Глава 6.
7 ноября 2018 г., 20:30
Карандаш привычно лёг в крыло, а длинные маховые перья поднесли его к пергаменту, оставляя между поверхностью листа и грифелем не более двух сантиметров. Аква подпёр подбородок копытом, раздумывая, что бы написать в послании своей подруге, пока его шерсть, ещё взъерошенная с последней тренировки, медленно укладывалась.
Наконец, внутренне приняв какое-то решение, боец коснулся карандашом листка и начал старательно выводить слова, всплывающие в голове.
«Дорогая Джи-Джи, и снова привет. Давно мы не переписывались, не находишь? Прошло уже две недели с твоей записки, и всё это время я собирался с духом и копил новости, чтобы выложить их тебе сейчас.
Думаю, стоит уделить внимание тому факту, что в день, когда я не нашёл тебя в комнате, я обрёл, наконец, свою кьютимарку. Ты не представляешь, как были рады все мои родные, близкие и просто знакомые! Да, я лично тоже был обрадован появлением, и не скрою, удивлён содержанием метки: раскрытая книга со странными рунами, череп дракона, пронзённый мечом, а сзади ореол света в форме раскрытых крыльев и рога! То есть, я не хвастаюсь, конечно, но вспоминая метки всех остальных пони, я понимаю, что моя — странное исключение… И мне не хочется думать, что это связано с чем-то плохим…
Ладно, отойдём от мистических тем и прочих заумных диковин. Расскажи, как ты там, в Сталлионграде? У меня всё хорошо, не учитывая того, что все… не особо воспитанные жеребчики и кобылки начинают хихикать и указывать на меня копытами, только завидев, потому что «втюрился!». Медсестра вообще подумала, что мы с тобой встречаемся, и… ох, неловко-то как… и не зачеркнуть теперь…
Ладно, могу сказать только одно: в Академии дела идут хорошо, разговоры про поведение на том Турнире не поднимаются (мне же лучше), младшие курсы боятся и под копытами не мешаются, старшие относятся как к равному.
Тишь, мир да гладь… Только тебя нет.
Знала бы ты, как я скучаю…
Впрочем, меня уже зовут на тренировку. До встречи.
С пожеланием наилучшего жду ответа.
С любовью,
Твой искренний друг Аква Тайфун».
Удовлетворённо хмыкнув, боец сложил письмо, прочитав его ещё раз, и подхватил лётные очки со стола, попутно выгоняя назойливого мелкокурсника, корчившего рожицы, из своей комнаты. Начисто игнорируя кривлянья более младшего жеребёнка, Тайф бодрой рысцой направился к спортивному залу, надеясь ещё заскочить на отправочный пункт и зарегистрировать своё письмо.
***
В шеренгу вскочить Аква успел как раз перед приходом Мастера. Недовольным взглядом окинув косо подтянутые очки и немного помятый воротник, старший жеребец выдал замечание бирюзовому об опоздании, на что Тайф вполне справедливо возмутился, ведь он никуда не опаздывал, и Мастер мало того, что сделал выговор по поводу пререканий, так ещё и спарринг-партнёром синегривому назначил одного из самых наглых и несносных хулиганов из старших курсов. «Поприветствовав» Акву едкой ухмылочкой, демонстрирующей неровный ряд зубов, долговязый подросток грязно-желтоватого оттенка встал по левое крыло от жеребчика и отдал честь Мастеру с фразой «Рад пригодиться, товарищ Мастер!», сказанной таким елейным голоском, что бирюзового затошнило. А уже в следующую секунду в морду Акве прилетел гневный окрик о несоблюдении дисциплины. «М-да, я поторопился, сказав, что всё хорошо… Нет тут ничего хорошего, ну вот просто ничегошеньки…» — сокрушённо качая головой, подумал пегас, понуро подбегая к ящику со спортивном инвентарём. Затем, бросив взгляд на напарника, он мысленно добавил: «И этот верзила ещё… Да, тренировка обязана быть хуже некуда…»***
Как и следовало ожидать, ничего адекватного от этого спарринга Мастер не добился. В итоге обоих (и Акву, и Крокета, что с ним подрался) заставили перемыть туалеты, и опять же, по закону подлости, вместе. Однако и тут госпожа Фортуна отвернулась от Тайфа: помыв свою часть уборной, синегривый оставил напарника (который, к слову, ничего не делал, кроме как издевался и подтрунивал над бирюзовым) одного и с чувством выполненного долга отправился в свою комнату, как оказался перехвачен этим же Мастером, утром так нагло его оклеветавшим. Жеребец не пожелал слушать оправдания Тайфа насчёт отработанного наказания, и потому повёл его обратно, дабы убедиться в правоте бойца. Придя на место, оба застали Крокета, усердно пыхтящего и краснеющего над ведром с шваброй, а также разлитую везде грязную воду. Только заметив синегривого, подросток сразу взвился, словно бы не видя Мастера: — Ага, вернулся, мерзавец! Небось потешиться надо мной, да?! Сам-то ты ничего не делал, а ещё и старших привёл, чтобы они посмотрели, как у меня работа не сделана! Ой… — пегас картинно осёкся, взглянув на серого жеребца с коротко остриженным фиолетовым гребнем, недовольно хмурящего кустистые брови с проседью. — П-простите, товарищ Мастер! Этот наглец… Да у меня даже слов на него не находится!.. И я… Пегас был перебит взмахом серого крыла Стил Боу, а после, тот, всё также хмурясь, повернулся к бирюзовому и прямо, требовательно спросил: — Это правда, мелкий? Тайф раскрыл рот, намереваясь выдать все доводы в свою пользу, но вместо этого лишь яростно помотал головой, едва слышно скрипнув зубами. Сиреневые глаза Мастера переместились обратно на стушевавшегося Крокета, и тот, запинаясь, начал бормотать что-то обвинительное, как был прерван ещё одним голосом, раздавшимся от дверей: — Ага, как же, так тебе и поверили! — нагло оскалившись в едкой усмешке, процедила радужногривая кобылка с кроваво-малиновыми глазами, вальяжно оперевшись плечом на дверной косяк. — Да по твоей роже уже всё видно, недоврун! Рэйнбоу выглядела так дерзко и упрямо, что жёлтый пегас и вовсе скис, а потому молча начал мыть пол, собирая остатки воды. Стил со вздохом «Ну вот и разобрались» повернулся к выходу и зашагал в коридор, а Дэш, почему-то ждавшая стоящего на месте Акву, также на задних копытах подошла к жеребчику и потянула его к двери. Проводив соперника отсутствующим взглядом, синегривый поплёлся было к себе в комнату, но его вновь остановила голубошёрстная спортсменка. Привстав на задние копытца, она положила передние на плечи бирюзовому и чуть надавила, как бы акцентируя на себе внимание и не давая двигаться с места. Затем, приблизившись мордочкой к морде Тайфуна вплотную, она тихо, твёрдо прошептала: — Что случилось на том Турнире?.. Аква не сразу заметил, что он присел на круп от «гипноза» Рэйнбоу, а сама кобыла висит в воздухе на одних лишь крыльях. Здесь жеребёнок позволил себе отвлечься от вопроса и украдкой взглянуть на пернатые конечности собеседницы. Из всего ученического состава боец поражался лишь троим: Распберри, Крокету и Дэш. Первая никогда не унывала, жёлтый жеребец был просто феноменально приставучим, будто банный лист, а Рэйн… Будучи на голову ниже Аквы и легче его на добрых два десятка килограмм, она имела крылья в полтора раза меньше, чем у среднестатистического пегаса её возраста, но при этом как летала… Почти в три раза быстрее старшекурсников с самыми хорошими навыками, радужная развивала безумную скорость у земли и также играючи выделывала фигуры высшего класса непосредственно в открытом небе. Вслух никому не говоря, но в душе всё же признавая, Аква восхищался этой миниатюрной формулой скорости… От размышлений его отвлекли громкий хлопок и отдавшаяся болью правая щека. — А ему тут вопросы задаю, а он на мои пархалочки пялится! — произнесла Рэйнбоу, распушив гриву и шерсть, а одно копыто заведя за спину и показно прижимая к себе уже сложенные крылышки. Закатив глаза, жеребчик молча передёрнул плечами, скидывая оставшееся копыто собеседницы, а после направился к своей комнате, попутно ловя ушами донёсшуюся вслед ему фразу: — Мы ещё потолкуем, большой бирюзовый жеребчик! У наших параллелей спаренная тренировка!***
«Вот же заноза! Сейчас и она докапываться будет… И чего это я сел тогда? Она меня меньше и легче, на земле запросто поколотил бы, не используй она эти свои хитрые подлые запретные манёвры… Зря я всё-таки написал, что у меня дела идут нормально…» — качал головой пегас, шагая в спортивный зал. И он не врал себе, говоря, что побил бы Рэйн. Действительно, если бы они дрались на земле, без помощи крыльев, то Тайф просто бы подмял под себя пегаску. Однако эти уклоны и подскоки здорово усложняли битвы. Формально такие элементы боя запрещены, но Дэш умудрялась использовать их незаметно, и всё сваливали на ловкость радужногривой. Что же было бы в воздухе между Аквой и этой сумасбродной пегаской, боец не решился представлять. Его от дальнейших размышлений отвлёк щелчок по носу крылом, обладателем которого являлся на этот раз уже Блэйз. Сиреневый пегас обеспокоенно пробежался взглядом по синегривому бойцу (при этом чуть задержавшись на кьютимарке), а после тихо начал говорить: — Я тут от надёжных источников слышал, что моя племянница у тебя ответы на личные вопросы вымогает… — он скосил глаза и вздохнул. — Ты если не хочешь — не говори, просто как-нибудь ненавязчиво уйди от темы. Это я к тому говорю, что у неё же характер больно вспыльчивый… Разозлится — и себе, и другим навредит. Она закомплексованная чуток. Так что ты… полегче что ли. — Угу, спасибо за совет. Я приму это к сведению… — кивнул жеребёнок уже отошедшему в сторону барвинковому пегасу. Затем взгляд лазурных глаз переместился на невысокую фигурку, довольно ловко пробивающуюся сквозь редеющую толпу и имеющую очень уж приметную семицветную гриву. — О, не-ет…***
Однако на регулярных встречах с неугомонной Дэши и мелких стычках в коридоре с Крокетом или его дружками дело не остановилось. Наоборот, оно приобрело ещё больший размах: теперь по коридорам с диким визгом и криками носились табуны новичков и младшекурсников, норовившие облепить Тайфа со всех сторон. Поначалу жеребчик уходил от этой «кучи-малы» или более менее сносно отнекивался и объяснялся, но однажды ему просто всё надоело и он с пылу так лягнул одного пегасика, что последний пролетел через весь коридор, врезался в своих соумышленников и заработал лёгкое сотрясение мозга. Впрочем, история быстро забылась в педагогическом составе и старших-средних курсах, но вот малыши запомнили её как урок и больше не лезли к бирюзовому бойцу с лишними вопросами. Учёба вновь наладилась, спаренные уроки шли по расписанию, а сам Тайф готовился переходить на первый из трёх старших курсов. Почти каждые две-три недели Расп присылала письма, в которых часто жаловалась на серые и скучные дни и невесёлые лица врачей. Также пегасочка иногда писала о новых знакомствах и довольно забавных историях, которые поднимали настроение бирюзовому на несколько дней вперёд. Сам жеребец в долгу не оставался и отсылал подруге в ответ рисунки, анекдоты, песенки, всё, что отвлекало бы Джем от её травмы. Затем наступили экзамены, вернулись Турниры, постоянное напряжение и потение на ужесточённых тренировках, и Аква как-то потерял счёт времени. Частый недосып и бесконечные гонки под бдительным оком Мастеров изрядно изматывали, драки и ссоры с соседями и сокурсниками из-за каких-то мелочей постепенно крошили нервную систему учеников. У нескольких уже случались срывы, однако Мастера так просто не сдавались, явно поставив себе цель обучить жеребят и подростков лётному искусству в совершенстве (пусть потом бойцы и будут напоминать некое цветастое желе). Тайфун и несколько других наиболее выносливых жеребцов и кобылок (в числе которых, кстати, была и Дэш) выдержал все невзгоды и трудности, а потому с гордо поднятой головой пролетел через «триумфальное кольцо» и официально был переведён на старшие курсы. Это событие давало некоторые весьма удобные привилегии, такие как: 1) возможность бесплатно совершать опустошительные кооперативные налёты на буфет; 2) отдыхать больше часов в неделю; 3) самостоятельно выбирать спортивные секции и дополнительные занятия; 4) возможность замещения Мастеров при временном отсутствии последних; 5) и самое главное — это разрешение делать доносы, дежурить и соответственно наказывать младшие и средние курсы. Имея такие несомненно восхитительные права, Аква оказался как бы огорожен от назойливых жеребят и мог спокойно насладиться не совсем спокойным течением времени. Да, после более близкого знакомства с этой несносной голубошёрстной пегаской жизнь подрастающего жеребчика довольно круто изменилась. Теперь бирюзовый часто пропадал на скачках Чудо-Молний, тренировках и просто уличных потасовках, всюду сопровождаемый Рэйн, явно уличившей более-менее родственную душу. Мастера, видя крепкое товарищество между Тайфом и Дэши, недолго думая, поставили обоих в «коридорные патрули», а жеребята помладше (да что говорить, и постарше находились), едва завидев сию пару, сразу начали строить всевозможные догадки, и если радужногривая кобылка реагировала на такие выпады даже сверхэнергично, то Аква просто фыркал и закатывал глаза. Он уже перестал с прежним нетерпением ждать письма от Распберри, ведь гораздо больше его теперь привлекали спорт и веселье, которые он находил почти везде (а многие приключения начинались с самого Аквы). На те записки, что он всё-таки обращал внимание, жеребчик отвечал гораздо более сухо и кратко, чем раньше. Если бы Тайф знал, какие чувства испытывает Джем, находящаяся так далеко и покинутая друзьями…***
Тот день начинался совсем обычно, только вот с самого утра у бирюзового было весьма отчётливое ощущение, что сегодня произойдёт что-то очень значимое, что перевернёт всю его жизнь. Наскоро с утра заскочив под ледяной душ и перехватив фруктов, лежавших на блюдце рядом с кроватью ещё со вчерашнего вечера, молодой пегас встряхнулся, взъерошивая гриву и шерсть, бросил мимолётный взгляд на наполовину вытащенное из конверта очередное письмо от вишнёвой пегаски и с фырканьем вылетел из окна, не забыв прихватить свою спортивную сумку. Синегривый прилетел даже раньше обычного и застал на разминочной площадке лишь Дэш и нескольких «старшиков», которые просто кивнули для приветствия. Похлопав ещё немного сонную Рэйн по спине, жеребец повёл плечами, сбрасывая сумку, и махнул крылом, приглашая радужногривую кобылку присоединиться к утреннему полёту. Пегаска согласно кивнула, скинула с себя ветровку, и, немного потянувшись, словно кошка, поднялась в воздух вслед за другом. Неспешно нарезая спирали над подтягивающимися учениками и Мастерами, подростки молча рассматривали окрестности. — Что у нас на сегодня? — Дэши первая подала голос, ещё немного хриплый от долгого молчания. — Кроме разминки?.. Ну, замена Стил Боу для первого среднего курса, затем теория со вторым старшим насчёт правильного прогнозирования погоды и ещё одна замена, теперь уже твоего дяди. Да, кстати, а почему его нет? — прокашлявшись, спросил синеглазый. Его напарница молчала несколько секунд, запоминая расписание, после чего фыркнула: — Заболел, — затем она добавила более весёлым и несколько подстрекающим голосом: — Эй, не хочешь гонку на отвесное пике? Так, чисто для разминки. Бирюзовый прищурился, взвешивая все «за» и «против»… На его стороне больший вес и более бодрая физическая форма… С другой стороны, Дэш никогда не проигрывает в таких гонках. Спустя пару секунд решение было принято: — Ну давай, конечно! — и ехидные улыбки озарили лица друзей. Оба приготовились, взлетев немного выше верхнего яруса облаков, а остановившись, начали отсчёт. — Три!.. — Два!.. — Один! И подростки, кувыркнувшись в воздухе через спину, стремглав бросились вниз.***
Ветер хлестал прямо в морду, рвал гриву и трепал шерсть, а его свист в ушах смазывался в один сплошной вой. Два пегаса, оставляя после себя прямые, словно стрела, разноцветные следы, неслись с бешеной скоростью вниз. Постепенно Аква начал перегонять Дэш, а после и вовсе оторвался, влекомый воздушным потоком, оставляя подругу далеко позади. С ликующей улыбкой он обернулся, опьянённый скоростью, оглядываясь на проигрывающую Дэш, и успел заметить, как спортсменка врезается в какого-то грифона-почтальона, отправляя себя и его в неконтролируемое падение. Едва уловив взглядом почти не различимую кровавую струйку, протянувшуюся от головы Рэйн и повисшую в воздухе, синегривый с гримасой ужаса бросился ловить обмякшее тело радужногривой пегаски. Крылья жеребца взрывались болью, но он просто замечал этого. Он не позволит кому-то пострадать из-за себя! Не позволит!.. Он нёсся, создавая за собой трёхцветный след и преследуя лишь одну цель — спасти пикирующую пони. Вот он всё ближе, но и земля не стоит на месте… Совсем скоро он поймает тело…***
Тяжесть в копытах и резкий удар распахнувшихся во всю ширь крыльев вздёрнули Акву вверх и вбок, пока Рэйн безвольно качалась балластом. Затем пришло озарение: он смог! Он успел, спас! И уже следующая мысль: «Она не очнулась!». Не совсем понимая, что творит его лихорадочно дрожащее тело, Тайф наклонился и широко, размашисто прошёлся языком по мордашке спортсменки, которая к тому времени уже разлепливала веки. От такого поворота событий рубиновые глаза пегаски едва не вылезли из орбит, а копыта слабо замолотили воздух вокруг. С облегчением вздохнув (и украдкой сплюнув нечаянно собранную кровь), жеребец закинул тушку напарницы на спину и молча полетел в Лазарет.***
Выйдя из Академического крыла, Тайф устало хлопнул крыльями и через силу полетел обратно в Академию. Хотя медсестра и приняла (пусть и со злобным бурчанием, в котором явно можно было услышать упрёки насчёт того факта, что пони с сотрясением мозга, попадающие в Лазарет, обычно имели дело с Аквой и получали свою травму именно от него) пострадавшую и даже пообещала как можно скорее разобраться с травмой, жеребец чувствовал себя как-то неправильно. Утреннее чувство нетерпения сменилось на тревогу и напряжение, и из этого следовало, что кульминация дня ещё впереди…***
Оставшееся учебное время Аква провёл, ни с кем не общаясь, кроме как вынужденно на заменах, да и то, только строго по теме. На вопросы об отсутствии Дэш отвечал прямо, без утайки: врезалась в грифона, лежит с серьёзными травмами в Лазарете. После окончания занятий бирюзовый немедленно отправился домой, ведомый всё тем же предчувствием чего-то страшного. Зайдя в прихожую, жеребец принялся наводить порядок, так как многие вещи оказались прилично помяты тем самым почтальоном (его временное присутствие доказывало новое письмо). Кое-как залатав пробитую крышу и часть стены, синегривый, даже не раздеваясь, подхватил письмо с эмблемами Академии и Лазарета (что не могло его не насторожить) и аккуратно вскрыл его. Развернув белый листок пергамента, пегас пробежался по нему глазами, а затем рванул с выражением полнейшего ужаса на лице обратно к выходу, оставляя письмо кружить в воздухе. На бумаге было короткое, но страшное по своему содержанию послание: «Уважаемый Аква Тайфун, как только Вы прочтёте это письмо, Вы должны немедленно явиться в травмпункт Лазарета для дачи показаний ввиду плачевного состояния мисс Распберри Джем».
Примечания:
Йей, я доделала это! Скоро будет новый (относительно этого) сборник фиков, но я не скажу какой.
Комментируйте, пожалуйста, мне надо знать вашу оценку глав.
