Расстройство Зависимости

      …Было ясно, как орн, что сидеть спокойно в четырёх стенах до тех пор, пока Дариус не придёт, Элиас бы ни за что не смогла. Она честно пыталась, но — увы! — не то глупость, не то любопытство взяло верх и малышка с опаской высунулась из отсека мафиози.       Перед ней влево и вправо раскинулся огромных размеров коридор с такими же, как в этом помещении, створками через определённое количество метров. Наверное, это было жилое крыло корабля, а эти железные двери вели во все остальные кварты. Другого предназначения у запертых отсеков Элиас не видела… Тут было тихо и пусто, лампы, включённые на среднюю мощность, достаточно хорошо освещали обе стороны коридора, чтобы увидеть — тут никого нет и даже не намечается на горизонте. Тем лучше: можно спокойно покинуть безопасный уголок этой пугающей посудины киллеров и отправиться на поиски Волка. Зачем — малышка пока толком не знала, но была твёрдо уверена, что находиться в его обители ещё хоть пару кликов больше не сможет.       Мягко переступив через невидимый порог, мотоциклетка втянула в воздухозаборники как можно больше воздуха, морально готовя себя к ожидающим где-то там неприятностям, поправила тяжёлый плащ на своих хрупких плечах и тихо-тихо зашагала налево.

***

      Эли, конечно же, знала, что подслушивать нехорошо, но, очаровательно поджав губки и вскинув свои милые антенны, автоботка всё-таки осталась стоять рядом с приоткрытыми самую малость железными створками, скрывающими от неё Центр Управления. Зачем? Она и сама не понимала… В коридоре послышался шумный вздох. Да уж, кулеры вентиляционной системы бессовестно, предательски выдавали свою владельцу по самые локаторы, но поселившийся в её Искре страх не давал обращать должное внимание на подобные «мелочи». Куда там! Малышке было совсем не до этого — её занимало это липкое, склизкое и противное ощущение внутри стенок Камеры — оно словно окутывало каждый позитрон полуэфемерной субстанции, а потом стягивало своей паутиной и все остальные системы…       Да. Подслушивать разговоры членов мафии — не самое лучшее занятие для такой наивной и светлой малышки, не правда ли?       А подслушивала Элиас, на свой страх и риск, именно беседы команды Волка: все десять представителей экипажа корабля, включая его капитана, сейчас сидели в ЦУ на своеобразном собрании и обсуждали «дела насущные». Столько матов, грязных словечек, выражений на незнакомом языке, далёком от кибертронского и даже старокибертронского, мотоциклетка ещё никогда в активе не слышала. И как только они сами разбираются, что говорят?! Как им не противно?!       — …Сука, если ничего не сделать с этой треклятой фемкой, которая вмешивается в любое наше дело, так и помахивая издевательски своим предаконьим хвостом, каждая новая миссия будет катиться в ебеня! — отчётливее всех остальных раздался чей-то рык, и теперь внутри автоботки что-то окончательно ёкнуло. О, нет-нет. Это не «чей-то»… Это его рык. Дариуса. Но сейчас он был намного грубее и злее, просто поистине звериный. Такой, что вдоль позвоночного тяжа начали бегать ледяные маленькие скраплеты. — И тут только два выхода: как-то, блять, выйти с ней на контакт и договориться… Или устранить к хренам шарковым, пока этого не сделали с нами. И если честно, желание оборвать этой наглой особе крылышки нравится мне куда больше. Да и практика показывает, что эффективнее как раз такой вариант, кх-х.       Элиас нервно облизала холодный металл губ и сделала пару шажков назад, на самом деле буквально отшатнувшись от створок. Как зверски, как жестоко, как спокойно Дар говорил всегда о чужом умерщвлении!..       Ну уж нет!       Если так продолжится и дальше, то… То… То больше лить омыватель при нём она ни за что не станет, как и связываться с ним или проявлять свою слабость. Вообще! Он… он слишком пропащий, грубый, жестокий тип. Всё автоботское нутро Элиас буквально скручивало в узел от всех этих ужасов.       Пропащий… Как только ему спокойно живётся с мыслью о том, что он лишает кого-то актива?! И кто вообще давал право наёмникам вроде него…       …На такую непозволительную роскошь, как гашение чужих Искр?       В Центр Управления ворвался маленький зелёный ураганчик.       — Н-Но вы не можете так поступить с ней! — надрывно вскрикнула фемочка, всё же решившись вмешаться. Она так поразила саму себя, что, сложив манипуляторы подле грудной секции, запиналась буквально на каждом слове и в панике бегала взглядом необычной голубо-малиновой оптики по Центру Управления, в котором повисла гробовая тишина.       М-да…       Мафиози ошалело уставились на отважную малышку, ещё не до конца понимая, что ей действительно хватило духу нарушить их собрание. Конечно, с Элиас успели познакомиться не все подчинённые Дариуса, но вот знал о ней уж точно каждый. Так что поражена была вся команда — и Волк больше всех. Даже когда сокомандники уже более или менее отошли от неожиданности и стали ехидно хихикать и переговариваться, их лидер продолжал сидеть с вытянутой лицевой, глядя на мотоциклетку с одним единственным вопросом во взгляде: «Ты дура или да?».       Но Элиас уходить даже не думала: переминаясь с серво на серво, она продолжала стоять на месте и нервно заламывать кисти хрупких манипуляторов. Казалось, что ещё чуть-чуть, и малышка начнёт сдирать острыми пальчиками дешёвую краску со своих запястий. Другую позволить себе кроткая фемочка просто-напросто не могла.       Как и не могла позволить этим мафиози тронуть её дани!       А пауза начинала затягиваться.       — Эм… — Элиас в мыслях судорожно перебирала наиболее подходящий вариант для оправдания. — Т-То есть… Ну… Вдруг о-она очень-очень опасна. Ну знаете… бывалая киллерша, как Локдаун! Да! И-и вы тогда многим будете рисковать… Это же т-так опасно! Да?       Хоп. Осечка.       Раз и два.       Фемботка обречённо стравила воздух и мигнула выразительной оптикой, пожав самой себе плечевыми. Врать она не умела, что теперь сделаешь?.. Да ещё и температура лицевой пластины предательски подскочила, и всё это каким-то образом Дар мысленно отмечал для себя, не спуская с Элиас взгляда янтарных линз: ни вздох, ни движение плеча или кисти, ни взгляд — ничего не ускользало от опытного убийцы с Искрой настоящего хищника.       Но если обычные хищники повинуются зову инстинкта, Дариус в противовес им всегда ставил гибкий и острый ум, которым не могли похвастаться звероформеры.       — Ах вот как, — заметил киллер и расслабленно откинулся на спинку пилотского кресла. — Спасибо, что раскрыла мне оптику, а то я, дурак, совсем ничего не знал…       Элиас настороженно приподняла антенны. Что-то в тоне и взгляде этого меха ей не понравилось, хоть внешне он и оставался спокойным. Но именно это и было совсем не той реакцией, которую она ожидала, а потому настораживало.       А сам Дар тем временем цокнул глоссой и обратился к одному из членов своей команды, бросив ему какое-то короткое распоряжение. Увы, понять, какой приказ побежал исполнять незнакомый Элиас мафиози, ей не удалось — Волк переключился на язык всех киллеров преступной организации, чтобы сохранить всё в тайне от автоботки.       — Д-Дар, что ты… что ты сказал ему? — всё-таки выдавила из себя через силу малышка. Ей было невероятно тяжело находиться здесь: обсуждение не лучших намерений в отношении её дани, незнакомые фейсплейты, липкие, неприятные взгляды. Эли держалась изо всех сил, чтобы выглядеть более или менее «невозмутимой». Ей не хотелось давать повода считать её жалкой. — Куда он побежал?       — А, да так. Херня, — убийца равнодушно повёл плечом и поскрёб когтями открытый участок шейного отдела. Там, где он не был защищён шипастым ошейником. — Не обращай внимание. У нас постоянно кто-то куда-то бегает с моего пинка.       — Нет, скажи, — серьёзно поджала губки мотоциклетка. — Мне кажется, что это важно…       — Для тебя? — скептически вскинул оптограни Дар и отстранился от спинки кресла, положив локти на колени. — Не-е-е… Для тебя-то уж вряд ли. А вот для нас — это да.       Взгляды янтарной оптики и голубовато-малиновой пересеклись, и Элиас поняла: нет, Волк ничего не скажет ей сейчас. А если и скажет — то соврёт, а ложь, пожалуй, всё равно что полное отсутствие ответа. Поэтому малышка как-то сразу сникла.       — Ладно…       — Так-то лучше, — Дариус поднялся с кресла и парой резких движений манипулятором отдал без слов ещё несколько распоряжений — через пару мгновений никого уже в Центре Управления не было. Только капитан корабля и его миниатюрная спутница. — Давай-ка я тебя провожу, Элиас. Тебе уже явно пора.       Оба устало провентилировали.

***

      Пока они шли по нескончаемым коридорам «Проклятия Бездны», ни разу не заговорили: Элиас прижимала к груди тонкие манипуляторы, в которых сжимала вечно съезжающий плащ, и старалась не смотреть на киллера, а Дариус… Он выглядел уставшим и совсем не настроенным говорить. Да и о чём? Его ЦП занимали мысли о расправе с конкуренткой-фемкой, полноценном отдыхе и парочке ки-гар. Идиотская ситуация, но курить при мотоциклетке ему пусть и хотелось не меньше, но уже было не так по коннектору: она ведь снова начнёт возмущаться. А это лишняя нервотрёпка. Позволить себе закурить Волк смог только за пределами «Проклятия Бездны», когда спустился с малышкой по трапу. — Ну всё, — пропустил через шлюзы мятный дым киллер и блаженно прищурил янтарные линзы, — свободна. Ты явно лучше меня знаешь, куда тебе идти. Я в проводники не записывался — могу только до ворот довести.       — Не стоит, Дар, я и сама дойду, — Элиас повернула голову к меху. — Спасибо.       Мафиози пожал плечами. Он не считал ни одно своё действие в адрес малышки, кроме того спасения, достойным какой-либо благодарности. Даже формальной. В конце концов… Он ведь не из тех, кого вообще следует благодарить с таким-то пренебрежительным отношением к юной фемочке.       Вторая затяжка, третья. Дар не торопился возвращаться в чрево своего судна, а Элиас, кажется, не горела желанием спешно ретироваться подальше. В уже привычном молчании они простояли ещё несколько бриймов, пока Волк не смял и не выкинул остаток от ки-гары.       — Слышь, малая, — мех опустил взгляд на мотоциклетку, — раз ты не воспользовалась случаем, чтобы свалить… Верни на базу мой плащ, что ли. Тебе он не по плечу, а мне спину ещё прикрывать чем-то надо.       — Ой… Плащ? — Элиас растерянно мигнула оптикой и сильнее прижала край вещи к себе, сделав назад пару шажков. — Ну…       — Бля, чё, так понравился? — киллер даже одну оптогрань изогнул, удивившись. Никак не ожидал, видимо, что Элиас к такому старью притрётся. — Гм… Я могу тебе другой купить. А? Под твой рост. Да и целый, кхм.       — Мне этот нравится, — тихо отозвалась автоботка и ещё тише, почти неслышно, добавила: — Он же твой…       Наёмник непонимающим взглядом уставился на прижавшую антенны юную фемочку. Мало того, что он сам никак не мог понять, как относится к этому комку святости и наивности, так ещё и сама Эли всё усложняет: то он извращенец, то негодяй, то я-хочу-себе-твой-плащ.       — Проклятье, — сплюнул Волк и клацнул острыми клыками, — не фемки, а наказание!.. Хер с тобой. Забирай себе плащ. Можешь считать, что это подарок.       — П-Правда?       — Правда.       У Элиас чуть оптика не стала ещё больше, чем и так была. Она смотрела на меха и всё ждала, когда он осклабится в своей привычной ухмылочке и скажет, что она, дурёха, слишком наивная и снова повелась на его слова, потому что всё это, на самом деле, очередная дурацкая шутка, но… Дар молчал. Просто стоял, снова курил и считал клики до момента, когда малышка, наконец-то, развернётся к нему спиной и пойдёт по своим делам. Оставит его в покое. Даст отдохнуть, подумать над всем, что случилось в пугающе короткие сроки. Выкурить ещё штук пять ки-гар со спокойной Искрой. ё— Я это… Это, ну… Д-Дар, нагнись, пожалуйста, — Эли прижала антенны к шлему и, откашлявшись от ки-гарного, такого омерзительного для её химических датчиков дыма, качнулась с носка на пятку и встала на цыпочки.       Автоботка мямлила даже при такой банальной просьбе нагнуться, чем скорее не позабавила Волка, а где-то глубоко внутри его Искры заставила трепетать от чего-то интересного. Пожалуй, там, внутри ещё не до конца прогнившей полуэфемерной субстанции, сохранилось далёкое, забытое чувство предвкушения перед чем-то приятным. И это совсем не то чувство, как при перестрелке или рядом с пойманной, загнанной в угол жертвой. Может, именно поэтому Волк заинтересованно качнул крыльями и выполнил просьбу своей маленькой спутницы, наклонившись к ней… Фемочка ещё долю наноклика мешкала и колебалась: а не будет ли это слишком фамильярно по отношению к киллеру и его личному пространству? Раздражать Дариуса не хотелось, как и выслушивать потом в свой адрес совершенно не правдивые речи.       Но Эл всё равно это сделала: робко прикоснулась холодным металлом губ к шрамированному фейсплейту Дариуса, к щеке, и оставила такой мягкий, совершенно невинный поцелуй. Лёгкий, как дружеский жест, а вместе с ним и словно в Лету канувшую много астроциклов назад целую гамму чувств, которую только что буквально насильно вытащила вновь на поверхность.       Всего лишь одним поцелуем в щёку заставила позабыть на миг кто ты, и что ты тут вообще делаешь, Дар.       Киллер резко выпрямился, уставившись на Эли так же ошалело, как до этого в Центре Управления, и кончиком когтя как-то даже задумчиво провёл по щеке, в которую его только что поцеловали. Мотоциклетка же зажмурилась на долю клика и отшатнулась от тёмного и крупногабаритного механоида, повернув в сторону шлем. Там, где кончался космопорт, начиналась другая сторона жизни. Там виднелся такой остоквинтевший город Девятой Звезды — с вечным праздником, уже невыносимым до одури. Хоть топливо обратно выталкивай, настолько это уже пресно и скучно для постоянных жителей рая-курорта. Но это помогло как нельзя лучше и позволило хоть на пару нанокликов малышке прийти в себя и теперь несильно смущаться при Волке — вот уж от кого сейчас точно не хотелось слышать насмешек в свою сторону.       «Это ведь не пошлость, да? — пыталась как-то себя оправдать фемботка, но тщетно — к миловидной лицевой пластине всё равно подкатывал градус смущения, нагревая фейсплейт. — Просто благодарность, не более…»       — П-Прости, если как-то вторглась э-этим в твоё личное пространство, — Эл застенчиво вскинула оптограни, когда заметила, что Дар всё ещё держит когти на незримом отпечатке от недавнего поцелуя. Там, кажется, даже ощущались лёгкие и задорные искорки статики! — Ну, то есть, это «спасибо», — фем сделала воздушные ковычки и тщательно провентилировала, найдя в себе силы продолжить мысль: — За те сладости тогда. Они мне правда очень понравились!.. И… И за плащ. Тоже. Тоже спасибо, Дар.       Киллеру захотелось прострелить себе шлем.

***

      За окном скромной кварты мерцали мириады огней. Сегодня был свежий, пьянящий орн, а ночная свежесть так кружила голову, что хотелось забыть обо всём и просто сидеть и наблюдать за движением звёзд и туманностей в небе. Сидеть, наблюдать… Ждать утра и рассвета, которые здесь, в царстве ночи, никогда не наступают. Поэтому ждать целую вечность.       В полумраке отсека находилась лишь одна маленькая фемочка. Она недавно вернулась после насыщенных событиями орнов «домой» и, кажется, с кем-то говорила — створки всё равно не пропускали почти никаких звуков наружу и внутрь, а соседям просто-напросто было всегда всё равно, кто, что и как.       — …Дани, тут такое дело, ха-ха… — автоботка издала немного нервный смешок и рефлекторно почесала задумчиво затылок, поведя хрупким плечиком. — Дело в том, что я услышала, как одна команда на-наёмников говорила о… о т-тебе, дани. Точнее, они сказали лишь «фемма с модом предакона», — нелестные отзывы о создательнице комок наивности благоразумно решила опустить, осторожно продолжив: — Ты опять мешаешь другим группировкам?..       Элиас в неловкости отвела взгляд, когда на голографическом экране напротив крупная, статная фигура внушительной феммы на клик-другой замерла. Лишь работа мощных кулеров вентсистемы говорила о том, что это не просто роботизированный организм, а живое существо. Живое, впечатляющее и явно опасное при такой комплекции корпуса: если бы не пухлые губы и подводка у оптических датчиков, кто-то бы наверняка не сразу сообразил об истинной, прекрасной женской натуре этой особы.       …Энио, а именно таким позывным обладала Альфа Элиас, тщательно провентилировала по ту сторону голографической связи и щёлкнула грудными пластинами, не забыв стряхнуть оттуда кассетника. Он с шипением шмякнулся на холодный пол и быстро уполз под платформу хозяйки. Сиреневые, цепкие окуляры сощурили, чиркнули длинной трубочкой ки-гары по бордовой, с редкими серебристыми вставками броне и пустили кольца дыма, скалясь.       — Искрёнок, а как ты умудрилась узнать такую информацию, «просто услышав её от группы наёмников»?       — Ну-у… Там было такое дело с нападением, и, м-м… Меня спас один киллер из круга «Чёрного Предакона», поэтому о-он м-мо… о-й знакомый. Теперь, — Эл сглотнула, снова начав запинаться и мямлить: перед Альфой отчитываться не то, что неприятно, а просто стыдно, ведь потом обязательно последует навязчивое чувство вины. Вины за то, что заставила волноваться из-за её очередных глупых и бетских проказ.       — Нелогично, — отрезали по ту сторону монитора, сплюнув при упоминании Мафии а-ля тоже организации, которая якобы вписывается в рамки своих канонов и не является просто сборищем головорезов, последних извращенцев и мудаков. Мол, мы тоже кое-что значимое в кибертронском мире… Ничего подобного. Эн поскребла уродливый шрам на щеке большим когтем и хмыкнула. — Искрёнок, за меня уж точно не волнуйся, я знаю, куда, шарк бы побрал твоего знакомого и поимел в инфо-разъёмы, влезаю. Но тебе категорически не советую с ним пересекаться, ради грёбаных Праймуса и Вектора Сигмы!       — Дани!.. — воскликнула малышка с лёгким укором и покачала головным блоком. — Опи говорит, что нельзя так отзываться о нашем боге!       — Блять, — Эн закатила окуляры и потерла носовой конус, — меньше слушай этой праведной херни с Заветом и божками. А насчёт «Предакона»… Я сама разберусь. Не лезь в это, милая, этот жестокий мир не для такой хрупкой и маленькой искорки, — с той стороны помахали ладонью, чтобы кое-как разогнать скопившийся дым от ки-гар и видеть чётче своё драгоценное дитя. — Лучше расскажи о своём знакомстве с ним.       — Н-Ну… Это случилось несколько декациклов назад… — Элиас встала с платформы и положила датапад на тумбочку, подставив сзади лампу, чтобы придать предмету связи удобное положение, и удалилась в противоположную часть отсека — там находился пищевой блок с кубами топлива.       »…Тогда он просто спас меня от насильника. Я благодарна ему за это и даже представлять не хочу, что тот пьяный бот мог сотворить со мной, дани… Да и лучше не надо думать об этом.       Он… он… Его фейсплейт был сплошь покрыт сетью шрамов: кое-где свежих, кое-где старых. Точно я не могу сказать, не имею, увы, полного медицинского образования, да и нужно ли?.. Но я уверена, что каждый из них может рассказать свою невероятную историю из актива этого киллера, с грустным или светлым концом… Жуткий. Страшный. Но я не могу судить за корпус — такой уж ему даровал Праймус.       У него хриплый, крайне грубый и низкий голос. Грубый, как и он сам. Это просто кошмар! Я не видела его в деле, но его повадки хищника говорят сами за себя. Высокий, c сильным корпусом — этот мех внушает страх, а грубой манерой речи и частым рычанием отталкивает от себя. Обижает, задевает до глубины Искры.       А… а… Знаешь, его позывной — Дариус. Но команда, как и коллеги (в чём я уверена), часто зовут его Дар или совсем подходяще — Волк.       Дани, скажи мне, что могло случиться такого трагического в его прошлом, что он стал таким? Или, может, он с активации такой?»       — Вот такие дела… — Эли легла на прессовую секцию, сделала глоток из куба и положила его рядом, чуть ли не уперевшись мордочкой в экран датапада.       — М, понятно, — выдохнула сигаретный дым Энио, взяв на заметку всё, что рассказала дочь. Даже самые незначительные детали. — А как дела на работе?       — Ну-у, как всегда: посетители, заказы, смены и всё такое…       — Ага, и платят дохрена мало, — перебила её старшая фемма и достала очередную ки-гару. Какую уже по счёту?.. Четвёртую или пятую, кажется. Вот она уж точно была заядлой курильщицей, не хуже Дариуса, чуть ли не с самой молодости.       Действительно, а что хорошего в этой неблагодарной работе простой официантки? Платят не так много, как хотелось бы, да и постоянные процессорные боли из-за громкой музыки, вечно весёлых посетителей — нет-нет, не так — вечно весёлых кибертронцев и других гуманоидов в пьяном угаре или под наркотой, а если повезёт, даже со шлюхами под манипулятором.       Но куда ещё было податься автоботке после того, как её просто вышвырнули, как ненужного зверька, из команды Прайма?.. Куда? В интерфем или стриптиз? А может, надо было стать какой-нибудь портовой шлюшкой, которую вместо элитной куртизанки каждый будет иметь как хочет и где хочет за мизерную сумму?..       Элиас обняла себя за опущенные плечевые сегменты и помотала шлемом: Альфа права. Здесь, на Девятой Звезде, ей тоже не место, и малышке ещё крупно повезло с самым приличным баром и его замечательными владельцами, которые присматривают за ней, да и хорошей подругой мотоциклетке тоже удалось обзавестись. Всё это она прекрасно понимала и не хотела мириться с мыслью о том, что не приспособлена жить в этом мире.       Просто в Искре Эли ещё совсем спарклинг, который требует защиты надёжного друга или партнёра.       Фемочка повела антеннками, «чихнула» вентсистемами — створки-то в отсеке плохо закрыты — и бросила «Не отключайся, я только дверь закрою, потому что холодно». Под укоризненное качание головы Эн малышка нехотя слезла, даже сползла, с ложа и поплелась ставить блокировку.       Холодок прошёлся по тонкой броне автоботки, когда она вводила код, и миниатюрной фигурке пришлось невольно поёжиться. Мысли о Дариусе никак не хотели покидать ЦП и Искру фемочки. Как же эта некультурная зараза так глубоко засела, а?! Совсем как скраплет. Маленький такой, но проблем доставляет просто доквинта! А оных у Эли и так по самые локаторы: отгулы на работе, данные Фогом и Фростом, стремительно заканчивались, кредиты и топливо, в общем-то, тоже, а о том, что создательницу хватит искровой приступ, если ей обо всём этом рассказать, и говорить не стоит!       В отсеке тяжело вздохнули системами.       — Слушай, дани. А… а… Может, я возьму отпуск за свой счёт у братьев Астралов и рвану к вам с опи? М? Я так давно не была дома, на Церруме. — Элиас мягко прошелестела вентиляцией.       Она так устала…       Пожалуй, отпуск ей действительно не помешал бы.