Мы не можем быть вместе...

***

— Это не мой ребёнок, Тревис...—в который раз убеждал друга Хоук — И поэтому он уплетает яблоки за обе щёки и обожает фехтование. — К чему ты клонишь? Увлечения не зависят от генетики. — А как ты объяснишь синий волос? — Что ты сказал? — Хоук подошёл к нему вплотную и взял за плечи, выжидающе смотря на друга. — Повтори... — Твоя принцесса просила не рассказывать тебе, но я не стану молчать. Вы мне ещё спасибо за это скажете. — Неужели... Тогда ночью... — Да — устав от этого разговора, пробубнил Чудовище

***

— Почему ты солгала мне?— Не дождавшись ответа, Белоснежный притянул ее к себе. — Нет! Не трогай меня! — И хотя Роузалина вырывалась, Хоук лишь сильнее держал ее. Роуз дала ему несколько пощёчин, но это не помогло. — Пусти, или я позову стражу —Зови — Наконец, он прильнул к столь желанным, запретным губам возлюбленной, которая уже устала сопротивляться. Руки Роуз застыли в воздухе, будто принцесса думала продолжать ей отталкивать его или же смириться. Все же любовь поборола гордость и упрямство Золушки, и она прекратила сопротивление. Белоснежный, заметив это, ослабил хватку и постепенно переложил руки на шею Розы. Золушка стала отвечать на поцелуй, держа Хоука за плечи. — Роуз — Хоук — теперь они дали волю своим чувствам. Каждый из них ждал этого момента долгие годы. Они безумно соскучились, и сейчас готовы были сравнять замок с землёй, только быть вместе.

***

— Что нам теперь делать? — Не знаю — Белоснежный заметно погрустнел, но, бросив взгляд на Роузалину, тут же улыбнулся. Ее глаза по-прежнему сияли, светились ярко-голубым светом, который так манил его. Он потянул ее за шею и хотел поцеловать, но Роуз резко встала с постели и, накинув что-то на себя, подошла к окну. Золушка думала о том, что это неправильно. И он, и она женаты. Этот факт не давал ей покоя. Она изменила мужу, предала Фреда. Ее мысли прервал Хоук, обнявший ее со спины, отчего Роуз невольно вздохнула. — Я люблю тебя, Роуз —А я тебя нет — выпалила Золушка и вырвалась из его объятий. — Что-то незаметно по твоему вчерашнему поведению. Нет, ты любишь меня и даже не пытайся это скрыть — самоуверенно произнёс Хоук и приблизился к Роуз, он хотел поцеловать её. — Нет. Не трогай меня. Это неправильно. — Белоснежный лишь прильнул к ее губам, но Роузалина оттолкнула его. — Да как ты можешь так поступать со мной? — начала плакать Золушка. — Я верила тебе, а ты бросил меня. Как ты мог? Я ведь и правда думала, что ты любишь меня, что не такой как Чарльз. Но я ошибалась. И даже сейчас, ты пользуешься моей слабостью к твоим прикосновениям. Тебе ведь только моя плоть нужна, не душа. И как ты можешь изменять своей жене, той, которую и вправду... — Роуз резко замолчала от нехватки воздуха в лёгких. От волнения она не могла дышать. Но все же грустно добавила — любишь. Ты омерзителен. — Золушка стояла вся в слезах. Она любила его, но осознание того, что он лишь врал для достижения своей цели причиняла Роуз адскую боль. Воспоминания мелькали одно за другим, Роузалина плакала все сильнее, отчего у Белоснежного разрывалось сердце. Из-за него она плакала, из-за него испытывала боль. Лишь он был причиной ее страданий. Она плачет из-за него. Он был готов убить себя за это. — Это неправда, Роуз. Позволь мне все объяснить. Но для начала— Белоснежный подошёл к дрожащей Золушке и вытер ее слезы рукой. — Прошу, не плачь. Я не могу смотреть, как ты плачешь. — Роуз хотела вновь что-то сказать, но Хоук прервал ее, прикрыв ее рот рукой. —Нет, не нужно. Сначала выслушай меня. — Белоснежный вздохнул, убрал руку, и, опустив взгляд, начал говорить. — Моя любовь к тебе не была ложью. Я любил тебя, люблю и буду любить вечно. Единственная девушка, на которой я собирался жениться вовсе не Амброзия, а ты. Ты, Роузалина. И я хотел, но... — Хоук внезапно сжал кулаки — этот закон, отец... Мой отец обещал развязать войну с вашим королевством, если я ослушаюсь его и не женюсь на Амброзии. Я не хотел, чтобы ты лишилась близких. Я думал рассказать тебе ещё тогда, но не хватило смелости рассказать тебе это все, не хватило воли сообщить об этом. Я думал, что так будет лучше, правильнее. Быть может, ты разлюбила бы меня и была бы счастлива с другим. Боже, прости меня. Теперь я понимаю, что был не прав. Ты столько лет думала, что я не любил тебя. Прости меня, Роуз. Умоляю, прости... — Хоук подошёл к Роуз, которая плакала еще сильнее, чем прежде. Она вся дрожала от переполняющих ее эмоций. Белоснежный прислонил ее к своей груди, и его рубашка вмиг промокла. Но это уже было неважно. Роуз простила его, и теперь все изменится... наверное.