Truth and Measure/Истина и мера

Найджел был не единственным, кто получил холодный прием. Миранда также не разговаривала с Энди. На этот раз она говорила с Эмили, которая практически дрожала от восторга и не малого злорадства. Каждый её взгляд брошенный Энди так и говорил: «Видишь? Я же говорила, что ты долго не продержишься». Энди не собиралась отвечать ей и опускаться до такого уровня. Не сейчас. Её чувство непобедимости уже давно исчезло. Если бы она была уверенна, что Миранда действительно заботится о ней, она могла бы сделать что угодно: обогнать летящую пулю, перепрыгнуть небоскреб в один прыжок. Но зная, что Миранде, по меньшей мере, все равно... НЕТ, ей буквально насрать на всё, что когда-либо хотела или нуждалась Энди, если это не сходилось с её собственными желаниями. Ну, что-то типа - загнать дух девушки в могилу. Миранда хотела Энди лишь тогда, когда та была ей полезна и выбросила бы… выбросила её, как грязную тряпку при первом признаке того, что она исчерпала свою пригодность. Сколько раз Энди оказывалась перед необходимостью усвоить этот простой урок? И когда это перестанет причинять боль? Только вчера она лихорадочно ждала известия от «Modernity». Теперь так или иначе, у неё просто не было сил заботиться об этом, за исключением того, что если её статья не будет опубликована, она почувствует себя ещё хуже. Будто всё, через что она прошла, оказалось насмарку. Но «Modernity» позвонил ей. А если конкретнее, ей позвонил помощник редактора в четыре часа вечера (к счастью, в это время Миранда отсутствовала) и сказал, что они хотят заполучить её статью. То, что это была хорошая работа, хотя у них имелось несколько предложений для неё. То, что они очень хорошо заплатили бы за неё, и будут держать её ввиду на будущее. И то, что им нравится взращивать новый талант. И, несмотря на внутреннее угрызение, несмотря на Миранду, дух Энди возродился. Они думают, что у неё есть талант? Что она заслуживает их воспитания? Что она действительно чего-то может стоить? Она открыла свой электронный адрес и обнаружила копию своего черновика с предложениями. Она поклялась просмотреть каждое, как только вернется домой этой ночью. Она не собиралась отпускать Картера Матсона. Может быть, во всяком случае, ему было бы немного легче угодить, чем Миранде Пристли, которая даже не съела свой салат из чечевицы за обедом. И это после того, как Энди дала ресторану такие четкие инструкции. Миранда вернулась в офис в шесть, и продолжала игнорировать Энди. В 18:15 Найджел зашел к Миранде, которую в любом случае не волновало присутствие Энди, и вскоре вышел. Он остановился у стола Энди, и поднял брови: — Какие-нибудь новости? В ответ Энди засияла, позволив своему лицу сказать обо всём. Он послал ей искреннюю улыбку в ответ и даже потянулся, чтобы щипнуть её за нос: — Хорошая работа, Шестёрка, — сказал он. — Без тебя я бы не справилась, — честно призналась Энди, — Большое спасибо, Найджел. Найджел открыл рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент Миранда зарычала из своего кабинета: — Эмили! — она была в ярости. Энди поняла, что, конечно, она всё услышала, и они с Найджелом тут же отскочили друг от друга. Эмили, которая с любопытством наблюдала за Энди и Найджелом, подскочила и поспешила в кабинет Миранды. Найджел поспешно ушел. Энди не слышала, что Миранда говорила Эмили в этой низкой, ужасной подаче, но что бы это ни было, Эмили вылетела из кабинета бледная как смерть, и побежала к лифту с каким-то поручением. Энди опустила голову, надеясь, что Миранда ничего ей не скажет. Миранда не сказала. По крайней мере, так было пока Энди не приехала в эту ночь в особняк в 23:15. Как только Энди прошла через входную дверь, Миранда позвала: — Андреа, — этот тон не предвещал ничего хорошего. Дерьмо. Она снова собиралась сделать это. Энди опять-таки была счастлива за свою статью, а Миранда снова собиралась разрушить её настроение. Ну уж нет. НЕТ. Этого не произойдет. Забудь об этом. Энди не позволит ей сделать это. Она была в восторге от своей работы, и собиралась оставаться в воодушевленном настроении. Поэтому она повесила вещи из химчистки, вздернула подбородок и двинулась в гостиную Миранды с книгой в руке. Миранда не сидела в удобном кресле или на мягком кожаном диване. Она, казалось металась по комнате, нахмурив брови и поджав губы. Когда она заметила Энди, то выпрямила плечи и сказала: — Садитесь. О мой Бог. Ничего хорошего. Энди положила книгу на стол, села на диван и изо всех сил старалась не думать о том, как она завтракала с этой женщиной спустя два дня после Рождества, или о чём-нибудь подобном, что ослабит её решимость, и позволит Миранде добраться до неё. — Статья, которую вы написали, — начала Миранда и сделала паузу. Энди прикусила губу, но Миранда не смотрела на неё, — Они приняли её? — Да, — ответила Энди, — Они позвонили мне сегодня днем. Они хотят, чтобы в первую очередь я внесла некоторые коррективы. — Ммм, — Миранда прошлась языком по внутренней стороне щеки и выглянула в окно на темную улицу. Она сложила руки за спиной. Энди, прищурившись, подумала, что уже может разглядеть небольшой животик. Ее сердце мучительно сжалось только при этой мысли. — Давайте поговорим об этой статье, — сказала Миранда. Блядь. Что происходит? Попытается ли Миранда предотвратить публикацию статьи? Возможно, она смогла бы. Один звонок правильному человеку и… — Это всего лишь одна статья, — сказала Энди, услышав мольбу в своей голосе, и возненавидев себя за это, — Миранда, это был просто слепой случай, о котором раньше я только слышала. Я действительно не ожидала, что они примут её, но… — она сглотнула, — Я очень рада этому. — Уверена так и есть, — сказала Миранда, все еще глядя в окно. Её руки за спиной напряглись. — Я, я подумала, — начала Энди, а затем остановилась. Если бы она сказала: «Я думала, что ты будешь гордиться мной» или «Я думала, ты тоже будешь счастлива», Миранда бы рассмеялась и просто глумилась бы над ней… ну, это уж точно могло убить Энди. Поэтому она просто пробормотала: — Я не думала, что Вас это беспокоит. — Беспокоит меня? — спросила Миранда, её голос был нейтральным. Вот дерьмо: — Ну, Вы, Вы, похоже расстроены, — сказала Энди, из-за всех сил пытаясь вспомнить ту ночь в Лондоне, когда Миранда была более или менее честна с ней. Эта ночь казалась была очень давно. Она сглотнула: — Хм… если дело в... не знаю, в моей работе, или… — Твоей работе? — Миранда наконец взглянула на неё, нахмурившись, — Разве ты не говорила, что писала статью в свободное время? — Ну да, — смущенно ответила Энди. — Тогда как это связано с твоей работой? Энди уставилась на неё. Будет ли она когда-нибудь, в любой из жизней, в состоянии шагать нога в ногу с Мирандой? — Я, — начала она, — Я не знаю. — Ты обратилась к Найджелу за рекомендацией? Миранда подумала, что Энди хотела всё подло провернуть за её спиной? Энди поняла, как это ужасно выглядело: — Я… ну, вроде… — Ты не обратилась ко мне, — сказала Миранда. Энди застыла, открыв рот. Затем она закрыла его и обнаружила, что переоценивает каждое событие за последние двадцать четыре часа. Она внимательно посмотрела на выражение лица Миранды, которое, как всегда, было совершенно нечитаемым. — Ты не обратилась ко мне, — повторила Миранда, — Почему? Энди понадобилось ещё пару секунд, чтобы собрать мысли воедино, а затем сказала: — Я уже говорила Вам раньше… я знала, что Найджел иногда обедает с мистером Матсоном. — Как и я. Куда чаще, осмелюсь сказать. Уф. Энди просто ошеломленно уставилась на неё. Ей никогда не приходило в голову спросить об этом Миранду. Она сглотнула: — Ну, я имею в виду, я не хотела Вас беспокоить. У Вас и так хватает забот, — ей удалось улыбнуться. Миранда не улыбнулась в ответ. Вместо этого она сказала: — Да. Да, мне было бы очень сложно позвонить Картеру и попросить его уделить особое внимание вашей статье. — Нет, — быстро сказала Энди, — Я не хотела особого внимания, Миранда, я просто хотела, чтобы он просмотрел её, просто чтобы дал ей шанс, — потому что, божечки! Найджел, просящий, мистера Матсона прочитать её статью - это одно. Миранда, говорящая, мистеру Матсону опубликовать её - совсем другое, и Энди этого не хотела. Она хотела приблизиться к Миранде, как к кому-то, кто сделал что-то по ее собственным достоинствам, а не с помощью Миранды. Ну ради Бога! В этом и весь смысл. — Ты не хотела меня беспокоить, — повторила Миранда. — Ну, нет... — сказала Энди. Миранда взглянула на неё совершенно безжизненным взглядом: — Это ведь даже не пришло в твою голову, не так ли? — спросила она. Энди моргнула: — Тебе даже не пришло в голову прийти ко мне, — Энди открыла рот, чтобы солгать и начать отрицать это, но затем задалась вопросом, должна ли она это отрицать, а потом поняла, что понятия не имеет, что сейчас стоит сказать. Она была в разгаре некого рода общения, и понятия не имела, как с этим справиться. Миранда, очевидно, приняла её молчание как подтверждение: — Почему это не пришло в твою голову? — выдохнула она. С минуту она выглядела расстроенной: — Почему, когда ты услышала об этой возможности, твои мысли тут же перескочили на Найджела? Энди открыла рот, закрыла его и снова открыла, чтобы сказать: — Я просто понять не могу, что здесь происходит. — Я тоже, — сказала Миранда, — Не понимаю, о чем ты думала. Или не думаешь. Ради всего святого… — она прервала себя и покачала головой. — Я не знаю, что Вы хотите, чтобы я сказала, — нерешительно сказала Энди. — Скажи, почему ты не спросила меня?! — рявкнула Миранда, и Энди подскочила, — Скажи, почему ты не попросила меня о том, чего хочешь сама, о том, что я могу тебе дать. Вот, что я хочу, чтобы ты сказала. Энди, чей разум уже поплыл, чье сердце колотилось, и кто был на эмоциональных горках в течение всего дня, сказала с онемением: — Потому что я не смею просить Вас о чём либо. Миранда вдохнула воздух, крепко сжимая зубы. — Это одна из первых вещей, которую мне сказали, — прошептала Энди, — «Никогда ни о чем не спрашивай Миранду». — Но ты… — Миранда подняла руку, чтобы убрать волосы с лица, — Ты что, идиотка? Ты - не они, — «Все хотят быть нами», - бессмысленно вспомнила Энди, — Ты… я знаю, что ты многое для меня делаешь, и ты никогда не просила ничего взамен. Ты вообще никогда ничего меня не просишь. Думаешь, я не заметила? Думаешь, я совершенно неблагодарная? Энди уставилась на неё, борясь с желанием что-нибудь сказать. Но прямо сейчас, когда она в них нуждалась в этом больше всего, слова подводили её. И в этот момент Миранда подняла голову, немного покраснела и сказала: — Оу, понятно. — Нет, — слишком быстро возразила Энди. — О. Хорошо, — сказала Миранда и развернулась, чтобы снова взглянуть в окно. — Это, это неправда! — возразила Энди, хотя это было абсолютно так. Миранда была права. Энди не приходило в голову попросить её о чем-либо, не только потому что ей не нужны особые льготы, а потому что даже если бы она это сделала, она бы никогда не подумала, что Миранда услышит её. Энди не смела ждать благодарности, не от Миранды. Её делом было отдавать, отдавать и отдавать, пока ей самой ничего не останется. Как и всем остальным. — Нет. Уверена, что это так, — сказала Миранда, а затем добавила: — Думаю, возможно, я просила тебя слишком о многом. Впредь этого не будет. — Что? Нет! — ахнула в ужасе Энди. Что Миранда имела ввиду? Больше никаких визитов к врачам или адвокатам, пицц, диетических списков или переговоров в четыре часа ночи по телефону или… Она не могла... она ведь не это имела в виду... — Миранда, Вы не можете! Я имею в виду… — Нет, тебе не обязательно, — сказала Миранда, всё ещё не оглядываясь, — Уже нет. — Я делаю это не потому что так надо, — умоляла Энди. Это было правдой. Абсолютной правдой: — Это не только моя работа. Я, я…как бы помогаю Вам. — Помогаешь? — в голосе Миранды читалась некая западня. Но она была слишком глубоко, чтобы Энди могла отыскать её: — Да, — ответила она, принимая полное поражение. Миранда, вероятно собиралась попросить её сделать нечто ужасное, просто чтобы доказать свою точку зрения. Что-то хуже, чем неизданная часть Гарри Поттера, потому что Энди была достаточно жалкой, чтобы причинить ей боль. И Энди сделала бы это. Если бы Миранда приказала ей отправится на Луну, отковырять камень и превратить его в ожерелье, она бы нашла способ сделать это. Теперь, с желанием разрыдаться, Энди могла это признать. Она хотела, чтобы сама никогда даже не слышала о «Modernity». — Если это не твоя работа, зачем ты это делаешь? — осведомилась Миранда, — Почему тебе «нравится» делать что-то для меня? Потому что Энди ненавидела то, что Миранда выглядела больной и уставшей, потому что ей не нравилось, когда близнецы относились к Миранде как к грязи, потому что она считала, что Стивен был мудаком, который не заслужил Миранду, потому что она хотела заниматься сексом с Мирандой, а она никогда раньше не хотела другую женщину, и потому что все эти вещи были объединены в нечто устрашающее, схожее на любо… — Потому что я рада этому, — прошептала Энди, — Это по-настоящему делает меня счастливой. Миранда наконец посмотрела на неё. Её взгляд чуть не пронзил Энди, он были таким резким и напористым. — Не говори так, — сказала она. Энди открыла рот, чтобы переспросить: «Что?». А затем вжалась в кресло и затихла, потому что её просто поразила молния. Ее глаза широко распахнулись, а затем ещё шире, и ещё... — О, — протянула она. — Что ж, — сказала Миранда, — В окнах уже гаснет свет, — она снова выглянула в окно. — Нет, — выдохнула Энди, хотя она так запыхалась, что было не удивительно, что это слово было больше похоже на какой-то звук, — То есть, да, извините, Миранда, — она облизнула губы, — Я… в следующий раз, когда мне что-то понадобится, я… — Поздравляю вас с вашей статьей, — сказала Миранда, не оборачиваясь, — Это всё. Энди вышла из особняка, будто во сне. Рой все ещё ждал её. — Прости, — сказала она, когда скользнула на заднее сиденье, — Я… она хотела… кое-что спросить меня. — Ты в порядке? — Думаю - да, — ответила Энди. Она покачала головой и несколько раз моргнула. — Я бы предложил тебе выпить, — сухо сказал он, — Но она уволит одного из нас, и держу пари, это будешь не ты. — Боже мой! — простонала Энди и откинулась на подголовник, потирая глаза руками, — Я её не понимаю. — Рой просто рассмеялся. Нет, Энди не станет доставать Миранду. Она никогда этого не сделает. Но если Миранда хочет «сделать что-нибудь» для неё, если Энди может приносить ей пользу ещё хоть немножко, прежде чем Миранде это наскучит, присытиться или она просто перестанет нуждаться в ней… ну, у Энди всё равно останется хоть небольшой шанс быть рядом с Мирандой. Это что-то да значило. Миранда хотела, чтобы Энди попросила её хоть о чем-нибудь. Она хотела отплатить Энди за то, что она сделала для неё. Это сделало бы Миранду… счастливой. Энди не знала, что это значит. Ей всё равно. Сейчас, её статья опубликована в «Modernity», а её сияние вернулось в десятки раз больше, и казалось, что сегодня она заснет без каких-либо проблем.

***

На следующий день, Энди практически приплыла на работу с кофе Starbucks в руке. В это утро ничего необычного не случилось: Миранда отчеканила ей обычные поручения в машине, а затем последовала спокойная тишина. Женщина не обращала внимания на разговор, который был у них накануне. Но выглядела особенно красивой…вся она, нет ну в самом деле… Энди очень понравилась эта поездка, хотя ей пришлось быть осторожной, дабы не поглядывать на Миранду и не улыбаться, как идиотка. Тем не менее, она явно находилась в очень хорошем настроении, а Эмили упала с небес на землю как только зашла через дверь, точно предвидев, что счастье Энди - означало конец её. Ну что ж. Отсоси Эмили. Энди покончила с этим, она снова была непобедима, и ничто сегодня не могло остановить её или свести с ума. Найджел тоже заметил это: — Поцеловались и помирились, не так ли? — спросил он. Энди отважно боролась со своим румянцем: — Значит ли это, что она и меня простила? — Я, я думаю - да, — ответила Энди. Почему бы и нет? — Она знает, что я попросила тебя о помощи, ты не просто, ну знаешь, предложил её из воздуха. — Значит, ты заверила её, что всё ещё прикована к её столу? Какое странное выражение: — Вообще-то, — сказала Энди, готовая рассказать Найджелу, что Миранда не беспокоилась о грядущем уходе Энди , что в этой ситуации скорее пострадали её чувства. Но она лишь сказала: — Да, заверила, — потому что, что-то подсказывало ей, что говорить Найджелу правду было плохой идеей. Так или иначе, Миранда, конечно, не хотела бы, чтобы кто-то ещё знал, что ей не совсем плевать на Энди. Теперь, когда она подумала об этом, не менее странным было то, что Найджел недооценил Миранду. Когда он сказал, что она беспокоилась о том, что Энди бросит работу, девушка воспринял это как истину Евангелия, потому что никто не знал Миранду так хорошо, как Найджел. Опять же, женщину невозможно было узнать на все 100, поэтому Энди предположила, что даже Найджелу приходилось порой ошибаться. — Уверен, она нашла это обнадеживающим, — вздохнул Найджел и отдал Энди папку, — Сделай мне одолжение, отдай ей это. Я пока предпочел бы взглянуть на неё издалека, прежде чем подойду к ней сегодня немного ближе. — Идёт, — сказала Энди. Затем она понизила голос и добавила: — Кстати, ещё раз спасибо. Он слегка улыбнулся и ушел. Энди принесла файл Миранде, и ушла с поручением сделать четыре копии и раздать их четырем младшим редакторам. Когда она стояла над копировальной машиной, то вспомнила о своей статье и снова усмехнулась. Затем все же попыталась вернуться с небес на землю. Она никому не рассказывала об этой статье, кроме Найджела и Миранды. Не распространяла её по всему офису и даже не рассказала родителям, хотя при этом буквально хотела кричать об этом с крыш. Но несмотря на то, что она внесла коррективы и отправила статью обратно, всегда был шанс, что это не решит проблему. Миранда всё время вырезала материал из «Подиума» в последнюю минуту. Энди не собиралась прекращать задерживать дыхание, пока у неё на руках не окажется копия журнала, а этого не произойдет в течении пару месяцев. Тем временем у неё была работа. Несколько, на самом деле. И это уже не просто рутинная работа. И она не собиралась бросать её в ближайшее время, независимо от того, что сказал Найджел.

***

Счастливое сияние Энди сохранялось ещё 48 часов. Но потом: «САТАНА В ЮБКЕ ЗАЛЕТЕЛА» Как только Энди увидела заголовок в «Post», она знала, что сегодня её ждёт очень- очень плохой день. Но хуже всего было то, что она увидела его в машине Миранды. Когда та буквально ткнула бумагу в лицо Энди. Лицо женщины побелело от ярости. — Взгляни на это! — выплюнула она. А ведь неделя так хорошо начиналась. Энди взяла бумагу дрожащими руками, едва смея дышать. Глаза Роя были твердо сфокусированы на дороге: — Эм, — начала она, — Ох… — Прочти. Энди прочистила горло, — Эм… «Беременность Прист…» — Не вслух, — огрызнулась Миранда и повернулась, чтобы посмотреть в окно. Дерьмо. Энди съежилась и начала читать. «Беременность Пристли Поразила Мир Моды», -прочитала заголовок Энди. А затем началась собственно статья: «Внутренние источники подтвердили, что Миранда Пристли, любимая фригидная модница Нью-Йорка (кто написал это дерьмо?) в ожидании ещё одного ребенка в столь зрелом возрасте. Но исправит ли это её изодранный брак с финансовым гуру Стивеном Томпсоном? Нет, если его фотографии с британской девушкой Ленни Джеффом о чём-нибудь говорят. Ой! «Page Six» хочет знать: может ли Снежная королева чувствовать ожог? И что думают её маленькие дракончики о своем новом брате или сестре? Анонимный учитель в школе Далтон, где учатся дочери Пристли - Кэролайн и Кэссиди Ханрахан, сказал: — Ну, конечно девочки сердятся, чего вы ожидали? Но они справятся с этим. Конечно, они справятся! Когда вы ребенок Пристли, стоит уже привыкнуть к этому.» Энди глубоко вздохнула. У неё просто не было слов. — Мои дети, — прошептала Миранда, всё ещё глядя в окно. Задняя часть её шеи была пурпурно-красной: — Они писали о моих детях. Один из их учителей… — её голос надломился, и она замолчала. — Вы можете узнать, какой? — тут же спросила Энди. Миранде нужна была цель. Проклятый, своевольный учитель совершил огромную ошибку. — Я не забочусь о том, что они пишут обо мне, — продолжала Миранда, словно Энди и не говорила, — Они могут говорить всё, что так любят. Могут сказать, что я переспала с половиной «Нью-Йоркских Гигантов», потому что мне все равно… — Энди попыталась не задохнуться, — Но не девочки... они не могут этого сделать. Как они осмеливаются упомянуть моих девочек?! Энди хотелось предположить, что Миранда просто возьмет и уволит репортера «Post». Но её влияние не распространялось так далеко в издательском мире; если бы это было так, «Page Six» вообще ничего бы о ней не говорил. Было странно думать, что у её власти, которая иногда казалась всеобъемлющей, на самом деле были ограничения. И они достигли её. До Энди смутно долетел звук разрыва, и она поняла, что это её рук дело. Миранда повернулась на звук и увидела, что сделала Энди. Энди вскрикнула и попыталась разгладить бумагу, но Миранда только горько улыбнулась" — Это было терапевтически? — спросила она. — Да, — ответила Энди. Затем закусила губу и протянула бумагу Миранде, которая фыркнула. — Мне понадобится нечто более существенное, чем это, — сказала она. — Как что? — спросила Энди, уже наготове преподнести ей это на серебряном блюдце, независимо от того, что она попросит. Всё что угодно, лишь бы вернуть её внимание. Но Миранда опередила ее: — Ничего такого с чем ты можешь помочь, — сказала она, — Это совершенно не относится к тебе. Нет. Оставь это мне, — её горькая улыбка превратилась в нечто гораздо страшнее. Ее глаза замерцали блеском, который Энди могла назвать лишь дьявольским. В этот момент, девушка почувствовала пульсацию между ног и просто захотела вжаться в кожаное сиденье до такой степени, чтобы вмиг оказаться на улице. Если и было более неподходящее время, то… — Рой, — сказала Миранда, — Направляйтесь в бар, я собираюсь купить кислый виски. — Вы ЧТО? — Энди уставилась на неё. — Кислый виски - мой любимый напиток. Челюсть Энди упала: — Но… что? Вы не можете… — Знаю, — сказала Миранда, — Вот почему ты собираешься выпить его для меня. — Вы шутите. — Нет, — сказала Миранда, — Я проявляю креативность. Итак, сидя в баре в 8:30 утра, в то время как Миранда Пристли неотрывно наблюдала за ней, Энди сделала первый глоток кислого виски. С ней такого ещё никогда не случалось. Она с силой поджала губы, но тут же решила, что это должно беспокоить её меньше всего. — Уф, — сказала она. — Всё до последней капли, — твердо сказала Миранда, которая завистливо наблюдала, как Энди вылила в себя всё остальное, не останавливаясь на то, чтобы вдохнуть. К счастью, Миранда позволила ей запить водой и даже съесть несколько кренделей, чтобы она не взяла офис штурмом. «Ну, — предположила Энди, — Есть и похуже варианты начать свой день.»