PizdecWorld

      С улицы как всегда доносился шум проезжающих машин, кто-то спешил в этот час на работу, кто-то доучивался последние школьные дни.       Погода в этот день была весьма чудесной — приятный ветерок, ни облака на небосводе, тепло не перерастающее в жару и яркое солнце, что относительно недавно встало.       Том перевернулся на другой бок, чтобы яркие лучи майского солнца, падающие из окна его не докучали. Пролежав так недолгое время он понял, что ему всё же не удастся уснуть, поэтому приняв сидячее положение, он начал протирать глаза. На часах было без четверти девять. Видимо юный Томас так мало проспал из-за того, что вчера наспался в сласть, после столь долгих рыданий. Стоп, вчерашний день… Малыш попытался его прокрутить в голове поподробней. Последнее, что он помнил — сидящего на его кровати Торда, читающего ему на ночь, но тогда где коммунист сейчас? Быстро выпрыгнув из приятной постели, Том поспешно зашагал в сторону комнаты Торда. Он никогда еще туда не заходил, теперь когда у него появилась причина, его стал одолевать и интерес. Томас потянул заветную ручку и начал осматриваться. Однако хозяина комнаты не было, странно.       Собственно комната представляла собой помещение по площади чуть больше комнаты Тома. Окна были прикрыты жалюзи, а о раскиданном повсюду хламе лучше просто промолчать. На столе хаотично располагались бумаги и чертежи, компьютер выключен, по полу разбросаны журналы, в углу возле лампы стопка каких-то толстых книжек? Малец подошел к этой стопке и взял «книжку», которая лежала на самом верху. Обложка была термоядерно-розовая, на фоне которой была девушка в японской школьной форме и еще что-то странное, с непонятной для Тома длинной надписью, по видимому это название. Он ее поспешно открыл и начал листать. Спустя несколько секунд он закрыл эту «чудесную» мангу и прибывая в шоке, положил ее откуда взял. Бегая глазами по комнате, он нашел и валяющийся на кровати по верх одеяла вибратор. Наш любопытный Томас не понимая, «что это», взял в руки и начал внимательно разглядывать. Наконец он заметил кнопку «включить», поспешно нажав на нее. Но ничего грандиозного для него не произошло, поэтому он даже немного огорчился. «Интересно, для чего это дяде Торду?»— подумал про себя Том выключая вибратор.       В скором времени малой наконец-то ушел оттуда, направившись в гостиную к заветному телевизору, ведь по времени уже должны были начаться утренние мультики. Плюхнувшись на диван, мальчуган радостно включил "ящик". Щелкая каналы черноглазый остановился на том, на котором шла очередная серия «Времени Приключений». На звуки доносящиеся из гостиной вышел Торд, с кружкой кофе в руке. — Ого, я и не думал, что ты так рано проснешься,— удивлился коммунист. Том вздрогнув от неожиданности, оторвал взгляд от экрана посмотрев на рогатого. — Доброе утро,— откликнулся малыш сегка улыбнувшись. — Как твоя голова? — Я даже и забыл, что она у меня болела. — Ну, вот и славно,— облегченно выдохнул Торд.— Кстати говоря, ты наверное не прочь позавтракать, не так ли? — Я не особо голоден, только может совсем бы столечко поел,—Томми показал руками маленькое расстояние, по видимому выражая свое желание есть. — Значит все-таки голодный,— промямлил коммунист подходя к холодильнику.       Вдруг с кухни послышалось явное недовольство курильщика. Из-за вчерашнего стресса у него напрочь выбилось из головы сходить в магазин. — Итак,— начал русоволосый стоя в проеме. — Расклад такой: я вчера забыл сбегать за продуктами и мне придется идти сейчас, а так как ты еще слишком мал, оставить одного тебя дома я не могу. Так что надеюсь, ты несильно будешь против, заодно хоть разомнешься, к чему дома сидеть. — Мне идти собираться? — Даже скажем «бегом»,— поправил того комми.       Черноглазик послушно побежал переодевать пижаму. Тем временем рогатый громко зевнув, натянул на себя заветную красную худи и поплелся ждать Тома в прихожей. В конце концов, уже через несколько минут они вышли из квартиры.       Пока курильщик спокойно шел по тротуару, мальчуган же либо пытался идти по бордюру либо бежал вприпрыжку. Когда им надо было переходить через дорогу, то Торд решительно схватил за руку неугомонного Томаса и зашагал вперед. Малыш немного не ожидал такого, но идти с рогатым за руку ему понравилось, так как он еще никогда так не делал. Именно поэтому когда коммунист отпустил руку малого, тот успел схватиться за рукав его худи и так и не отпускал до прибытия к месту назначения. От этого Торду было немного неловко. Войдя в супермаркет комми взял первую попавшуюся ему в глаза тележку и побрел между полок с продуктами, а Том резво шагал за ним, бубня себе под нос какую-то надоедливую мелодию.       Когда рогатому осталось найти лишь хлопья он обернулся, чтобы подозвать черноглазого, но его нигде не было. Торд схватился руками за голову, сердце бешено заколотилось, а по спине пробежал табун мурашек. Супермаркет был довольно большим, этот мальчуган мог быть где угодно и на его поиски ушло бы минимум часа два. Курильщик решительно оставил тележку с продуктами и побежал в предыдущий отдел. Тома там нет. А голова Торда постепенно наполнялась прискорбными мыслями.

Toрд

      Господи, да он сейчас может быть где угодно. Может он потерялся и ждет рядом с охранником? Нет, нет, нет. Это в лучшем случае. Его вполне могли украсть. А то и куда-то заманить, вывести из здания и увезти. Задача бы была довольно проста, учитывая его возраст и то, что телефона у него тоже нет, значить позвонить на помощь он не может. Он мог с кем-нибудь заболтаться. Хотя стоп… с кем же интересно? А вдруг его уже на входе убили? Или изнасиловали? Даже думать обо всем этом не хочется. Боже, что же скажет Эдд, а если Мэтт узнает, то мне несдобровать…

Toрд

      Коммунист давным давно потерял счет какой тот пробегает отдел. Меньшее, что волновало его сейчас — это почему он настолько беспокоится за ребенка. Мол как так? Недавно тот его бесил, и ему было собственно плевать на существование малого. Что есть, что нет. А в данный момент рогатый за него печется, словно любящая «мамочка». Но сейчас это меньшее, что его беспокоит. Неужели это конец, ведь прошло не меньше четверти часа, а Тома все нет и нет. Впервые за все эти четыре года курильщику искренне хотелось плакать, он думал что вот-вот это сделает, едва держался. Сердце колотилось сильнее, чем прежде, лицо было в холодном поту, живот крутило и сдавливало. Теперь Ларссон старший отчетливо поставил точку у себя в голове, если через десять минут он не найдет Томаса, то он пойдет к охранникам. Дело пойдет явно быстрее. Промчавшись мимо очередного отдела, «Красный» заметил какую-то маленькую фигурку, но не придал этому особого внимания. Вдруг он резко затормозил, решая вернуться к тому отделу. Комми лицезрел маленькую фигурку, которая к счастью все еще там и стояла, что-то выбирая.       Потом он пригляделся. Фигурка была с причудливой прической, в аккуратной желтой рубашке, поверх которой были подтяжки, что держали шорты чуть выше колена, большие черные глаза… — ТОМ! — выкрикнул Торд не то с радостью, не то со злобой.       Рогатый начал подходить к малышу с очень неблагоприятным расположением духа. Казалось, что он сейчас вот-вот сорвется, скажет то, как он страшно переживал за эти мучительные двадцать минут, выскажет все ругательства, которые он только знает, может и ударит пару раз. Но будучи уже на близком расстоянии от мальца, слова будто бы застряли в горле. Внутри что-то сжалось, а на глазах появились едва заметные слезы. Вместо всего, что «Красный» так хотел высказать, он лишь судорожно вздохнул. Том его услышал, поспешно повернув голову в ту сторону. Опозная в стоящем рядом Торда, малой приветливо ему улыбнулся. Немного присев, рогатый резко обнял черноглазого, от чего тот пришел в шок. — Пожалуйста, никогда в следующий раз не убегай так далеко,— шепнул сквозь так и норовящие вырваться слезы коммунист, который все сильнее прижимал к себе ребенка.—Я т-так волновался. — Прости,— виновато вымолвил Томас. — Да ничего страшного,— ответил шмыгая носом обладатель красной худи, выпуская мальца из объятий.— Просто потом предупреждай если куда-то идешь. — Ладно,— кивнул в ответ тот.       Пока Торд не видел, малыш схватил пачку конфет и двинулся в след за ним. Сейчас их главной задачей являлось найти ту злосчастную тележку, которую норвежец бросил непонятно где, помчавшись искать мальчугана.       Прошло столько времени, что курильщик просто хотел взять новую и набрать продукты заново, но благо Том наконец то обнаружил ту самую, набитую почти до краев тележку. Кинув в нее конфеты ребенок встал рядом с ней. Рогатый приблизившись к тележке и положив туда пачку с хлопьями, неожиданно для себя заметил в ней пачку каких-то конфет, хотя он их не брал. — Томас Ларссон младший, что это?— с легким раздражением отчеканил Торд, тряся эту пачку перед носом малого. — Ну пожалуйста, купи их. Я буду брать совсем по чуть-чуть, клянусь!— заумолял Томас. — Так и быть, но я прослежу, соврал ли ты мне на счет своего «чуть-чуть» или нет,— предупредил того комми. Малец выкрикнув что-то по типу «ура», помчался на всех скоростях вперед, немного скользя по полу.       На выходе из супермаркета «Красный» вручил Тому самую легкую сумку, и они вместе двинули домой. Внезапно курильщик заметил впереди кого-то знакомого.       «Чёрт, это Мэтт. Если он увидит меня с Томом, то обязательно спросит, готов ли он к переезду, а я же совсем забыл ему про это рассказать. В любом случае, удивительно, что я не хочу чтобы он съезжал, но к сожалению это только его выбор»,— подумал про себя Торд. — Том, мы идем в обход,— заявил русоволосый. — Но зачем? — Неважно, а хотя им мы даже быстрее доберемся до дому, так что пошли.       Пожав плечами черноглазый последовал за коммунистом. Очередная проблема для рогатого решена — Мэтт их не заметил.       Вот они наконец-то пришли домой. Мирно пообедав, Том снова побежал к заветному телевизору. — Может куда-нибудь сходим? — предложил комми. Томас озадаченно взглянул на Торда и немного наклонил голову вправо. — Ну, а для начала просто…прогуляемся по городу? — неуверенно буркнул «Красный».       Последнее время, когда он говорил с малышом он заикался, сглатывал или делал паузы. Всё потому, что он еще не успел перед ним извиниться за то, что наговорил вчера. Поэтому ему было банально стыдно. — Я не против,— ответил малыш.       На это рогатый невольно улыбнулся. И тогда они выдвинулись гулять по улицам Лондона. Гуляя малец передразнивал мимо пролетающих ворон и гонял голубей.       Вскоре эта «парочка» пришла в парк. Коммунист сел под дерево, а малой попутно доедая свое мороженое рванул к пруду. Вода в нем была зеленоватая, при этом достаточно чистая, прохладная. Но главное, что привлекло мальца это даже не сам пруд, а утки в нем. Большая коричневатая утка плавала там со своими утятами. — Дядя Торд, а ты можешь достать те булочки с брынзой? — Ты хочешь покормить уток? — встрепенулся тот. — Ага.       Тогда «Красный» достал пачку и дал две булочки Тому. Тот снова подбежал к пруду, и начал по крошке бросать в него. Утки конечно ели эти крошки, но юному Томасу это немного наскучило. — Дядя Торд, а знаешь как один мальчик в мультике уток кормил? — крикнул тот коммунисту. — Ну и как же? — Смотри!       После этих слов наш неугомонный мальчуган, замахнулся целой булкой и было хотел ее кинуть в воду, чтобы утки на нее сбежались, но попал одной ею по голове. Как оказалось он попал по «маме утке», которая естественно на него разозлилась. Созерцая, как та озлобленно выходит из пруда, Том отшатнулся и попятился назад. Утка постепенно ускорялась, как и не ожидавший такого поворота Томас. Тогда он рванул в надежде на «спасение» к рогатому, который едва держался от хохота. Тем временем малец был уже буквально в пяти метрах от того места, где сидел коммунист. Торд поняв, что все плохо, встал со своего насиженного места и замахнулся ногой на приближающуюся озлобленную птицу. Та затормозила и отправилась восвояси, а малой продолжал бежать. — Она у-ушла? — спросил напуганный Том выглянув из-за дерева.       Торд кивнул прикрыв рот рукой, так как понял, что вот вот расхохочется. Малыш остерегаясь вышел из-за дерева опустив голову вниз. — Что опять случилось? -Ларссон присел уставившись на черноглазого. — Да нет, просто я же хоть и чуть-чуть, но провинился. Разве ты не будешь меня ругать?

Та усмешка мгновенно спала с лица рогатого.

Комми взял Томаса за плечи и посмотрел в его бездонные глаза. — Мне незачем этого делать,— судорожно вздохнул тот.

Повисла недолгая пауза.

— Ого ты посмотри, уже закат,— сменил тему разговора курильщик. — Мы пойдем домой, да? — Как хочешь. Если ты устал, то конечно пошли.       Томми кивнул, и коммунист потянувшись побрел за своей сумкой. В скором времени они двинулись домой под розоватым небом и закатным солнцем. По дороге малыш старался не отрывать свой взор от от неба, поэтому наблюдал как сначала оно принимает глубокий пурпурный оттенок, затем цвет старого синяка и, наконец, чернеет.       Когда «парочка» пришла, то Торд кинув сумку на тумбочку в прихожей пошел заваривать себе чай. А Том тем временем решил немного прибрать игрушки. Минут через десять на пороге в комнату малыша стоял рогатый. — Дядя Торд, ты что-то хотел? — Мне нужно с тобой кое о чем поговорить. «Красный» сел на кровать и подперев голову рукой продолжил. — Честно говоря, не хотелось бы к этому возвращаться, но у меня нет выбора,— тот судорожно вздохнул.— Даже не верится, что я это говорю, но… я бы очень хотел извиниться за то, что произошло вчера.

Том немного напрягся.

— Мне правда очень стыдно за это. Знаешь, мне мое поведение немного кое-что напомнило,—курильщик нервно усмехнулся.— Мне очень не хочется повторять ее ошибок, я не хочу, чтобы ты в будущем был похож на меня… Она меня тоже била, даже ремнем или палкой, а могла и об раковину. Каждый день она была чем-то недовольна, давала мне задачи с которыми я точно не справлюсь, чтобы потом прессовать мне снова и снова. Но она бесспорно любила моего брата. Тихого и застенчивого, что так был похож на отца, она это в нем и признала. Всю ее жизнь я ее терпеть не мог, но однажды мне улыбнулась удача,—рогатый расплылся в ненормальной улыбке.— Таким образом в свои четырнадцать я остался без матери. Поэтому глядя на то, что я тебе говорил и не только это, я не хочу, чтобы ты дошел до того, что в один день ты бы остался один. — Дядя Торд, извини, что я перебиваю, но ты говорил про своего брата, то есть про моего…п-папу, а что с ним сейчас? — спросил малыш дрожащим голосом. — Расстался я с ним после смерти матери. Меня забрала бабушка, а его она не взяла. Отец тоже скончался, поэтому брата забрали в детский дом. Потом я узнал о нем лишь через два с половиной года, когда он скончался в больнице после автокатастрофы. Он был хорошим старшим братом. — Понятно, — тихо пробубнил малец.— Я его даже никогда не видел. У меня получается никогда не было папы. А если ты выполняешь его обязанности, то выходит ты мой «папа»?

Торд резко побледнел.

— Прости но…я не могу им стать,— сухо ответил норвежец. В этот момент глаза Тома незаметно покрыла пелена слез. — Я просто хотел тебе еще кое-что сказать,— начал было курильщик.— Дело в том, что я правда не знаю когда, но Эдд сказал, что он тебя заберет. — Что?! — Он сказал, что в скором времени. Тем более тебе со мной и так плохо. — Но, — пытался перебить его малыш. — Эдд сказал тебе заранее собраться,— Торд резко поднялся и медленно подошел к выходу из комнаты.— В любом случае, это твое решение делать тебе это или нет.       После рогатый удалися из комнаты, а малой был в шоке. Ведь он только с ним нашел общий язык с ним, как ему может быть с ним плохо? Томас только и ждал этого момента, когда коммунист будет с ним мягче, а теперь его отправляют от него куда подальше. Этот мир ужасно несправедлив, не так ли? Том решил не собирать вещи, ведь это его решение, но если его заставят…       Малец вышел из своей комнаты направляясь в гостиную. К его удивлению место за телевизором было уже занято. «Красный» сидел на диване и щелкал каналы в поисках чего-то интересного. Пока что кроме новостей и какой-то очень странной фигни он ничего не нашел. — А можно с тобой его посмотреть?— спросил малыш подходя ближе к Торду. — Ты то конечно можешь, но интересного тут пока ничего нет, поверь. И тут рогатый наткнулся на канал, где транслировали «Возвращение безумных зомби-пиратов из ада 2». — Господи уже есть четвертая часть, а они только вторую часть крутят,— возмущался русоволосый. — Ну пожалуйста оставь этот фильм! Пожалуйста, пожалуйста! — Не уверен, что такое можно смотреть детям в твоем возрасте, но раз ты так хочешь, то так и быть.       Фильм постепенно подходит к концу. Повернув голову в сторону Томаса, курильщик обнаруживает, что тот уже подремывает. Торд легонько его потряс, тот издав какое-то мычание немного приоткрыл глаза. — Том, тебе надо идти спать,— нежно сказал «Красный». — Я могу и тут поспать,— сонно пробормотал ребенок. — Нет, тут ты спать не будешь, здесь неудобно. — Я так не хочу сейчас вставать,— потянувшись возразил малыш. — Ничего страшного, я могу тебя отнести. — Ч-чего?       Курильщик бережно взял малого на руки и медленно зашагал по направлению к его комнате. Черноглазый немного смутился, но он не отменял тот факт, что ему в данный момент по истине приятно. У рогатого были такие приятные на ощупь руки, мягкая майка, теплое дыхание, все это так успокаивало и заставляло снова клонить в сон. И вот коммунист аккуратно положил малого на кровать и накрыл одеялом. — Спокойной ночи. — С-спасибо,— ответил напоследок малютка. Т      ем временем Торд поплелся на кухню за чашкой кофе, а с ней доделывать бумаги. Просидев в помещении, освещаемым только настольной лампой и экраном компьютера около двух часов, любитель хентая решил пойти спать. Может хоть сейчас он выспится?       Выключив лампу с компьютером комми бухнулся на кровать. Прежде, чем прикрыть свои зенки он немного посидел в телефоне. Только рогатый приготовился отправиться в царство Морфея, как скрипнула входная дверь в комнату. Одноглазый лениво повернулся в сторону двери. — Том? Это ты? — сонно протянул курильщик протирая глаза. В проеме стоял заплаканный Томас, который то икал, то всхлипывал. — Что случилось, Том?! — Мне п-приснился к-кошмар…— всхлипывая мямлил ребенок.       Коммунист раскинул руки, и малец метнулся к нему в объятия. Черноглазый всё еще продолжая плакать, начал вжиматься в футболку Торда. Тот же гладил его по голове, немного перебирая его непослушные волосы. Постепенно Том успокаивался и переставал всхлипывать. — Ну чего, ты успокоился? — Дядя Торд, а можно сегодня поспать с тобой? Просто мне страшно сейчас спать отдельно, я обещаю я не буду ерзать. — Только одну ночь, понял? — Хорошо,— согласился малой залезая на постель.       Вот норвежец лег рядом и почти моментально вырубился. А Томас тем временем подполз к нему поближе и приобняв, положил голову рядом с его грудью. И вот, наконец-то спокойно отправляясь в царство Морфея, он подумал:

Неужели это и правда, был лучший день в его жизни?