?!       — Но ты ранен! Опять! — глубокие линзы, в которых совсем недавно плескалась обида на Дариуса, теперь смотрели с укором и очаровательной строгостью.       — Да если бы я по дурости тебе плащ не отдал, ты бы и не узнала про повреждения, — весомо заметил киллер и дёрнул по привычке крылом, о чём тут же и пожалел: нейросеть скрутило неприятными импульсами обжигающей боли в спине. Даже блокировка каналов не помогала так, как хотелось. Мех зашипел и шумно провентилировал. — Поэтому, повторюсь ещё раз, отстань от меня. Я сам разберусь со своим корпусом. Тебе вообще было велено топать по своим делам, ты какого хрена не слушаешь старших?       Элиас придержала плащ и топнула от досады сервоприводом. Упрямый мех. И как с такими только справляться?! Мафиози уже собирался пойти дальше, но в последний момент уловил неловкое движение мотоциклетки и… в следующий наноклик выставил манипулятор. Малышка ткнулась недовольной мордашкой в ладонь наёмника, не имея возможности продвинуться к нему ближе, но всё ещё пыталась при этом достать до него тонкими манипуляторами. Со стороны это выглядело более чем странно. Но и забавно.       — Ты понимаешь, что ты у меня уже в баках сидишь, а?       — Мф!..       — Вот-вот. И что в конец я с тобой задолбался. Понимаешь?       — Пф-фмпф!       — Ой, вот только не надо опять возмущаться! Нос не дорос со мной пререкаться, мелочь.       Блок в виде широкой ладони Дара в одночасье исчез, и Элиас по инерции стала заваливаться вперёд, просто-напросто падая. Её наверняка ожидало бы падение плашмя на пол и упор лёжа лицевой, если бы киллер, успев сунуть меж клыков ки-гару и даже её закурить, не поймал барахтающийся в воздухе комок из фемки и плаща. Автоботка сдавленно охнула, от резкой смены падения на взлёт голова пошла кругом, и Элиас совершенно не заметила, в какой именно момент оказалась перехвачена сильным манипулятором под прессовую секцию. Теперь малышку несли так, словно она была безвольной тушкой какого-нибудь звероформера.       — Ха, так ты гораздо спокойнее, — осклабился мех, наблюдая за тем, как Элиас жмётся к нему, боясь упасть — и неважно, что её держат. — А всего-то надо было взять тебя «за шкирку», как надоедливого зверька.       — Т-Ты… Ты ужасен! — мотоциклетка стукнула киллера по тёмной броне кулачком, а пальцами свободного манипулятора скомкала край плаща.       — Спасибо. Я в этом хорош.       Автоботку по самые антенны захлестнуло искренним возмущением, и это стало последней каплей в её чаше пошатнувшихся нервов. На хрупкое фемское существо разом навалились мысли о прошедшем орне, всех пережитых неудачах и осознание того, что на корабле Дариуса придётся провести не меньше шести джооров. Такая волна тут же смыла всю стойкость и выдержку юного создания, и Элиас просто вылетела в экстренную перезагрузку прямо на манипуляторе Волка…       Наёмник выпустил вверх струю сигаретного дыма.       — А нервишки-то пошаливают не только у меня, дорогуша.

***

      Маленький комочек, именуемый Элиас, лежал на дальней ремплатформе медбея и время от времени сильнее кутался в плащ. Киллер старался на неё не смотреть, но Грэм всё равно заметил, что лидер периодически поворачивает голову в сторону мотоциклетки.       — Чё это ей холодно, хм, — без особого интереса бросил Дар, хотя, конечно, безразличие было наигранным.       Медик пожал плечами. Вот ему уж точно не было дела до Элиас, пока она не стала его полноправным пациентом.       — Да как у тебя. Не всё слава Праймусу с системой охлаждения, — Дар почувствовал, как в глубокое повреждение опускается хирургический пинцет, а потом Грэм что-то тянет из него, цепляя неповреждённые детали. — А ещё броня хлипкая. Тонкая вся, ненадёжная, того гляди треснет, если неосторожно коснёшься.       — Это что щас, камень в мою турбину был? — повернул голову назад Волк, прищурив янтарную оптику. — Чтоб я аккуратнее с ней обращался?       — Это было предисловие к тому, что Элиас, судя по всему, не доносила Альфа, потому что тонкая броня — это не до конца сформировавшаяся броня, — Дариусу прилетел подзатыльник. — Отвернись. Мешаешь мне. Где только успел нахватать такие повреждения?       Мафиози фыркнул системами, отвернулся и долго молчал. Словно спарк, который вдруг обиделся на Создателя за справедливое наказание.       — Босс же вызвал, — мрачно начал Дар, — хотел узнать, какого болта у «Белой Стаи» в последний раз миссия провалилась. Я не стал вдаваться в подробности и рассказывать, что мы, по сути, даже приступить к выполнению задания не успели, а сказал лишь, что нам помешали. И… Да бля, Грэм, какого квинта так жжётся?!       — Так нановосстановитель же, капитан, — невозмутимо отозвались из-за спины.       — Да клал я коннектор на него! Я там нейросеть отключил, да и претерпелся к нему уже. Внутри чё так жжётся?! Ты мне хоть оголённые каналы нейросети этой квинтенью не покрывай, а!       — У тебя здесь пули, чей-то коготь и обломки арматуры. Давай я сам разберусь, что делать, а что нет, хорошо? Радуйся, что позвоночный тяж не задет.       Дар скрипнул дентами, но больше не возмущался.       — …В общем, мы так вскользь с Боссом поговорили о неудачной миссии, после чего он меня отпустил.       — Вижу, как вы поговорили. Через рендру он тебя наказать решил в качестве милого завершения душевной беседы?       — А-а, — отмахнулся наёмник, — пустяк. Могло быть и хуже. Хотя, конечно, ещё раз такой херне я подвергаться не хочу. Надо что-то с той треклятой одиночкой сделать, заебала мне палки в турбины вставлять. Вся работа насмарку!       — Ты про ту странную фемму с модом предакона? — Грэм поскрёб пластины грудного отсека. — Она показалась мне знакомой. По крайней мере… Просто так, из ниоткуда, такие особы не берутся. Она явно бывалая и опытная, примерно моего возраста. Должно быть, я где-то раньше видел её.       — Мне до фени, откуда она, и чё ей надо от моей группировки, но наличие такой «преграды» на моём пути выводит меня из себя и стопорит всё дело!.. ДА ГРЁБАНЫЙ КВИНТЕЦ, ТЫ ИЗ МЕНЯ ИСКРУ ВЫТЯНЕШЬ!       — Не ори, капитан. Где твоя выдержка? — Грэм отвесил Дариусу ещё один подзатыльник. — Я всего лишь зацепил пучок нейроканалов… Вертишься много. Я уже почти закончил.       Волку едва хватило терпения досидеть до окончания ремонта спинного отдела. Он был вынослив и мог спокойно выдерживать даже крайне сложные апгрейды, что называется, на живую, не говоря уже о простом ремонте с оголённой кое-где нейросетью, но в состоянии раздражения и банальной усталости всё становилось в разы сложнее — его высокий болевой порог словно становился раза в три меньше. Поэтому, когда Грэм со спокойной Искрой объявил, что лидер свободен, свободно вздохнули оба.       — Спасибо, старина, — даже как-то смягчился наёмник, поднявшись с платформы, и направился в сторону Элиас. — Ты всегда на страже моих повреждений.       — Работа такая, шеф, — скромно отозвался медик и принялся убирать рабочее место.       Волк осмотрел Элиас, чтобы решить для себя, как лучше её поднять, потом плюнул на всё и просто подхватил малышку на оба манипулятора. Автоботка даже не пикнула — продолжила пребывать в глубокой перезарядке, натерпевшись ужасов за минувшие джооры на сто ворн вперёд.       «А ведь ты даже не представляешь себе, какие ужасы переживаю каждый орн я», — мысленно усмехнулся наёмник.       Не представляет.       И уж лучше не надо.

***

      Зелёная мотоциклетка поёжилась и натянула сильнее на свой маленький корпус плащ киллера. Сквозь глубокий оффлайн она ощутила ещё и изолетик, который приятной тяжестью накрывал хрупкую гостью, но не придала этому особого значения. Только плотнее прижалась к чему-то массивному и очень-очень тёплому, свернувшись калачиком. Послышалось неясное хмыканье, и Дариус смерил Элиас сонным взглядом едва подсвеченных линз — удивительно, какой она была сносной, если не пищала, не возмущалась, не пыталась дать мафиози по морде фейсплейта и вообще молчала, пребывая в перезарядке. Единственное, что неизменно оставалось при автоботке в любом состоянии её систем — так это беззащитность и смутное желание такое крошечное, безобидное, невинное чудо защитить.       В не самой мягкой Искре убийцы робко колыхнулись давно забытые чувства и порывы. В своё время их постоянно приводила в движение Эвелин, партнёрша наёмника, и Дар охотно им поддавался, как поддавался своей фемке: оберегал её, заботился в меру своих сил, старался быть рядом и, конечно же, баловал. Но…       Волк хрипло стравил воздух, отвернувшись от Элиас. Изолетик, который потянули когтем-серпом, накрыл её чуть ли не по самые антенны, и киллер сильнее к себе прижал тёплый комочек, совсем невесомо поглаживая мотоциклетку по плечу. Должно быть, это принесло автоботке, вечно чего-то остерегающейся, какое-никакое чувство защищённости, потому что она охотно устроилась поудобнее и ткнулась носовым конусом в тёмную броню меха.       «Вот выйдешь в онлайн — и чувство безопасности растает у тебя прямо на оптике. Даже не заметишь, как будешь орать на меня…» — растянул губы в усмешке лидер «Белой Стаи», не замечая, как оптозатворы смыкаются сами собой, а перезарядка утягивает обратно в свои расслабляющие объятия.       На какое-то время в личном отсеке Дариуса воцарилась умиротворённая тишина, было слышно только шелест двух вентиляционных систем. Прошло, может, лишь пару джооров с момента выхода наёмника в оффлайн, и пришла очередь уже Элиас прервать перезарядку. Она завозилась, частично умудрилась заползти на корпус Волка и только после этого активировала линзы.       С пару кликов в помещении всё так же царила тишина.       — Д-ДАР! ИЗВРАЩЕНЕЦ! ТЫ ОПЯТЬ ЗА СВОЁ?!       За фемским визгом послышалась звонкая пощёчина, если, конечно, так можно выразиться: Элиас просто плюхнула ладонь на лицевую киллера, не зная, как ещё выразить своё возмущение и негодование. Она снова находилась один на один с этим мехом, более того — даже на одной платформе. В обнимочку!.. Неудивительно, что в процессоре юной леди родились какие угодно мысли, кроме приличных.       — Какого грёбаного хера… — Дар «сдул» ладошку мотоциклетки со своей лицевой и не менее недовольно уставился на неё. Эти крики, писки и прочие спаркские выходки с её стороны накапливались в одной чаше с терпением, вытесняя его, поэтому сдерживаться каждый раз становилось всё трудней и трудней. — Ты, блять, хоть раз можешь вести себя адекватно? Или мне начинать пить успокоительное, чтобы тебя не прибить в порыве раздражения?       — Но ты затащил меня к себе на платформу! — Элиас попыталась встать, чтобы как можно скорее увеличить расстояние между собой и наёмником.       — А ещё оставил на своём корабле, хотя мог просто спихнуть на улицу твой пребывающий в экстренной перезарядке корпус, дал защиту от менее, кхм-кхм, воспитанных в плане таких миленьких фемочек членов команды и даже укрыл изолетиком. Я, твою ж на болт, даже в отсек свой личный тебя приволок! ДАЖЕ ПЛАЩ СВОЙ ОТДАЛ! — чувствуя, что снова закипает, Дариус небрежно дёрнул автоботку назад, на свой корпус. — Куда собралась? Лежать.       — Что ты делаешь?!       — Хочу отдохнуть после всего, что случилось за последние орны. И тебе советую — не доёбывайся и молча лежи, я тебя не насилую, не пытаю и даже не пристаю. А мог бы. Причём всё вышеперечисленное и сразу.       — Д-Да ты… Ты… — Элиас даже на могла подобрать нужное слово, чтобы выразить всю свою гамму накативших тяжёлой волной противоречивых эмоций. — Ты просто невыносим!       — Это всё, что ты хотела сказать?       — Да!.. То есть… Нет! Ты — дурак! Вот!       Дариус скептически изогнул оптогрань.       — Ты серьёзно?.. Вот это предъява. Я даже не знаю теперь, как мне функционировать дальше с таким ударом ниже пояса, Элиас. Не ожидал от тебя, не ожидал. Я прямо-таки разочарован.       Удивительно, но эти пропитанные иронией несерьёзные слова возымели неожиданный эффект: малышка немного стушевалась и потупила взгляд, уже в Искре глубоко сожалея о сказанном в адрес киллера. Пальчиками перебирая не то плащ, не то золотистый изолетик, фемочка прижала антеннки и виновато обратилась к угрюмому меху:       — Извини, Дар.       Волк готов был расхохотаться, но не с Элиас, а скорее, с самой ситуации, ведь автоботка действительно решила, что задела его таким невинным словом, как «дурак», и попросила прощения. Искренне. Дариуса даже невольно кольнула совесть: он ведь вчера несколько раз подряд обидел это очаровательное создание с чистейшей Искрой.       — Да ладно тебе, я же не всерьёз, — наёмник в знак примирения помог мотоциклетке распутаться из плаща и изолетика, наклонился к ней из полулежачего положения и подхватил, окончательно прижав к стальной грудине. Обнял. — Это ты извини, я вчера обидел тебя. Кхм. И в предыдущие разы тоже.       Элиас не ответила: притихшая, она не смела даже двинуться в объятиях Дара, боясь, что его неожиданно хорошее расположение духа улетучится так же быстро, как и появилось. Он ведь даже снизошёл до извинений!.. Оставалось лишь едва заметно кивнуть, чтобы мех понял — малышка не обижается.       — А что… Что с твоей спиной? — решила переменить тему автоботка, вернувшись мыслями к тому, что её стало беспокоить ещё вчера.       Дар поскрёб шрамированную щеку.       — Да ничё, в общем-то. Ты в офф хлопнулась, мне пришлось тебя брать и тащить к себе. Тут я, как видишь, спиной опираюсь на стену — уверен, что края повреждений из-за энергона присохли к ней, так что придётся мне оставить там часть бронепластин, когда буду вставать…       По мере того, как киллер это всё столь красочно описывал, оптика Элиас становилась шире и шире. Смотреть на это без улыбки было просто невозможно, поэтому уже через клик Дар захохотал.       — Расслабься, Эли, я пошутил, — мех обнажил в подобии улыбки свои четыре ряда зазубренных дентопластин. — Всё в порядке, Грэм мне всё залатал.       — Дурацкие у тебя шутки, Дар! — мотоциклетка заслуженно пихнула наёмника в грудной отсек. — Нельзя так шутить! Это совсем не смешно! Я же…       — Переживаешь? — снова наклонил шлем Волк. В янтарных, прищуренных линзах плескался неподдельный интерес…       Мех улыбался. Как все. Не хищным оскалом, не ухмылкой — просто улыбкой. Может, именно она не позволила Элиас привычно отшатнуться от киллера, а робко улыбнуться в ответ.       — Н-Ну… Ты просто нужен своей команде, и я… Я, скорее, переживаю за твою команду, вот.       — Ах вот как.       — Да, — для пущей уверенности автоботка даже кивнула. — …Дай посмотреть.       — На спину, что ли? — Дариус щёлкнул субкарманом, достав себе ки-гару, и отодвинулся от стены. Элиас отпустили и качнули назад шлемом. — Хер знает, чё ты хочешь увидеть там, но… Валяй.       Мотоциклетка переползла назад, не расставаясь с плащом, и удобно умостилась на нагретом мехом участке платформы. Перед голубыми линзами открылся вид на широкую спину Дара, испещрённую шрамами не меньше, чем его лицевая — отметин не было только на безупречно отполированных крыльях, которые мерно покачивались в такт чуть хриплому вентиляционному циклу мехского корпуса. А вот татуировки можно было заметить на каждой второй пластине брони.       …Все рваные раны в обшивке Грэм аккуратно устранил, оставив только едва различимые, свежие следы от ремонта недавних повреждений — через какое-то время они станут новыми шрамами, изредка напоминая своему обладателю о случившемся. Если, конечно, Дар запоминает, где и какое повреждение получил.       — А что случилось? — поинтересовалась всё-таки Элиас, которую вчера так и оставили в неведении, откуда Волк получил столь страшные раны.       — Поверь, тебе лучше не знать, малая, — Дар выпустил через шлюзы мятный дым, и сизое облачко опустилось на чихнувшую мотоциклетку. — Спокойнее будет.       — Ну скажи, — не отставала фемочка. — Пожалуйста!       Двумя когтями наёмник устало потёр переносицу.       — Рендра. Наказание среди мафиози, применяемое Боссом к тем, кто ему не угодил: провалил задание, косо в его сторону глянул, ну и ещё несколько видов не очень серьёзных косяков. Что-то вроде, э… — мех задумчиво смолк. — А. Порки. Вот. Есть такой вид наказания, знаешь, да?.. Ну вот рендра — это что-то похожее, только в меня стреляли и резали. Хотя если у кого-то в арсенале есть энергетические хлысты или кнут с металлическими и острыми элементами — тоже можно использовать.       — Ужас какой…       На этот тихий, пропитанный шоком и изумлением шёпот Дариус лишь пожал широкими плечами. Это было пусть и не самое безобидное наказание, но его оно оставило в живых. Уже хорошо. А Элиас так реагирует на все виды насилия, удивляться не стоит.       — …Тц, мелкая, ты чё творишь? — мафиози качнул крыльями и повернул, как мог, назад голову. — Я тебе, вроде, ещё в прошлый раз сказал, что там трогать не надо. Это же очень чувствительная зона!       — А тебе было очень больно, да? — словно не услышала слов Дариуса Эли и продолжила вести пальцами по старым шрамам и новым. Совсем свежим, включая следы от недавних повреждений. Её захватила неожиданная мысль о том, что каждая отметина — это определённая планка боли, которую киллер преодолел, ведь от простых ранений шрамы не остаются, их легко устранить бесследно. — Ты, должно быть, очень выносливый…       Дар шумно прогнал туда-сюда воздух по корпусу. В любой другой ситуации эти слова показалось бы ему приятными, но не сейчас — процессор занимали только импульсы в нейросети от мягких касаний к спинному отделу и восприимчивым к ласкам шрамам. Системы обдало изнутри сладкой волной, и если бы наёмник не подавил её, то уже бы тихо рычал движком — «урчать», увы, не умел, но его это не останавливало.       — …Ля, отключусь сейчас ко всем квинтам, — расплылся в совершенно довольной улыбке Дариус и немного откинулся назад, навстречу безболезненным и приятным прикосновениям.       Но Элиас испуганно отдёрнула манипуляторы.       — Ой, я что-то задела?       — А?.. Нет, просто приятно, — мотоциклетку мягко зажали крыльями. — Погладь ещё.       В отсеке повисла неловкая пауза. Дар как-то внутренне удивлялся своей просьбе, а Элиас… Элиас просто не знала, как на неё реагировать. Гладить наёмника она не гладила, а только трогала шрамы, не собираясь перешагивать личных границ — это было бы весьма странно со стороны обоих — а ответить обычное «Нет» глосса не поворачивалась. Так оба в тишине и сидели, пока Волк не расправил крылья, чтобы отпустить фемочку, и не кашлянул деликатно в кулак.       — Меня в ЦУ вызывают, — мех опустил сервоприводы на пол, — так что я пошёл. Надо вопрос один порешать важный.       — Я с тобой! — тут же стала сползать следом и Элиас.       — Я чё сказал? У меня важное дело. Остаёшься здесь — не место тебе на переговорах команды мафиози.       Малышку сгребли в охапку, подняв в плаще, как в мешке, и усадили обратно в центр платформы. Недовольную лицевую автоботки киллер демонстративно проигнорировал — наловчился уже не вестись на подобные фемские закидоны.       — И чем же мне тут заниматься?!       — Откуда мне знать, — на Элиас выдохнули струю ароматного дыма, — чем хочешь. Если придумаешь, конечно, хоть что-то — в моём отсеке нет ничего, кроме стандартного набора «мебели» и иллюминатора… Да не парься ты так, я недолго. Потом сразу провожу тебя обратно, где там тебя Ворк подобрал. Так что сиди в пределах этих стен и никуда, блять, не девайся — я ж заебусь тебя по кораблю бегать искать. Поняла меня? Никуда!       — Поняла, — буркнули недовольно в ответ.       — Вот и умница, милая.       Дариус потрепал по шлемику выпавшую в осадок с этого жеста Элиас и быстро вышел из помещения.