Жизнь - это не детская сказка

      Дорогие мои читатели, хотела просто кое-что добавить. Когда будет один момент (вы поймёте когда этот момент настанет), прошу Вас включить песню «Lord Huron — The Night We Met» во время чтения. Если у вас не будет такого желания, то ничего страшного в этом нет, т.к. смысл текста никак не поменяется. Просто, прослушивая эту песню и читая нужный отрывок (если что, этот момент будет почти в конце главы), вы еще красочнее сможете его представить и проникнуться чувствами главной героини. Спасибо за внимание, приятного чтения. Надеюсь, я вас не разочарую))       Вам когда-нибудь говорили, что первое впечатление обманчиво? Ложь. Не верьте им. Когда видишь что-то, то в голове складывается первоначальная картинка, которая ассоциируется с увиденным. Так вот. Эта картинка остаётся в нашей памяти навсегда, пока мы знаем и помним человека. Правда, со временем эта ассоциация корректируется, немного меняется, как и мнение о человеке, с которым общаешься, дружишь. Но суть того, что ты увидел в первый раз, не меняется никогда. Если человек тебе не понравился, или же ты почувствовал некую неприязнь, а может что-то другое, то так оно и выходит в конце. Как бы хорошо или плохо ты не думал время от времени о нем, всё остается неизменным. Поверьте мне, я с таким не раз сталкивалась. Такова природа, люди — существа разумные, но поверхностные. Они зачастую не пытаются забраться, нырнуть глубже, оставаясь на поверхности. Так они чувствуют себя безопаснее, можно быстрее спастись, верно? Но чем глубже ты погружаешься, тем тяжелее тебе будет выбраться и спастись. А кто сказал, что нужно спасаться и быть всегда наготове? Может, мне хочется посмотреть на то, что там, на дне. Ведь наверняка на дне намного интереснее и красивее, чем на поверхности. Но люди боятся. И правильно делают, это инстинкт самосохранения. К чему я веду? К тому, что Энджели вновь допустила ошибку. Нужно было сохранить то первое впечатление о нем, не менять его, как постоянно она это делала. Она его вознинавидела и испугалась, старалась держаться подальше. Зачем она поверила, что он может быть другим? К тому же, она не только поменяла мнение, а потом разочаровалась, но и нырнула глубже. Девушка так прониклась им, почувствовала, что не заметила, как погрузилась в этот омут, хотя, скорее болото, очень глубоко. Так глубоко, что не успела, не хватило сил спастись…

POV Энджели

Прошла неделя… Все было нормально… Неправда. Все было ужасно. Могу с уверенностью сказать, что я его ненавижу. Если раньше я, может, и относилась к нему нейтрально, то сейчас всё изменилось. После того случая он со мной вообще не разговаривает, не смотрит на меня, делает вид, будто меня не существует. Благодарна ему только за то, что он не пускает слухи про меня. Якобы я такая крыса, что лезу не в свои дела, и пытаюсь что-то найти. Он мог это всё разболтать. Я знаю. В моей прошлой школе, в Чикаго, так и сделали бы. Но, видимо, здесь так не принято. Хотя, кто знает, может он уже растрепал всё Змеям? Ну, пока в меня камнями не кидают, значит, либо им ничего неизвестно, либо они отнеслись к этому спокойно. Даже не знаю, какой из этих вариантов правильный. Фог вроде бы общается со мной, как раньше, Тони тоже. Недавно она была у меня в гостях, я помогала ей с домашней работой. Если верить Тони, моя бабуля откормила ее так, что она не будет есть еще несколько дней. На самом деле, онна мне очень нравится. Очень. Она веселая, добрая, но прямолинейная, говорит, что думает. А главное — это то, что она может заткнуть любому рот и поставить на место, если кто-то не так выдохнул в ее сторону. Для незнакомцев она кажется высокомерной выскочкой, но, на самом деле, она просто недоверчивая и тяжело сходится с людьми. Интересно, все Змеи такие? Кстати, о них. Скоро мне придется выбрать, в какой «банде» я буду последние годы учебы. Я что-то не очень хочу присоединяться к Змеям, если быть до конца честной. Правильно, кому захочется проводить свое свободное время с тем, кого ты ненавидешь, и кто ненавидит тебя, согласитесь? Но если не к ним, то к кому тогда? Фэнгс уже предупредил меня, что они самая безопасная группировка. Даже не знаю… Я когда-нибудь начну, наконец, понимать, что происходит в моей жизни? Мама раньше проводила со мной немало воспитательных разговоров. Говорила, как важно видеть насквозь человека, чувства, эмоции, намерения. Она знает. Она умеет видеть, чувствовать людей. А я вот навряд ли. Многие говорят, что я слишком доверчивая и поверхностная, но мама утверждает, что эти люди на самом деле неправильно подбирают слова, что я не доверчивая, а просто стараюсь видеть в людях хорошее, что я не поверхностная, а просто не очень разбираюсь в людях, но это приходит со временем… Кажется, с таким же успехом можно превратить все недостатки того, или иного человека в достоинства, вот и всё. Но, по правде говоря, я никогда не была поверхностной, может, слишком доверчивой и была. А вот поверхностной, нет, никогда. Я всегда стараюсь получше узнать человека, понять, что он чувствует, о чем переживает. Я устала. Устала от всего этого. От всего, что происходит в жизни. Стоит мне только довериться человеку, поверить ему, как он сразу же делает так, чтобы мое мнение о нем поменялось на все сто восемьдесят градусов. Я зашла в кабинет английского, и меня кто-то позвал. Это была Тони. — Энни, — она стояла в компании Фэнгса, какого-то парня и Свит Пи. Последний, надо же, соизволил повернуть голову и посмотреть на меня. Какой-то странный у него был взгляд, как будто он чего-то ожидает. — Да? — отозвалась я. Интересно, что им нужно? — Помнишь, ты должна сделать выбор по поводу того, в какую группировку ты вступишь? — спросила Топаз. А я так надеялась, что они забыли… — Да, я помню, — кивнула я в ответ. — А разве нет времени определиться? — Было, — усмехнулась она, — но уже прошло достаточно. Так долго ждать никто не будет. — Черт, — ругнулась я под нос, чтобы мои одноклассники не услышали, а потом поинтересовалась, — когда крайний срок? — Понедельник. До понедельника ты должна принять решение, — ответила девушка. — Что ж, — вздохнула я, — кажется, нет смысла затягивать это… Я, скорее всего, примкну к Змеям. — Ну, нет. Я против, — громко возразил Свит Пи. Только не он. Этого я и боялась. — Это еще почему? — недовольно спросила я, внимательно смотря на парня. — Я не позволю таким, как ты, вступать в банду. Ты там всё к чертям перевернешь. Скажи мне, откуда нам знать, что ты не предашь нас? Мы же тебя почти не знаем, мало ли, что у тебя на уме! — взорвался Стив. Я открыла рот от удивления. — Свит, кажется, ты немного… — начал было Фэнгс, но я его перебила. Нет, он просто невыносимый. — Нет, Фог. Не нужно заступаться за меня, — я подняла руку в тот момент, когда Фогарти уже хотел что-то сказать, — я сама с этим могу справиться. Тебе то какая разница, Стивен? Ты мне кто? Папочка? Я, пожалуй, сама решу, что мне делать, — обращаясь уже к Свит Пи, воскликнула я. Ну правда, это уже ни в какие ворота! Будет мне еще указывать посторонний человек. — Я сказал нет, Энджели, — приказным тоном произнес брюнет, — даже не спрашивай, я уже объяснил, почему не хочу видеть тебя со Змеями. Можешь стать кем угодно, но только не Змеем. Его взгляд был ужасно строгим и злым. Он и правда похож на родителя, который не хочет, чтобы его ребенок связывался с плохой компанией. А что самое интересное, так это то, что, заметив его реакцию на моё решение, я еще больше захотела стать Змеем. Если до этого я сомневалась, то теперь все мои сомнения развеялись, как прах на ветру. — Я не буду тебя слушаться, Свитти, — с усмешкой сказала я, — но все-таки подумаю до выходных, — это я уже ответила Змеям, что всё это время следили за нашей со Свит Пи перепалкой. Произнеся эти слова, я молча пошла к своему месту. Мне плевать, пусть он хоть пол города разнесет, но слушаться и выполнять его приказы я не собираюсь. Нашелся начальник, что хочу, то и буду делать. Я что, маленькая? Мне семнадцать, решения я могу принимать сама, кажется, уже достаточно взрослая, чтобы следить за своей жизнью. Разве не за этим я переехала сюда от родителей, чтобы начать самостоятельную жизнь? Да, за этим. Значит, я не позволю таким идиотам лезть ко мне в личное пространство и указывать, что делать. Уроки проходили как обычно, полное игнорирование со стороны Свит Пи, косые взгляды одноклассников, шуточки Фога и так далее. Так я и жила последнюю неделю, обстановка в Ривердэйле в целом была очень напряженной. Убийцу не нашли, друзья ведут собственное расследование, они даже немного продвинулись, но ничего толком не раскрыли, обычные догадки. Конечно, эта история с Арчи и их учительницей музыки меня поразила. Уже всё закончилось, она уехала, но оставила неприятный осадок после себя. Поверить не могу, что Арчи и эта женщина… спали. Фу, какой ужас. От одной этой мысли уже хочется согнуться и выпустить на свободу весь свой завтрак, рвущийся наружу. Я уже стояла на парковке и ждала Фэнгса, чтобы он подвез меня до дома, как ко мне подошла Тони. — И снова здравствуй, — улыбалась она. — Привет. — Слушай, — протянула девушка, и я сразу заметила по её глазам, что она что-то задумала, — завтра вечеринка в «Белом Змее». Придешь? — Меня же никто не приглашал, — поморщилась я от не очень хорошей идеи. — Да и навряд ли кто-то будет рад, что я приду, — добавила я. — Да брось, он не будет против, — сказала розоволосая, поняв, кого я имела в виду, — тем более Свит Пи не позволит себе вышвырнуть тебя за шкирку, — усмехнулась она. Да уж, как здорово, меня хоть за шкирку не вышвырнут. — И потом, я пригласила тебя, а это значит, что никто не посмеет оспорить твое появление, — напоследок Тони пожала плечами, как бы говоря, что ничего страшного нет. — Ну, я даже не знаю… — задумалась я. — Соглашайся, — умоляла Топаз, — кстати, прийдя туда, ты сможешь осуществить свой план, — подмигнула она. — Какой еще план? — я искренне не понимала, о чем она говорит. — Ты что не знаешь, как примыкают к нам девушки? — я покачала головой. — Нужно, — начала шепотом Тони, — станцевать стриптиз перед всеми Змеями в баре. — Что? — я округлила глаза. Что за бред? — Чёрт, я думала, ты знаешь, — кажется, она тоже удивилась. — Что за чушь? Мне, чтобы просто надеть эту куртку и сделать тату, нужно станцевать полуголой перед мужиками? — Ну нет, я была готова на что угодно. Но чтобы танцевать в белье на публику? Нет, нет и еще раз нет. — Это не просто куртка, тату и танец, Энн, — с серьезным видом сказала девушка, — это всё очень важно. Змеи кого попало к себе не берут. — Я подумаю до завтра, — кивнула я. Блин, все так сложно… — Подумай. Если что, вечеринка будет завтра в восемь. Попроси Фэнгса, чтобы он тебя захватил по дороге, — произнесла Топаз и ушла. Через пять минут Фэнгс подошел и обнаружил меня задумчивую, но спрашивать ничего не стал и просто отвез меня домой. Перед тем, как ему уехать, а мне зайти в дом, я спросила: — Фог, а что за вечеринка завтра будет у вас? — А, да так, ничего особенного. А что? — поинтересовался он. — Просто меня Тони пригласила. Вот думаю идти или не стоит. — Круто, сходи. Я тоже там буду, могу за тобой заехать, мне не сложно, — предложил Фэнгс. — Там будет весело, вот увидишь. — Ладно, я напишу тебе, если решусь пойти, — проговорила я и, быстро попращавшись с Фогарти, скрылась за входной дверью. К вечеру, когда все уроки были сделаны, а ужин благополучно съеден, у меня никак не выходили из головы слова Тони. Мало того, что нужно станцевать стриптиз, так и еще это все очень важно? Мне, наверное, никогда не понять Змеев. Что в этом такого особенного? Хотя, Фэнгс говорил, что Змеи за своих горой, в обиду никого не дают. Не знаю, как мне поступить… У меня вырвался легкий смешок. Помню, как мы с сестрой всегда заступались друг за друга.

***

Тринадцатилетняя Энджели и десятилетняя Кэтти сидели на кухне и думали, что им теперь делать. Весь кухонный гарнитур был испачкан в клубничном варенье и жидком шоколаде, из духовки валил дым, а в раковине лежал противень с горелым куском чего-то там. М-да. Им точно достанется от мамы, ведь до её прихода они успеют отмыть только гарнитур, да и то, на половину. И, как всегда, все собаки будут спущены на неё. За что ей всё это? Но она не свалит всю вину на младшую сестру, потому что они дали обещание друг другу, когда Энджели было еще восемь, а Кэтти пять, что одна никогда и ни за что не будет подставлять и сдавать вторую, а будут только защищать. Стоило просто Энн отвернуться, как эта шалунья натворила здесь не пойми что! Ладно. Ну, допустим, что Энджели совсем не смотрела за ней. А зачем? Ей же десять! Хотя, за Кэтти всегда нужен глаз да глаз, она ходячий праздник… да и хаос тоже. Подумаешь, Энджели решила всего лишь несколько минут поговорить с подругой, должна же у неё быть, в конце концов, личная жизнь, или нет?! Со слов Кэтти: она просто хотела сделать вкусный торт для мамы, папы и Энн, но что-то пошло не так… Вы спросите, к чему я всё это вспомнила? Просто так. Я часто вспоминаю такие моменты, ведь именно в них заключается счастье, на них строится семья. Вроде бы, они и не такие уж особенные, но зато запоминаются на всю жизнь. Особенные, потому что за семейным ужином, когда собираются все родные и близкие, такие истории вспоминают и смеются над ними. А еще мы очень часто, к сожалению, забываем о своих родных душах, с которыми выросли, и меняем их на новых друзей и знакомых. Мы с Кэтти всегда доверяли, заступались, прикрывали друг друга. Я никогда не смогу ее забыть, ибо она самый близкий и дорогой человек в моей никчемной жизни. Она — единственный лучик света и радости в ней. Тогда нам здорово досталось от мамы. Я сказала, что мы вместе захотели испечь торт, но получилось «немного» не так, как мы хотели. Я сделала это, потому что мы дали обещание друг другу, хотя, если бы даже мы и не давали его, я все равно поступила бы ровным счетом так же. Потому что я никогда так никого не любила, как мою маленькую Кэтти. Она всегда будет для меня самой лучшей, самой маленькой и родной. Не могу даже выразить словами, как я по ней скучаю, хочу обнять, прижать к себе и никогда не отпускать. Хочу, как и раньше, сидеть в комнате и разговаривать обо всём и не о чём. Да. Мой один единственный лучик света в моей темноте переживаний и проблем.

***

В субботу вечером Энджели стояла перед зеркалом, смотрела в него и никак не решалась на дальнейшие действия. Может не стоит? Но как тогда лучше поступить? Именно такие вопросы крутились в голове у девушки. Она все сомневалась в следующих поступках, которые она боялась совершить. Этот комплекс — раздеваться перед толпой мужчин — может присутствовать у любой девушки, женщины. Но у Энджели он был запущен в несколько раз больше. Только от одной мысли о том, что кто-то будет смотреть на неё полуголую, скручивает желудок, и кровь по венам бежит быстрее. Конечно, кому будет приятно это, когда два года назад тебя в темном переулке лапали какие-то мужчины, у которых явно были не невинные мысли и планы. Глубоко вздохнув, Энн всё же приняла решение пойти на вечеринку, пока она снова не передумала и не начала взвешивать все «за» и «против», потому что, естественно, причин «против» было намного больше. Напечатав короткую смс Фэнгсу о том, что она все-таки идет, девушка оделась и спустилась вниз. — Куда собралась, дорогая? — вдруг спросила бабушка. Хм, а об этом Энджели не подумала. Обычно бабуля никогда не устраивала допросов на тему «и куда ты направилась?!», довольствуясь лишь предупреждением о том, во сколько придет ее внучка и, собственно, с кем она проведёт время. — Надеюсь, ты будешь не против, ба? Я иду на вечеринку, — сказала русоволосая, глядя бабушке прямо в глаза. — Нет, я, конечно же, не против. Но ты же будешь не одна? — Нет, — замотала головой Энн, — со мной будет Фог. Я не знаю точно, во сколько вернусь, но не буду допозна там находиться. — Ну, раз так, то ладно, — согласилась старушка, внимательно оглядывая наряд своей внучки. — Смотри только, алкоголя много не пей, — усмехнулась она, полностью расслабившись. Она уверенна, что Энджели не натворит глупостей, и все будет хорошо, потому что она, несмотря на ее столь юный возраст, очень умная и рассудительная. Ээхх, если бы она знала, что надето на Энн под одеждой, что у нее в планах… — Хорошо, — рассмеялась девушка и вышла из дома. На улице дул легкий ветерок, окутывая прохладой и навевая спокойствие. По коже пошли мурашки от такого контраста тепла дома и холода темной улицы. На зеленоглазой была надета черная рубашка без рукавов и коротенькая черная кожаная юбка, еле доходившая до середины бедра. Эта юбка осталась у нее еще с девятого класса, благо девушка почти не изменилась за это время. Давно она ее не надевала. Послышался звук мотора и к дому подъехал байк, на котором восседал молодой парень. Энджели подошла к Фэнгсу и уселась сзади, крепко обхватывая руками торс юноши. — Прекрасно выглядишь, красавица, — лукаво протянул Фогарти, пока та ерзала, пытаясь поудобнее сесть. — Спасибо, — смущенно произнесла русоволосая. Хорошо, хоть на улице темнеет, и Фэнгс не видит ее покрасневшего от непривычных ей комплиментов лица. Мотоцикл заурчал и тронулся с места. А тем временем на парковке, возле своего байка, стоял Свит Пи. Он вытащил сигареты из заднего кармана, достал зажигалку и прикурил. Табачный дым втянул в легкие, а тот, в свою очередь, наполнил их до крайности. Потом этот дым был благополучно выпущен, доставляя курящему наслаждение и спокойствие. Брюнет никак не может вспомнить, когда точно он начал курить, но отчетливо понимает, что данное занятие успокаивает и дарит ему удовольствие. Все мысли сразу же проясняются после первого вдоха никотина. Он может так и стоял, вдыхая запах табачного дыма и пробуя его на вкус, если бы не работающий мотор приближающегося мотоцикла. Свит повернул голову в сторону звука и остановил свой взгляд на девушке, сидящей за его другом на транспорте.

***

POV Свит Пи

Я вообще не ожидал, что она здесь появится. Да, чёрт подери, я в принципе ничего не могу ожидать от этой девчонки, потому что она, мать вашу, совершенно непредсказуемая!!! В один день она ведет себя с тобой дружелюбно, а на следующий роется в личных вещах. Да, я был зол, мягко говоря. Я был просто в бешенстве тогда от её действий, поэтому накричал на неё так, что у самого в ушах звенело. Не удивительно, что она так сильно испугалась и чуть не расплакалась. Нет, на данный момент я не держу на неё зла и обид, но зачем она это сделала? Мне просто безумно интересно. Хоть я и не доверял ей, как и сейчас по прежнему не доверяю, но она не похожа на какую-то крысу или шпионку. Фог вообще в ней души не чает… Какая-то она слишком скрытная, странная и зашуганная. Так отреагировать на то, что я просто прижал её к стене и накричал, ну, уж очень необычно. В школе я с ней не разговариваю, игнорирую, хотя, и замечаю её редкие, но долгие взгляды на себе и не подаю виду. Но, блять, как же хочется подойти к ней и узнать всё, что меня интересует, из-за чего я порой не сплю ночами. Меня буквально мучают мысли о ней и о всем, что происходит. Например, почему она никак не выходит у меня из головы, что уснуть сложно? В тот день, когда застал её, я не хотел идти в школу, но как на зло, мне позвонила наша администрация и вызвала в школу для каких-то «дел». Оказалось, что директор хотел разузнать у меня про моих опекунов. Как они мне, хорошо ли себя ведут со мной и Джорджем и всякую подобную хрень. Я соврал, что все в порядке и ладим мы хорошо, после этой небольшой беседы меня отпустили, и я без каких-либо преград спокойно уехал, пребывая еще на взводе после «инцидента». И чтобы выпустить пар, я поехал в ближайший клуб, напился и переспал с очередной девушкой. Я не хотел так резко реагировать и тем более обижать Энджели. Ну ничего я сделать с порой неизвестно откуда взявшейся злостью не в силах. С самого детства у меня появлялись время от времени вспышки безудержного гнева, а после смерти мамы они стали появляться еще чаще. Помню, даже как-то раз в классе пятом я сломал три пальца одному мальчику из шестого. К счастью, мои родители уверили директора и мать того паренька не писать на меня заявление, убедив их, что у меня стоит какой-то там диагноз (не особо вникал в это, потому что меня это не волновало), якобы я психически неуравновешанный и пью специальные успокоительные. В добавок они еще предоставили справку, чтобы впредь таких разговоров не случалось, если я опять выкину что-то подобное. Но уже потом, после смерти мамы, приюта, смерти отца, соц. работники растеряли половину моих документов, справок, что некоторые пришлось восстанавливать, они совсем забыли об этом диагнозе и до сих пор не вспомнили. А такие срывы и мои довольно жестокие действия в сторону других людей они списывали на стресс, вызванный столь тяжелыми для ребенка происшествиями. Да уж, люди необьяснимые создания. Мы делаем все, что в наших силах, кровью и потом для того, чтобы нам самим жилось легче. Очевидная ирония, не находите? И жизнь наша полна иронии и сарказма. Можно даже книгу написать с такими философскими мыслями… Докурив сигарету и проводив взглядом зеленоглазую и лучшего друга, уверенной и спокойной походкой я направился к «Белому Змею». Зачем Фэнгс привел ее сюда, для чего? Чтобы что-то доказать или показать? Надеюсь, что я ошибаюсь в своей самой ужасной догадке. Зайдя в темное и прокуренное помещение, я подошел к бармену, не стараясь завести с ним диалог, а просто озвучив заказ, забрал стакан со светло-коричневой жидкостью и пошел к месту в самом дальнем углу, не желая на данный момент ни с кем общаться. Многие кучками собрались на середине зала и двигались под музыку, именуя вот это все танцем. Никогда не любил, да и не умел танцевать. Некоторые говорили мне что я неплохо двигаюсь, а значит, могу научиться, но сам я считаю, что людям с такой комплекцией тела, как у меня, не суждено бесподобно двигаться. Я скорее подойду для боев и драк, нежели для танго. Даже, представив эту картину, становится смешно. М-да, Свит Пи танцует танго… Не поверите, но мой взгляд снова упал на Хамерстон. Она стояла у бара и о чем-то оживленно разговаривала с Топаз, а еще… Так, стоп. Что на ней надето?! Боюсь, мои опасения сбудутся. И я бьюсь об заклад, что она сейчас обсуждает с Тони, как и когда лучше совершить задуманное. Ну еще бы, можно подумать, она послушалась бы меня. Я до жути не хочу, чтобы она стала Змеем. И не потому, что она такая плохая и проблемная, как я выразился в школе во время этого разговора. Нет, совсем не поэтому. Я не хочу, чтобы она лишний раз портила себе жизнь, ведь ничего хорошего у нас не найдешь, да и не получишь. С нами она только будет постоянно находиться в куче проблем. «Змеи» — это не веселая компания, которая собирается в месте по радостным событиям, и чтобы потусить, хорошо провести время. С нами можно колосально измениться, и не факт, что в лучшую сторону. Она будет иметь еще больше проблем и ужасные случаи в своей жизни. А мне как-то не особо хочется, портить милую, невинную девушку, у которой еще вся жизнь впереди… Но принимать решение не мне. Только она должна решать, что делает. И именно это больше всего меня пугает. Я специально наговорил ей все те гадости и плохие слова, только ради того, чтобы она задумалась. Теперь даже не знаю, что из этого выйдет. Посмотрим…

***

Энджели стояла у барной стойки и до сих пор не могла собрать мысли в кучу. Только что она согласилась на танец, а Тони отправилась договариваться с парнем, отвечающим за музыку, чтобы он поставил нужную песню, оставив Энн с барменом, с собственными мыслями. Девушка была готова покляться, что прямо сейчас может взять и убежать отсюда как можно дальше. Страх взял верх над разумом, и она не могла здраво мыслить. Но что-то её все же останавливало. Может это желание присоединиться к Змеям, или просто наконец сделать это, потому что необходимо. А может — это желание доказать кое-какому парню с татуировкой на шее, что она сильная и уверенная, хоть это далеко не правда, и что его слова — это просто-напросто обида и злость на неё. Он всем своим видом показывал что она ему безразлична, но когда дело доходит до каких-то вещей, связанных с ним, он показывает, что ненавидит. Как раз это она хотела изменить. Доказать ему, что он ее совсем недооценивает. Кто знает, куда может привести юную девушку это безумное желание и рвение, что-то кому-то доказать?

***

Буквально через три минуты Энджели должна подняться на эту сцену и сделать то, чего она так боится. Очень тихо к ней подошла Тони, немного испугав при этом девушку. Она сказала лишь, что скоро нужно будет выходить. Сердце бешено колотилось, а на лбу появилась испарина. А что, если она опозорится, упадет? О нет, только не это. — Интересно узнать, что ты вообще здесь забыла? — прозвучал бархатный голос. Его зеленоглазая заметила еще давно, но не думала, что он вдруг с ней заговорит. — Успокойся, Свит. Это я её пригласила, — прервала Топаз предстоящее высказывание девушки в сторону парня. — И для чего? — не понимал он. — А что она дома будет тухнуть? — усмехнулась розоволосая. — Пусть девочка проветрится. Тебе жалко что ли? — Да мне как-то все равно, — пожал Стив плечами и молча отошел от них. Притихшая и наблюдающая за всем этим Энджели стояла и ничего не понимала. Что только что произошло? Зачем он подходил? На всё это она не успела получить ответы, потому что ей пришлось выйти на сцену. Подойдя к микрофону, девушка почувствовала, что у неё ужасно дрожат колени, живот скрутило в тугой узел, а голос вообще пропал. Прочистив горло, она произнесла: — Прошу минуточку внимания, пожалуйста, — все люди, находившиеся в баре, обернулись. — Спасибо. Я бы очень хотела примкнуть к вам, Змеям, — дрожащим от волнения голосом сказала Энн. Следящий за всем этим Свит Пи сглотнул подступающий ком в горле и сжал руки в кулаки. Он держался как мог, сдерживался от того, чтобы не прикратить это всё, чтобы не взять и забрать ее отсюда к чертовой матери, чтобы не послать всех на три веселые буквы. Это было трудно. Безумно трудно. Но он не должен вмешиваться. Это её выбор. Пусть неправильный, пусть она еще сто раз пожалеет об этом, но это её выбор и ничей больше. Заиграла музыка, её любимая песня «The Night We Met». Она столько значит для неё. Когда только послышалась мелодия девушка начала неспешно растегивать пуговицы на своей рубашке. Дойдя до последней пуговицы, она стянула с себя легкую ткань под пристальные взгляды присутствующих. Под рубашкой оказался кружевной бюстгальтер темно-синего цвета. Вслед за той вещью на пол отправилась мини-юбка. Теперь точно все взгляды мужской аудитории были прикованы к русоволосой.

I am not the only traveler, (Я не единственный странник), Who has not repaid his debt. (Который ещё не отдал свой долг).

Как только прозвучали слова, Энджели задвигалась. Стивен клянется, что она — лучшее, что он когда-либо видел.

I've been searching for a trail to follow again, (Всё это время я искал дорогу обратно к тебе), Take me back to the night we met. (Верни меня в ту ночь, когда мы встретились).

Медленной походкой она подошла к пилону. Покачивая бедрами, на немного подрагивающих ногах присела, при этом не сводя взгляда со Свит Пи.

And then I can tell myself, (Я спрашиваю себя снова и снова), What the hell I'm supposed to do. (Что же, черт возьми, мне делать).

Прямой взгляд говорил о многом. В основном, что она чувствует. Хоть песню и поет мужчина, но ощущается духовная связь с его словами, со смыслом, что он вкладывает в каждую строчку, фразу.

And then I can tell myself, (И если бы можно было вернуть время назад), Not to ride along with you. (Я сказал бы себе: «Не влюбляйся в неё»).

Энджели была готова провалиться скозь землю от того, что на неё так все смотрят. Это грязно, неправильно. Но это, чёрт возьми, приносит столько адреналина, это заводит, привлекает. После каждого движения хочется танцевать еще и еще, не останавливаясь.

I had all and then most of you, some and now none of you, (Ты всё, что было в моей жизни, а теперь у меня ничего не осталось), Take me back to the night we met. (Верни меня в ту ночь, когда мы встретились).

Обхватив пилон руками и закинув ногу, девушка прогнулась в спине и откинула голову назад, вытягивая шею. В животе порхали бабочки, разум все больше затуманивался.

I don't know what I'm supposed to do, haunted by the ghost of you. (Я не знаю, что мне делать, твой образ следует за мной повсюду). Oh take me back to the night we met. (Прошу, верни меня в ту ночь, когда мы встретились).

Может это от алкоголя, выпитого для того, чтобы немного расслабиться? А может это от внимательного взгляда Стива, изучающего каждый изгиб её стройного и красивого тела?

When the night was full of terror, (Когда ночь была полна ужасов), And your eyes were filled with tears, (А твои глаза наполнились слезами),

Он, как и она, уже совершенно ничего не понимал. В данный момент существовала только она и эта сцена. Её плавные движения были подобны течению реки, полету птицы, нежели танцу.

When you had not touched me yet, (Когда ты еще не коснулась меня), Oh take me back to the night we met. (О, умоляю, верни меня в ту ночь, когда мы встретились).

Глаза в глаза. Всё слишком откровенно, но до искорках в глазах здорово, приятно, как бы глупо это не звучало. Энджели никогда не получала такого удовольствия от танца, ей было так легко, так воздушно, что голова кружилась.

I had all and then most of you, some and now none of you, (Ты всё, что было в моей жизни, а теперь у меня ничего не осталось), Take me back to the night we met. (Верни меня в ту ночь, когда мы встретились).

Но не смотря на эту легкость, разум Свит Пи прибывал в затуманенном состоянии от злости, что десятки пар глаз сейчас тоже смотрят на это чудо. А так же от собственного возбуждения, которое было уже не скрыть. Его дыхание участилось, губы пересохли, в глазах потемнело, а в джинсах становилось все теснее…

I don't know what I'm supposed to do, haunted by the ghost of you. (Я не знаю, что мне делать, твой образ следует за мной повсюду). Take me back to the night we met. (Верни меня в ту ночь, когда мы встретились).

Под последние аккорды зеленоглазая замерла, опустив голову, но перед этим, внимательно смотрела в глаза брюнету. Весь танец она не отрывала от него взгляда, а он не мог перестать любоваться ею. Сама не понимая почему, девушка была не в силах прервать зрительный контакт. Как-будто она говорила, объясняла ему этой песней многое. Публика взорвалась аплодисментами, а она так и стояла, но уже не смотрела на него. Ей было неловко. Странно, правда? Только что она исполняла откровенный танец, при этом абсолютно не стесняясь, но стоило музыке стихнуть, вся уверенность сразу же испарилась. Русоволосая даже не успела ничего понять, как на её плечи кто-то набросил куртку и увел со сцены. Развернувшись к этому человеку, Энджели увидела перед собой своего дядю. Она уже видела его, недели три назад, но тогда он был не совсем в трезвом состоянии. Поэтому ей было непривычно видеть его в нормальном виде. — Что ты делаешь? — как можно тише спросил ЭфПи. — А что тут непонятного? Я хочу быть Змеем, — тихо, но твердо произнесла девушка. — Слушай, Энн, я не против, это не мое дело, но… Ты уверенна? — ЭфПи правда был не против, но знал, что его племянница может потом об этом пожалеть. — Да… — она немного замялась, — да, я уверенна. — Я даже не знаю, — глубоко вздохнул мужчина. — А что насчет твоего отца? Ты же понимаешь, что он будет против этого? — Я ничего им не скажу, — покачала головой Энджели. — Им не обязательно об этом знать, — она сказала это так тихо, что сама еле слышала себя. За всем этим пристально следил Свит Пи. О чем они говорят? Судя по их поведению, они не первый раз друг друга видят. Парень не знал, что главарь Змеев и его новая одноклассница в родственных связях, поэтому не мог определить, откуда они знают друг друга. А после того, как они поговорили, и после крепких объятий, Стив окончательно запутался. «Какого хрена? Что происходит?» — вертелось в голове юноши. На его лице отразилось недоумение, шок, но он старался скрыть это, не показывать никому своих истинных эмоций, как всегда делал это. Не отдавая полностью отчёт своим действиям, он направился к зеленоглазой сразу после того, как от неё отошел ЭфПи. Не позволяя никому приближаться к ней, он схватил её за локоть и повел куда-то. Девушка даже не успела возмутиться, как оказалась в каком-то небольшом помещении. Скорее это даже было не помещение, а какой-то ужасно темный коридор. В принципе, если кто-то будет идти мимо, то не заметит их, но если задержит свой взгляд и приглядится, то определенно увидит этих двоих. Хотя, какая разница, всё равно здесь почти никто не бывает, на это Свит и расчитывал. Энджели оказалась прижата к холодной бетонной стене, попав в ловушку из рук парня, что расставил их по бокам от головы девушки. Он наклонился к ней настолько, что она чувствовала его теплое дыхание на своем лице. — Что ты вытворяешь? — от его голоса по спине пробежали мурашки, а сердце пропустило удар. — Что? — не сразу поняла о чем речь зеленоглазая. — Я про то, что ты выделывала на сцене. Тебе доставляет такое удовольствие — бесить меня? — еле держа себя в руках, прошептал Стив. — Я… я не… — начала было мямлить Энлжели, но тут же взяла себя в руки и оттолкнула брюнета от себя, а тот от неожиданности отступил на несколько шагов назад. — Во-первых, я ничего не вытворяла. Я сделала то, что захотела, и ты мне не указ. А во-вторых, Свитти… Кто ты такой, чтобы вмешиваться, кто ты такой, чтобы ради тебя я, черт подери, все это делала?! Кто, блять?! Пуп земли, царь, Бог?! Кто?! — ровным и громким голосом наступала русоволосая. Её терпению пришел конец. Она всё терпела, принимала, но… Действительно, кто он ей, чтобы указывать ей что делать? Это всё уже давно вышло за рамки дозволенного. Даже Фэнгс не смел ей говорить что делать или перечить. А этот наглец тем более! Стивен опешил, но почти сразу пришел в себя. Значит, так она заговорила? Что же, посмотрим… — Нет, я согласен с тобой. Я тебе никто. — спокойно, но уверенно произнес юноша. От этих слов Энн застыла на месте, а рот непроизвольно приоткрылся. — Но, ведь, согласись. Тебе нравится мое внимание, — с неким прищуром Стив приближался к ней всё ближе и ближе, пока девушка не коснулась стены лопатками, а парень оказался настолько близко, что дыхание двоих смешивалось воедино. Он сам толком не понимал, что делает. Им двигало какое-то безумное желание, которое возникло еще давно. Стоя так, друг напротив друга, смотря друг другу в глаза, мысли не могли никак собраться в кучу у обоих. — Ч-что? — немного заикаясь, прошептала Энн. Она утонула в этих карих глазах. Безнадежно. Опять. А он, в свою очередь, не мог оторвать взгляда от её серо-зеленых глаз. Его взгляд переместился на губы девушки. Возникло непреодолимое желание прикоснуться к ним, попробовать их на вкус. — Не строй из себя дурочку, Энджели, — он всё же держался. С трудом, но держался. — Я же вижу, ты делаешь всё, чтобы привлечь моё внимание к себе. Идешь на свидание с моим лучшим другом, потом роешься в моих документах, теперь еще и к Змеям вздумала присоединиться, — мягко, тихо, сладким голосом шептал Одэн всё это на ухо Энджели, обжигая его своим горячим дыханием. Врал. Он врал насчет того, что она делает это все специально. Просто очень хотелось вывести ее из себя, выбить из колеи засчет такого вот бреда. Поддавшись порыву, брюнет опустился к шее девушки, слегка прикасаясь губами к нежной коже. — Нет… вовсе… нет… — на выдохе шептала зеленоглазая, прикрыв глаза от нахлынувших эмоций. В животе вновь раскрыли свои крылья бабочки. — Неужели? Признайся, Энджи, ну же… — за этими словами последовал более смелый поцелуй в шею. По коже прошел разряд, внизу живота тягостно потянуло от того, как он назвал её. Дыхание участилось у обоих до невозможности. Никто из них сейчас не был в силах прекратить это. Слишком приятный был процесс. Руки Стива пригвоздили девушку к стене, обхватывая тонкую талию, а губы всё смелее и смелее блуждали по бархатной коже, не выходя за пределы шейного изгиба. Поцелуи становились все яростнее, все более страстными, а желание росло все с новой силой. Руки русоволосой опустились на широкие плечи парня. После того как он прикусил зубами нежную кожу, зализывая языком укусы, у неё вырвался слабый, приглушенный стон. Свит Пи не мог больше сдерживать себя в руках, её кожа была настолько мягкой, нежной и сладкой, что возбуждение уже было не скрыть, а тело девушки всё сильнее прижималось к телу парня. Он готов был прямо здесь и сейчас сорваться, перейти все грани. Её томное дыхание и безумный взгляд сводили сума. А его горячий язык, блуждающий по ее шее, и расширенные зрачки из-под полуопущенных ресниц стирали напрочь все грани, предоставляя свободу похоти, безудержному желанию. Никто не знал, чем бы всё это закончилось, если бы не проходящий мимо Змей. Услышав чьи-то шаги, оба отпрянули друг от друга, как ошпаренные, словно их застукали за преступлением. Первым пришел в себя Свит Пи и быстрым шагом удалился прочь. Несколько раз проморгав глазами, Энджели тоже на ватных ногах направилась туда, где проходит вечеринка, абсолютно ничего не понимая. Только находившись в кровати, оба наконец поняли, что произошло. Но никто не мог объяснить цель этих поступков. Всё прояснится завтра, завтра всё станет понятно, а пока нужно выспаться, чтобы голова на следующий день была ясной.