Демон во мне

***

Я пролежала в ванне неприлично долго — вода уже остыла, пузырьки полопались, а мне всё не хотелось уходить. С горем пополам я поднялась, обтёрлась полотенцем и вышла в комнату. Солнце уже успело сесть, вечерело. Высушив волосы, натянула ночную сорочку и села напротив зеркала, принявшись расчёсывать свои длинные волосы красивым гребешком. Он был нашей семейной реликвией, на протяжении тысячи лет артефакт передавался по женской линии. Внезапно раздался стук в дверь, после моего утвердительного ответа вошла тётя. Я улыбнулась ей, предложила сесть, Джози аккуратно присела на краешек кровати. — Ты невероятно красива, Стеф, — произнесла она, не отрывая взгляда. Небольшой румянец покрыл мои щёки, я всегда смущалась комплиментам. — Спасибо, тётя. Вы что-то хотели? — как можно учтивее поинтересовалась я. — Да, милая, я бы хотела с тобой поговорить. Ты же знаешь, что тебя ждёт завтра? — Ох, вы про письмо из Хогвартса? Да, помню про Косой переулок, — ответила я, попутно отметив, что тётя пришла поговорить совсем не о письме. Повисло недолгое молчание. Неспешно перебирая волосы, я терпеливо ждала, когда Жозефина наконец сдастся и озвучит цель визита. — Стефани, я знаю, что ты чувствуешь. Расскажи мне, ведь раньше ты делилась со мной самым сокровенным. Ты не можешь скрывать эту боль, Шармбатон — твой второй дом. Я не верю, что ты согласилась так быстро его забыть, — на одном дыхании произнесла тетя. — Мартин, он… Ты ведь скучаешь по нему, он пишет? — Тётя Джози, я прекрасно справляюсь со своими эмоциями, у меня нет нужды в жилетке, — желчно промолвила я. «Какая же ты дура, она ведь хочет тебе помочь». Жозефина оторопела, удивлённо вскинув брови. Я нехотя повернулась к ней. — Хорошо, я… Мартин не писал ни разу. Мы договорились расстаться и быть просто друзьями, но он похоже уже забыл обо мне. Мы прошли с ним столько, помогали выкарабкаться друг другу из сущего дерьма, были вместе каждую минуту, а он… Наверное, теперь мой «любимый» развлекается с кем-то ещё. Конечно, зачем же ему помнить обо мне, зачем ждать? Легче просто забыть. Я с силой опустила гребешок. Подойдя к тёте, легла на кровать и вздохнула. Хотелось, чтобы меня уничтожили прямо здесь и сейчас. — Стеф, сейчас остаётся только набраться терпения. Может быть, у него дела и он просто не имеет возможности писать тебе, — предположила Жозефина. — Я не хочу этого. Нельзя искать оправдания этому придурку, он знал, как мне было сложно покидать Шармбатон. Он даже не написал мне после того, как на меня напали! — закричала я. Меня душила злоба, я вдруг осознала, что все эти месяцы искала Мартину оправдание. Если бы он действительно захотел, то приехал. — Успокойся, я все понимаю, — постаралась подбодрить тётя. — Давай поговорим о чём-нибудь другом. Мм, например… Ты уже определилась, какое животное возьмёшь с собой в новую школу? Я читала, что туда можно взять жабу, птицу или кота. — Я хотела взять Германа, но змей туда нельзя. Пусть будет Арни. — Понятно. Ну что ж, по крайней мере, с подготовкой у тебя всё в полном порядке. Значит, я не зря тебя проведала, — Жозефина поцеловала меня в лоб. — Мне пора, ложись спать пораньше, завтра трудный день, — подмигнула она. — Уф, это точно. Сладких снов, тётя Жозефина. — Мне больше нравилось Джози. Спокойной ночи, Стефани, — улыбнулась она, прикрывая дверь.

***

Раннее утро. Моя комната утопала в лучах приветливого солнышка. Неожиданный визит Арнольда — личного домовика моего отца — напугал до чёртиков. — Мисс, ваш отец передал, чтобы вы начали собираться. Через полтора часа отправка в Косой переулок. — Угу, — пробурчала я из-под одеяла. — Скажи Цисси, чтобы она приготовила мне кофе и принесла его сюда. — Как скажeте, мисс Денница. С горем пополам я поднялась с кровати, проклиная и утро, и вредную привычку не спать допоздна. На кофейном столике уже стоял латте с пенкой, аромат которого заполнил всю комнату. Цисси хорошо знала мои вкусовые предпочтения. На этот раз понежиться в горячей ванне не было времени. Наскоро приведя себя в порядок, я пулей кинулась вниз. За обеденным столом сидела вся семья. — Мы отправимся через камин, — пробурчал отец, не откладывая газету. «Даже не удосужился пожелать доброго утра!» — Что-то новенькое? — спросила я, указывая на Ежедневный пророк. — Да, нападения продолжаются. Всюду исчезают магглы, нечистокровные волшебники. В одной Британии уже семьдесят пропавших. Мама с тётей переглянулись. Тёмные времена всегда знаменуется исчезновением простых людей. Так Он дает понять, что волшебники следующие. Теперь приходилось опасаться даже собственной тени. За тягостными раздумьями прошёл завтрак. Никто не проронил ни слова, пытаясь принять эти страшные вести. День ото дня отравленная тьмой сила подбиралась всё ближе, а нам оставалось только ждать и пытаться жить как раньше. Полчаса спустя вместе с семьей переместились в Косой переулок. Для человека, очутившегося на этой аллее впервые, Косой переулок представляет серую и грязную улицу, покрытую мусором. Тут и там раздаются жалостливые всхлипы, несущиеся по ветру обрывки брошюр, газетные вырезки грозят залепить лицо. Не этого я ожидала. Только я открыла рот, как папа произнёс: — Хм, совершенно не узнаю это место. Здесь всегда было много интересных бутиков, разного люда… А какое вкусное мороженое продавали вон там! Он выдохнул, грустно озираясь по сторонам. Тьма Волдеморта добралась и сюда, уничтожив все на своем пути. Что ж, пора привыкать. Было решено разделиться. Я отправилась покупать мантию, а отец ушёл в книжный магазин. Бутик с одеждой нашёлся за минуту. Говорят, что у мадам Малкин самые лучшие мантии. Сейчас и проверим. Пройдя несколько шагов по начищенному паркету, я застала волшебницу с посетителями. Пришлось сесть на шаткий стул, стоящий тут же, и дожидаться своей очереди, к чему я, откровенно говоря, совсем не привыкла. С завидной скоростью мадам Малкин снимала мерки, что-то быстро проговаривая. Никто не услышал моих тихих шагов, и видимо, никто не торопился. Я уже чувствовала, как начинаю закипать от недовольства. Продавец нырнула в каморку, созданную, конечно же, не без помощи заклятия Незримого расширения. Бормотание тут же стихло. Зато я хорошо слышала голоса покупателей. По видимому, то были мать и сын. — Драко, перестань так разговаривать. Делай, что тебе велят, — властно приказала женщина. — Мама, я не маленький мальчик и сам разберусь, что мне нужно. Зачем я вообще еду в Хогвартс? Пустая трата времени! Скоро школа отойдёт на второй план и ЕМУ будет важна лишь степень преданности, а не какое-то образование, — сквозь зубы произнёс парень. — Замолчи! Нельзя говорить об этом здесь, и у стен есть уши. Я тактично кашлянула, чтобы они догадались о моём присутствии. Оба сразу замолкли. Как нельзя кстати появилась мадам Малкин и обратилась ко мне: — Здравствуй, милая. Пришла за новой мантией? Я молча кивнула и, встав, со стула, принялась осматривать уже готовые яркие мантии, зазывающие клиентов со стеллажей. Впрочем, женщина быстро переключилась на другого клиента. — Ох, тебе так идёт эта модель, дорогой. Она идеально подходит к глазам, — с восхищением пролепетала хозяйка магазина. — Мы берём ее, — поспешно проговорила неизвестная. Они осмотрели меня с ног до головы оценивающим взглядом — какое-то неприятное, липкое ощущение, словно тебя только что продали с аукциона. Женщина, одетая в темно-зелёный твидовый костюм с дорогими украшениями, сощурила глаза. Она знала, что я слышала всё, о чём они говорили. Её сын, которого, видимо, звали Драко, быстро потерял интерес к моей персоне. Подойдя к мадам Малкин, белобрысый молча оплатил покупку и ушёл. Мать двинулась вслед за ним, смерив меня ещё раз фирменным презрительным взглядом. — Милочка, посмотри, я думаю эта мантия хорошо тебе подойдёт, — протараторила ни разу не сконфуженная пренебрежительным отношением мадам Малкин, предлагая мне красивую, плотную чёрную мантию. — Вы угадали, чёрный мой любимый цвет. — Прекрасно, подберём тебе ещё парочку на каждый день и я уверена, ты будешь блистать, — засмеялась она. — Кстати, как твоё имя? Сколько лет работаю, а ни разу не замечала. — Я перевелась из Шармбатона, новенькая. Меня зовут Стефани, — ответила я, промолчав о фамилии. Вскоре с нарядами было покончено. Я расплатилась ярко-золотыми галеонами и поскорее отправилась искать отца. Завернув за угол, на секунду оторопела, этот участок аллеи был залит светом и смехом. Я невольно улыбнулась, подходя ближе. Всему виной оказался магазин, который разительно отличался от остальных бутиков. «Всевозможные волшебные вредилки». Хм, интересно. Нужно найти отца и обязательно заглянуть в это заведение. Анте не заставил себя долго ждать. Я буквально повисла у него на плече. Мы должны посетить магазин! С таким наглым и дерзким названием он просто обязан быть интересным. Внутри было так светло, что после грязной улицы сильно слепило глаза. Вокруг летали различные предметы, слышался смех, повсюду мелькали улыбки счастливых детей. Мы долго блуждали по магазину. Даже мой строгий папа восхитился волшебными предметами: — Это поистине великолепная магия! — воскликнул он на чистом болгарском. Мне посчастливилось рассмотреть каждую вредилку поближе, и я решила приобрести перуанский порошок мгновенной тьмы и пару Забастовочных завтраков. В новой школе они точно понадобятся! На выходе устраивали шоу братья-близнецы, мелькая среди толпы рыжей шевелюрой. Должно быть, хозяева, так они напоминали парней с вывески. Мгновение спустя двое оказались рядом со мной. — Милейшая леди, позвольте узнать, как вас зовут? — галантно произнёс один. — Фред, соблюдай очередь, — отозвался второй. — Очаровательная мисс не даёт мне выбора, — не унимался первый. Я тут же зарделась, поспешно пробормотав: — Привет. Меня зовут Стефани, а вы кажется…? — Дред и Фордж, — ответил первый. — Ред и Жордж, — сказал его брат. Я окончательно запуталась, продолжая глупо улыбаться. Рыжики расхохотались. — Смеем вам признаться, что нас зовут Фред и Джордж Уизли, — наконец сдался первый близнец. — Я слышала о вас. Уизли — чистокровная семья, — воскликнула я, совсем не подумав. Близнецы заметно потухли. Наверное подумали, что я какая-то там блюстительница чистой крови и схожу с ума при виде магглов. Я поспешила добавить: — Но какая разница, я очень рада познакомиться с вами, красавцы. Так мы проговорили час, смеясь и шутя. Уизли наградили меня огромной коробкой различных волшебных штук. Как я ни отнекивалась, они заставили меня их взять. Раскрасневшаяся, с улыбкой до ушей я вышла из магазина. И тут вспомнила, что где-то оставила отца. Я уже собиралась возвращаться обратно, как вышел мой радостный папа, всё ещё пребывавший в приятном шоке. — Чудесное заведение, — бодро произнёс он. — Ну что, ты готова? Всё купили? Я кивнула и мы отправились в Дырявый котёл, чтобы вернуться домой.

***

Дома нас уже заждались. Как только мы прибыли, я сразу почувствовала, что пахнет вишнёвым пирогом. Широко улыбнувшись, побежала к маме и тут же кинулась в объятия, заливаясь звонким смехом. Мне так этого не хватало, я не была так близка с мамой уже много дней. — Надеюсь, это ты приготовила пирог? Как раньше, в Болгарии? — Да, милая. Решила тебя порадовать, ты ведь так скоро уезжаешь, — с грустью выдохнула она. Я ничего не сказала, лишь обняла её крепче. Ничего нет роднее семьи и я всегда об этом помнила, для меня близкие всегда оставались на первом месте. Что бы ни случилось, родители и тётя были рядом. И пусть их опека казалась порой слишком навязчивой, я была им благодарна за всё. Сзади меня окликнула тетя Жозефина: — Малышка, мы можем поговорить? — ласково произнесла она. Только сейчас пришло осознание, что вчера Жозефина так и не смогла признаться, зачем она заходила. Кажется, настала пора. Я утвердительно кивнула, и мы направились к ней. Комната тёти Джози всегда отличалась уютом. Наш дом выполнен в тёмных тонах, но её покои казались светом в конце туннеля. Отделанные в нюдовых тонах, они были освещены мягким солнечным светом. Кровать с пологом занимала почти всю комнату, в углу косметический столик, справа небольшая дверь вела в ванную комнату, а ещё одна в гардеробную. — Стеф, мне нужно тебе кое-что рассказать, обещай, что ты сохранишь это в тайне. Я обернулась к тёте и увидела, как на её лице отчетливо проступала тревога. Сердце ёкнуло, не предвещая ничего хорошего. — Д-да, слушаю. — Когда-то давно я, будучи ещё школьницей института Салемских ведьм, начала переписку с волшебником из Хогвартса. Его звали Регулус Блэк. Стеф, пойми меня правильно, я была влюблённой дурочкой и… Нет-нет, он не воспользовался мною, — поспешила произнести тётушка, увидев мой гневный взгляд. — Но он оставил меня. В один день Регулус написал, что нам нужно прекратить общение, потому что… Потому что его дни сочтены. Он сказал мне это мягко, стараясь не разочаровывать так сильно, но… Регулус… Я была влюблена в него. Я просила последнюю встречу, он…он согласился. Мы встретились в Салеме. Сидя в маггловском кафе, я не могла на него налюбоваться. Я уже знала по колдографии, как он выглядит, но увидеть человека в живую — это совсем другое дело. Регулус, ничего не утаивая, рассказал мне всё. Он пытается бороться с Тёмным Лордом, тогда тот ещё был на пике своего могущества. Блэк знал, что не выкарабкается живым и… И отдал мне кольцо, которое напоминало бы о нем. Я утопала в слезах, Стефани, мне не верилось, что я его потеряю. Я думала, что это чья-то злая шутка, не хотела его отпускать. Он бесконечно извинялся и говорил о любви, держа меня за руки. В ту ночь у нас случилась близость, я забеременела. Когда узнала об этом, то всеми силами пыталась отыскать Регулуса Блэка. Но… Через несколько дней я узнала о его смерти. И… — тётя зарыдала. Я пыталась приободрить её, но чувствовала, что всё бесполезно. Эта рана уже покрылась шрамом и она напоминает тёте о прошлом. — У меня случился выкидыш. Стеф… После этого я не могу смотреть на других мужчин. Спустя время, когда она успокоилась, я смогла узнать конец этой печальной истории. — Милая, я рассказываю тебе это потому, что считаю — в Хогвартсе небезопасно, там творятся какие-то кошмарные вещи. Я спорила с твоими родителями, убеждала, что там тебе будет хуже. Но… Они верят в великого Дамблдора, и я не могу их убедить. Остерегайся! Тёмные времена уже настали, даже такой род, как наш не защищён от Волдеморта. Я была в замешательстве. Меня знобило от того, что Жозефина пережила. Я уверена, Тёмный Лорд повинен в смерти Регулуса, в мыслях крутилось лишь одно — готова придушить эту змею за то, что он сделал с самым дорогим мне человеком. — Тётя Джози, я сохраню вашу тайну. Обещаю быть осторожней и не доверять кому попало, спасибо большое, — пообещала я, стараясь выглядеть убедительно. — Я люблю тебя и не представляю как холодными вечерами буду обходиться без твоих объятий, — добавила я уже намного мягче. Тётя улыбнулась своей прекрасной улыбкой. Мне так будет не хватать этого светлого человека, она будто моя вторая мама. Я, тяжело вздохнув, встала, взяла её за руку и мы вместе вышли к родителям в гостиную.

***

Вечером мама с папой предупредили о том, что рано утром я уезжаю. Они поинтересовались, все ли вещи собраны и чего мне не хватает. — Я уже все собрала, вроде бы ничего не забыла, — ответила я, припоминая список необходимого в школу. — Прекрасно, мы будем трансгрессировать, — сказал отец. — Я так не люблю это дело, — заныла я. — Ты же знаешь, что трансгрессия у меня получается через раз. — Стефани, тебе необходимо её освоить, чрезвычайно практично, — пробубнила мама. Эту ночь я не спала. Так трудно свыкнуться с мыслью, что завтра я отправлюсь не в свой прекрасный Шармбатон, окружённый красивыми горами с живописными лужайками, а в чужой, холодный замок, который вынуждена назвать своим домом на какое-то время. Прошлая школа олицетворяла спокойствие и уют. Мадам Максим была лучшим директором всех времён, она так заботилась о своих учениках. Я не знаю, что будет при Дамблдоре. Тёмный Лорд совсем близко, как он будет себя вести? В мои юные годы всё кажется слишком сложным. Надеюсь, друзья будут почаще мне писать, я не выдержу разлуки без единой весточки. А может… Может Хогвартс подарит мне новых друзей? Очень сомнительно, судя по тому, какая у меня фамилия. Дьявол, Люцифер, Сатана. — их всех давно ставили в моих учителей. Кто-то пугался, а кто-то искренне издевался. Конечно, некоторые просто молчали, обращая внимание лишь на то, как я богата, какие обширные мировые связи имеет моя семья. Таким людям я готова была кинуть Круциатус в лицо. Жалкие, они измеряют всё в деньгах. «Все, Стеф, успокаивайся. Завтра сложный день и ты должна быть на высоте. Первое впечатление многое значит», — настраивала я себя. Так, думая о предстоящем новом мире, постепенно засыпала. Последней моей мыслью, прежде чем я окунулась в царство Морфея, было — «это начало конца».

***

Проснувшись утром, я не сразу поняла, какой сегодня день. Кошмар, этой ночью буду спать не в своей комнате, не в любимом шармбатонском кресле, в котором я частенько дремала, допоздна делая уроки. Только я встала и привела себя в порядок, как ко мне в комнату вошла мама. Странно, ведь она редко приходила ко мне, обычно посылала эльфов. — Стефани, я попросила Тео приглядывать за тобой, всё-таки он единственный твой друг, которому я доверяю, — произнесла мать, словно отрезала. Я жутко взбесилась и, наверное, вся покраснела от гнева. — Мне не нужна нянька. Вообще-то вы сами навязали мне в друзья Тео, — сверкнув глазами, яростно ответила я. Частично это была ложь. Я всегда хорошо отзывалась о Тео, он мне даже нравился как человек. Но допустить такое хамское отношение к моему личному пространству! Чистой воды издевательство. — Ты прекрасно знаешь, как Нотт хорош, — так же твёрдо произнесла мама. — Не делай вид, будто он тебе неприятен. Стоит только Теодору пальцами щелкнуть, как ты заливаешься от хохота. Я закатила глаза, но на этот раз промолчала, препираться дальше времени не было. — Я скоро спущусь, дай мне хоть переодеться в одиночестве, — проворчала я. Мать ушла, а я побежала выбирать наряд. Вызвав Цисси, приказала ей трансгрессировать мои вещи на вокзал, чтобы не возиться с ними. Когда до выхода остались считанные минуты, ко мне в окно кто-то постучал. Я увидела красивую сипуху молочного цвета, это была сова Жизель. Радость наполнила меня, разрывая изнутри. Как же вовремя прибыла птица! Мне так важна поддержка подруги сейчас. Жизель была единственной, кто писал мне этим летом. Хоть и весточки краткие, а она была очень занята пробами в помощники Министра, я все равно радовалась, что она уделяет мне время. Быстро сняв с лапки сипухи письмо, начала его читать. По мере прочтения улыбка сходила с моего лица, а руки задрожали. Я побагровела от гнева и обиды. Письмо содержало следующее: «Привет, Стефани. Я невероятно соскучилась по тебе. Не могла не написать, ты же сегодня едешь в новую крутую школу, очень надеюсь, что моя сова тебя нашла, как можно быстрее. Прости, но сегодня у меня плохие новости. Снизу я прилагаю колдографию. Думаю, ты всё поняла и мне нет нужды объяснять. Стеф, я давно этого опасалась и… И оно случилось. Постараюсь сделать всё возможное, чтобы наказать Жервезу. Я обещаю, мало ей не покажется! Не расстраивайся так сильно, прошу дай ответ как можно скорее, я не выдержу, зная как тебе плохо. На твою голову свалилось столько дерьма (прости, не сдержалась). Стефани, я приеду как только смогу, обещай не угнетать себя. Это не твоя вина! Целую, Жизель». Письмо написано слегка неровным, торопливым почерком. Странно, учитывая, как Жизель всегда аккуратно выводила каждую букву. Наверняка торопилась. Снизу была прикреплена колдография. На ней Жервеза и Мартин хохотали и целовали друг друга. Выглядели они счастливо и беззаботно, словно никогда и не существовало Стефани Денница, словно для них она была пустым местом, не значила ровным счётом ничего. Жервеза была одной из моих хороших подруг. Предательство близкого человека всегда нелегкое дело. Если тебя предали сразу двое любимых людей, то тут нужна стойкость, иначе попросту утонешь в потоке горя. Нет, слёз не было. Была лишь ярость, которая как Адское пламя пожирало все внутренности. Будь сейчас Жервеза рядом со мной, я бы разорвала её в клочья, даже не раздумывая. Выводы сделаны, я не имею право поколебать свою гордость и поддаться отчаянию. Ничто больше не должно связывать меня с Шармбатоном, ведь лишь одна Жизель рассказала мне об отношениях Мартина и Жервезы. Теперь Хогвартс обязан стать моим домом, хочу я этого или нет. Спускалась я уже в поникшем настроении, близость новой жизни меня скорее угнетала, чем радовала. Почему же так поздно всё выяснилось? Сейчас у меня нет даже времени пережить этот сущий ад. Хотя, наверное, это к лучшему. Возможно, в водовороте событий мне будет легче пережить всё, что сейчас скопом на меня свалилось. Но я не из тех людей, кто выставляет своё горе напоказ. Все эмоции я переживаю внутри себя, стараюсь быть ровной по отношению к окружающим. Мои проблемы должны касаться только меня. Из хаоса различных мыслей меня вывел голос мамы. Она предупреждала, что через минуту я отправляюсь на вокзал Кингс-Кросс.

***

Вокзалы — это всегда беготня. Кто-то второпях забывает о важных вещах, кто-то уже третий час ждёт своего рейса; есть те, кто не любят вокзалы, а есть и те, кто проводят в них большую часть своей жизни. Суета людей сбивала с толку, я старалась вспомнить ничего ли я не забыла. В конце концов, решила оставить жалкие попытки отвлечься и переключилась на актуальную сейчас для меня тему. Я тысячу раз прокрутила у себя в голове причины этого поступка. Это не оплошность одного, сразу два человека решили вычеркнуть Стефанию Денница из своей жизни. Чем же всё это кончится? Разрушу ли я себя дурными мыслями? Или всё же смогу отвлечься на что-то более существенное? Как всегда поток моих мыслей снова был прерван. На сей раз огненно-рыжим парнем, наступившем мне прямо на каблук. — Ох… Извините, миссис, мисс…ой, — рыжик явно растерялся, начав нести полнейшую чушь. — Ничего страшного, — процедила я, но моё лицо явно выражало другое. Я была рассержена тем, что меня сбили с толку, так ещё и нога теперь неприятно зудит. Взглянув на парня, ощутила дежавю, мы с ним точно когда-то пересекались, но вот где именно, так и не припомнила. Рядом с долговязым я увидела девушку с необычайно густыми волосами, прямо-таки каштановой копной! Несмотря на неухоженность волос, про себя я отметила, что они будут выглядеть роскошно, если уделить им немного внимания. Рядом со школьниками стоял ещё один человек. Темноволосый, с довольно симпатичными чертами лица, невысокий, он надолго привлёк мое внимание. О боже, а его зелёные глаза… Такие яркие, насыщенного оттенка. Хоть парень и носил очки, я всё же не могла не заметить этих прекрасных глаз. И тут меня осенило. Гарри Поттер! Это же Гарри Поттер! Правда, шрама не было видно под чёлкой, но это безусловно он. Мда, я-то думала он разъезжает с личными аврорами, а не идёт, как обычный школьник в поезд к остальным «людишкам». Гарри задержал на мне взгляд, мы долго смотрели друг на друга, внимательно изучая каждую чёрточку лица. Естественно, я поспешила отвернуться, не хватало ещё, чтобы он подумал, что я его поклонница! Я нагнала родителей, которые шли немного впереди и спросила, когда сяду на поезд. — Осталось где-то четыре минуты, — ответил отец. — Я спросил у здешних магглов о хогвартском экспрессе, но они и понятия не имеют, что такой существует. Наверняка тут есть какой-то тайных ход специально для волшебников. О! Вот и он. Я обернулась и взглянула туда, куда указывал отец. Несколько волшебников друг за дружкой разгонялись и вбегали в стену. Мне показалось это невероятно странным, но я решила попробовать. Сначала мама и папа исчезли за стеной, потом и я. Вслед за мной появилась и тётя Джози. Перед глазами вырос красивый алый поезд, который уже собирался отходить — до предупреждающего гудка оставалось не больше минуты. — Милая, поспеши, иначе опоздаешь! — подсказала тётя. Я кивнула и потянулась обнять своих родных. Наше отличие от других чистокровных семей было в том, что род Денница веками сохранял тёплые отношения. Своеобразная отличительная черта, и я горжусь этим больше всего. Распрощавшись с родителями и обещая писать почаще, я подхватила свои чемоданы и запрыгнула в поезд. Все пассажиры смотрели на меня с удивлением. На первокурсницу я не походила, а раньше меня никто не замечал. Должно быть, я вызывала потрясение. Мне было не особо уютно под этими взглядами и я захотела побыстрее занять свободное место. — Эм, прости, может, тебе помочь? Да… Я… в смысле донести вещи, — произнёс чей-то робкий голос за спиной. — Да, было бы неплохо, спасибо. Мои чемоданы действительно очень тяжёлые, — обернувшись, ответила я. Голос принадлежал тому самому рыжику. Парень помог донести чемоданы в свободное купе. — Ты не против, если мы присоединимся к тебе? Я имею в виду моих друзей, — всё так же запинаясь и краснея, попросил он. — Да, без проблем. Заодно и познакомимся, — звонко воскликнула я, внутренне потирая ладони в предвкушении интересного путешествия. Ребята зашли в купе. Я отметила слегка недовольный взгляд девушки с пышными волосами, почти незаметный, но я хорошо разбираюсь в людях и тут же уловила её напряжение. Списав всё на то, что мы друг друга совсем не знаем, я уселась на сидение и осмотрелась. Обычное купе поезда, без особой роскоши, но очень чистое и уютное. Ребята тоже разместились и я решила начать знакомство первой. — Ну, так что, начнём знакомство? Меня зовут Стефани. Отвечаю на ваш немой вопрос, почему раньше меня тут никто не видел. Дело в том, что я перевелась из Шармбатона. Моя семья переехала, ммм… в связи с личными причинами, — слегка неуклюже дополнила я. — Поэтому в Хогвартсе я совсем ничего не знаю. Надеюсь, что два года, которые я здесь проведу, будут не напрасны. — Стефани… Красивое имя, — произнёс брюнет. — Я Гарри. Гарри Поттер. — Я сразу тебя узнала. Ты же знаменитость! — восхитилась я. — А вас как зовут, ребята? — Рон Уизли, — представился рыжик. — Гермиона Грейнджер, — слегка надменно ответила девушка. Меня очень удивил такой тон. Она что ревнует? Или я ей чем-то не угодила? Ну ничего, я растоплю этот лёд! — А как твоя фамилия? — не унималась Гермиона. — А ты что, не будешь со мной общаться, если я окажусь не чистых кровей? — посмеялась я. Девушка побледнела. Либо я затронула что-то очень личное, либо неудачно пошутила. В любом случае, мои слова оказались ошибкой. Чёрт, вечно я не слежу за своим языком! Как же много проблем из-за этого. — Эм… Стефани, Герми — магглорожденная, но смею признать — лучшая ученица во всём Хогвартсе, даже затмевает многих когтевранцев! — восхищённо сказал Рон, смутив девушку. — Прости меня, не хотела тебя обидеть, — вздохнула я. — Дело в том, что моя фамилия Денница. Троица ахнула от удивления. Наверняка не поверили мне, считая, что я выдумала себе псевдоним. — Ты же из Болгарии, верно? — быстро протараторила Гермиона. На мой изумлённый взгляд она ответила простой логикой. — На чемпионате по квиддичу в свободное время я изучала Болгарию и Ирландию. Твоя фамилия фигурировала почти во всех источниках, как самая древняя и опасная. Твоя кровь идеально чистая, ни одного маггла в родословной нет. Странно, твоё генеалогическое древо находится в широком доступе. Стефани, я насторожилась, когда тебя увидела. Твоё лицо мне смутно было знакомо, кого-то напоминало. Причём воспоминания были явно нехорошие. Гермиона закончила и смущённо поглядела на меня. Ей явно с большим трудом давалось всё это рассказать, но по азарту в глазах было ясно — она жаждет ответа. Я уже привыкла к яркому интересу относительно моей персоны. — Ничего страшного, — я искренне и широко улыбнулась. — Да, на моей Родине о нас очень много говорят. Правда, наша семья очень хорошая. Мы неоднократно помогали нуждающимся и спасали людей, которые попали в трудное положение. Конечно, в прошлой войне мы оказали небольшую поддержку Сами-Знаете-Кому, но отреклись от него почти сразу, задолго до войны. Мои родители презирают его открыто, потому что, я не постесняюсь этого сказать, мы не боимся. При таком влиянии моей семьи в магическом мире, он для нас не особо страшен. И да, моё лицо было тебе знакомо потому, что я очень похожа на папу. Наверное, его ты видела в различных источниках, отец в своё время стал самым молодым миллиардером. Но вы должны понимать, ребята. Я не кичусь своим родом, деньгами. Иногда мне кажется, что я бы все променяла на простую жизнь обыкновенного маггла, как будто я родилась не в своём теле. Мои родители никогда не презирали магглов, они равнодушны к ним, хоть иногда и высказывают грубые замечания. Но в основном мы их не замечаем. Моя семья не часто устраивает богатые балы. Я считаю, что постоянно кружиться в этом обществе весьма утомительно. Тем более, в воздухе так и слышится гул ненависти грязнокровок, магглов, сквибов, оборотней, осквернителей крови. Мои родители считают себя выше этого, выше глупого деления людей на расы, положения в обществе, статуса крови. В Болгарии этих пресловутых аристократов повесили бы за лодыжки и оставили на растерзание орлам. Я говорила много, но мне казалось, что я никогда не передам того настроения, которое хотела бы. Я так устала от этой чистокровности, устала от деления. Ведь война и начинается именно из-за этого, в противном случае между волшебниками не было бы разногласий. — Стефани, это… Это очень сильно, — просто сказал Гарри. Рон и Гермиона молчали. Я решила немного разрядить обстановку. — Я так голодна. Здесь нет какого-нибудь буфета? — Скоро поедет тележка со сладостями, купишь что-нибудь, — пояснил Рон. — Кстати, Рон. Ты же Уизли? — обратилась я к парню. — Недавно я посещала магазин двух братьев на Косой аллее. Вы же родственники, да? — Да, Фред и Джордж. Мы тоже там были, почему же не видели тебя? — Странно, я познакомилась с ними, мы мило поболтали и наверное целый час хохотали, — улыбнулась я, вспоминая двух забавных рыжиков. Гриффиндорец улыбнулся. Должна заметить, что он такой же долговязый, как и его братья. Но, видимо, улыбка семейства Уизли передаётся по наследству — она прекрасна. — Совсем забыла, ребята. На каком факультете вы учитесь? — неожиданно вспомнила я, вжимаясь в кресло от предвкушения. — Гриффиндор, — хором ответили ребята. — Ух ты, смелость и благородство, — восхитилась я, невольно вспомнив, что мама говорила о делении факультетов. Так значит, троица на «хорошей стороне» в этой войне. — Гермиона, кстати, почему тебя не отправили на Когтевран? Рон сказал, что ты очень умна. — Понимаешь, Стефани, шляпа учитывает не только твои общие качества, но и те скрытые, которые ты проявишь в безвыходной ситуации. Наверное, мне больше подошёл Гриффиндор, чем Когтевран, — скромно ответила та. — Да, это очень умно и вполне логично. А что это за шляпа такая? — О, Распределяющая шляпа! — звонко прокричал Гарри. — Её надевают тебе на голову и она как будто начинает читать твои мысли, сокровенные желания. В конце озвучивает факультет. Её особенность в том, что она учитывает пожелания каждого студента. Если какой-то факультет тебе не нравится, ты туда не попадёшь. Я вот, например, просил Распределяющую шляпу не отправлять меня на Слизерин. Она учла мое желание и вот… я на Гриффиндоре! — Слизерин… хитрость и амбициозность. А что плохого в этом Слизерине? — поинтересовалась я. — Оттуда выпускаются самые злые волшебники всех времен, — загадочно ответил Рон. — Даже Тот, Кого Нельзя Называть учился на Слизерине. — Очень странно. Но может быть, это простое совпадение? Я уверена есть и достойные выпускники. — Маловероятно, по крайней мере, мы таких ещё не встречали. Один Малфой чего стоит, — сквозь зубы произнесла Гермиона. — Что? Какой Малфой? — удивилась я. — Стойте, а я о нем слышала. Это же одна из самых чистокровных семей Британии! — Да, а ещё самых задиристых и глупых, — с пренебрежением дополнил Рон. — Ты его ещё не видела в образе хорька, так он хоть свой рот не открывал. Уизли захохотал, его подхватили оба друга. Тут ребята наперебой начали рассказать о Малфое за все годы учебы. Я повеселилась от души, представляя этого напыщенного аристократа, развалившегося на пыльном полу, всего измятого и побитого. — Ребята, а этого Драко я видела. В магазине мадам Малкин он спорил о чём-то с матерью. Я в точности описала всё, что увидела и услышала. Все мигом насторожились и я попросила их быть откровеннее со мной. — По соседствую с Косым переулком есть Лютный. Он очень опасный и туда не стоит ходить одному. Но мы втроём отслеживали этого Малфоя, который со своей мамашей зашёл прямо туда. Мы не смогли много узнать, но Малфой был в Горбэне и Берксе — магазине опасных тёмных артефактов. Думается, тут что-то нечисто. Война уже началась и нам страшно за Хогвартс, — разъяснила Гермиона. — Может быть вам покажется чушью сказанное мною, но я уверена, что этот Драко — Пожиратель смерти, — сказала я и тут же прикусила язык, не зная стоит ли быть такой откровенной с почти незнакомыми людьми. — Ох, Стефани, Гарри ведь тоже так думает, но я сама не уверена, — сказала Гермиона. «Тележка со сладостями, тележка со сладостями», — раздалось где-то за дверью. Я встала и решила посмотреть, что имеется в ассортименте. Тележкой управляла пожилая женщина. Глаза разбегались при виде разнообразных сладостей, пирожков, кексов, печений. Взяв несколько шоколадных лягушек и маффин, я направилась обратно в купе, но чья-то рука задела меня по спине. Я уже хотела извиниться, как напоролось на откровенную наглость. — Смотри куда идёшь, недотёпа, — произнёс какой-то парень. Я достаточно низкого роста и мне пришлось поднять глаза вверх, чтобы увидеть наглеца, так обошедшегося со мной. — Вообще-то это ты задел меня. Будь у тебя хоть капля достоинства и воспитания, то ты бы извинился, — холодно произнесла я. Никто не смеет так обращаться со мной! Вскинув волосы, гордо взглянула прямо в глаза сопернику. Стоп, это же тот парень из магазина мантий. Да, Драко Малфой собственной персоной. Рядом с ним стояли два каких-то «шкафа». Очень грубые на вид мужланы с сильными руками и явно избыточным весом. Ещё ближе стоял темнокожий парень, довольно симпатичный на вид, ухоженный, с правильными чертами лица, и девушка миловидной внешности, но сильно напоминающая пса. Драко Малфой при ярком свете дня показался мне каким-то усталым, с огромным грузом на плечах. Приглаженные волосы обнажали черты лица — впалые щеки, чётко выделяющиеся скулы, острый овал: всё выдавало в нём отпрыска благородных кровей. Дополняли образ дорогие духи и не менее дорогой костюм. Я чётко уловила аромат, обнаружив его составляющие. У меня всегда было прекрасное обоняние, для меня каждый человек ассоциировался со своим особенным запахом. Так я запоминала людей. При всей привлекательности (это нельзя не признать), Малфой был очень забитым. Круги под глазами выдавали бессонные ночи, а испуганный взгляд тяжесть теперешней жизни. «Конечно, Тёмный Лорд возродился и теперь жизнь его семьи не самая сладкая. Малфои согрешили, бросив своего Господина. Уверена, они уже получили по заслугам, но страдания ещё не окончены». — Кто ты такая, чёрт побери? Ты знаешь, что я могу сделать за твой язык? — наконец ответил блондин, направляя палочку в мою сторону. «Шкафы» заметно насторожились, а девушка прикусила губу. Темнокожий парень же закатил глаза, видимо такое зрелище было не впервые для него. Тут дверца купе открылась и на шум выглянула троица. Они сразу изменились в лицах, увидев, что происходит. Гермиона выйдя вперёд, грозно посмотрела на Драко Малфоя. — Опусти свою палочку, глупый хорёк, — смело сказал Гарри, поправив съехавшие с носа очки. — О, святой Поттер нашёл себе подружку? Развлекайтесь, осквернители крови, — сквозь зубы сказал блондин. — Драко, не надо, — умоляюще пролепетала девушка, догадываясь, что назревают проблемы. Малфой не удостоил её даже взгляда. — Гойла только что стошнило прямо в нашем купе, — сказал Малфой. От этих слов «левый шкаф» зарделся, смутившись до крайней степени. — Нам нужно новое, где мы бы доехали спокойно всю оставшуюся дорогу. Так что, освободи купе, Поттер. И прихвати своих слуг, грязнокровку и осквернителей, — блондин растягивал слова, произнося их манерно, нарочито медленно, будто хотел добавить побольше яда в свои реплики. Видимо слово «осквернители» касалось и меня. Я шёпотом спросила Гермиону, достигли ли мы зоны, где можно использовать магию. Та, посмотрев на часы, незаметно кивнула. Я удовлетворилась ответом, и мягко отодвинув парней, прошла прямо к шайке Малфоя. — Осквернители и грязнокровки? Ты хоть знаешь, с кем имеешь дело, жалкий прихвостень? Я побывала во многих местах, но никогда не слышала в приличном обществе таких наглых слов. Ты называешь себя аристократом? Приверженцем чистой крови? Чистая кровь — это прежде всего достоинство. Я не думаю, что тебе это знакомо. Ты можешь и дальше измываться над остальными, считая себя суперзвездой и высшим существом, — спокойно произнесла я, всё ближе подходя к Малфою. В конце концов поднялась на цыпочки прямо к его уху, шепча так, чтобы было слышно только ему. — Тёмный Лорд падёт, а ты останешься никому не нужной, грязной, забитой крысой. Там, откуда я родом, твою семью и тебя поставили бы на колени и хорошенько побили кулаками, без всякой магии. А теперь можешь забегать, как пёс в конуру, — сказала я уже громко, использовав магию для поднятия своих чемоданов. Держа их на лету, я все ещё смотрела в лицо Драко. Тысяча эмоций захлёстывали его, но глаза говорили одно: в них горела ненависть. Я переместила чемоданы на пол. И вдруг раздалось заклинание, оно бы отбросило меня в конец поезда, если бы я рукой не установила Защитные чары. Все пребывали в полном шоке. Я, одна, без палочки остановила заклинание. Я посмотрела вперёд, чтобы обнаружить дерзнувшего. Сначала подумала на Малфоя, но затем увидела как темнокожий парень опускает палочку. — Зря ты это сделал, бить в спину, а тем более девушке, — я нарочито покачала пальцем, говоря о том, что он провинился. Схватив палочку, резким движением атаковала парня: «Остолбеней!» Он, не успев собраться, упал. — Стефани, стой, в поезде запрещено устраивать дуэли. Тебя накажут, — поспешила остановить меня Гермиона. — Не переживай, ничего страшного не произойдёт, — зло усмехнулась я, произнеся в это время: «Перлоптус!» К парню мгновенно поползли мириады кишащих змей. Шипя, они подползали всё ближе и ближе. Он закричал истошным голосом, пытаясь от них избавиться, но все напрасно. Змей ничего не могло уничтожить. Наглец зашёлся криком, извивался, даже хныкал. Одним движением я втянула иллюзию обратно в палочку. — Смотри не описайся, плакса, — звонко рассмеявшись, поддразнила я. Затем подхватила чемоданы, отправилась искать другое купе. Вскоре я уже сидела с четырьмя симпатичными когтевранками — подружками. Мы познакомились и пообщались. Они представились, как Чжоу, Эйприл, Миранда и Ребекка. — Оставь вещи тут, их доставят в твою комнату, — махнула Ребекка, когда поезд остановился. Я послушала её и направилась к выходу, отметив, что уже стемнело. Какого же было мое удивление, когда я увидела огромного человека с заросшей бородой и фонарем, он был явно больше меня и в высоту, и в ширину. — Стой, — пробасил великан, отчего я ненароком дёрнулась. Но мужчина улыбнулся и сказал, чтобы я следовала за ним. — Меня зовут Хагрид, я туточки лесничий, — прогремел мужчина. Мне показалось, что несмотря на габаритные размеры, он все же добряк, каких ещё поискать. — Куда мы идём… эм, Хагрид, — немного неуклюже поинтересовалась я. — Посажу тебя в карету, ты не серчай, что одна поедешь. Токмо мне к первокурсникам возвращаться нужно. Ты же не поедешь с малышами? — гаркнул он. — Да, ты прав. Эм, ты не знаешь Рона или Гарри, я бы поехала с ними. — Да ты что, да я их… как его там. Эм… преданный слуга, во! Сейчас найдём, как раз доедешь в целости и сохранности. Нашли мы их быстро, посадив нас всех в кареты, которые были запряжены фестралами, Хагрид ушёл. — А он неплохой, — сказала я друзьям. — Кстати, почему у вас фестралы везут кареты? Они же относятся к опасным существам. — Да, но видишь ли… Это же Хогвартс, — сказала Гермиона. — Ты видишь фестралов, значит… — У меня никто не умирал, Гермиона. Я не видела ничью смерть. С тех пор, как только столкнулась с ними, не смогла найти разгадку, — ответила я. На этом разговор оборвался, Гарри и Рон не сочли нужным что-то ответить. Вскоре мы были уже у школы. Хогвартс произвёл на меня поистине неизгладимое впечатление. Я видела много старинных замков, но этот один из лучших. Пока любовалась им, пытаясь запомнить каждую чёрточку, башенку, пик, думала о том, в каком же стиле выполнено сооружение и когда создано. Понятное дело, много веков назад. Надо обязательно прочесть историю этого великолепного замка. На входе стояла чопорного вида женщина. Она была очень худа, имела прямой нос, взгляд коршуна, весь её образ так и кричал о строгости и деловитости. — Это кто? — спросила я у Гермионы. — Профессор Макгонагалл, учитель трансфигурации. Будь с ней осторожна, — нарекала девушка. — Мисс Денница, прошу, подойдите ко мне, — подозвала преподаватель. — Здравствуйте, профессор, — сказала я, помахав троице, чтобы дальше шли без меня. — Стефания, сразу перейду к делу. Вам нужно пройти распределение, чтобы определить ваш факультет. Ожидайте, когда вызовет директор, затем пройдите в Большой Зал и сядьте на табуретку. Вам наденут на голову шляпу и определят подходящий факультет. Вопросы? — Только один. Я буду проходить распределение при всех учениках Хогвартса? — Именно. Что-то ещё? — Нет, спасибо, профессор. На этом всё. Меня накрыла паническая атака, десятки учеников услышат мою фамилию. Вряд ли они вообще захотят общаться. Но… В любом случае люди узнают, кто я, так что этот вариант даже лучше. Мне не придётся терпеть унизительные домыслы при каждом знакомстве. Спустя полчаса я стояла перед дверьми Большого Зала. Все первокурсники уже прошли и я ждала своей очереди. Директор поднялся объявить важную новость. Наконец раздались овации, двери раскрылись и я предстала перед огромным количеством людей. Меня ослепил свет тысяч свечей, паривших прямо в воздухе. Длинные столы были битком забиты учениками, каждый за принадлежащем ему факультетом. Я робко прошла пару шагов. А затем, собравшись, уверенно двинулась вперёд. Периферическим зрением, как каждый пожирает меня взглядом, пытаясь понять, кто же я на самом деле. — Я рад представить вам новую ученицу — мисс Стефания Денница, — торжественно произнёс Дамблдор. Я узнала его сразу же, как можно не знать великого волшебника всех времён! Вблизи он показался мне ещё более старым, уставшим. В глазах горел бойкий огонек и это придавало ему хоть какой-то бодрости. Тем временем по залу прокатился гул эха. Я хотела встать, по привычке вскинуть волосы и убежать отсюда, не возвращаясь никогда. Но увы, этого я сделать не могла. Подняв подбородок, с изрядной долей высокомерием ещё раз осмотрела зал. За крайним столом, окрашенным в зелёный цвет, с флагом, где была изображена змея, сидела вся шайка Малфоя. Его дружок до сих пор дёргался при каждом движении. — Мисс Денница, пройдите на табурет, — обратилась ко мне Макгонагалл. Я поднялась и села на старый стульчик, на меня надели не менее старую шляпу, всю в заплатках и швах. — Агаааа! (Я чуть было не подскочила) Миссс Денннница, — растягивая буквы, пропела шляпа. — Какой сюрприз видеть здесь такую особу, ваши предки давно отказались от Хогвартса, предпочтя другие магические школы. — На то есть веские причины, — ответила я спокойно. — Ммм, не сомневаюсь, не сомневаюсь. Но вы совсем другой случай, особенный. Куда же мне вас отправить? Так-с, что тут у нас. Хм, гордость, очень много гордости; также смелость, дерзость, острый ум, доброта, отзывчивость, благородство, хитрость, природное коварство — можно перечислять долго. Куда же хотите вы, милочка? — Я полностью доверяю вам, — все так же спокойно сказала я. — Хм, и правильно! Нет, точно не Пуффендуй. Хммм, хотела Когтевран? Нет, твой ум острый, но смекалка не дотягивает. К тому же, твоё место далеко не в учёных. Какой же факультет поспособствует твоему феноменальному успеху? Хм… Гриффиндор или Слизерин. Ну раз ты мне доверилась, то… СЛИЗЕРИН! Это распределение стало шоком для всех. Во-первых, шляпа никогда не выбирала факультет так долго, а во-вторых… Слизерин! У меня плыло перед глазами, на ватных ногах я встала и двинулась навстречу кричащему, хлопающему столу. «Не наделай глупостей, дорогая!», — предостерегла вслед шляпа. Я взглянула вперёд и всё, что увидела сквозь навернувшиеся на глаза слёзы — это усмешку Драко Малфоя и его коварный взгляд. Нет, там был не гнев, а чувство удовлетворения от свершившейся мести!