Ассистент

      На пороге стоял мужчина в солидном костюме и с не менее солидным лицом, выражающим невероятную строгость. Первой мимолётной мыслью было «почему ко мне постучал охранник?». Но вскоре я поняла, что охрана здесь совершенно не при чём.  — Ди.директор Ким? — неуверенно произнесла я. Мне еще не доводилось встречаться с кем-то главнее менеджера Джо, поэтому моя растерянность была вполне логична. Тем более что не мог этот человек быть директором Кимом. Он же меня вызывал в свой кабинет к утру, зачем тогда пришёл в столь поздний час…?  — Нет, я не директор Ким. Вы позволите пройти в вашу комнату? Нам нужно поговорить. Мужчина двинулся вперед, но я заслонила дорогу, не пропуская его в свою обитель. «Странный дядя» уставился на меня вопросительным взглядом, ведь действительно так сложно понять, почему хрупкая девушка в коротких шортах не позволяет закрыться с ней в замкнутом пространстве поздним вечером…  — Поверьте, я не причиню вам вреда. Но поговорить нам лучше без посторонних. Позвольте войти. Мужчина прожёг меня взглядом. Он вроде был вежлив, но что-то в этом лице пугало меня, я чувствовала скрытую угрозу, от которой хотелось спрятаться под кровать, как в детстве. Но мне пришлось уступить. На всякий случай я держала телефон под рукой, чтобы, если что, позвонить Чонгуку или хотя бы кинуть гаджет в голову этого таинственного незнакомца. Но, вопреки моим ожиданиям, мужчина просто прошёл внутрь основной комнаты и присел в кресло напротив письменного стола. Тихонько, без лишних движений, я последовала за ним и осторожно приземлилась напротив, не сводя пристального взгляда с гостя, который, надо заметить, отвечал мне тем же.  — Итак. Кто вы? — нарушила тишину я, пытаясь унять бешено бьющееся сердце.  — Меня зовут Бан Шихёк. Я. Ему было не обязательно продолжать. Я поняла, что всё плохо, едва услышав имя. Боже, неужели он узнал про…  — Да, я знаю про ваши отношения с Чонгуком. И я совершенно недоволен тем, что происходит. Я молчала, словно воды в рот набрав. Мне было нечего возразить. Всё, что я могла сделать, это молча сидеть и молиться, что меня не выпрут с работы, а Чонгука не.хотя с ним то вряд ли что-то случится. Тем временем, Бан Шихёк продолжал:  — Виктория, знаете ли вы, по какой причине мы приняли вашу кандидатуру в качестве ассистента? — увидев мой растерянный взгляд, директор усмехнулся. — Хорошо, объясню. Только пообещайте не срываться после этого в Россию. Хотя, будь моя воля, я бы вас сам туда отправил прямо сейчас. Он медленно встал и прошёлся вдоль стены, заглядывая в окно.  — До вас, — неторопливо начал повествование директор, — эту вакансию занимала другая девушка. Её звали Ли Чон Су. Она была невероятно исполнительна и добра. Но стала обычным ассистентом. Потому что ей было необходимо кормить семью — пьяницу мать, непутёвого безработного отца и пятилетнюю сестру-инвалида. Мы пошли ей навстречу и согласились дать работу. Она пообещала, что станет для парней лучшим другом, ведь им так необходима поддержка. Но однажды эта дружба зашла слишком далеко.       Я слушала слова директора, забывая дышать. С каждой секундой становилось всё страшнее. А он продолжал, не замечая моих эмоций.  — Когда ассистентка Тэхёна ушла по личным причинам, назвать которые она отказалась, мы попросили Ли Чон Сун поделить свои обязанности между Чонгуком и Тэхёном, чтобы никто из них не остался без ассистента. Спустя некоторое время весь персонал заметил перемены в её настроении. Она сторонилась людей и всё чаще пыталась увильнуть от работы. Сначала я не придал этому особого значения, поскольку у меня и без того слишком много забот. Но потом возникшая ситуация напрягла даже меня. Всё закончилось тем, что в один жуткий вечер уборщица нашла её предсмертное письмо, в котором она проклинала одного из мемберов и обвиняла его в смерти. Своей и… своего ребёнка.       Я потеряла контроль над эмоциями. Мои руки тряслись. К глазам подступали слёзы. Влилась, блин, в семью. А у них здесь самоубийства ассистентов… Господи. Но. Кто же именно виноват? Я затравленно посмотрела на Бан Шихёка. На губах застыл вопрос, который я не успела произнести.  — Да, мы провели личное расследование и установили, что именно Чонгук виновен в произошедшем. Моё сердце пропустило удар. Потом второй, третий. В какой-то момент я действительно подумала, что разучилась дышать. Я почувствовала себя героиней глупой дорамы с непродуманным сюжетом. Всё, что говорил этот человек, казалось таким бессмысленно-логичным… Да да, понимайте это как хотите.  — А потом появилась ты, — продолжал Шихек, сдвинув брови. — Иностранка, которая даже корейского не знает, девушка, которая спокойно держится при парнях в то время, как другие превращаются в глупых фанючек. Мы поверили, что инцидент не повторится, если мы примем тебя. Но ситуация снова катится по наклонной. Тэхен испытывает к тебе те же чувства, что и Чонгук. Думаю, он винит себя в смерти Чон Сун, хотя не понятно, почему. «Так вот почему он был так взвинчен, когда я только появилась» — промелькнуло в голове. Хотелось кричать. Собрать чемодан, выбежать из этой многоэтажной клетки, не важно куда, лишь бы быть подальше от этих людей. А с другой стороны… стоп. Что за бред?  — Вы знаете, — Я медленно встала, отходя к кровати, — Ваши слова кажутся мне притянутыми за уши. Я понимаю, что должна соблюдать обязанности и знать своё место. Я так же понимаю, что Чонгук мне не пара и я говорила ему об этом. Но вам не обязательно врать для того, чтобы заставить меня отказаться от отношений с этим человеком.  — То есть ты не любишь его? — мужчина опешил, — Тогда зачем всё это?  — Люблю. И именно поэтому хочу, чтобы он был счастлив. Воцарилось недолгое молчание. Наконец Шихек подошел к двери и открыл её, собираясь уходить.  — Та история — не вымысел. Подумай об этом. *** Я не спала всю ночь. Каждый раз, когда мои глаза закрывались, приходили кошмары, в которых Чонгук стоит над окровавленным телом темноволосой девушки с милыми чертами лица. Не знаю, почему, но в моем представлении Чон Сун была именно темноволосой. Утром я снова отправилась будить ребят, но к моему удивлению они уже не спали. Когда я вошла, они внимательно посмотрели в мою сторону, не проронив ни слова.  — Доброе утро, готовы к очередному сумасшедшему дню? — Я широко улыбнулась, подавляя волны безысходности, терзавшие уже несколько часов.  — Мы то готовы, — Мин Юнги первым включился в разговор, скрестив руки на груди. — А вот готова ли ТЫ?  — Не поняла. Их лица были суровы. Я посмотрела на Чонгука, но он настойчиво пялился в одну точку, игнорируя моё присутствие. В груди что-то больно кольнуло.  — Можешь больше не притворяться, Ви. — голос Намджуна вернул меня в действительность, чтобы добить окончательно. — Мы знаем твой секрет.