Сказания Древнего Мира. Часть первая: Легенда об Алом Цветке.

       Луч солнца, в котором кружились, словно танцуя, маленькие золотистые пылинки, упал на лицо Аквы, мирно спящего в кровати. Несколько секунд жеребёнок продолжал безмятежно наслаждаться сновидениями, но затем яркий свет взял своё, и пегас, заворчав что-то нечленораздельное, перевернулся на другой бок, пытаясь скрыться от встающего светила. Безуспешно.        - Да что это за напасть такая, а?! – пробурчал он невнятно, упираясь копытом в кровать и усердно протирая глаза уголком подушки. Затем, проморгавшись, синегривый уставился в окно, пытаясь понять, почему его разбудил солнечный свет. Облаков, что ещё с вечера пегасы должны оставлять на горизонте, не было, и лучи, сравнимые по яркости с жидким золотом, беспрепятственно добирались до окон Лазарета.        Жеребёнок, напрягшись, разглядел одного крылатого жеребца, что сгонял облака в кучки почти прямо над территорией больницы. Серо-барвинковый окрас шерсти и постриженная гребнем яркая семицветная грива что-то напомнили Тайфу. Он бессильно попытался вспомнить обладателя такой неординарной выделяющейся внешности. На ум ничего не шло, кроме сведений о том, что провинившихся в чём-то мастеров Академии заставляют работать вместо погодников. Затем в поле зрения жеребёнка влетели двое других пегасов: тёмно-жёлтый с красной гривой и более молодой с рыжеватым окрасом и серо-белыми волосами, коротко подстриженными и зализанными назад. Сиреневый пегас немедленно подлетел к ним, выпрямился по позиции "смирно" и отдал честь.        Аква наблюдал за разговором, пытаясь припомнить имя жеребца с радужной гривой. Кого-то очень похожего он видел перед Турниром в Академии. Тайф прищуривался всё сильнее и сильнее, но память упорно не желала отдавать хоть каплю информации из своих складов. Жеребёнку начало казаться, что в его мозги вселился мелкий дьявол, который нарочно не делится воспоминаниями.        Наконец ответ был получен, и синегривый уже вздохнул с облегчением, но расслабляться было ещё рано. Пегасик был так увлечён снизошедшим на него озарением, что даже не заметил позы, в которой сидел до этого момента. Глаза юного бойца расширились в безмолвном ужасе, когда послышался лёгкий шорох ткани, и появилось ощущение постепенно убыстряющегося скольжения. Бирюзовый лишь беспомощно взмахнул копытами, тщетно стараясь удержать нарушенное равновесие. Гравитация всё же была быстрее и щедро одарила его новым синяком на щеке от внезапного (и от этого даже более смачного) соприкосновения с полом.        - Ну фто же это тафое?! – простонал мальчик, поднимаясь с пола и потирая ушибленную мордашку. Затем он кое-как вполз на кровать и бросил взгляд на часы. – Только четыре часа утра! И почему Блэйз так долго убирает облака? Самый скоростной мастер в Академии, а с облачками не может за полчаса справиться, - он покачал головой, вспоминая, как воспитанница Блэйза, юная Дэш, подложила директору кнопку на кресло.        Самое интересное, что сама проказница особого наказания не понесла, кроме преждевременного "изгнания" из Академии (она оставалась там, на время, пока лётный лагерь Клаудсдейла переформировывался и обновлялся). Но Рэйнбоу Блэйз, наставник неугомонной пегаски, остался драить полы в туалете и должен был несколько дней в свободном режиме в одиночку перегонять кучи облаков по фронтам над территорией Понивилля, где располагалось Академическое крыло Лазарета.        Окончательное подтверждение заявилось совсем скоро, в виде почти десятка сонных кобыл и жеребцов, которые спланировали со среднего яруса облаков к погодникам-смотрителям. Аква знал всех этих пегасов едва ли не лично, ведь почти каждые выходные ему приходилось у этих пони отбывать наказание за какую-нибудь подколку в неважно чей адрес. Но утешал жеребёнка тот факт, что почти всегда он работал с парочкой друзей-однокурсников.        Сейчас синегривый разминался и потягивался, стряхивая остатки сна, который уже не был настолько силён, чтобы ухватить Акву покрепче, но и не ослабел достаточно для полного исчезновения. Жеребёнок даже покувыркался немного, только для того, чтобы услышать похрустывание спины от напряжения мышц и костей, обозначающее процесс выздоровления. С довольной улыбкой боец встряхнулся, пару раз помял крылья для подготовки, глотнул холодного, бодрящего апельсинового сока из графина на тумбочке, почесал синяк на щеке, взъерошил гребнем гриву и рванул в небо через окно, оставляя створки тихонько поскрипывать от появившейся воздушной волны.

***

       - Здравия желаю, товарищ мастер Рэйнбоу Блэйз! – гордо отсалютовал жеребёнок, вытягиваясь в струнку перед барвинковым пегасом. Тот дёрнулся от неожиданности и резко повернулся в сторону бирюзового, пока последний завис в воздухе, молотя крыльями оставшиеся клочки облаков.        Взрослый мастер несколько секунд пристально оглядывал синегривого, а затем утвердительно кивнул и, потрепав по плечу Акву, бросил:        - Ага, малой, и тебе не хворать. Каким ветром занесло? Ты спать сейчас должен, вроде бы, нет?        - Да так, проснулся, а потом заснуть уже не смог. Решил тут полетать, освежиться, и вас увидел. Может я смогу помочь чем-нибудь? – Тайф немного поморщился после неосторожного прикосновения мастера к больному месту у лопаток.        Жеребец застыл на мгновение, обдумывая возможные варианты помощи маленького пегасика в его деле.        - Не знаю, мелкий, не знаю... Впрочем, сам я виноват - смотреть за этой сорванкой надо было. Она такая быстрая, ну просто не догонишь!        - А она не ваша ..? – бирюзовый вопросительно уставился на старшего.        - Что?! Нет, она не моя дочь, успокойся. Она племяшкой моей является, – пегас помотал головой, протестующе вскинув копыта. – У меня есть брат-близнец. С молодости пошёл в армию, а потом встретил «любовь всей жизни». А через год родилась Дэш. Мелкая, юркая, да скоростная! Сущая катастрофа с перьями.        Мальчик удовлетворённо хмыкнул, получив ответ на свой вопрос. Затем он заметил, что на лице Блэйза постепенно стала появляться улыбка. Улыбка росла, ширилась, и вот он уже хитро потирает копыта.        - Я знаю, в чём мне нужна помощь… – заговорщическим шёпотом произнёс Рэйнбоу, склонившись к уху юного ученика. Затем он продолжил: – Почему бы нам... не устроить… соревнование? Кто быстрее перегонит большее количество облаков на ту сторону? – он махнул копытом на восток. Потом обернулся на жеребёнка. По мордочке Тайфа расплылась ехидная усмешка.        - О, коне-е-ечно, я вам помогу!.. – протяну он, хихикая и щурясь на мастера. Тот протянул свою переднюю ногу бойцу.        - По копытам?        Жеребёнок с размаху впечатал своё копытце в копыто старшего, широко ухмыляясь.        - Разумеется, сэр.

***

       - Ура! Ура-а! Да!! ДА! Ура-а, ура-ура-ура! Ура-а, ура! – сдержанно вопил, подскакивая и кувыркаясь, Аква, стоящий рядом с отцом, матерью, Флорой, Джем и Миссис Глоу у столика администрации Лазарета. Чуть позади ржавошкурый мастер что-то настойчиво шептал Блэйзу, пока тот сосредоточенно хмурился и тёр небритый подбородок. – Я свобо-оден! И от зла и от добра… Я свобо-оден! Моя душа была на лезвии ножа…        Все присутствующие взрослые в изумлении повернулись к нему, пока он негромко выкрикривал последние строки.        - Что?.. – стушевался пегасик, смолкнув. Родители переглянулись с врачом и кобылкой-администратором. Распберри оторопело уставилась на своего друга.        В резко наступившей тишине было слышно лишь тиканье часов-ходиков.        - Я случайно, честное слово! Не знаю, откуда это! – пытался отвертеться синегривый. Он покрутил головой в поисках срочной поддержки. Блэйз качнул головой и лишь одними губами шепнул: «Помолчал бы ты...»        - Простите… – пискнул жеребёнок, опустив взгляд в пол.        Непринуждённо-весёлая атмосфера разговоров испарилась, словно её и не было. Аква в смятении попытался завести беседу с вишнёвой пегасочкой, но та лишь вздохнула и уставилась в окно, никоим образом не поддерживая жалкие попытки друга. Мальчик в конце оставил это занятие и с робкой улыбочкой предложил:        - Может, сходим куда-нибудь, перекусим, а? – он с мольбой глянул на свою мать. Та повела плечами, как бы сбрасывая молчание, и вновь повернулась к администратору с вежливой полуулыбкой на губах.        Через несколько минут Аква прощался со своими врачами, со всей силы обнимая Флору и Миссис Глоу. Пожилая единорожица даже прослезилась немного и без конца утирала носовым платочком глаза, приговаривая «Ах, мальчик мой…».        Своей подруге боец обещал ежедневные встречи по мере сил и возможностей. Тайф так привязался к вишнёвой, что не смог не пустить слезу от осознания того, что пегасочка остаётся здесь, в Лазарете, а он отправляется к себе домой, уже полностью прошедший курс оздоровления и готовый к новым битвам Академии. Распберри лишь качала головой и с печальной улыбкой вздыхала, поглаживая жеребёнка по гриве.        - Я уверена, врачи найдут способ вернуть мне мои копыта, Тайф. Хватит уже мысленно пинать себя за это! Хватит, я же не виню тебя, – она приподняла голову пегаса и посмотрела ему в глаза. Через несколько мгновений бирюзовый всхлипнул, кивнул сквозь слёзы и снова обнял её, прижавшись щекой к шёрстке на груди.        - С-спасибо тебе... – шепнул синегривый в последний раз, уже шагая в дверной проём и оборачиваясь поглядеть на свою парализованную подругу. Она ободряюще улыбнулась ему на прощание, махнула копытом, и он скрылся за дверью, выходящей на улицу.

***

       После выхода из Лазарета жеребёнок, сославшись на усталость, сразу полетел к себе домой, пока его родители отправились за покупками. На сегодня, в честь выписки Аквы, был намечен маленький праздник, и Норд Винд, мать пегаса, решила порадовать семью различными угощениями, и потому отправилась в Понивилль за сладостями. Отцу же, мистеру Сноудропу, надо было уладить одно дело по бизнесу на работе.        Устроить празднование решили вечером, чтобы дать Тайфу отдохнуть и насладиться вновь «обретённым» домом.

***

       Вся семья уже расселась по своим местам за столом, и Миссис Винд отправилась за ужином, как внезапно раздался звон дверного колокольчика. Жеребёнок замер, в непонимании глядя на своего отца. Сноудроп, спрыгивая со стула, крикнул жене:        - Милая, она пришла! Я пойду, открою?        - Конечно, проводи её на кухню, пожалуйста, – послышался голос Норд из кладовой.        Старший пегас, не удостоив ответом сына, отправился в прихожую, а Аква, тихо соскочив со своего места, проследовал за отцом, желая понять, про кого только что говорили родители. Прокравшись сквозь коридорчик, соединяющий кухню с остальными комнатами, синегривый притаился за углом, осторожно выглядывая гостя в приглушённом освещении ламп.        Сначала Тайф замечает длинный тёмно-фиолетовый хвост с седыми прядями, затем в поле зрения бойца вплывают седельные сумки, принятые любезно улыбающимся Сноудропом. Вскоре становится видна кружевная косынка с лазурными пятнышками, а спустя ещё мгновение синие глаза жеребёнка встречаются с льдисто-голубыми прибывшей гостьи.        Загривок пегаса взъерошился сам собой от этого пронизывающего холодного взора, который чувствовался даже сквозь стену. Аква ловил ртом воздух, пытаясь отдышаться. «Только не это, только не она, пожалуйста!» – мысленно молился он, судорожно вцепившись копытами в облачную стену.        - О, Тайф, поздоровайся с тётушкой Сэнди! – раздался голос Норд Винд, которая появилась рядом с мужем и сейчас нежно обнимала песочного оттенка пожилую пегаску с фиолетовыми волосами. Никто не заметил, каким взглядом Миссис Сэнди наградила своего внучатого племянника.        - Да, мам, сейчас, – отозвался бирюзовый, несколько раз глубоко вдыхая и выдыхая.        Затем, натянув на лицо маску приветливости, он вышел из-за угла и осторожно, едва касаясь сухой щеки старушки, поцеловал кобылу. Та, с такой же ложной улыбкой поцеловала его в лоб и взъерошила гриву на затылке, которая и так стояла дыбом.        После этого все отправились ужинать, попутно обсуждая поездку Сэнди из Мэйнхэттена.

***

       - Итак, Аква, тётушка Сэнди приехала сюда сразу по трём причинам, – начала говорить Норд, как только с основным блюдом было покончено. – Во-первых, она приехала к нам в гости. Во-вторых – поздравить тебя с успешной выпиской. И в-третьих – через два дня мы с твоим отцом отправимся в Ванхувер по бизнес-контракту, а так как ты, насколько я знаю, недолюбливаешь долгие поездки, ты остаёшься тут, с тётей Сэнди, пока нас нет дома. Она будет присматривать за домом и за тобой. Ясно?        - Да, мама, мне всё понятно, – кивнул жеребёнок, пронзительно глядя на свою двоюродную бабушку. Та отвечала точно таким же пристальным взглядом. Затем Аква добавил сквозь зубы: – Я так понимаю, с меня требуется беспрекословное послушание?        - Разумеется. Надеюсь, ты будешь вести себя хорошо. И никаких выкрутасов и проказ в наше отсутствие! – произнёс Сноудроп, строго смотря на сына. Последний на мгновение скривился от отвращения, но затем повторно кивнул.        - Вот и хорошо! – хлопнула в копыта Винд. – А сейчас – торт!..

***

       Через два дня (в течение которых жеребёнок усердно старался избегать свою приехавшую бабушку) Аква уже прощался с родителями, стоя на причале и гордо размахивая флажком с эмблемой Академии, зажатым в зубах. Рядом медленно вышагивала Сэнди, ожидая, когда скроется паром, на котором отплыли Сноудроп и его жена.        Пегасик ещё несколько минут сопровождал судно по воздуху до выхода из отправной бухты. Затем некоторое время просто кружил над бухтой, наслаждаясь восходящими потоками воздуха, а после этого вернулся на причал, где его ожидала пожилая пегаска.        При виде приближающегося внука она скривила губы в презрительной усмешке.        - Хватай эти сумки и иди за продуктами. Список в кошельке, – бросила она через плечо, попутно всучивая жеребёнку мешочек с деньгами. – Сдачу можешь оставить себе, хотя вряд ли она останется… Без продуктов не возвращайся, а если хоть один пропустишь – тебе несдобровать. Всё понял? – её резкий тон дал понять Тайфу, что сейчас у его бабушки плохое настроение.        - Да, я всё понял, тётушка Сэнди, – тихо вздохнув, ответил он.        - Неправильно! – прикрикнула на него песочная кобылица. Ученик Академии вздрогнул и поспешно добавил:        - К-конечно, миссис Сэнд Голд.        - Так-то получше будет, – хмыкнула она, а затем, немного подумав, произнесла: – Вот ещё что… Как придёшь домой, постирай все занавески и вымой полы. Не забудь ещё ужин приготовить, пока я хожу по своим важным делам.        - Но… отдохнуть можно будет?..        - Никаких «но»! – отрезала пегаска и быстрым, умеренным шагом отправилась в ближайший ресторанчик.        - «По своим важным делам», бла-бла-бла!.. Тьфу, знаю я её. Будет туда-сюда по подружкам ходить, а толком ничего и не сделает. Ну и надоедливая же баба! – процедил сквозь зубы синегривый. Вздохнув, он всё же закинул седельные сумки на спину и отправился в тур по магазинам.

***

       Тайф быстро собирал свои самые нужные вещи в универсальный ранец. Ему осталось лишь положить предметы личной гигиены, и все сборы будут окончены.        Осторожно положив на прикроватную тумбочку записку, где было наскоро начертано «Внеплановый поход Академии», пегасик бесшумно юркнул на подоконник, выскочил в окно и растворился в наступающих аметистовых сумерках.        Направляясь по воздуху к Лазарету, жеребёнок улыбался ветру, овевающему ему мордочку, восходящей луне и зажигающимся звёздам.        - Как же хорошо!.. – тихо шептал синегривый, блаженно улыбаясь. – Я наконец-то свободен!        Спустившись ко входу в медицинский центр, пегасик поправил сумки на спине, немного пригладил гриву и вошёл в двойные двери, направляясь к стойке вахтенного.        Сидящая там кобыла-администратор, уже знакомая бирюзовому, читала журнал и, даже не удосужившись спросить причину столь позднего посещения, на просьбу жеребёнка лишь махнула копытом в сторону жилых помещений для врачей и медперсонала, сказав что-то неразборчивое.        Кивнув ей, Тайф отправился искать кабинет Миссис Глоу в указанном ему направлении.        Спустя несколько минут, закончив обсуждать своё семейное положение с пожилой единорожицей, юный боец улёгся на предоставленном ему кресле, собираясь почитать свои излюбленные легенды про Драконорождённых и прочих магических существ, населяющих их мир.

***

       Миссис Глоу притушила свет, глядя на своего бывшего пациента, который сейчас уже сладко спал, и с улыбкой шепнула ему, прежде чем закрыть дверь в комнатку:        - Спокойной ночи, мальчик мой, и пусть Луна охраняет твой дивный сон.