Хорошие привычки

— Черт, Мар-р-римо, где еще крепкая выпивка? — Завитушка?!.. Где ты?! Ты бухаешь? — Нотации мне не читай. Я знаю, что с тех пор, как начал выкидывать всю твою дерьмовую выпивку, ты стал ее пр-р-рятать. Ты дал мне найти несколько тайников, чтобы скрыть другие. Я что ли с выпивкой Зеффа дела не имел, по-твоему? — Ты дома?! Ты… как ты?! — Всмыслслвсле? Говори где, не тащиться же мне в супермаркет в полночь! Уй! — Завитушка?! — Что заладил… я не упал, я прилег отдохнуть на полу кухни. Где устал — там прилег! Отдохну и пойду в магазин… — Нет, еще свалишься в канаву! Я скажу: открой мое спортивное снаряжение. Видишь? В старых армейских ботинках по одной припрятано. — Ах ты! Яне знал, что ты ныкаешь бухлишко, гребаное Маримо! Я разводил тебя на доверии, а ты и купился. Сейчас заценим… — Погоди, не отключайся, я давно тебя не слышал. Эй, Завитушка, эй?!       Санджи готовил — много и страстно. То ли это была привычка устраивать для друзей пирушку после чемпионата, то ли попытка успокоить нервы и не думать, но он достал разделочную доску, едва успев переступить порог их с Нами-сан жилища. Через час на столе было уже пять блюд, Санджи обреченно поискал свободную кастрюлю и не нашел. Выхода не было, кто-то должен был все это съесть, чтобы Санджи мог продолжать готовить дальше.       Он включил телефон, Усопп всегда с радостью принимает его блюда, Кайя от них в восторге. В социальной сети как раз было сообщение от Усоппа.       «Чувак, я такого от тебя не ожидал. Зоро проиграл, а ты даже не был рядом для поддержки. Ты же его отклик. Столько говорил об откликах и так поступаешь. Я реально разочарован в тебе, чувак».       Санджи решил было набрать Усоппу ответ, но стоило ему коснуться экрана, как высочила плашка:       «Этот пользователь ограничил круг лиц, которые могут писать ему. Вы должны быть у него в друзьях, чтобы прислать ему личное сообщение».       Что за дерьмо? Его лучший друг со школы удалил его из друзей? Заблочил из-за какого-то Маримо?! Это несправедливо! Он вздумал было найти Кайю и написать ей, но его взгляд замер на списке друзей, рядом с ним ним горела цифра: 3879. Странно, он же постоянно мучился от того, что достиг лимита в пять тысяч друзей и не может добавлять еще больше девушек. Санджи обновил страницу — 3421. Он обновлял страницу снова и цифра неуклонно снижалась. А потом посыпались сообщения. Все они кореллировали с тем, что высказал ему Усопп.       «Как ты мог, ты бросил его и он проиграл»       «Настоящие отклики так не поступают»       «Быстро сменил поезд, да? Тусишь теперь с рок-звездами, когда Ророноа упал с пьедестала?»       В этом, блять, даже не было никакого смысла! Они сначала расстались, а потом Санджи не пришел на чемпионат, где Зоро проиграл! Он не успевал читать посыпавшиеся высказывания, не то что отвечать.       «Я держу пальцы крестиком, чтобы Ророноа поддержали по-настоящему близкие ему люди».       «Ты его не заслуживаешь».       «Санджи, а ты правда больше не любишь Зоро?» — это от Чоппера.       Когда друзей стало 2056, Санджи выключил телефон, достал старую утятницу, в которой Нами хранила наличку и драгоценности. Высыпал все это богатство на плед, в утятницу перелил рагу, и стал готовить крем-суп с корнишонами в освободившейся кастрюле.       Нами вернулась через четыре часа после него. Осмотрела уставленную пирогами и муссами в чашках для кофе кухню и вздохнула. — Не позвонишь Зоро? Все же он столько лет держал лидерство, уверена, ему теперь… — У Маримо все хорошо. Он сам этого хотел, — Санджи внимательно нарезал помидоры. — Да ты шутишь! Как же его спортивная гордость! — Нами плюхнулась на диван, блаженно стягивая туфли. Она очень удивилась, когда чуть не положила руку в примостившийся на подлокотнике пуддинг. На кухне места больше не было. — Хотя он и правда был ужасно спокоен, когда мы притащили его в «Барати». Там целая история была, пришлось нам с Луффи организовывать для Зоро побег. Журналисты как с ума сошли, даже бедного Кавендиша бросили, хотя он новый чемпион. Все задалбывали Зоро вопросами, как он себя чувствует, почему вы расстались. А еще, — Нами вдруг расхохоталась, — по серьезу спрашивали, не встречается ли Зоро с Кавендишем. Нет, ты слышал? Аха-ха-ха! — Ха… ха… — поддержал ее Санджи деревянным смехом. И сам осекся, насколько ненатурально тот звучал. С опаской он поднял взгляд, Нами смотрела на него в упор. — Санджи-кун… — Да, Нами-свуан! — Ты шинкуешь по пустому месту на доске.       Санджи спохватился и неуклюже схватил следующий помидор, едва не выронив его. — Хах, сноровка из-за ремонта Барати пропадает. Так что вы с Луффи провернули, чтобы снять с хвоста журналистов?       Когда он поднял глаза еще раз, Нами уже не сидела на диване, а стояла буквально в паре сантиметров от него. Совершенно бесшумная, как в фильме ужасов. Во всяком случае, Санджи захотелось закричать, да и вспотел он посильнее, чем от любого саспенса. Нами приблизила свое лицо максимально близко к его, Санджи нервно хохотнул, забывая отыгрывать роль восторженного вниманием почитателя. — Санджи-кун, эти вопросы журналистов… — Про что, Нами-сан?       Шмяк! Неловко разрезанный помидор лопнул, несколько капель попали на рубашку Санджи, расплылись красными пятнами прямо на груди, словно его ранило в сердце. — Зоро ведь… Смотри на меня! — рявкнула почему-то Нами. Санджи посмотрел, как загнанное в угол животное. — Ты странно реагируешь. Все эти желтые статьи «Десять причин, почему Кавендиш и Ророноа — идеальная пара» — это ведь очередная утка?       Санджи молчал. А что он должен был сказать? «Нет, Нами-сан, причин для Зоро быть с Кавендишем я и без статьи назову не десять, а тридцать. У меня было время подумать, в чем же я так ему не подхожу. И знаете, Нами-сан, он абсолютно прав, лучшему мечнику лучше с другим мечником, чем с вечно нервозным калечным поваром». Но звучало это жалко, так что Санджи предпочитал так только думать. — Так, — было у Нами ужасное свойство, быть самой догадливой и понимать все без слов. — Это — причина вашего расставания?       Санджи отвел глаза. Красные пятна на груди обзавелись кровавыми подтеками. — Нами-сан, это вопрос прошлого. Мы уже во всем с Маримо разобрались. Он сам скажет, когда посчитает нужным. Так что вам не стоит… — КА-А-АК! — взревела Нами, и Санджи выронил от неожиданности нож. — Как он посмел! Как он мог так поступить! — Я в порядке, Нами-сан… — Как он посмел так поступить СО МНОЙ! — продолжила Нами, и Санджи захлопнул рот. — Я поверила ему! Сделала на него ставку! Он хочет сказать, что я продула! — Нами ударила кулаком по столу, задрожали чашки с панакотой. — Он сделал меня соучастницей всего этого! Ведь это я решила, что вместе с Зоро тебе будет лучше, чем порознь. И он убеждал меня в том же самом. Это ведь я вас свела, и теперь, ты говоришь мне, что этот ублюдок… он предал МЕНЯ!       Санджи был несколько напуган экспрессией Нами, она вела себя так, будто Зоро был конем, на которого она поставила на скачках, а он пришел последним. А это было хуже всего в системе ценностей Нами. — Умолял меня помочь ему помириться с тобой, только чтобы через пару лет выкинуть в мусор все мои старания! Я вложилась в этот проект! Гребаный ублюдок, это ведь я заставила тебя поверить, что быть с откликом лучшая идея. Я сама в нее не верила, ведь этот тупень пятнадцать лет о тебе не вспоминал! Но он просто под дверью меня караулил, он заставил меня поверить, что никогда не разобьет тебе сердце, лишь бы я помогла! — Что вы, Нами-сан, разбить мое сердце не так-то просто…       Нами скептически окинула взглядом уставленную маниакально приготовленными блюдами кухню. Санджи не нашелся, что ответить. — И теперь я тоже виновата! Что была такой дурой, что помогла ему подобраться к тебе! Я убью его! — с этими словами Нами наконец перестала искать, что бы такого в своей квартире сломать, чего не было бы потом жалко. Она решила применить свой гнев по адресу и вылетела из квартиры. — Нет, не нужно, Нами-сан! — возражения Санджи высказал уже закрытой двери. Он устало склонился над измятым помидором: теперь это выглядит так, будто он наябедничал на Зоро Нами. Но разве можно отчитать человека как школьника за то, что тот посмел кого-то полюбить? Разве в этой истории Санджи опять не будет самым жалким — не способным удержаться в сердце Зоро сам, потому нажаловавшимся, как ребенок. Еще хуже было бы, пойди Санджи наматывать сопли на кулак к Коширо. Телефон звякнул:       «Я думала, что отклики для тебя что-то значат. А ты не был с ним в такой момент. Даже не заговаривай со мной, пока не повинишься перед Зоро» — писала Виви.       И тут Санджи сломался. Повиниться, за что? За то, что оказался для Зоро недостаточно хорош, что он не нужен ему, даже будучи откликом? Это вина Санджи? Что Зоро увлекся кем-то другим - тоже вина Санджи?! В чем еще ему перед всеми повиниться?! Бухнуться перед ребятами на колени и каяться, что это он дефектный, раз Зоро всегда было плевать на их Связь? Потому что конечно — лучшие мечники не имеют изъянов, в их паре только Санджи — один большой изъян! Он взглянул на список друзей, осталось чуть меньше девятисот. И четыреста непрочитанных сообщений, в которых ему, конечно, расскажут, как именно он не прав в том, что имел такую наглость попытаться стать счастливым с собственным откликом.       Хватит! У всего есть предел. Старикан его поймет, тем более когда Санджи не оставит ему выбора, позвонив уже из-за границы. Он улетит сегодня же, правда пройдет там какой-нибудь сложный курс у именитого кулинара, плевать какого, главное — не во Франции. Он даст им всем пожить без него, строить отношения без его маячащей за спиной тени. А когда они позабудут его — вернется. «Барати» он не отдаст, даже если ебаный Зоро поселится там в жилых комнатах и заведет с Кавендишем кучку детишек, день и ночь размахивающих катанами в маленьких ручках. Бывают ли катаны детского размера?       Нужно спешить. Для билета на самолет нужен паспорт. Если Нами помчалась разносить Зоро в «Барати», у него есть несколько часов, купленных ценой его достоинства, чтобы забрать документы. Билет забронирует по дороге.       Неожиданно, но в их бывшей совместной квартире было чисто — никаких разбросанных Зоро вещей, коробок от пиццы, которой Зоро должен был питаться в отсутствие Санджи. Он усмехнулся, явно переоценил свою незаменимость в жизни мечника, тот справляется превосходно.       Санджи аккуратно снял ботинки, поставил наспех собранную сумку и прошел в кухню, стена с фотографиями провожала его взглядами десятков Зоро. Зоро, обнимающий его на пляже, Зоро в фургончике Фрэнки, Зоро на пирушке в честь повышения Эйса, подаренная Нами фотография, где они с Зоро вцепились друг другу в волосы. Санджи должен был с гордостью пройти по коридору памяти и выдержать это испытание. Ну и что, что на кухне он схватился за столешню и три минуты тупо смотрел на нее. У него нет времени на сантименты, нужны документы и… забрать любимый набор ножей. Санджи снял ножи со стойки и полез в шкаф за хранящимся там кейсом. Кейс подозрительно звякнул.       Одна к другой, в кейсе лежали рядышком две бутылки любимого бухла Зоро. Судя по всему, тот посчитал это место идеальным для заначки, не думая, что Санджи когда-либо захочет собрать вещи и съехать. Санджи усмехнулся, не нужно больше ныкать прозапас бухло, Маримо, я поставлю его в холодильник…       Холодильник предал Санджи. На его дверце висела фотография, которую он раньше не видел в распечатанном виде. Они с Зоро на крыльце старенького додзе. Кажется, Санджи заехал на тренировку Зоро с обедом, и они взяли небольшой перерыв. Санджи сидит на краю, спустив босые ноги в летний сад, а Зоро в белом кимоно лежит рядом, уместив голову у него на коленях. Глаза у того закрыты, и Санджи склонил к нему лицо, пальцы закопались в зеленых волосах. Лицо у Зоро удовлетворенное, ему нравятся успокаивающие движения пальцев. А Санджи наслаждается моментом безнаказанного любования своим откликом, пока тот не видит. Быть может, Зоро догадывается о том, что Санджи любит так делать, когда никто в мире не видит его нежности, потому специально закрыл глаза. За их спинами виднеется то самое додзе, где Зоро с Кавендишем так упоительно… черт.       Санджи откупорил бутылку о край столешни и глотнул сразу из горла — ему просто нужна подпитка, чтобы со всем этим справиться. Пара глотков, и мир станет проще. Ну и крепкая же у Маримо выпивка!       В семь часов вечера Санджи понял, что опоздал на рейс. В честь этого он чокнулся горлышком уже второй бутылки с фотографией Зоро с награждения на Чемпионате. «Поздрврврлаю, Мар-р-римоу, чего-то в тебе не хватает. О!». Санджи неровным шагом направился к холодильнику, трогательно его приобнял и дернул за висящий на нитке у ручки маркер для списка покупок. «Пардоньте!». Сейчас он все исправит. Нельзя сказать, что движения были четкими, но выбитый зуб и фингал на Зоро на пьедестале смотрелись очень органично. «Спорт — суровая штука, Маримоу». Санджи хихикнул и двинул дальше. Ага! Зоро с голым торсом обзавелся неприличными татуировками с признаниями в любви Усоппу. Что у нас еще… Санджи замер. Ах да, их совместные фото. Ему срочно нужна дозаправка.       На совместных фото Санджи просто замазал нервными штрихами свое лицо. На каждом из них.       Еще одна бутылка нашлась за бачком в туалете. Серьезно, Маримо? Санджи даже в стельку пьяным ее нашел. Он лег на пол и посмотрел на часы, два часа дня, о, да он снова успевает на рейс! Пьяный Санджи не понял, что вверх тормашками это десять вечера. В полночь ему потребовалась еще одна дозаправка.       Зоро лежал нагишом в их бывшей с Завитушкой комнате в Барати. Он стоически вытерпел все утешительные похлопывания по спине от друзей, даже вид дрожащих от расстройства губ Кайи, и наконец мог побыть один. Просто раздеться и упасть на их когда-то общую кровать. Но кто-то коварно постирал простыни, пока он не видел, и они утратили последние следы завитушкиного запаха. Зоро зажмурился и попытался его представить, но теперь в комнате почему-то пахло мандариновыми духами Нами. Он открыл глаза точно в ту секунду, когда она набросилась на него. Ворвавшаяся в комнату валькирией, она плюхнулась ему на живот и с размаху врезала по скуле. — Ублюдок! Сдохни, ублюдок! — Зоро выдохнуть не успел, за ударом сыпался второй, третий. — Ты втянул меня во все это! Это я, я помогла вам тогда помириться! Я буквально заставила Санджи сойтись с тобой, споив его! А теперь ты… Ты! Как ты только посмел спутаться с этой фотошлюхой Кавендишем. Если бы я не помогла тебе тогда, ты бы не разбил сердце Санджи сейчас!       Зоро попытался закрыть лицо рукой и посмотреть на Нами. Она сидела на нем обнаженном верхом, как сидел когда-то Завитушка в шутливой драке, и это было невыносимо. — Это я все устроила! Санджи бы давно нашел себе какую-нибудь девушку, может даже женился бы! Но я подумала, что могу вершить судьбы. Я сделала на тебя ставку, ублюдок! Худшая ставка в моей жизни.       На крики сбежался народ, став свидетелем сцены страсти — Нами бесновалась на обнаженном лучшем мечнике. Как назло в «Барати» помимо Зеффа оказались Ло с Рэйджу. Трафальгар сориентировался быстрее всех, он схватил Нами сзади за руки, поднимая их вверх. — Ублюдок! Ты сделал меня соучастником предательства! Пусти меня, Ло!       Зоро лежал под Нами, непонимающе ее разглядывая. — Ведьма, какого черта? — Какого черта я?! Какого черта ты! Ты не можешь брать все подряд, просто потому что тебе сейчас это захотелось, надкусывать и бросать в урну! С каких пор ты таким стал, звание лучшего мечника все же вскружило голову?!       Ло стащил Нами с кровати, но она пыталась пнуть Зоро. Тот наконец додумался прикрыться простыней. Вмешался Зефф. — Так, рыжая, ты убивай. Но убивай с доказательной базой. Ты что пришла-то? — Я?! Я! Да вот! — Нами судорожно достала из кармана телефон и открыла сайт популярного форума. Буквально полчаса назад кто-то залил туда целый сет фотографий трогательных прогулок и объятий Зоро и Кавендиша. Тех самых, что Санджи получил с курьером в тот злополучный день. Тех самых, что нашла вызванная Рэйджу клининговая служба в мусорном ведре в квартире Зоро. — Так это правда, — сощурила глаза Рэйджу. — Вы расстались с Санджи, потому что ты встречаешься с Кавендишем? — Что?! Нет! — Зоро возмущенно натянул простынь еще выше. — С чего вы вообще взяли?! Вот вы извращенцы! — Ха! — цинично бросила Нами, уставшая вырываться из хватки Ло. — Откуда эти фотографии? — Рэйджу листала вот уже вторую страницу, их были десятки. Она остановилась на одной, на ней Кавендиш приобнимал что-то говорящего Зоро и смотрел прямо в объектив. Рэйджу хищнически прищурилась. — Впрочем, мы узнаем из первых уст. Пошли, Ло.       Рэйджу потеряла интерес к избиваемому голышом Ророноа моментально, небрежно махнув своему отклику. Ло пришлось передать взбешенную Нами в руки Зеффу, чтобы устремиться за ней. Рэйджу в последние дни была особенно импульсивна, он должен за ней присмотреть. — Эй, мой Аконит, куда ты? — Как куда. Убивать Кавендиша Хакубу, конечно же.