Ассистент

      Ночь сменилась рассветом, а я так и не сомкнула глаз. Я продолжала сидеть на подоконнике, таращась в бездну сменяющих друг друга облаков, наблюдая, как постепенно в многоэтажках напротив то тут, то там зажигается свет. Спать не хотелось. Мозг в миллионный раз прокручивал события прошлого вечера, и почему-то на губах царила идиотская улыбка. Всё же хорошо. Всё просто замечательно. Почему я так накручиваю себя?       Мне предложил встречаться Чон Чонгук. Один из самых потрясающих парней в мире хочет быть рядом со мной. Такой неприступный человек, а умудрился всего за несколько дней потерять голову от своей ассистентки. Ну хотя бы самооценка у меня должна вырасти после этого, нет? Нет. Думаю, что как раз-таки моя самооценка никак не эволюционировала. А вот чисто душевные качества… Даже не знаю, как это объяснить.       В один момент я почувствовала себя по-настоящему нужной кому-то. И речь сейчас не только о Чонгуке. Я попала с корабля на бал, но умудрилась влиться в потрясающую семью, где люди любят друг друга не только перед камерами; где улыбаются лишь от того, что проводят время вместе. В России со мной ничего подобного не случалось, да и в Америке тоже. Мы думаем, что люди везде одинаковые, но это не так. Теперь я в этом абсолютно убеждена. И вот у меня ничего не было столько лет, кроме обычной семьи — мама, папа, брат, сестра — но лишь отдалившись от них я поняла, что есть ЕЩЁ люди, способные стать кем-то очень важным.       Наступило утро и я засобиралась будить бантан. Хотя собираться мне было особо нечего. Я лишь посмотрела в зеркало и заново причесала волосы. Одежда на мне была вчерашняя, я решила, что не буду переодеваться, потому что вещи чистые. Не успела я открыть дверь, как она открылась сама и на пороге появился менеджер Джо. У корейцев такие заспанные лица по утрам… За европейцами я такого не замечала.  — Здравствуй, у меня срочное дело, — его взгляд не предвещал ни беды, ни радости, однако мне снова стало не по себе. — Завтра тебе придётся отступить от своего привычного расписания. Мои брови поползли вверх.  — В каком смысле?  — Директор Ким хочет видеть тебя у себя завтра в девять утра. Не опаздывай и оденься по официальнее. Я не знаю, в чём там дело, но просто так он никого не беспокоит. Всего доброго. Мужчина ушёл раньше, чем я успела задать вопросы. Сердце заколотилось в четыре раза быстрее. Что всё это значит? Ребята мирно спали, как обычно, друг на друге. Все, кроме Чонгука, который сидел за столом и что-то усердно рисовал или писал. Увидев меня, он отложил свою работу в какую-то папку и улыбнулся самой тёплой улыбкой, на которую был способен.  — Привет, — прошептал он, подойдя ко мне, чтобы не разбудить хёнов. — Всё хорошо?  — Да, всё в порядке. — Я пригладила его волосы рукой, пытаясь перестать нервничать из-за визита менеджера. — Ты уже готов? Подожди, я разбужу остальных, и все вместе пойдём вниз.

***

Я ушла за завтраком, пока ребята приходили в себя и пытались проснуться. Когда они увидели накрытый стол, сон как рукой сняло. Я по привычке села завтракать с ними, потому что они не терпели моих отказов на этот счёт. Чонгук сегодня сел рядом со мной и переплёл наши пальцы под столом. Не успела я подумать о том, что парни удивятся такому жесту с его стороны, как макнэ достаточно громко произнёс: «Они всё знают». Я вытаращила на него глаза и освободила свою руку из его хватки, покрывшись багровым румянцем. Ребята всё знают, боже, они всё знают…  — Да с вами всё с самого начала было ясно, — хихикнул Чимин. — А уж потом то…  — Не переживай, — Хосок перехватил мой затравленный взгляд и улыбнулся: — мы не скажем никому. Просто мы семеро — семья, мы всегда всем делимся друг с другом.  — И всегда понимаем друг друга. Даже без слов, — подхватил Намджун. — Поэтому нас не удивило то, что Чонгук рассказал нам.  — Ешь, — Гуки придвинул ко мне тарелку с рисом. — Иначе не останется. У него такие забавные щёки, когда он ест… Хочется их расцеловать.  — Чонгук, — начала я, ни с того ни с сего, пытаясь сменить тему беседы, — что ты рисовал, когда я пришла? Или это какой-то текст? Ты что, тоже пишешь песни? Юнги справа от меня хохотнул, сделав чудовищный глоток риса и слегка поперхнувшись. Весь стол уставился на него.  — У него нет дара к сочинительству, — ответил Сахарок на немые вопросы в глазах собравшихся. — Как-то раз я попросил его придумать мне рифму к одному слову. Такое началось… Я всё ещё ощущала любопытство. Увидев это, Юнги продолжил:  — Ну он же у нас никогда ошибок не совершает, всегда выполняет то, чего от него хотят. Короче, он носился по всему корпусу, как фурия, пытаясь придумать рифму к этому несчастному слову. Перебрал всё, что можно, прилагательные, наречия… И ничего не подходило. Короче, в конце концов он просто сел на пол, закрыл голову руками и заплакал. Я прифигела настолько, что стало сложно себя контролировать. Чонгук плакал? Да нет, не может это быть правдой.  — Да-да, хён, спасибо большое, — с набитым ртом ответил Чонгук, которого ни капельки не задели откровения друга. — Напомни, сколько мне было лет тогда? — 12 или 13… Я уже не помню. — Юнги почесал нос. Все вокруг залились хохотом. — Вообще-то, — повысил голос Юнги, пытаясь оправдать абсурдность ситуации, — он уже тогда был нагибатором. Укусил меня за палец, гадёныш, когда я пытался у него из пакета чипсы стащить.  — А чего ты лез под руку? Ты же знаешь моё отношение к еде.  — Между прочим, — шепнул Чимин, обрящаясь ко мне, немного отойдя от смеха, — шрам Чонгука на щеке вовсе не от брата. Это Юнги его покалечил ещё до дебюта. Просто БигХит решили, что это не очень хорошее происшествие, и попытались придумать более правдоподобную историю. Только тс-с-с. Никому не говори. — Он подмигнул мне, возвращаясь к трапезе. Все снова начали жевать, переговариваясь друг с другом на какие-то отвлеченные темы.  — И всё же… — вспомнила я свой изначальный вопрос к Чонгуку. — Что ты писал? Чонгук прожевал кусок пищи с коварной улыбкой на лице.  — Я тебе потом покажу.

***

Вечером ко мне снова должен был придти Чонгук. Я решила не говорить ему о том, что меня вызвал директор. Зачем зря волновать человека? Может, это как-то связано вовсе не с нашими встречами, а… с моей зарплатой например. Уставшая и замученная после очередных съёмок парней я ввалилась в свой номер и заперла дверь, поскольку собиралась принять душ. Стоя под холодными струями воды, я ощущала немыслимую свободу. Хотелось завернуться в халат и уснуть. Но визит Чонгука для меня важнее, чем сон. В чём в чём, а в одном мы с ним похожи. Мы оба жутко восприимчивые к запахам. Но Чонгук ненавидит запах грязи в любом его варианте, а я больше всего терпеть не могу запах табака. Не важно, дорогой этот табак или дешёвый, и кто его курит. В любом случае это принесёт мне страдания. Что же касается моего отношения к грязи… Я всегда стараюсь быть чистой, просто потому, что мне сразу как-то легче где-то находиться и что-то делать. Поэтому я с удовольствием взяла в руки тюбик с гелем для душа и нанесла его на мочалку. Мне показалось, что в дверь постучали. Быстро смыв с себя остатки мыла и завернувшись в полотенце, я на цыпочках (ибо было холодно ногам) подошла к шкафу и взяла оттуда халат. Стук прекратился. А может, никто и не стучал? Может, мне просто показалось? Я высунулась за дверь, но в коридоре было пусто. Вернувшись в свою комнату, я всё-таки решила снять наскоро надетый халат и переодеться во что-то более вменяемое. Всё таки у меня скоро будут гости… Этим «вменяемым» оказались джинсовые шорты и чёрная майка, под которую пришлось надеть бюстгальтер, чтобы ничего нигде не. ну вы поняли. На сей раз стук в дверь оказался реальным. Невинный голос за дверью спросил: «Можно?». Я подбежала к двери и распахнула её. Передо мной стоял Чонгук. Одной рукой он опирался на дверной косяк, а другую прятал за спиной.  — Что ты там прячешь? — моё любопытство пересилило стеснение.  — Просто так не скажу. — хитро улыбнулся парень, а затем мечтательно посмотрел вверх, словно думая, — попробуй убедить меня показать это. Мои брови поползли вверх. Вот ведь гадёныш. Я, прищурившись, подошла ближе, принимая правила его маленькой игры.  — Хочешь, чтобы я попросила тебя? — моя ладонь коснулась его щеки и провела узор от губ до уха. Затем губы прошептали в сантиметре от его губ, — каким образом? Чонгук сам подался вперёд, закрывая дверь и обхватывая меня обеими руками за талию. Я уже даже забыла о том, что он прятал. Мне было абсолютно плевать на всё, на весь окружающий мир, когда его губы жадно коснулись моих, целуя глубоко, по собственнически. Боже, никогда не думала, что этот стесняшка-макнэ может так целовать… Я оторвалась от него, тяжело дыша.  — Подожди… Однако он не собирался останавливаться. Его дыхание было сбито так же, как и у меня, но Чонука это, похоже, только сильнее распаляло.  — Мне кажется, что я окончательно потерял голову. — прошептал он, снова целуя.  — Я тоже, — сквозь поцелуй промычала я, томно закрывая глаза, в миг забывая о том, что хотела сказать, вновь обнимая парня. Моего парня. Вдруг он прервал поцелуй сам, наконец показывая то, что прятал тогда в руке. Это был невероятной красоты цветок. Я не знаю, как он называется, у нас в России такие, наверное, не растут. Тёмно-синие лепестки, длинный тонкие стебель и потрясающий аромат — как раз для таких помешанных на запахе, как мы с Чонгуком.  — Это мне? — я осторожно взяла цветок в руки, с несколько ошарашенным видом. Никто никогда не дарил мне цветов.  — Конечно тебе, — улыбнулся макнэ. У него такая потрясающая улыбка… Он немножко прикрывает глаза, когда улыбается, что делает его безумно милым. Боже. Ещё пару часов мы лежали на моей кровати и просто разговаривали обо всём на свете. Он спрашивал меня о России, о моих вредных привычках, о моих пристрастиях и прочем. Мне было так же интересно абсолютно всё про этого человека. Мы не замечали, как текло время, и в конце концов Чонгуку пришлось уйти потому, что на его телефон пришла смс-ка от Тэхи. В ней парень сообщал, что бантаны уже улеглись и ждут только его.  — Как-то рановато они сегодня… — пробурчал он, но всё-таки встал.  — Нет, просто мы задержались. — улыбнулась я. — Иди, иначе ребята начнут тебя ревновать ко мне. Он чмокнул меня в нос.  — Правда? С чего бы это? — на его губах замерла усмешка.  — С того самого, — сказала я, буквально выпихивая его из комнаты.  — Прогоняешь? — надулся он.  — Да. — засмеялась я, продолжая пихаться.  — До завтра. — прошептал Чонгук, целуя меня на прощание.  — До завтра. — вторил мой голос. Парень вышел. Я плюхнулась на кровать с идиотской улыбкой на губах. Влюблённая дура… Что тут ещё сказать?.. В дверь снова постучали.  — Чонгук, ты что-то забыл? — я подлетела к двери, одним движением распахнув её. Улыбка погасла, словно её и не было две секунды назад. На пороге стоял совсем не Чонгук.