Redeemable / Искупление

10.30 утра, а Алекс всё ещё лежала в кровати. Она смотрела в потолок, размышляя о преимуществах того, что она останется в постели по сравнению с тем, что её ждёт если она встанет. По крайней мере, пока она оставалась в ней, ей не приходилось иметь дело с… всем, что делало её слишком усталой, злой, сердитой и расстроенной. Дверь в комнату открылась, позволяя лучу света проникнуть в комнату и остановиться на её лице. – Эй, ты ещё жива? Алекс молчала в течении нескольких секунд, а затем выдохнув ответила. – Да. – Ты не против, если я присоединюсь к тебе? Несмотря на свою жену, она откинула одеяло и даже когда почувствовала тёплое тело рядом с собой, не свела взгляда с потолка. – Как ты? – спросила Мэгги. Алекс повернулась и посмотрев на неё прошептала. – Не очень. Я становлюсь слишком старой для всего этого, Мэг. – Чего? – с улыбкой отреагировала детектив, – поспать подольше? Агент закатила глаза и пристально посмотрела на неё. – Шути сколько хочешь, но я устала. Я закончила. Я всё. Мэгги взяла её за руку под одеялом и мягко спросила. – Что всё? Алекс закрыла глаза и проговорила. – Вообще всё, кончено. Всё кроме тебя и Джейми. С остальными всё кончено. Моя работа, остальная часть семьи. Я должна сделать выбор и я его делаю. Это либо уйти, либо пойти на компромисс, а я не могу пойти на него. Мэгги выдохнула и улыбнулась. – Алекс, о чём ты чёрт возьми, говоришь? Глаза агента открылись и она недоверчиво посмотрела на неё. – О том, что я не могу смотреть, как моя сестра снова окунает себя в этот эмоциональный блендер. Факт в том, что по какой-то причине, я единственный человек, который, кажется думает, что мы не должны с трепетом относится к возвращению блудного сына. Мы скрываем правду, пытаясь не ранить его чувства? Мы все знаем, кто он, высокомерный, самоуверенный лжец. А Кара! Она страдает по Лене, совсем забывая о том, что она ей изменила. И теперь мне говорят, что я должна сидеть дома, как непослушный ребёнок, просто потому что я была единственным человеком, который осмелился сказать правду. – Детка, – мягко начала Мэгги, – очевидно, что тебе нужен перерыв. Это тяжело для всех нас… но ты принимаешь это слишком близко к сердцу. – Как я могу это не воспринимать лично! Это происходит со мной! – Но ведь это не так? Мы часть этого, но на самом деле это не происходит с нами. И я не злюсь на тебя за то, что ты сказала правду… хотя могла бы преподнести это как-то помягче… – проговорила Мэгги. Эти слова заставили Алекс нахмуриться. – Я удивлена! – Почему? – Все твои действия говорили об обратном, я думала ты на его стороне. Глаза детектива расширились, намёк на развлечение мелькнул в них, прежде чем она раздражённо посмотрела на свою жену. – Алекс, сторон нет. Я не знаю, что чёрт возьми происходит у каждого в голове. Я только вижу, что мы все пытаемся как-то справится с возникшей ситуацией, и то, как я себя веду это мой способ справиться с ней. – И нет никого кто несёт ответственность за свои действия? Мэгги поморщилась. – Ауч, как несправедливо. Но если это так, то это прикроет и твои глупые действия, так что ты должна быть в восторге. Алекс недоверчиво посмотрела на неё. – Мои глупые действия? – Да. Например то, что ты чувствуешь необходимость чрезмерно вовлекать себя в личную жизнь твоей сестры. – Что… Ты издеваешься? – гневно начала агент, – годы страданий, через которые она прошла, и я пыталась помочь ей. Ты считаешь, что я слишком вовлечена? А ничего, что она пригласила меня принять участие в этом! Ты так же, как и я знаешь, как это погубило её. Почему мы должны всё это игнорировать и открывать свои сердца, умы и дома, такому человеку, как Лиам? Забыть его прошлые поступки и не привлекать к ответственности за его действия. Мэгги вздохнула. – Алекс, что ты хочешь сделать? Каково твоё решение? Посадить его? Нет? Тогда, как ты хочешь наказать его? Ммм? Вечное проклятие? Скажи мне, что мы должны сделать. – Я не знаю, – всё что смогла проговорить агент. – Алекс, чего ты хочешь от них? – смягчив свой тон, спросила её жена, – чтобы они были до конца своих дней несчастными? – Мэгги, именно это я и пытаюсь остановить! Брюнетка протянула руку и погладила свою жену по щеке. – Алекс, это не тебе решать. Не мы должны решать, кто должен быть в жизни Кары, Лена, Лиам или папа Римский. Это зависит от неё и ты знаешь это. Алекс нахмурилась, но уже не так сердито. – Но, почему я должна терпеть это? Это тоже не зависит от меня? Мэгги глубоко вздохнула и потянув Алекс за собой, начала вставать с кровати. – Пошли, Дэнверс, подышим свежим воздухом. Алекс простонала. – Мэгс, я не думаю, что свежий воздух является ответом на мои вопросы. – Ну также, как и лежание в кровати. Поэтому прежде чем ты превратишься в подушку, пошли прогуляемся.

***

– И что ты собираешься с этим делать? – Алекс дразнила свою дочь. Джейми чуть приподнялась со своего стула. – Не испытывай меня, Ма… – Или что? – перебила её Алекс, и сделав глоток вина продолжила, – ты надерёшь маме задницу? Или струсишь? Тёмные глаза её дочери снова вспыхнули гневом, но она опустилась на своё место. Довольная улыбка Алекс стала ещё шире. – Так я и думала. Не говори о том, что не можешь… Но она не смогла договорить, потому что ей в лицо прилетело картофельное пюре. Алекс быстро вытерла еду и пристально посмотрела на жену и дочь, наблюдающих за ней с улыбкой. Мэгги опустила ложку и её улыбка стала шире. – Что такое детка? Получила то, что заслужила? – Ты предатель, ты знаешь это? – прошипела Алекс, бросая в свою жену кусок хлеба, от которого та искусно увернулась. – В любви и на войне все средства хороши, – подразнила её детектив, прежде чем получила в лицо гороховым пюре. Мэгги повернулась и недоверчиво посмотрела на свою дочь. Джейми невинно подняла бровь, но не смогла сдержать улыбку. – Ты приезжаешь на неделю домой, и это спасибо, за то, что мы тебя приютили, покормили? – проговорила Мэгги, кладя руку на сердце. Джейми пожала плечами и ещё шире улыбнулась. – Что я могу сказать? Все средства хороши… На этот раз в лицо Джейми прилетела ложка еды. И началась война. После пяти минут смеха и сомнительного подсчёта очков в пищевой борьбе, они услышали звонок в дверь. Алекс пробормотала что-то о скатерти, когда вышла из-за стола. Она открыла дверь с улыбкой, и та тут же исчезла с её лица, как только Алекс увидела свою грустную сестру с сумкой перекинутой через плечо. – Кара? – удивлённо спросила она. Блондинка посмотрела на запятнанную едой кофту и услышала смех на заднем фоне. – О… прости. Я не хотела… я забыла, что Джейми приезжает на эти выходные… – медленно проговорила она, глядя в пол. – Кара, ты в порядке? – ласково спросила Алекс. Она хотела уже ответить, но была прервана голосом Мэгги. – Детка, кто это? – Я действительно не хотела, – тихо вновь начала Кара, но тут появилось запачканная Мэгги, и как только она увидела несчастное лицо женщины, её собственное выражение лица сменилось с весёлого на серьёзное. – Кара? Что случилось? На глазах блондинки появились слёзы и Алекс тут же втащила её в квартиру, Кара обессилено рухнула в её объятия, в то время, как агент беспомощно посмотрела на свою жену. Мэгги многозначительно посмотрела в ответ, а затем положив руку на спину плачущей блондинки, спросила. – Маленький Дэнверс, ты хочешь остаться ночевать? – Последовал молчаливый кивок. – Джейми, – обратилась брюнетка к своей дочери, – тебе придётся убрать свои вещи из комнаты. Алекс вернула взгляд к всхлипывающей сестре. – Кара… – тихо прошептала она, – что случилось? – Лена мне изменяла.

***

Они шли по тропинке, Алекс пила кофе. – Эй… ты ведь знаешь, что я люблю тебя, да? – мягко толкнув в плечо, спросила Мэгги. Агент посмотрела на неё и немного неуверенно проговорила. – Я тоже тебя люблю…? – Боже, нет причин так бояться. Я что не могу просто сказать своей жене, что я люблю её, и чтобы при этом она не смотрела на меня так испугано. – Прости, – ответила Алекс, прежде чем снова погрузиться в свои мысли. Мэгги вздохнула и мягко взяв женщину за руку, потянула на себя, призывая остановиться. – Эй, – улыбаясь начала она, когда та взглянула на неё, она чётко выговаривая каждое слово повторила, – я люблю тебя. На этот раз Алекс улыбнулась и наклонившись поцеловала её. – Я тоже люблю тебя. Они простояли так около минуты, а затем детектив отстранилась и потянув в сторону проговорила. – Давай, Дэнверс, я хочу тебе кое-что показать. Мэгги повела свою жену вниз по тропинке к центру парка. Наконец-то они подошли к красивому фонтану, в центре которого стояла скульптура Супергёрл, она была изображена в своей знаменитой позе: руки на бёдрах и решительно смотрела в сторону горизонта. Алекс вздохнула, когда взглянула на копию своей младшей сестры, а затем вопросительно посмотрела на Мэгги. – Довольно впечатляюще, да? – спросила детектив. – Да… и? – Не похожа на ту Кару, что появилась у нас на пороге пять лет назад, не так ли? Алекс хмыкнула и недовольно посмотрела на неё. – Мэгги, что ты пытаешься мне сказать? Та, улыбнувшись перевела взгляд со статуи к жене. – Моя точка зрения – главное общение. – Общение? – Да, – кивнула Мэгги, – общение. Именно его не хватает, когда дело доходит до этой семьи. Алекс… ты когда-нибудь говорила с Карой о своих чувствах по отношению к Лене и Лиаму? Что ты думаешь об этом? –… нет. – Нет. Так что может быть… просто может быть… делать то, что Кара осознанно просила тебя не делать, без разрешения, было немного… вызывающе. – Мэгги, в чём тут смысл? Пытаешься заставить меня чувствовать себя ещё хуже? Я итак знаю, что все думают, что я не права. Я знаю, что все хотели бы просто… Детектив подняла руки и обхватила ими лицо Алекс. – Эй, эй, притормози. Глаза агента начали заполняться слезами под пристальным взглядом жены. Мэгги убрала руки и её лицо смягчилось. – Не смотря на то, сколько тебе лет, ты хочешь, чтобы весь мир видел тебя, как самого стойкого человека на планете. И эта одна из причин почему я люблю тебя. Детектив взяла под руку Алекс и направила их к ближайшей скамейке. Когда они присели, она проговорила. – Да ладно тебе, Дэнверс, ты всё ещё можешь быть самой крутой и при этом плакать у меня на плече. Без осуждения. Мэгги приобняла её, и Алекс прижалась к ней, пару слезинок упало с её глаз. – Дэнверс, ты хороший человек. Один из лучших. В этом-то и проблема. Ты видишь мир в чёрных и белых цветах, хорошо или плохо. Ты убьёшь за нас и умрёшь за нас. С тех пор, как Кара прибыла на эту планету, твоей работой стало защищать её, чтобы помочь. И ты сделала это. Благодаря тебе, Кара стала таким прекрасным человеком. И героем. Ты была рядом с ней каждую минуту, вы вместе пережили боль, смерть и разбитые сердца. Когда она рассыпалась, именно ты собрала её по частям. Мэгги глубоко вздохнула. – Все говорят о том, что она несёт вес всего мира на своих плечах, но люди забывают, что именно ты та, кто поддерживает её, помогает ей. Алекс с минуту молчала, а затем тихо проговорила. – Я думала, ты злишься на меня. Детектив улыбнулась. – Ну… может быть немного. Но это не значит, что меня не волнует то, что ты убиваешь себя ради счастья сестры. – Я знаю, что ты так думаешь, но я не могу просто смотреть, как она вновь открывает им себя. И я не могу просто улыбаться Лиаму и Лене, будто они прощены. Я не могу забыть о том, что они разбили сердце моей сестры и растоптали всё вокруг. Я никогда не смогу это сделать. И я не собираюсь заставлять себя делать это. Честно говоря, я не понимаю, почему все относятся ко мне так, будто это я не права. Просто потому что я единственная кто думает, что они должны нести ответственность за свои действия. Почему я должна хотеть принять их. – Никто и не просит… Алекс повернулась к своей жене. – Но это подразумевается. Мэгги вздохнул и кивнула в знак согласия. – Алекс, я не думаю, что Кара расстраивается из-за того, как ты относишься к Лиаму и Лене. Она злится, потому что лежала полумёртвая на столе, а ты нарушила обещание данное ей. Ты должна была поговорить с ней об этом, о том, что ты чувствуешь и почему ты расстроена. У неё много суперспособностей, но чтение мыслей в них не входит. – Если ты забыла, то она она не хочет разговаривать со мной. – Она была расстроена. – Как и я Мэгги! Я себя чувствую непослушным ребёнком, которого отправили в свою комнату, чтобы выпустить пар. – Ну так скажи ей это. Скажи ей, что ты чувствуешь. – Думаю… Думаю, мне надо время, чтобы всё обдумать. – Ладно. Они сидели несколько минут в тишине, наблюдая за туристами фотографирующимися на фоне статуи Супергёрл. – Алекс, ты не можешь помешать Каре любить её, – нарушила тишину Мэгги, – или его. – Я и не хочу этого делать! – Нет? – Нет… Я просто хочу, чтобы она снова не пострадала. Они уже причинили ей столько вреда, почему они должны получить ещё один шанс сделать это? Почему у них вообще должен быть шанс? – Алекс, это не зависит от тебя. То, что чувствует Кара, не зависит от тебя. – Хорошо, тогда скажи мне, почему я должна дать им ещё один шанс. – Я не знаю, Алекс. Ты должна прийти к этому решению самостоятельно. – Как ты это делаешь? – Потому что никто не идеален, Алекс. И я не считаю их плохими людьми. Нравится тебе это или нет они никуда не денутся, поэтому у нас есть только два варианта. Или быть против них, или дать им шанс искупить вину. – Но, дело в том, что они ничего не сделали, чтобы искупить её! Мэгги не ответила, а просто указала в сторону статуи. – Четыре года назад город построил эту статую и восстановил парк. Помнишь? – Помню. – Знаешь, кто оплатил это? – У меня есть предположения. – Лена. – И? – Так может быть не только Кара тоскует по своей бывшей жене? Я почти уверена, что Лена делает тоже самое. – Мэгги, этого недостаточно, что она любит её. – Для меня достаточно.

***

Пара сидела на диване и смотрела телевизор, когда раздался стук в дверь. Алекс встала, но Мэгги остановила её. – Я сама открою. Через несколько мгновений Алекс услышала удивлённый голос своей жены. – Лиам? Агент резко повернула голову к двери, там и правда стоял её племянник, выглядевший как-то… иначе. Его волосы и борода были коротко подстрижены, и одежда его выглядела так, будто он тщательно продумал, что надеть. – Что ты здесь делаешь, Дерево? – строго смотря на него, спросила Мэгги. На её губах появился намёк на улыбку, когда она увидела, как он нервно почёсывает свою свежепостриженную бороду. – Я… я… – начал он, заикаясь, затем сделав глубокий вдох, он посмотрел в сторону другой своей тёти, – я пришёл поговорить с тобой. Алекс подошла к ним. – Кто-то умер? – быстро спросила она, прислонившись к дверному косяку и скрестив руки на груди. В ответ он покачал головой. – Кто-то травмирован? Он снова отрицательно покачал головой. – Чрезвычайная ситуация? – Нет. Алекс улыбнулась. – Хорошо, – ответила она, прежде чем захлопнула дверь перед ним и повернулась к своей жене, ожидая что та сейчас начнёт протестовать. Мэгги ухмыльнулась, но не произнесла ни слова. Её улыбка стала ещё шире, когда в дверь вновь постучали. Женщина скрестила руки на груди, подняла бровь и кивнула в сторону двери. Алекс закатила глаза, с каждым стуком, хмурясь всё больше. Она выдержала ещё несколько секунд, прежде чем снова открыть дверь. Лиам успел остановить свою руку, чтобы не попасть по лицу тёти. – Если вдруг ты не понял с первого раза, – проговорила агент, и снова с удовольствием закрыла дверь перед его носом, а затем развернувшись она прошла на кухню за стаканом воды и аспирином. – Пожалуйста… – послышался приглушённый дверью, голос Лиама, – дай мне десять минут. Алекс тяжело вздохнула облокотившись на стол. Повисла тишина, но через несколько мгновений, вновь раздался голос Лиама. – Пожалуйста. Агент посмотрела на дверь, около которой всё ещё стояла её жена и с улыбкой смотрела на неё. Алекс сжала губы и проговорила. – Я не хочу с ним разговаривать. Мэгги пожала плечами. – Хорошо. Тогда скажи ему, чтобы он ушёл. Женщина замешкалась, прежде чем спросить. – … как ты думаешь, чего он хочет? Мэгги снова пожала плечами. – Спроси его. Алекс застонала, и оттолкнувшись от стола пошла обратно к двери. Она снова открыла её и пристально посмотрела на своего племянника. Он смотрел на неё «кающимся» взглядом, может это и подействовало бы на неё, если бы она не прожила столько лет рядом с сестрой, обладающей подобным взглядом провинившегося щенка. И если бы он не был таким придурком. – Чего ты хочешь? – Поговорить с тобой, – быстро ответил Лиам. – Ты уже говорил это,  – с сарказмом отреагировала Алекс, – о чём? Он несколько раз открывал и закрывал рот, но так и не произнёс ни звука. Тишина между ними затянулась. – Лиам, если тебе есть что сказать, то я советую тебе продолжать. Я не очень хочу стоять в дверях моей собственной квартиры до утра, к тому же технически я нахожусь в отпуске, так что мне не платят за то, что я разбираюсь с твоей фигнёй. – Мне очень жаль, – вдруг быстро выговорил он. Алекс удивлённо подняла бровь и прислонилась к дверному косяку. – В общем, или ты сожалеешь о чём-то конкретном? Он неловко переминался с ноги на ногу и Мэгги впервые заговорила. – Может быть, мы могли бы перенести эту дискуссию внутрь? Или мы продолжим нашу семейную традицию, кричать друг на друга в коридорах? – агент повернулась к жене, которая чуть приподняла руки, – просто предлагаю, – добавила она, прежде чем повернуться и уйти от двери. Алекс повернулась к племяннику и с неохотой показала ему, что он может войти. Мужчина вошёл и огляделся. – Это место не изменилось за десять лет, – проговорил он, блуждая взглядом по семейным фотографиям на стенах. – Представь себе так бывает, – сухо ответила Алекс и вернулась на своё место на диване. Он последовал за ней и сел в кресло напротив. Они снова сидели в тишине, женщина делала глотки пива, смотря куда угодно, но не в глаза Лиаму. Затем, не выдержав, она мягко спросила его. – Как Кара? – У неё всё хорошо, – быстро ответил он, – её дыхание намного лучше, ночью она спала хорошо, силы всё ещё не восстановились, так же как и неуязвимость. Алекс кивнула. – Джейми сказала, что Кара живёт у Лены, – добавила агент, максимально нейтральным голосом. – … временно, – ответил он. Она кивнула, но не ничего не сказала. – Это было… интересно, – снова заговорил брюнет. – Я в этом не сомневаюсь. Ещё одна пауза и вновь её нарушила Алекс. – Лиам, чего ты хочешь от меня? Почему ты здесь? – Я же сказал, что пришёл извиниться. – За что? Он опустил взгляд на свои руки. – Она чуть не умерла. И это моя вина. Ты была права, я не был готов идти на миссию. Я был высокомерным и заносчивым, и я позволил личным чувствам встать на пути выполнения задания. Она наклонила голову и медленно проговорила. – Ладно… На его лице отразилось смятение. – Послушай, я пытаюсь… Алекс подняла руку, прерывая его. Он замолк и уставился на неё. – Может быть всем остальным будет достаточно твоих полу-извинений, но мне нет… Он открыл рот, чтобы возразить, но она тут же перебила его. – Что? Ты думал, что стрижка и приличная одежда решат все проблемы? Сделают тебя «новым человеком»? – спросила Алекс, недоверчиво смотря на него. Лиам почесал затылок. – Я подумал, что-то типа нового начала… – Позволь мне быть предельно ясной, ты мне не нравишься. Ты из тех людей, которые верят, что независимо от того, что они делают и как себя ведут, они могут просто извиниться и им всё сойдёт с рук, а потом ныть, какая у них тяжёлая жизнь. Так вот, парень для тебя есть свежие новости, как бы тебе тяжело не было это не оправдывает твои действия, твоё поведение. Это автоматически не отменяет всё что ты сделал. Людям не становится легче от твоего хамского поведения, только потому что у тебя проблемы. Он нахмурился. – Что? Ты хочешь, чтобы у меня развился комплекс вины? Хочешь привязать меня и наказывать до конца моей жизни? И когда я буду прощён? Сколько я должен сделать для этого? Она усмехнулась. – Ты вообще слышишь себя? Сидишь тут и снова жалуешься. Боже…, – женщина резко встала и повернулась спиной к племяннику, – ты вообще не сделал ничего, чтобы заслужить мою доброту или просто хорошее отношение. Вообще ничего. Ты вернулся десять лет спустя и чего ты ожидал? Распростёртые объятия? Не от меня. Лиам встал и обошёл её. – Алекс, я ничего не ждал, – тихо проговорил он, – я вообще не планировал оставаться. Она вновь рассмеялась, взглянув на него. – Ах да, я забыла, это было же твоё великое путешествие самобичевания. А потом ты скулишь, как подбитый пёс, когда я не даю тебе идти по нему? Ты хочешь, чтобы твои грехи были оправданы, потому что тебя никто не понимал? Как будто это оправдывает твои поступки. Они из кожи вон лезут, Кара из кожи вон лезет, потому что по какой-то странной причине чувствует себя виноватой. Почему она должна чувствовать себя виноватой? – Что ты сделал, чтобы заработать прощение? Ничего. Ты был честным? Но это не оправдывает твоё поведение. Хуже всего то, что ты пришёл сюда требуя объяснений, почему я считаю тебя таким и не желаю раскатывать перед тобой красную дорожку, будто я должна. Я не должна. – Я понимаю, хорошо? Я понимаю! – вдруг закричал он, в его глаза застыли слёзы. Лиам резко выдохнул, он выглядел растерянно. Он так напоминал сейчас Кару, к своей досаде мысленно отметила Алекс. Он несколько мгновений стоял молча, а затем тихо проговорил. – Я провёл годы, убегая от своего прошлого. Жил сегодняшним днём и делал всё что мне хотелось, – Лиам замолчал, подбирая слова, – я никогда не чувствовал себя счастливым. Я никогда не был счастлив. – Я так долго, был зол, я создал себя на этом чувстве. Но я не хочу больше быть таким… одиноким. Я знаю, что я мудак, и что я не хочу прожить всю оставшуюся жизнь, ненавидя мою мать, и чтобы понять это, мне потребовалось увидеть, как она чуть не умерла. Я хочу загладить свою вину… я хочу стать лучше. Так что да, я прошу прощения, за всё, что я сделал, что причиняло боль тебе. Я не могу вернуть всё назад, не могу изменить прошлое, но мне очень жаль, и я ничего не жду… я просто… хотел, чтобы ты знала это. После того, как он высказался, Лиам повернулся и направился в сторону двери, кивнув прощально Мэгги, всё ещё стоявшей на кухне и наблюдавшей за ними. Он почти добрался до двери, когда Алекс сказала. – Удивительно, но в отличии от тебя, Лиам, мне не нужны почти умирающие члены семьи, чтобы вспомнить, что я люблю их. Его рука взялась за дверную ручку, когда он ответил. – Я знаю. Она вздохнула и пошла к нему, Лиам повернулся к ней лицом. Немного не дойдя, Алекс остановилась, обдумывая, что она собиралась ему сейчас сказать. – Я не жалею о том, что рассказала тебе о разводе, честно говоря, я никогда не думала, что это надо скрывать от тебя. Но… я сожалею о том, как это произошло, моя сестра чуть не умерла и я потеряла самообладание, – её взгляд стал напряжённым, – и ты внёс немалый вклад в то, что она оказалась на операционном столе. Алекс сделала небольшую паузу, вглядываясь в своего племянника. – Но у нас больше нет времени на споры. Кадмус активизировался, они что-то готовят. И это очень плохо. Так что я заключу с тобой сделку… ты будешь вести себя хорошо, и научишься слушать… и мы сможем работать вместе. Это всё что я могу предложить тебе. Лиам не ответил, но протянул руку, которую агент крепко пожала. – Да, и скажи своей матери, что мне надо поговорить с ней, мне нужно проверить её состояние. – Ладно. После того, как за ним закрылась дверь, Алекс тяжело выдохнула и потёрла лоб. – Ну это был сюрпр… – начала Мэгги, прежде чем в дверь снова постучали. Алекс открыла её. – Ну что теперь? – раздражённо спросила она. – Я сделаю всё необходимое, сколько бы это времени не заняло, чтобы вновь заслужить твоё доверие… и уважение. Она подняла удивлённо бровь. – С этого момента? Лиам решительно кивнул. – Да. Алекс несколько секунд смотрела на него, а затем пошире открыв дверь проговорила. – Заходи. Мэгги готовит спагетти, я думаю, что ещё один человек на ужин избавит меня от части веганской пасты, что будет у меня на тарелке. – Эй!