Guard my heart

Утро встречает Игоря дичайшей головной болью и тошнотой. Глаза жжёт, как будто в них насыпали песок. Голова раскалывается так, словно по ней несколько раз проехались асфальтоукладчиком, и все тело ломит соответствующе. «Боже, что вчера было?», — думает Акинфеев, с трудом пытаясь напрячь мозг и восстановить в памяти все события вчерашнего дня. Но все, что он помнит — то, как они с Артёмом купались в бассейне, и как поссорились позже. При воспоминаниях о купании внизу живота снова приятно теплеет, и Игорь думает, что как же это, блять, вовремя. С трудом разлепив глаза, мальчик пытается нашарить свой телефон в кармане джинс, валяющихся на полу. Но с удивлением обнаруживает телефон на прикроватной тумбочке, поставленный на зарядку. «Предусмотрительно» — думает мальчик, поражаясь своей гениальности. Также на тумбочке стоит пара бутылок воды вместе с аспирином и активированным углём. Мальчик все это выпивает и жить становится чуточку легче. Игорь вспоминает, что он пошёл в клуб. Встретил там пару друзей, а дальше — пустота. Также в памяти всплывает, что один из пресловутых друзей был Федя. Он ищет номер телефона Смолова, в надежде, что тот что-нибудь помнит и поделится этими воспоминаниями с Игорем. — Ало, Федь? Это я, кхм, — Игорь прокашливается, потому что во рту по-прежнему так же сухо, как и в пустыне, — Ты, эм… Не помнишь, что вчера было? — Фёдор как-то тяжело вздыхает, прежде чем ответить. — Я, на самом деле, удивлён, что ты жив, чувак. Мы мирно сидели вчера и пили, к тебе начала подкатывать Маринка, и потом вы куда-то ушли вдвоем. Потом она мне сказала, что ты наглотался колёс и за тобой пришёл какой-то огромный мужик, закинул на плечо и понёс на выход. Мы с пацанами уже думали тебя идти отбивать, но, бля, Игорь, он так на нас зыркнул, что своя шкура дороже, — Игорь нервно сглатывает на протяжении всего рассказа друга. Боже, он попал. Артем его убьёт, точно убьёт, — Слушай, ты вообще там как? Жив? Он хоть не въебал тебе? Игорь лишь нервно смеётся как будто в припадке, что Федя даже пугается, но не успевает ничего сказать, Акинфеев его опережает: — Похоже не въебал, но сейчас точно вые… — естественно именно в этот момент открывается дверь в комнату и входит виновник диалога, ведь у Артёма же, блять, чуйка на то, когда нужно появляться. Игорь не успевает вовремя среагировать и лишь испуганно добавляет, — бет… Это, Федь… Спасибо, мне идти надо, — Акинфеев сбрасывает вызов, не обращая внимания на удивленные возгласы Смолова. Игорь лишь неотрывно смотрит на злого Артёма, неотрывно смотрящего на него. — Т-Тёмочка… Не бей только, — Игорь испуганно морщится и прикрывает лицо ладонями, когда Артем начинает к нему приближаться. Что страшно, так это то, что мужчина все также молчит, так и не проронив ни слова. Лучше бы кричал, ей богу, — Тёмочкааааа… Ну не молчи, — у Дзюбы, наконец, заканчивается самообладание, и он лишь бросает сухое и строгое: — Заткнись, Игорь, — у мальчика мурашки по коже от этого строгого голоса, а от этого «Игорь» хочется выть и лезть на стену. Если охранник называет подростка по имени (причем в полном, строгом его варианте), то, считай, пизда. Пора писать завещание. Артем подходит к кровати, садится на самый край. Игорь все так же закрывает лицо руками, то ли в попытке защититься, то ли скрывая своё лицо от мужчины, потому что мальчику стыдно. Он не помнит за что ему стыдно, но подсознательно уверен, что что-то да вчера натворил. Артем как-то тяжко вздыхает и вдруг притягивает Игоря за футболку, крепко обнимая. Дзюба гладит мальчика по спине, а Акинфеев в свою очередь не знает, что делать. Не такого поворота событий он ожидал.  — Я вчера так перепугался, — мужчина почему-то тихо шепчет и сильнее прижимает Игоря к себе, будто не верит в то, что он жив и здоров. «Неужели все правда так хуево было?» — думает Акинфеев, чувствуя странное чувство вины. Он никогда не чувствовал себя виноватым в чем-то, вечно обвиняя других людей. Сейчас же сердце неприятно щемит от осознания того, что заставил близкого и такого родного человека переживать. Игорь утыкается Артёму в шею, нежно поглаживая охранника по спине. Дзюба, к слову, был без привычного костюма в толстовке и джинсах, что молодило его лет на десять. Игорю казалось, что Артем сейчас такой же потерявшийся подросток и его хотелось утешить. Внезапное чувство тошноты появилось с новой силой, и мальчик, еле сдерживаясь, казалось, как будто все органы лезут наружу, быстро отпрянул от мужчины и побежал в туалет к своему белому другу. Артем лишь обеспокоенно посмотрел в след, не зная, что делать. — Малыш, ты в порядке? — Дзюба все же последовал за подростком, но обеспокоенно застыл в дверях ванной. Игорь выглядел совсем уж плохо, обнимаясь с унитазом. Мальчик то зеленел, то бледнел и Артем впервые столкнулся с таким. Ему впервые было так страшно, — Может, к врачу? — мужчина снова обеспокоенно посмотрел на Игоря. Вообще, в его планах было отпиздить подростка как следует за вчерашнее так, чтобы жизнь мёдом не казалась. Будет знать, как убегать. Но увидев неподдельное чувство вины и страха в глазах потерявшегося подростка, тут же захотелось его утешить. Да к тому же, Артем сам чувствовал большую вину за вчерашнее, ведь ему казалось, что это из-за него Игорь пошёл в этот сраный клуб и наглотался таблеток. Страшно было представить, что было бы, если б Артем пришёл даже на пять минут позже. От мысли, что он мог потерять свою детку все внутренности как будто переворачивались. Артем, наконец, осознал, что с ним такое. Нужно было давно сказать, а он, дурак, мучал бедного мальчика. Игорю все так же херово, и он даже не сразу замечает присутствие охранника. Снова неимоверно стыдно, что Артем видит его в таком состоянии, но в то же время приятно, что тот его не бросил и стоит тут с ним. Акинфеева снова рвёт, как вдруг Артем садится прямо рядом с ним, смотря в глаза, как будто гипнотизируя. — Я тебе забыл кое-что сказать, — Игорь удивлённо смотрит на мужчину, кажется, даже не моргая. Приступы рвоты тоже почти что отпустили, так что уже почти ничего не мешает им снова играть в гляделки. Артем нежно проводит рукой по шее мальчика, слегка поглаживая макушку так, как подросток любит. Дзюба все так же молчит, и Игорь уже, честно говоря, хочет напомнить мужчине, что тот что-то хотел сказать, как Артем вдруг продолжает сам, — Я, кажется… — он смущённо кашляет и отворачивает голову, переставая глядеть Игорю в глаза и…краснеет? Игорь в шоке смотрит на щёки мужчины, впервые видя его таким смущенным, — Это ну… Люблю тебя, короче, — Игорю кажется, что он еще спит и это все не правда. Боже, мужчина его мечты признаётся ему в любви. Игорю много раз признавались, но ещё никогда сердце не начинало биться с бешеной скоростью при этом. Акинфеев, конечно, как всегда винит охранника в том, что тот нашёл время и место, ведь нет ничего романтичнее, чем признание в туалете у унитаза, но так поебать, если честно. Артем продолжает выжидающе смотреть на мальчика, как будто боится его реакции. — Дурак какой! — восклицает Игорь и порывисто обнимает мужчину. Артем не знает как трактовать эту реакцию, но, судя по всему, она положительная, так как его малыш улыбается чуть ли не до ушей. Артем тянется, чтобы поцеловать его, но Игорь вдруг отстраняется, — Тёмочка, мне надо зубы сначала почистить, — и смеётся так заливисто, что Артем подхватывает его смех и сам улыбается. Игорь все так же обнимает мужчину, счастливо утыкаясь ему в шею, как вдруг осознаёт, что тоже что-то забыл: — Я тоже люблю тебя… Папочка, — Игорь смеётся, кажется, на весь дом, а Артем впервые в жизни не против того, чтобы мальчик его так называл. Главное, чтобы не переставал любить, потому что, кажется, без этого, Артем просто задохнётся и умрет. Но на сердце у мужчины все равно неспокойно. Имя «Кристина» так и всплывает в его голове, пока он тут обжимается с подростком. Мудак, какой же он мудак. Что он творит? Артем понимает, что лишь усугубил все со своим признанием, теперь уж точно не выпутаться из этого всего так просто. Нужно что-то решать и срочно. Но боже, почему на все так поебать? Игорь замечает, что мужчина заметно напрягается и мальчик недовольно хмурится, видно, решив, что это по поводу него. — Тёмочка, — невесомо целует куда-то в ключицу прямо сквозь одежду и поднимает взгляд на охранника, — Прости меня, — утыкается мужчине в грудь, опять краснея. Артем лишь хмыкает на это. — Так легко не отделаешься, — Дзюба игриво ведёт бровями и недвусмысленно сжимает подростка за попу, — детка… — Ну Артем, мне же плохо вон как, — Игорь жалостливо смотрит на мужчину в попытке спастись от наказания, но ему ещё и правда плохо, что, в общем то, неудивительно. Акинфеев вырывается из объятий и снова обнимается с белым другом, немного утрируя на самом деле. Артем не может на это все больше смотреть и выдаёт: — Вечером, — не уточняя ничего. Артем уходит, лишь добавив, чтобы мальчик поспал, когда его отпустит. А Игорь не мог перестать думать, что же уготовил Артем. — Дзюба наматывал вот уже сотый круг по крыльцу, выкурив, кажется, уже вторую пачку сигарет. Мужчина делал это все на автомате, все его мысли были забиты Игорем и Кристиной. Здравый смысл кричал, что нужно оставить мальчика в покое, в конце концов, тот мало что соображает. А Артем-то взрослый, как его в это все затянуло? Дзюба чувствует себя виноватым во всем, ему кажется, что он сам принудил мальчика к этим отношениям. Хотя, на памяти мужчины, они вроде даже не встречаются. Артем бьет кулаком в стену так, что костяшки на его руке чуть ли не хрустят и не начинают кровоточить. Ну и главное, нахуя он признался то? Все ещё хуже только сделал! Но в последнее время Дзюбе стало очень трудно контролировать себя и свои поступки, особенно находясь рядом с Игорем. Мальчик медленно, но верно крушил все фасады и маски, так умело выстроенные мужчиной. Артёма пугало то, что они знакомы только неделю по большому счёту, но уже столько всего успело произойти. И все это кажется таким правильным, мужчина впервые вновь чувствует себя целым за три года. После того как его уволили из полиции, жить больше не хотелось. Артем, казалось, дышал затем, чтобы делать что-либо во благо других. Но пересёк дорогу не тем людям, начал копать то, что не надо было. И вот, можно сказать, его выкинули на помойку. Собирать жизнь по крупицам было сложно, безумно сложно. Кристина единственная верила в Артёма и говорила, что все наладится. Все у них будет хорошо, и Дзюба, нехотя, но верил. А сейчас, после всего, он так поступает с бедной девушкой. Она правда любит Артёма, и не сказать, что чувства мужчины по отношению к девушке совсем исчезли. Просто его с головой накрыло новыми, более сильными и такими неправильными. Но в то же время, которые так сладко, будто запретный плод, греют душу. Но здравый смысл кричал, что не стоит рушить жизнь мальчику. Зачем ему держаться за старика, когда Игорю ещё столько всего предстояло в жизни пережить? Артем чувствовал, что тянет Акинфеева на дно за собой и выхода оттуда нет и не будет. Но Дзюба не мог заставить своё тело слушать свой разум, так не хотелось отпускать этого взбалмошного подростка. Ну и как его можно оставить? На пять минут отойдёшь, он уже находит приключений на задницу. Нужно же оберегать этого ребёнка, иначе совсем загнётся. А Кристина… У неё же все и так будет хорошо, правда? Артем возвёл взгляд к небу, словно высматривая что-то. Не сказать, что мужчина был верующим, но сейчас как никогда хотелось, чтобы кто-то наставил его на путь истинный и подсказал, что делать. Артем не знает, сколько времени он проводит на улице, кажется, ещё больше вгоняя себя в тупик. Нужно поговорить и с Игорем, и с Кристиной. И кому-то из них сказать, что все кончено. Но кому? Артем все же решает пока повременить. Дзюба думает, что Игоря просто слишком много в жизни мужчины, поэтому крышу так и сносит. И кажется, Артем даже придумал наказание для мальчика. Ведь он же папочка, кто как не он правильно воспитает зажравшегося подростка? — Игорь лежит на кровати и увлечённо листает ленту с мемами, как вдруг заходит Артем. Мальчик избегал его весь день, все ещё испытывая чувство вины и неловкости одновременно. А так как чувства эти были для Игоря в новинку, ему было ещё страшнее появляться на глазах мужчины. Да и многообещающее наказание хотя и немного, но все же внушало страх. В глубине души подросток надеялся, что наказание это вновь будет сексуального характера. Он даже готов снова отсосать Артёму, лишь бы тот его простил и смягчился окончательно. Но мужчина неприятно удивляет Акинфеева своим заявлением: — Мне нужно уехать на пару дней по делам. Твоё наказание — домашний арест и, собственно, мое отсутствие, — Игорь лишь удивленно открывает и закрывает рот, шокированный таким заявлением. В голову закрадываются неприятные мысли о том, какие дела могут быть у его Тёмочки. Самая страшная мысль это то, что Дзюба собирается ехать к Кристине. Волна ревности вновь накатывает с головой, и Артем, видно, замечает это, но не подходит к Игорю, все так же держась на расстоянии. На самом деле этим наказанием Артем наказывал и самого себя, и он осознавал это. Но нужно было побыть пару дней без подростка, чтобы ясность ума вновь вернулась к мужчине. Все-таки Артёма очень пугали все эти перемены, и нужно было какое-то время, чтобы подумать над сложившейся ситуацией. Плюс Артем все равно давно собирался навестить своих родителей, а тут и шанс подвернулся. Игорь лишь скрещивает руки на груди и буравит мужчину взглядом. Потом недовольно хмыкает и выдаёт: — А если я опять сбегу, м? Ты как узнаешь? — мальчик исподлобья смотрит на Артёма и взгляд его так и полон ревности. Дзюба немного оттаивает и смеётся, подходя к кровати. Он смотрит глаза в глаза, ожидая, кто первый отведёт взгляд. Игорь проигрывает. — Детка, мне просто нужно съездить к родителям. Не переживай ты так, — Артем гладит шею подростка, вынуждая того все же смотреть мужчине в глаза. — Ты точно не будешь заделывать деток с. — Игорь прерывается на полуслове, вспоминая имя девушки, — Кристиной?! — мальчик хохлится и нервно вздрагивает при этих словах. Артёма же это все безумно забавляет и он улыбается, ближе наклоняясь к Игорю. — Зачем мне другие детки, если я и так уже папочка, м? — Игорь вздрагивает на этой фразе и краснеет. Мальчик притягивает мужчину за галстук и обнимает, целуя в шею. Ему вдруг приходит гениальная мысль, чтобы его Тёмочка точно не поехал по бабам. — Рубашку сними. — Игорь, ты наказан, мы не будем… — Артем прерывается, удивленно смотря на Игоря. Тот, казалось, сейчас снова захнычет, как будто Дзюба забрал у него любимую игрушку. «Боже, ну если ему так хочется, то и пожалуйста». Артем снимает пиджак с галстуком, а затем медленно расстегивает рубашку, неотрывно следя за тем, как Игорь облизывает губы. Артем вновь делает себе напоминание, что трахаться они не будут, мальчик наказан. Но так хочется снова трахнуть его хотя бы в ротик, ну. Игорь садится поближе, на край кровати и проводит пальцами по прессу мужчины, словно выискивает что-то. Артем лишь чуть-чуть вздрагивает, пальцы у мальчика почему-то ледяные, что приносит приятный контраст на коже. Акинфеев наклоняется и целует вдоль одного из кубиков пресса, а затем вдруг кусает. Артем лишь приподнимает одну бровь, как бы задавая немой вопрос. Игорь же молчит и продолжает. Он целует уже другой кубик и вдруг сильно кусает, всасывая кожу. До Артёма вдруг доходит. Он ставит засосы, чтобы мужчина точно не мог появиться перед Кристиной. Дзюбу это ситуация лишь забавляет, но боже, если его малыш так хочет, то пусть. Игорь вдруг встает с кровати и начинает выцеловывать ключицы, вновь оставляя россыпь наливающихся засосов. Артем лишь шипит, когда Акинфеев пытается поставить засосы на особенно чувствительных местах, но ничего не говорит. Игорь же наслаждается вседозволенностью, хочется пометить Артёма всего, чтобы все знали, кому он принадлежит. Хотелось расцарапать ему все тело, искусать, а затем вылизать. Потом выжечь или высечь, не важно, своё имя, чтобы оно никогда не пропадало с тела Дзюбы. Ну, а пока, мальчику приходится довольствоваться малым, и он переходит на шею мужчины, мастерски наставляя ещё засосов. Потом отходит слегка назад, любуясь своей работой. Артем тоже смотрит, прекрасно осознавая, что засосы на шее ничем не прикроешь и смотрит удивленно на свою детку. Игорь улыбается, и у него снова встал. Артем порывается уже помочь, но вовремя вспоминает. Так, он вообще-то обещал матери, что через два часа приедет к ним. — Ну ты успокоился, собственник? — Артем игриво ведёт бровями и улыбается. Игорь же заметно расслабляется теперь и тоже улыбается от ушей. — Теперь — да, — Игорь вновь проводит одной рукой по прессу мужчины, кажется, перечитывая свои отметки. Артем лишь закатывает на это все глаза. — Если я узнаю, что ты выходил из дома, или не дай бог, опять сбежал куда-то, пока меня нет, — Артём добавляет строгости в голос и серьёзно смотрит на подростка, — Выебу прямо так, на сухую, чтобы жизнь мёдом не казалась. Игорь сначала думает, что Артем так шутит, но мужчина, кажется, говорил на полном серьезе. Акинфеев нервно сглатывает и послушно кивает, соглашаясь с тем, что он будет паинькой. Но беда вновь приходит, когда ее уже не ждали. Артем добавляет: — Чтобы все домашнее задание сделал, приеду — проверю. Игорь удивленно смотрит на мужчину, пытаясь жалостливо состроить тому глазки. Но, кажется, это не работает, или Артем делает вид, что ему все равно. — Ну Тёмочкааааа, — подросток вновь хнычет, но Артёма таким не проймёшь. — Все, я все сказал. Будь паинькой, — Артем берет свою рубашку и пиджак, идя уже в сторону выхода, как вдруг Игорь налетает на него со спины и целует в щеку. Артем краснеет от неожиданности, а Игорь улыбается. — Я люблю тебя, папочка! — вновь улыбается от ушей, а Артем хлопает себя по лбу. Попал. — Артем сидит на небольшой кухне, мешая бедный чай ложкой так, что жидкость уже почти вся вылилась на стол. Но мужчина, кажется, этого совсем не замечает. — Сынок, у тебя все хорошо? — приятная женщина с беспокойством смотрит на сына. Она уже на пенсии, но до сих пор выглядит достаточно молодо для своего возраста. Артем, будто, отмирает и смотрит на свою маму, колеблясь в ответе. Женщина замечает это в глазах сыночки, в конце-то концов, она его очень хорошо знает. Она понимает, что с Тёмой нужно поговорить, потому что что-то его гложет. Женщина садится на стул напротив и неотрывно смотрит на сына, то ли любуясь им, то ли следя за его эмоциями. Артем тяжело вздыхает прежде, чем продолжить: — Мам, я это. — снова вздыхает и тянется уже за пачкой сигарет, которую положил на столешницу на кухне, как вдруг вспоминает, что мама выкинула его сигареты. Боже, как будто он маленький. Артем хмурится, но тихо продолжает, — жениться не хочу. Женщина удивленно смотрит на сына. «Неужели они поссорились с Кристиночкой? Но тогда откуда эти отметины на шее сына?». Нехорошие мысли закрадываются женщине в голову, но она лишь выжидающе смотрит на своё дитятко. Артем тяжело вздыхает, не зная как маме все объяснить. Женщина, конечно, всегда поддерживала сына, но Артем очень сомневается, что она одобрит его связь с подростком, который к тому же ещё и одного с ним полом, и, к слову, несовершеннолетний. Дзюба сам до сих пор в шоке от этой ситуации, а уж как объяснить ее другим людям, не знает и подавно. — Мам, я… — он вновь запинается, не зная как правильно сформулировать свои мысли, но через некоторое время все же продолжает, — Я встретил другого человека, — Артем не смотрит матери в глаза, боясь увидеть там осуждение или ещё хуже — отвращение. Но женщина красноречиво молчит, не зная, что сказать. — Это все бред, сынок. С Кристиночкой ты уже пять лет, а та, которую ты встретил… — женщина делает ударение на этом слове, красноречиво указывая на засосы на шее сына, — это все лишь минутная слабость, помутнение разума. Это пройдёт, а за Кристину нужно держаться. Артем резко грустнеет. С одной стороны, может, мама и права, но боже, почему так хочется, чтобы она ошибалась? Артем невесело переводит взгляд на ложку, которой он недавно мешал уже давно остывший чай. Дзюба хочет убрать эту дурацкую ложку из руки, как вдруг та ломается на две части. Артем вновь корит себя за то, что он такой дурак. « Зачем сжимал эту ложку так, как будто это она во всем виновата?» Женщина удивленно смотрит на сына и лишь дергается немного, когда слышит треск металла. Боже, ну что же гложет её малыша так сильно? Женщина хочет как-то помочь своему сыну, забрать хоть малую часть боли, которая так и плещется в голубых глазах, как в океане, но она решительно не знает, как помочь Артёму. Они молчат, кажется, вечность, хотя проходит всего пару минут. — А если не пройдёт? — Артем прожигает дырки взглядом в скатерти и нервно хрустит пальцами, так как боится вновь браться за что-то, потому что бедный предмет рискует быть сломанным. Женщина впервые видит своего сына таким сломленным и запутавшимся. «Боже, ему не было так плохо, даже когда его уволили из полиции…» — нервно замечает она, все также неотрывно смотря на сына. Она не знает, что нужно сказать, что говорят в таких ситуациях, но она все же пытается найти слова. Она встает со стула и наматывает круги по комнате, нервируя сына все больше. Не найдя слов, женщина подходит к Артёму и отвешивает ему такой подзатыльник, что мужчина чуть не падает со стула. Он обиженно потирает ушибленное место и смотрит на маму с обидой, как бы спрашивая, за что. — Кристиночка, это лучшее, что случалось в твоей жизни, Артем. И ты сам это прекрасно знаешь и осознаёшь. Выбивай всю эту дурь из головы, я не позволю тебе расстаться с ней. Ты сам же потом будешь жалеть, я тебя очень хорошо знаю, — Артем смотрит на маму, кажется, даже не моргая, и внимательно ловит каждое слово, — У вас все стерпится слюбится, как говорится. Так что давай поднимай свой зад, звони Кристине и говори, как ты её любишь. Артем понимает, что мама права. Но от бессилия и всей этой ситуации хочется самому рыдать, вырывая себе волосы. Мама скорее всего права, но как же Артем оставит Игоря? На кого главное? Это же… его малыш. И всегда будет таковым являться. Как он будет без папочки? Артем обессилено опускает голову на стол и несколько раз бьется ей об дерево, чтобы выбить дурь, в надежде, что это правда может сработать. Артем хочет сказать матери что-то ещё, но слов не находит. Мама права, нужно все это прекратить, пока ситуация не стала ещё хуже. — Артем выходит на улицу, вдыхая свежий воздух. Его родители давно переехали в загородный дом, подальше от шумной и грязной Москвы. Дом был хоть и небольшой, но на двоих хватало с лихвой. Дует ветер, и Артем немного ёжится, жалея, что вышел в одной футболке. Мама попросила позвать отца на ужин. Тот что-то как всегда мастерил в гараже. Хотя точнее сказать доламывал, нежели правда делал пользу. Дзюба все ещё немного ёжится от холода. Все-таки загородом гораздо холоднее, чем в городе. Отношения у Артёма с отцом, мягко говоря, были натянутыми. В прошлом Сергей сам был полицейским, точнее сказать милиционером. Поэтому был очень не рад разбойничеству и постоянным дракам, в которых Артем постоянно участвовал, будучи подростком. Но в определённый момент у Дзюбы в голове что-то щёлкнуло, и он встал на путь истинный. Сергей ещё никогда не был так горд сыном, когда тот поступал в полицейскую академию и с успехом закончил ее, следуя по стопам отца. Казалось бы, вот он, настоящий сын своего отца, но Артёму как всегда нужно было все запороть. После этого их, казалось бы, начавшиеся хорошие отношения, снова сошли на нет. Сергей испытывал разочарование в сыне, хоть и понимал, что Артем по большему счёту не виноват. Уж в таком государстве они живут, что поделать. Но потом сын вновь явился на пороге их дома и объявил, что нанялся охранником. У какого-то ребёнка с Рублевки. Сергей всеми фибрами души ненавидел «высший слой» общества. Да и ему казалось, что негоже сыну так проебывать свои таланты, ведь полицейским тот действительно был от бога. Но мужчина ничего не мог поделать, если уж что-то взбрело сыну в голову. «В конце концов, хоть не к бутылке потянулся после всего, а вновь работу нашёл, » — думал мужчина, закатывая глаза на рассказы сына о том, какая это будет хорошая работа. — Пап, тебя мама на ужин зовёт, — Артем появляется в дверях гаража так же неожиданно, как и сам его визит в общем. Сергей чертыхается и чуть не падает со стремянки. — Хорошо, Артем, я сейчас приду, — Сергей выжидающе смотрит на сына, чтобы тот уходил восвояси, но он почему-то стоит на месте и как-то странно смотрит на отца. Потом тяжело вздыхает и добавляет: — Папа, ты когда-нибудь жалел, что женился на маме? — Артем отворачивается и буравит стену взглядом, как будто ему стыдно за такой вопрос. А вообще, должно было бы, потому что Светлана — жена просто отличная, и Артем это сам прекрасно знает, потому что женщина в добавок и мать очень хорошая. Сергей тяжело вздыхает и слазит со стремянки, вставая рядом с сыном. — Сынок, я понимаю тебе страшно… Ты, наконец, вступаешь во взрослую жизнь и перемены всегда пугают, но… — Артем хмурится и резко перебивает отца: — Папа, я не это у тебя спросил. Я сам все прекрасно знаю, я спрашиваю: Жалел ли ты когда-нибудь? — Дзюба-младший все так же выжидающе смотрит на отца, а старший и не знает, что сказать. Он достаёт пачку сигарет из кармана, на автомате давая сыну одну, и они вместе закуривают. — Бывало иногда, но только когда мы ссорились, — Дзюба старший делает особо глубокую затяжку и закашливается. Артем хлопает его по спине, сам до конца не понимая зачем, и затягивается сам. Попадая в легкие, дым приятно успокаивает, и почти все тяжелые мысли отступают на задний план, — но пойми, сынок. Жизнь не может быть идеальной, да и идеальных людей тоже не существует. Я уверен, у вас с Кристиной все будет хорошо… Артем вновь прерывает отца, не дав ему закончить и резко выпаливает: — Пап, я кажется… — снова затягивается, как будто это поможет успокоить нервы, — не люблю ее больше, — Артем переводит взгляд на свои кроссовки, буравя их взглядом. Ну вот, он озвучил то, чего не мог озвучить даже в своих мыслях. Дзюба младший боится, что отец сейчас его ещё ударит или сделает еще что-нибудь, добавив своё любимое, что Артем дурак неблагодарный, но мужчина лишь как-то непонятно вздыхает и спрашивает сына: — И кто она? — Сергей выжидающе смотрит на сына, чтобы тот объяснил засосы на шее и это своё непонятное поведение. Мужчине больно видеть своего сына таким разбитым, и как бы он не был недоволен и разочарован в нем, это все же его сын и мужчина любил Артема, хотя никогда этого и не говорил. Конечно же, он желает Тёме счастья, как по другому-то? — Пап, ты не поймёшь… — Артем тяжело вздыхает и снова затягивается. Сергей не знает, кажется ему или нет, но мужчина замечает как у сына краснеют глаза. Боже, неужели он сейчас заплачет? — А ты объясни, чтобы понял. Я же не дурак, Артем, за какого ты меня принимаешь, — мужчина неуверенно вытягивает свободную руку и кладёт Артёму на плечо в немой поддержке. — Поклянись мне, что ты маме не скажешь, — Артем как-то по-детски моляще смотрит на отца и ждёт, чтобы последний утвердительно кивнул, а затем продолжает, — проблема в том, что это… он… — Сергей поперхается воздухом и закашливается, неуверенно смотря на сына с немым вопросом в глазах. Если Артем сейчас шутит, то хуевый из него шутник. Дзюба старший ещё какое-то время молчит, а Артем корит себя за свою болтливость и несдержанность. Боже, сейчас ещё в психушку отдадут или ещё куда, хорошо что у него хватило ума не добавлять, что ему семнадцать лет. Дзюба младший уже хочет биться головой об стену, как Сергей вдруг отвечает: — Не сказать, что я рад такой новости, — мужчина хмурится и его едва-заметные морщины становятся гораздо более выделенными, что не укрывается от взгляда Артема, — но, сынок, жизнь твоя. Как бы я не хотел, я не могу говорить тебе, что делать. Я это все не одобряю, конечно, но если ты будешь несчастен с Кристиной, то не нужно обрекать себя на муки и страдания, сын, — Сергей сам не верит, что говорит это, но он правда хочет, чтобы Артем был счастлив, — если тебе более комфортно с другим мужчиной, то… Пусть так?.. Артем неверяще смотрит на отца. Это точно говорит ему его отец, человек, который всегда говорил Артёму, что можно, что нельзя и как вообще нужно жить. Конечно он не даёт сыну белый флаг в руки, но то, что Сергей не корчится в отвращении и не кричит, что Артем ему больше не сын, говорит гораздо о большем. Тема бросает уже выкуренную сигарету на пол и порывисто обнимает отца, кажется, впервые за три года. Сергей не любит нежности и всякие их проявления, но в этот раз сам с удовольствием обнимает сына, прежде чем отстраниться. Мужчина идёт по направлению к выходу, тихо добавив: — Пойдём, Света наверное нас заждалась уже.